ЛитРес: чтец
«В Верхней Швабии еще до сего дня стоят стены замка Гогенцоллернов, который некогда был самым величественным в стране. Он поднимается на круглой крутой горе, и с его отвесной высоты широко и далеко видна страна. Но так же далеко и даже еще много даль…
«В Верхней Швабии еще до сего дня стоят стены замка Гогенцоллернов, который некогда был самым величественным в стране. Он поднимается на круглой крутой горе, и с его отвесной высоты широко и далеко видна страна. Но так же далеко и даже еще много даль…
«Она росла на небольшой поляне, прямая, стройная береза, с белым стволом, с пахучими, лаковыми листочками. А кругом нее шумели старые дубы, цвели белым цветом и сладко благоухали раскидистые большие липы, зеленели зелеными иглами яркие бархатные пихт…
«Она росла на небольшой поляне, прямая, стройная береза, с белым стволом, с пахучими, лаковыми листочками. А кругом нее шумели старые дубы, цвели белым цветом и сладко благоухали раскидистые большие липы, зеленели зелеными иглами яркие бархатные пихт…
«Мудрец Туиг-Са-О был ученейшим из людей. Он знал все, что делается на земле, под землей, в водах, среди звезд. Спокойно и неторопливо он делал теперь те несколько шагов, которые отделяли его от могилы, вырытой в его саду, среди цветов…»
«Мудрец Туиг-Са-О был ученейшим из людей. Он знал все, что делается на земле, под землей, в водах, среди звезд. Спокойно и неторопливо он делал теперь те несколько шагов, которые отделяли его от могилы, вырытой в его саду, среди цветов…»
«Весной 1878 года проживал в Москве, в небольшом деревянном домике на Шаболовке, молодой человек, лет двадцати пяти, по имени Яков Аратов. С ним проживала его тетка, старая девица, лет пятидесяти с лишком, сестра его отца, Платонида Ивановна. Она зав…
«Весной 1878 года проживал в Москве, в небольшом деревянном домике на Шаболовке, молодой человек, лет двадцати пяти, по имени Яков Аратов. С ним проживала его тетка, старая девица, лет пятидесяти с лишком, сестра его отца, Платонида Ивановна. Она зав…
Катя и Костя переезжают в тихий городок Горный, мечтая о спокойной жизни вдали от суеты. Но их новый дом скрывает мрачные тайны.
Каждое утро в почтовом ящике появляются загадочные письма – старые газетные вырезки и пугающие фотографии. Катя чувствует…
Катя и Костя переезжают в тихий городок Горный, мечтая о спокойной жизни вдали от суеты. Но их новый дом скрывает мрачные тайны.
Каждое утро в почтовом ящике появляются загадочные письма – старые газетные вырезки и пугающие фотографии. Катя чувствует…
Я узнала, что муж мне изменяет. Неужели такое можно оставлять без ответа?! Я проучу этого предателя! И в этом мне помогут его друзья! Я его так проучу, что он надолго запомнит!Финальная часть цикла «Друзья мужа», где всё встанет на свои места.
Я узнала, что муж мне изменяет. Неужели такое можно оставлять без ответа?! Я проучу этого предателя! И в этом мне помогут его друзья! Я его так проучу, что он надолго запомнит!Финальная часть цикла «Друзья мужа», где всё встанет на свои места.
Когда невеста бессовестно изменяет тебе с гаджетом и, следуя моде, перекраивает себя в «золотой стандарт красоты»… Пора что-то менять. Так решает капитан спецслужб Андрей Зольников. Берет короткий отпуск и уезжает к бабушке в деревню, чтобы отдохнуть…
Когда невеста бессовестно изменяет тебе с гаджетом и, следуя моде, перекраивает себя в «золотой стандарт красоты»… Пора что-то менять. Так решает капитан спецслужб Андрей Зольников. Берет короткий отпуск и уезжает к бабушке в деревню, чтобы отдохнуть…
Ближайшее будущее. Санкт-Петербург. Мать-одиночка срочно уезжает в командировку и оставляет подростка Максима и его младшую сестру Лидию под присмотром пенсионерки Софии Степановны, что живёт парой этажей ниже. К сорокавосьмилетнему Валерию Дятлову п…
Ближайшее будущее. Санкт-Петербург. Мать-одиночка срочно уезжает в командировку и оставляет подростка Максима и его младшую сестру Лидию под присмотром пенсионерки Софии Степановны, что живёт парой этажей ниже. К сорокавосьмилетнему Валерию Дятлову п…
Конец XI века. Христианский мир на пороге крестовых походов, но в народе все ещё сильна вера в древних Богов. Время, когда судьбы Европы и великой некогда Империи Ромеев зависят от того, устоит ли Русь под напором кочевников. Время, когда деревья был…
Конец XI века. Христианский мир на пороге крестовых походов, но в народе все ещё сильна вера в древних Богов. Время, когда судьбы Европы и великой некогда Империи Ромеев зависят от того, устоит ли Русь под напором кочевников. Время, когда деревья был…
Он – искушенный мажор, не видящий границ. Она – девочка-отличница, мечтающая стать врачом. Они возненавидели друг друга с первой встречи, но судьба упрямо сталкивает их лбами. Один случайный вечер, одна внезапная ночь и одно несправедливое пари, кото…
Он – искушенный мажор, не видящий границ. Она – девочка-отличница, мечтающая стать врачом. Они возненавидели друг друга с первой встречи, но судьба упрямо сталкивает их лбами. Один случайный вечер, одна внезапная ночь и одно несправедливое пари, кото…
"Что бы ты ни делал, ты делаешь себя" гласит восточная мудрость. Она может проявиться в жизни каждого человека самым непредсказуемым образом. Маститый профессор после ссоры с женой, всерьез занявшейся живописью, как считает муж, в ущерб семье, беретс…
"Что бы ты ни делал, ты делаешь себя" гласит восточная мудрость. Она может проявиться в жизни каждого человека самым непредсказуемым образом. Маститый профессор после ссоры с женой, всерьез занявшейся живописью, как считает муж, в ущерб семье, беретс…
Еще до обеда я мог умереть три раза.
Для начала меня чуть не пришибло упавшим деревом, потом до моей задницы едва не добрался Равуда – дело швах, когда тебя хочет лишить жизни собственный командир. И только потом в очереди на убийство моей персоны оч…
Еще до обеда я мог умереть три раза.
Для начала меня чуть не пришибло упавшим деревом, потом до моей задницы едва не добрался Равуда – дело швах, когда тебя хочет лишить жизни собственный командир. И только потом в очереди на убийство моей персоны оч…
Одна ночь меняет жизнь врача скорой помощи до неузнаваемости. Жизнь, которая всегда казалась понятной, вдруг превратилась в ночной кошмар. И только он – незнакомец с горящими глазами и запредельной самоуверенностью – может защитить от всего мира, ста…
Одна ночь меняет жизнь врача скорой помощи до неузнаваемости. Жизнь, которая всегда казалась понятной, вдруг превратилась в ночной кошмар. И только он – незнакомец с горящими глазами и запредельной самоуверенностью – может защитить от всего мира, ста…
«…Тимоша обомлел. Ухватившись рукой за полку и растерянно смотря вниз, он стоял на лавке неподвижно, как статуя, ни жив ни мертв. Солнечный луч, яркой полоской падая из окна, играл на осколках разбитой чашки, и Тимоша, как очарованный, не мог глаз от…
«…Тимоша обомлел. Ухватившись рукой за полку и растерянно смотря вниз, он стоял на лавке неподвижно, как статуя, ни жив ни мертв. Солнечный луч, яркой полоской падая из окна, играл на осколках разбитой чашки, и Тимоша, как очарованный, не мог глаз от…
«Длинные косые тени рябин ложились на мягкую сочную траву. Солнце припекло, и хотелось лежать с закрытыми глазами и слушать тихие, нежные напевы моря. Искрится море вдали и шумит, и так много в его шуме тайн. Не знаешь – обласкает оно или пригрозит г…
«Длинные косые тени рябин ложились на мягкую сочную траву. Солнце припекло, и хотелось лежать с закрытыми глазами и слушать тихие, нежные напевы моря. Искрится море вдали и шумит, и так много в его шуме тайн. Не знаешь – обласкает оно или пригрозит г…
«Была когда-то на свете (а может, и теперь есть) маленькая, потертая, грязная книжка. В этой книжке таилась волшебная сила. Кто брал ее в руки, тот делался добрым, веселым, хорошим, и главное – тот начинал любить всех и только и думал о том, как бы и…
«Была когда-то на свете (а может, и теперь есть) маленькая, потертая, грязная книжка. В этой книжке таилась волшебная сила. Кто брал ее в руки, тот делался добрым, веселым, хорошим, и главное – тот начинал любить всех и только и думал о том, как бы и…
«Как жизни общие призывы,
Как увлеченья суеты,
Понятны вам страстей порывы
И обания мечты;
Понятны вам все дуновенья,
Которым в море бытия
Послушна наша ладия.
Вам приношу я песнопенья,
Где отразилась жизнь моя:
Исполнена тоски глубокой,
Противоречий…
«Как жизни общие призывы,
Как увлеченья суеты,
Понятны вам страстей порывы
И обания мечты;
Понятны вам все дуновенья,
Которым в море бытия
Послушна наша ладия.
Вам приношу я песнопенья,
Где отразилась жизнь моя:
Исполнена тоски глубокой,
Противоречий…
«Солнце стояло над головою, и его лучи ослепительно яркие и горячие, щедро заливали зелёные степи и цепь невысоких курганов за узкою речкой. Белые чайки, с пронзительными криком пролетавшие над речкою, получали золотистый металлический оттенок. На не…
«Солнце стояло над головою, и его лучи ослепительно яркие и горячие, щедро заливали зелёные степи и цепь невысоких курганов за узкою речкой. Белые чайки, с пронзительными криком пролетавшие над речкою, получали золотистый металлический оттенок. На не…