ЛитРес: чтец
В истории, где есть самый настоящий Горыныч, просто не может не быть Ивана-царевича. Между прочим, довольно быстро выяснится, что Горыныч здесь никакой не настоящий, а всего лишь мелкий бандит. Зато Иван-царевич, рассекающий на «Ламборджини» вместо п…
В истории, где есть самый настоящий Горыныч, просто не может не быть Ивана-царевича. Между прочим, довольно быстро выяснится, что Горыныч здесь никакой не настоящий, а всего лишь мелкий бандит. Зато Иван-царевич, рассекающий на «Ламборджини» вместо п…
«Илья Платонович Арефьев, фельетонист распространенной газеты, ходит по своему кабинету, – от угла кожаного дивана до этажерки с бюстом сурового Шопенгауэра, задевает руками и ногами за спинки стульев и сердится. С ним случилось то, что называется у …
«Илья Платонович Арефьев, фельетонист распространенной газеты, ходит по своему кабинету, – от угла кожаного дивана до этажерки с бюстом сурового Шопенгауэра, задевает руками и ногами за спинки стульев и сердится. С ним случилось то, что называется у …
«Элемент крови» и «Минус ангел» – детективы особой категории. Сперва загадочные убийства (Гитлера, Мэрилин Монро, Брюса Ли) происходят в Аду, а в следующей книге начинают погибать ангелы – уже в Раю. Но как можно убить тех, кто и так уже мёртв? Дьяво…
«Элемент крови» и «Минус ангел» – детективы особой категории. Сперва загадочные убийства (Гитлера, Мэрилин Монро, Брюса Ли) происходят в Аду, а в следующей книге начинают погибать ангелы – уже в Раю. Но как можно убить тех, кто и так уже мёртв? Дьяво…
Эта история началась с того, что в одной богом забытой дыре у одного трейлера, принадлежащего одному крутому парню с незамысловатым именем, вдруг сломался двигатель. Все бы ничего, но денег на ремонт еще нужно заработать, а жители славного города Кат…
Эта история началась с того, что в одной богом забытой дыре у одного трейлера, принадлежащего одному крутому парню с незамысловатым именем, вдруг сломался двигатель. Все бы ничего, но денег на ремонт еще нужно заработать, а жители славного города Кат…
«Исправляющий должность судебного следователя и уездный врач ехали на вскрытие в село Сырню. По дороге их захватила метель, они долго кружили и приехали к месту не в полдень, как хотели, а только к вечеру, когда уже было темно. Остановились на ночлег…
«Исправляющий должность судебного следователя и уездный врач ехали на вскрытие в село Сырню. По дороге их захватила метель, они долго кружили и приехали к месту не в полдень, как хотели, а только к вечеру, когда уже было темно. Остановились на ночлег…
«Зачем полковник Лосев таскал с собою, среди всякого домашнего хлама, натисканного в дряхлый кожаный чемодан, эту совсем не нужную, бесполезную вещицу – он, пожалуй, и сам не мог бы ответить. Долгий и тяжелый путь его вовсе уже не был удобен, чтобы в…
«Зачем полковник Лосев таскал с собою, среди всякого домашнего хлама, натисканного в дряхлый кожаный чемодан, эту совсем не нужную, бесполезную вещицу – он, пожалуй, и сам не мог бы ответить. Долгий и тяжелый путь его вовсе уже не был удобен, чтобы в…
«Среди широкой публики очень распространено мнение, что новая русская изящная литература находится в упадке. Последнее имя, которое произносится с убеждением людьми, стоящими совершенно вне литературы, есть имя Льва Толстого. Все позднейшее, – увы, д…
«Среди широкой публики очень распространено мнение, что новая русская изящная литература находится в упадке. Последнее имя, которое произносится с убеждением людьми, стоящими совершенно вне литературы, есть имя Льва Толстого. Все позднейшее, – увы, д…
Новый совместный проект ведущего художника Ведической Руси и автора бестселлера «10 тысяч лет русской истории», побившего рекорды продаж. Долгожданная правда о происхождении Русского народа и сверхчеловеческих свершениях наших великих предков, ведущи…
Новый совместный проект ведущего художника Ведической Руси и автора бестселлера «10 тысяч лет русской истории», побившего рекорды продаж. Долгожданная правда о происхождении Русского народа и сверхчеловеческих свершениях наших великих предков, ведущи…
Склиф – это не институт и не больница. Это особый мир. Доктору Данилову «посчастливилось» устроиться на работу в место, которое называют и «Кузницей здоровья», и «Фабрикой смерти», и «Главной помойкой Минздрава». Вы знаете, сколько существует способо…
Склиф – это не институт и не больница. Это особый мир. Доктору Данилову «посчастливилось» устроиться на работу в место, которое называют и «Кузницей здоровья», и «Фабрикой смерти», и «Главной помойкой Минздрава». Вы знаете, сколько существует способо…
«Существует морское точное определение направлений ветров по градусам круга, по тридцати двум румбам с долями. Но это для ученых, профессиональных мореходов. А у простых рыбаков повсюду есть ветрам свои особые, старинные, вековые названия…»
«Существует морское точное определение направлений ветров по градусам круга, по тридцати двум румбам с долями. Но это для ученых, профессиональных мореходов. А у простых рыбаков повсюду есть ветрам свои особые, старинные, вековые названия…»
В российской глуши еще сохранились древние религиозные скиты, построенные в свое время староверами, бежавшими от засилья официальной православной доктрины. Вечные странники проводили почти всю свою жизнь в молитвах и покаянии, но перед смертью они об…
В российской глуши еще сохранились древние религиозные скиты, построенные в свое время староверами, бежавшими от засилья официальной православной доктрины. Вечные странники проводили почти всю свою жизнь в молитвах и покаянии, но перед смертью они об…
«…Даша хорошо запомнила ту девушку у входа в будапештский лабиринт. День был пасмурный, старинная улочка с невысокими домами, на которую они с Олеськой свернули, казалась выцветшей, словно на потемневшей от времени картине. Туристы остались делать се…
«…Даша хорошо запомнила ту девушку у входа в будапештский лабиринт. День был пасмурный, старинная улочка с невысокими домами, на которую они с Олеськой свернули, казалась выцветшей, словно на потемневшей от времени картине. Туристы остались делать се…
Эта история начинается со свадьбы. Нежеланной и неправильной. Со свадьбы, где невеста боится и ненавидит жениха, а жених презирает и не желает невесту, но колдовством заставляет её сказать «да».
Союз, благословлённый Тёмным – плохое начало для долгой…
Эта история начинается со свадьбы. Нежеланной и неправильной. Со свадьбы, где невеста боится и ненавидит жениха, а жених презирает и не желает невесту, но колдовством заставляет её сказать «да».
Союз, благословлённый Тёмным – плохое начало для долгой…
«Многим, не без основания, покажется странным соединение в одной критической статье произведений двух писателей различных эпох, с различным направлением талантов и литературной деятельности. Мы имеем на это причины, изложение которых и должно состави…
«Многим, не без основания, покажется странным соединение в одной критической статье произведений двух писателей различных эпох, с различным направлением талантов и литературной деятельности. Мы имеем на это причины, изложение которых и должно состави…
«Коля Констанди, пожилой, весь просоленный балаклавский рыбак, собирается наново вычистить и покрасить свою двухвесельную, стройную, видавшую многие виды лодку. В помощники он выбирает – великая честь – вашего покорного слугу…»
«Коля Констанди, пожилой, весь просоленный балаклавский рыбак, собирается наново вычистить и покрасить свою двухвесельную, стройную, видавшую многие виды лодку. В помощники он выбирает – великая честь – вашего покорного слугу…»
«Письмо было от Татьяны Алексеевны Лосевой, которую лет десять – двенадцать назад, когда Подгорин живал в Кузьминках, называли сокращенно Та. Но кто же Ва? Вспомнились Подгорину длинные разговоры, веселый смех, романсы, прогулки по вечерам и целый цв…
«Письмо было от Татьяны Алексеевны Лосевой, которую лет десять – двенадцать назад, когда Подгорин живал в Кузьминках, называли сокращенно Та. Но кто же Ва? Вспомнились Подгорину длинные разговоры, веселый смех, романсы, прогулки по вечерам и целый цв…
Ольге жилось совсем несладко. Посудите сами – мама-учительница да еще две тетушки воспитывали ее без перерыва на обед. То есть и во время обеда норовили внушить разумное, доброе, вечное, и во время завтрака, и за ужином тоже.
Больше всего они боялись…
Ольге жилось совсем несладко. Посудите сами – мама-учительница да еще две тетушки воспитывали ее без перерыва на обед. То есть и во время обеда норовили внушить разумное, доброе, вечное, и во время завтрака, и за ужином тоже.
Больше всего они боялись…
Это – одна из самых ранних и самых лучших сказок писателя. Пропала совесть, которою все тяготятся и от которой все стараются отделаться…
Это – одна из самых ранних и самых лучших сказок писателя. Пропала совесть, которою все тяготятся и от которой все стараются отделаться…