ЛитРес: чтец
«Была в одной деревне старая усадьба, а у старика, владельца её, было два сына, да таких умных, что и вполовину было бы хорошо. Они собирались посвататься к королевне; это было можно, – она сама объявила, что выберет себе в мужья человека, который лу…
«Была в одной деревне старая усадьба, а у старика, владельца её, было два сына, да таких умных, что и вполовину было бы хорошо. Они собирались посвататься к королевне; это было можно, – она сама объявила, что выберет себе в мужья человека, который лу…
«Жил-был мужик по прозванью Таракан: такие у него усы тараканьи были, длинные-предлинные да тонкие. А сила в нем была великая: если мимо воробей пролетит – он с ног валится. Тоже и храбрости был Таракан несказанной: ночью из избы никогда не выходил о…
«Жил-был мужик по прозванью Таракан: такие у него усы тараканьи были, длинные-предлинные да тонкие. А сила в нем была великая: если мимо воробей пролетит – он с ног валится. Тоже и храбрости был Таракан несказанной: ночью из избы никогда не выходил о…
«Когда ночь опускает свой покров на поле битвы и разделяет борющихся, – наступает момент учета итогов дня, определения потерь и завоеваний. Тогда разбитый противник спешит отступить под прикрытием темноты, а победители, не рискуя преследовать во мрак…
«Когда ночь опускает свой покров на поле битвы и разделяет борющихся, – наступает момент учета итогов дня, определения потерь и завоеваний. Тогда разбитый противник спешит отступить под прикрытием темноты, а победители, не рискуя преследовать во мрак…
«Все звали его пренебрежительным именем „Давыдка“, но никому бы не пришла охота принизить его этим именем.
Что-то печально-убогое было в этом человеке, который и улыбался-то какой-то особенной болезненной улыбкой, никогда не шутил, никогда не казался…
«Все звали его пренебрежительным именем „Давыдка“, но никому бы не пришла охота принизить его этим именем.
Что-то печально-убогое было в этом человеке, который и улыбался-то какой-то особенной болезненной улыбкой, никогда не шутил, никогда не казался…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Собираясь в «Останкино», частный детектив Алексей Кисанов …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Собираясь в «Останкино», частный детектив Алексей Кисанов …
Люся Суворова страдает от ревности – ее возлюбленный укатил в командировку в компании симпатичной переводчицы! В этой ситуации трудно понять, кстати или некстати окажется феерическая находка на дачной свалке – обнаженный мужчина, надежно упакованный……
Люся Суворова страдает от ревности – ее возлюбленный укатил в командировку в компании симпатичной переводчицы! В этой ситуации трудно понять, кстати или некстати окажется феерическая находка на дачной свалке – обнаженный мужчина, надежно упакованный……
«Что нужно для того, чтобы быть писателем?
Прежде и после всего нужен талант, и не о чем здесь беседовать, и не о чем читать лекций. Нельзя научиться стать писателем-художником, – нужно им родиться. Poetae non fiunt, sed nascuntur, – поэтами не делаю…
«Что нужно для того, чтобы быть писателем?
Прежде и после всего нужен талант, и не о чем здесь беседовать, и не о чем читать лекций. Нельзя научиться стать писателем-художником, – нужно им родиться. Poetae non fiunt, sed nascuntur, – поэтами не делаю…
Эта книга уникальная в своем роде. Она является хронологией бесед врача-психиатра с необычным пациентом – подростком, сохранившим воспоминания до рождения. В процессе бесед затрагиваются наиважнейшие вопросы человеческой жизни. Доступная и увлекатель…
Эта книга уникальная в своем роде. Она является хронологией бесед врача-психиатра с необычным пациентом – подростком, сохранившим воспоминания до рождения. В процессе бесед затрагиваются наиважнейшие вопросы человеческой жизни. Доступная и увлекатель…
Изложены принципы, следование которым поможет каждому человеку развить свою внутреннюю харизму и закалить характер, почувствовать себя сильной, уверенной в себе личностью.
Изложены принципы, следование которым поможет каждому человеку развить свою внутреннюю харизму и закалить характер, почувствовать себя сильной, уверенной в себе личностью.
Телохранитель Евгения Охотникова попала в очень незавидное положение – бодигард экстра-класса оказалась в камере предварительного заключения, как какой-нибудь распоследний уголовник. И ей предстоит провести эту, а может быть, и много других ночей на …
Телохранитель Евгения Охотникова попала в очень незавидное положение – бодигард экстра-класса оказалась в камере предварительного заключения, как какой-нибудь распоследний уголовник. И ей предстоит провести эту, а может быть, и много других ночей на …
Он: меня жгла, переполняла ненависть. Благодаря ей я выжил. Пять лет я ждал, чтобы отомстить: за смерть брата, слезы матери и горе отца. Меня лишили семьи, дома, свободы, но я вернулся и буду беспощаден. Никакого снисхождения. Я уничтожу своего врага…
Он: меня жгла, переполняла ненависть. Благодаря ей я выжил. Пять лет я ждал, чтобы отомстить: за смерть брата, слезы матери и горе отца. Меня лишили семьи, дома, свободы, но я вернулся и буду беспощаден. Никакого снисхождения. Я уничтожу своего врага…
«В ноябре истекшего 1894 года известный художник И. Е. Репин напечатал в приложениях к „Ниве“ небольшую статью под названием „Николай Николаевич Ге и наши претензии к искусству“. Производя критическую оценку произведениям Ге, г. Репин не в первый уже…
«В ноябре истекшего 1894 года известный художник И. Е. Репин напечатал в приложениях к „Ниве“ небольшую статью под названием „Николай Николаевич Ге и наши претензии к искусству“. Производя критическую оценку произведениям Ге, г. Репин не в первый уже…
«Вечерело; шторм снизил давление, но волны еще не вернули тот свой живописный вид, какой настраивает нас покровительственно в отношении к морской стихии, когда, лежа на берегу, смотрим в их зеленую глубину.
Меж этими страшными и крутыми массами черно…
«Вечерело; шторм снизил давление, но волны еще не вернули тот свой живописный вид, какой настраивает нас покровительственно в отношении к морской стихии, когда, лежа на берегу, смотрим в их зеленую глубину.
Меж этими страшными и крутыми массами черно…
Мирная страна Савод, вот уже тысячелетия существует после того, как исчезли боги, так они говорят про людей. Множество технологий предков, за ними охотятся и даже устраивают войны. Оракул отправил следопыта Дэрина с тайным поручением. Рабство, побег,…
Мирная страна Савод, вот уже тысячелетия существует после того, как исчезли боги, так они говорят про людей. Множество технологий предков, за ними охотятся и даже устраивают войны. Оракул отправил следопыта Дэрина с тайным поручением. Рабство, побег,…
«С карандашом в руке сидел я на восточном кладбище Арзерума, срисовывая один весьма красивый надгробник в виде часовни. Осеннее солнце клонилось за далекие горы Лазистана. Ярко отделялись на зареве зубчатые стены города, который восходил в гору ступе…
«С карандашом в руке сидел я на восточном кладбище Арзерума, срисовывая один весьма красивый надгробник в виде часовни. Осеннее солнце клонилось за далекие горы Лазистана. Ярко отделялись на зареве зубчатые стены города, который восходил в гору ступе…
«В это жаркое июльское утро Павел Дмитриевич Звягин, доканчивая свой туалет, сопел и обливался по́том больше обыкновенного. Гроза собиралась три дня. К полудню всякий раз небо покрывалось лилово-серыми тучами, но ветер, подняв целые вихри пыли и ярос…
«В это жаркое июльское утро Павел Дмитриевич Звягин, доканчивая свой туалет, сопел и обливался по́том больше обыкновенного. Гроза собиралась три дня. К полудню всякий раз небо покрывалось лилово-серыми тучами, но ветер, подняв целые вихри пыли и ярос…
Невероятно, они выжили и теперь летели перед фронтом ударной волны взорвавшейся черной дыры. Звездолет ускорялся, произвести маневр невозможно, оставалось только одно – молиться, чтобы какая-нибудь глыба не разнесла его на молекулы. Умник молиться не…
Невероятно, они выжили и теперь летели перед фронтом ударной волны взорвавшейся черной дыры. Звездолет ускорялся, произвести маневр невозможно, оставалось только одно – молиться, чтобы какая-нибудь глыба не разнесла его на молекулы. Умник молиться не…