короткие любовные романы
Это жёсткая, пронзительная история о токсичных отношениях, внутренней силе и цене, которую порой приходится платить за попытку быть счастливой. Книга поднимает важные вопросы: почему жертвы долго не решаются уйти, как сложно построить новую жизнь пос…
Это жёсткая, пронзительная история о токсичных отношениях, внутренней силе и цене, которую порой приходится платить за попытку быть счастливой. Книга поднимает важные вопросы: почему жертвы долго не решаются уйти, как сложно построить новую жизнь пос…
Расследование поручают коллежскому советнику Игнатию Оболенскому, усталому следователю с блестящим умом часовщика. Вместе с циничным гением-патологоанатомом доктором Павлом Гуровым они вскрывают не частное преступление, а гниющее нутро империи. Тайны…
Расследование поручают коллежскому советнику Игнатию Оболенскому, усталому следователю с блестящим умом часовщика. Вместе с циничным гением-патологоанатомом доктором Павлом Гуровым они вскрывают не частное преступление, а гниющее нутро империи. Тайны…
Лада приезжает в Петербург, мечтая покорить ледяной олимп, но реальность оказывается куда жёстче фантазий: изматывающие тренировки, беспощадный тренер и Максим Артеев — звезда парного катания, убеждённый, что Лада создана для него. Однако Лада твёрдо…
Лада приезжает в Петербург, мечтая покорить ледяной олимп, но реальность оказывается куда жёстче фантазий: изматывающие тренировки, беспощадный тренер и Максим Артеев — звезда парного катания, убеждённый, что Лада создана для него. Однако Лада твёрдо…
Первая любовь - это обещание быть вместе и навсегда, выведенное на школьной парте. Но дороги разошлись, а клятвы остались на пустом перроне.
Он уехал. Она осталась. Десять лет тишины. Десять лет жизни параллельными маршрутами.
А в канун Нового года п…
Первая любовь - это обещание быть вместе и навсегда, выведенное на школьной парте. Но дороги разошлись, а клятвы остались на пустом перроне.
Он уехал. Она осталась. Десять лет тишины. Десять лет жизни параллельными маршрутами.
А в канун Нового года п…
Её предали все, кому она верила. В новогоднюю ночь единственным пристанищем стал офис и её босс-перфекционист — холодный, блестящий и предсказуемый, как шрифт Times New Roman. Он стал её тихой гаванью.
Но грядущий год готовит сюрприз: встреча с други…
Её предали все, кому она верила. В новогоднюю ночь единственным пристанищем стал офис и её босс-перфекционист — холодный, блестящий и предсказуемый, как шрифт Times New Roman. Он стал её тихой гаванью.
Но грядущий год готовит сюрприз: встреча с други…
В эпоху, когда каждое слово сохраняется, а каждое молчание — скриншотится, мы стали архивариусами собственной боли.
Эта короткая, но пронзительная притча от Рины Космы — не мораль и не инструкция. Это тихое напоминание: прощение не стирает прошлое. О…
В эпоху, когда каждое слово сохраняется, а каждое молчание — скриншотится, мы стали архивариусами собственной боли.
Эта короткая, но пронзительная притча от Рины Космы — не мораль и не инструкция. Это тихое напоминание: прощение не стирает прошлое. О…
Муж Жанны скоропостижно скончался. Это открывает для нее новые перспективы.
Муж Жанны скоропостижно скончался. Это открывает для нее новые перспективы.
- Витусичка, солнышко моё золотое, поздравляю с рождением сына! Тяжело было наверное?! Понимаю! Первенец! Выстраданный! Долгожданный! Ну ничего-ничего, теперь я рядом, я помогу, мама здесь…
И нет, Витусичка – это не я. Это мой муж, Виталий, который, …
- Витусичка, солнышко моё золотое, поздравляю с рождением сына! Тяжело было наверное?! Понимаю! Первенец! Выстраданный! Долгожданный! Ну ничего-ничего, теперь я рядом, я помогу, мама здесь…
И нет, Витусичка – это не я. Это мой муж, Виталий, который, …
В эпоху, когда каждое слово сохраняется, а каждое молчание — скриншотится, мы стали архивариусами собственной боли.
Эта короткая, но пронзительная притча от Рины Космы — не мораль и не инструкция. Это тихое напоминание: прощение не стирает прошлое. О…
В эпоху, когда каждое слово сохраняется, а каждое молчание — скриншотится, мы стали архивариусами собственной боли.
Эта короткая, но пронзительная притча от Рины Космы — не мораль и не инструкция. Это тихое напоминание: прощение не стирает прошлое. О…
Максим Сергеевич, генеральный директор, холодный и расчетливый стратег. Анна, его лучший блондинистый помощник, умная и безупречная. Их страстный роман был большой ошибкой, которую оба предпочли забыть. Разрыв был жёстким и окончательным.
Но есть пр…
Максим Сергеевич, генеральный директор, холодный и расчетливый стратег. Анна, его лучший блондинистый помощник, умная и безупречная. Их страстный роман был большой ошибкой, которую оба предпочли забыть. Разрыв был жёстким и окончательным.
Но есть пр…
Книга объединяет коллекцию состояний, в которых эмоции превращаются в ресурс, когда мы находим в себе смелость встретиться с ними лицом к лицу. Это истории про то, как проживать свои эмоции, освобождать ресурс и раскрывать потенциал. Но он не про инс…
Книга объединяет коллекцию состояний, в которых эмоции превращаются в ресурс, когда мы находим в себе смелость встретиться с ними лицом к лицу. Это истории про то, как проживать свои эмоции, освобождать ресурс и раскрывать потенциал. Но он не про инс…
Лена уверена, что мужчины водят в сауны только... женщин с низкой социальной ответственностью. А она не такая! Но однажды муж пригласил Лену в сауну, где её взгляды и отношение меняются...
Лена уверена, что мужчины водят в сауны только... женщин с низкой социальной ответственностью. А она не такая! Но однажды муж пригласил Лену в сауну, где её взгляды и отношение меняются...
Открыв секрет в планетарном масштабе, не спеши открывать его всему миру. Его хозяин – время. И только времени решать, когда пора его открыть…
Открыв секрет в планетарном масштабе, не спеши открывать его всему миру. Его хозяин – время. И только времени решать, когда пора его открыть…
Расследование поручают коллежскому советнику Игнатию Оболенскому, усталому следователю с блестящим умом часовщика. Вместе с циничным гением-патологоанатомом доктором Павлом Гуровым они вскрывают не частное преступление, а гниющее нутро империи. Тайны…
Расследование поручают коллежскому советнику Игнатию Оболенскому, усталому следователю с блестящим умом часовщика. Вместе с циничным гением-патологоанатомом доктором Павлом Гуровым они вскрывают не частное преступление, а гниющее нутро империи. Тайны…
План Васи на Новый год был прост: перетерпеть и сбежать. Но кто бы мог подумать, что побег обернётся магией — тишиной парка, старой каруселью и Ксюшей, которая задала один-единственный вопрос и изменила всё.
План Васи на Новый год был прост: перетерпеть и сбежать. Но кто бы мог подумать, что побег обернётся магией — тишиной парка, старой каруселью и Ксюшей, которая задала один-единственный вопрос и изменила всё.
Книга Таис Шенин - это легкая и романтичная повесть, раскрывающая историю зарождающихся чувств в жизни уже состоявшихся людей.
Один случайно подслушанный телефонный разговор, одни тапочки-собачки и один платяной шкаф - такого исхода обычного рабоче…
Книга Таис Шенин - это легкая и романтичная повесть, раскрывающая историю зарождающихся чувств в жизни уже состоявшихся людей.
Один случайно подслушанный телефонный разговор, одни тапочки-собачки и один платяной шкаф - такого исхода обычного рабоче…
Алехо де лас Руинас — идальго, для которого буквы пляшут, а слова путаются. Его дислексия — не недостаток, а дар. Дар читать мир не по буквам, а по смыслу, скрытому между строк. Он видит в трещинах камней — карты, в усталой женщине у колодца — Хранит…
Алехо де лас Руинас — идальго, для которого буквы пляшут, а слова путаются. Его дислексия — не недостаток, а дар. Дар читать мир не по буквам, а по смыслу, скрытому между строк. Он видит в трещинах камней — карты, в усталой женщине у колодца — Хранит…
Первая серия из литсериала "Миллениалы. Истории о школьной любви". Алесе исполняется 14 лет, и на вечеринке она неожиданно для себя влюбляется в нового парня лучшей подруги. Кто они теперь, подруги или соперницы? И можно ли отбить чужого парня, если …
Первая серия из литсериала "Миллениалы. Истории о школьной любви". Алесе исполняется 14 лет, и на вечеринке она неожиданно для себя влюбляется в нового парня лучшей подруги. Кто они теперь, подруги или соперницы? И можно ли отбить чужого парня, если …
Четыре года назад я сбежала от него, оставив в прошлом предательство и разбитое сердце. Я выстроила новую жизнь, новую себя. И была уверена, что больше никогда его не увижу. Какая ирония. Теперь мой бывший муж мой новый босс. И он ясно дал понять: о…
Четыре года назад я сбежала от него, оставив в прошлом предательство и разбитое сердце. Я выстроила новую жизнь, новую себя. И была уверена, что больше никогда его не увижу. Какая ирония. Теперь мой бывший муж мой новый босс. И он ясно дал понять: о…
Эта книга начинается с обычных будничных сцен. Её героини оказываются в моменте, когда отказаться уже нельзя, а согласие становится единственным способом что-то контролировать. Здесь секс это не про близость. Это действие. Жёсткое, прямое, иногда пуг…
Эта книга начинается с обычных будничных сцен. Её героини оказываются в моменте, когда отказаться уже нельзя, а согласие становится единственным способом что-то контролировать. Здесь секс это не про близость. Это действие. Жёсткое, прямое, иногда пуг…





















