ЛитРес: чтец
«Густели темно-синие сумерки. Луна, похожая на щит из красной меди, поднималась над заросшим прудом. На другом берегу, касаясь черными кронами редких зеленых звезд, стояли одинокие сосны, а за ними светились окна заводского поселка. На листьях кустар…
«Густели темно-синие сумерки. Луна, похожая на щит из красной меди, поднималась над заросшим прудом. На другом берегу, касаясь черными кронами редких зеленых звезд, стояли одинокие сосны, а за ними светились окна заводского поселка. На листьях кустар…
«Почти параллельно Уральскому хребту величаво улеглась в обрывистые берега громадная северная река Печора. Вытекая из Пермской губернии и принимая на своем двухтысячном протяжении довольно много больших и малых притоков, река эта широким руслом влива…
«Почти параллельно Уральскому хребту величаво улеглась в обрывистые берега громадная северная река Печора. Вытекая из Пермской губернии и принимая на своем двухтысячном протяжении довольно много больших и малых притоков, река эта широким руслом влива…
Сознания двух наших современников в результате активации артефакта древней цивилизации переносятся в тела жителей другой вселенной. Героям предстоит освоиться и приспособиться к новому миру, где царят нейросети, космические корабли бороздят просторы …
Сознания двух наших современников в результате активации артефакта древней цивилизации переносятся в тела жителей другой вселенной. Героям предстоит освоиться и приспособиться к новому миру, где царят нейросети, космические корабли бороздят просторы …
«– Венька, задрыга такая, выходи! Выходи, кому сказано! Жильцы уже приехали, вещи сгружают!
– Старый, отстань, не мешай! В сортире хорошо думаеццо!
Прокоп начал колотить в дверь ногами. Ему ничего не стоило просто скользнуть в щель под дверью, но ста…
«– Венька, задрыга такая, выходи! Выходи, кому сказано! Жильцы уже приехали, вещи сгружают!
– Старый, отстань, не мешай! В сортире хорошо думаеццо!
Прокоп начал колотить в дверь ногами. Ему ничего не стоило просто скользнуть в щель под дверью, но ста…
Красивая, захватывающая баллада о любви, проклятии, замаскированном под щедрый дар, и чувстве долга.
Повесть «Данник Небельринга» тематически связана с романом «К вящей славе человеческой» и вместе с ним составляет цикл «Кесари и боги».
Красивая, захватывающая баллада о любви, проклятии, замаскированном под щедрый дар, и чувстве долга.
Повесть «Данник Небельринга» тематически связана с романом «К вящей славе человеческой» и вместе с ним составляет цикл «Кесари и боги».
«– Ну, а я за вами… – говорил Флегонт Флегонтович, тяжело вваливаясь в мою комнату. – Одевайтесь и едем.
– Куда?
– Говорю: одевайтесь… У меня и лошадь у ворот стоит…»
«– Ну, а я за вами… – говорил Флегонт Флегонтович, тяжело вваливаясь в мою комнату. – Одевайтесь и едем.
– Куда?
– Говорю: одевайтесь… У меня и лошадь у ворот стоит…»
Самое полное иллюстрированное издание культовой книги знаменитого телеведущего. Дань светлой памяти величайших женщин XX века, слава которых с годами не меркнет, а становится все ярче. Портретная галерея незабываемых звезд экрана и подиума, театра и …
Самое полное иллюстрированное издание культовой книги знаменитого телеведущего. Дань светлой памяти величайших женщин XX века, слава которых с годами не меркнет, а становится все ярче. Портретная галерея незабываемых звезд экрана и подиума, театра и …
Где-то в Серых Горах – пардон, в Горах Зур, – золота нет и не предвидится, зато там обитает… правильно, дракон. И быть может, даже не один. И тот, кто побеждает дракона, сам становится драконом… или наоборот, потому что победа бывает очень разной…
Где-то в Серых Горах – пардон, в Горах Зур, – золота нет и не предвидится, зато там обитает… правильно, дракон. И быть может, даже не один. И тот, кто побеждает дракона, сам становится драконом… или наоборот, потому что победа бывает очень разной…
Цикл лекций известного православного священника, современного писателя-богослова, протоиерея Александра Меня (1935–1990) был прочитан в 1989–1990 гг. для студентов, которые изучали историю и архивоведение в Московском Государственном историко-архивно…
Цикл лекций известного православного священника, современного писателя-богослова, протоиерея Александра Меня (1935–1990) был прочитан в 1989–1990 гг. для студентов, которые изучали историю и архивоведение в Московском Государственном историко-архивно…
Что нужно океану? Какую цену запросит Атлантика? Каким станет маленький народ, пройдя через бури и битвы? Когда закончится дерзкий поход?
Что нужно океану? Какую цену запросит Атлантика? Каким станет маленький народ, пройдя через бури и битвы? Когда закончится дерзкий поход?
Внимание! 18+ Книга содержит сцены насилия.
Девушка попадает в сексуальное рабство, ей приходиться пройти через настоящий ад, испытать на себе всевозможные пытки и попытаться спасти свою жизнь. Она сталкивается с настоящими садистами, для которых он…
Внимание! 18+ Книга содержит сцены насилия.
Девушка попадает в сексуальное рабство, ей приходиться пройти через настоящий ад, испытать на себе всевозможные пытки и попытаться спасти свою жизнь. Она сталкивается с настоящими садистами, для которых он…
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Эту небольшую историю «разрушенного семейного счастья» рассказывал мне, сидя на балконе своей павловской дачи, сам Вардин.
Я с ним подружился уже после описанных событий, и этот период его жизни являлся до сих пор для меня пробелом.
Вардин вспоминал …
Эту небольшую историю «разрушенного семейного счастья» рассказывал мне, сидя на балконе своей павловской дачи, сам Вардин.
Я с ним подружился уже после описанных событий, и этот период его жизни являлся до сих пор для меня пробелом.
Вардин вспоминал …
«Едва-ли кто станетъ оспаривать ту истину, что мы мало знакомы съ нашими окраинами вообще, не только отдаленными или недавно присоединенными, но даже и съ тѣми, которыя уже цѣлыя столѣтія срослись съ нашимъ государственнымъ и народнымъ организмомъ и,…
«Едва-ли кто станетъ оспаривать ту истину, что мы мало знакомы съ нашими окраинами вообще, не только отдаленными или недавно присоединенными, но даже и съ тѣми, которыя уже цѣлыя столѣтія срослись съ нашимъ государственнымъ и народнымъ организмомъ и,…
Николай Николаевич Златовратский – один из выдающихся представителей литературного народничества, наиболее яркий художественный выразитель народнической романтики деревни.
Николай Николаевич Златовратский – один из выдающихся представителей литературного народничества, наиболее яркий художественный выразитель народнической романтики деревни.
Ранний вариант Р.В.С., предназначенный для взрослого читателя.
Ранний вариант Р.В.С., предназначенный для взрослого читателя.
«Я похоронил недавно моего мальчика, моего милого мальчика, которым я так гордился. Сердце мое разбито. Так тяжело – иметь только одного сына и потерять его. Божья воля! И я не мог ничего поделать. Смею ли я, могу ли жаловаться? Неумолимо вертится ко…
«Я похоронил недавно моего мальчика, моего милого мальчика, которым я так гордился. Сердце мое разбито. Так тяжело – иметь только одного сына и потерять его. Божья воля! И я не мог ничего поделать. Смею ли я, могу ли жаловаться? Неумолимо вертится ко…
Уже десять лет горит библиотека Академии художеств. Этот пожар невозможно потушить, поэтому в тайные книгохранилища, уходящие на много ярусов под землю, невозможно попасть через наш мир.
А того, кто найдет туда путь через домены, ждет враг посерьезне…
Уже десять лет горит библиотека Академии художеств. Этот пожар невозможно потушить, поэтому в тайные книгохранилища, уходящие на много ярусов под землю, невозможно попасть через наш мир.
А того, кто найдет туда путь через домены, ждет враг посерьезне…
«В этой книге нет никакой погоды. Это опыт выпуска в свет книги без погоды. Такая попытка впервые предпринимается в области изящной литературы. Она может потерпеть провал, но упрямому и предприимчивому человеку она могла показаться соблазнительной, и…
«В этой книге нет никакой погоды. Это опыт выпуска в свет книги без погоды. Такая попытка впервые предпринимается в области изящной литературы. Она может потерпеть провал, но упрямому и предприимчивому человеку она могла показаться соблазнительной, и…





















