книги о войне

Освенцим
4
Книга о тех, кто пережил крайность, где жизнь измеряется не днями, а выдержкой, где память, тело и время хранят травму, а молчание и присутствие становятся формой сопротивления. Здесь нет привычных героев. Есть люди, которые учатся жить после невозм…
Книга о тех, кто пережил крайность, где жизнь измеряется не днями, а выдержкой, где память, тело и время хранят травму, а молчание и присутствие становятся формой сопротивления. Здесь нет привычных героев. Есть люди, которые учатся жить после невозм…
Повесть: «Крепче мерзлой земли»
3
«Стальной сплав. Восточный фронт» — это цикл фронтовых рассказов-былей о самом крепком братстве, рождающемся в огне. На полях сражений за Донбасс плечом к плечу встали воины со всей России — отважные сыны Алтая, несгибаемые башкиры, выносливые татары…
«Стальной сплав. Восточный фронт» — это цикл фронтовых рассказов-былей о самом крепком братстве, рождающемся в огне. На полях сражений за Донбасс плечом к плечу встали воины со всей России — отважные сыны Алтая, несгибаемые башкиры, выносливые татары…
Следы войны
4
Повесть рассказывает историю солдата Василия Андреевича, прошедшего сложный путь от мирных сельских будней до жестоких сражений Великой Отечественной войны. Читатель окунётся в атмосферу военного времени, переживёт вместе с главным героем первый бой,…
Повесть рассказывает историю солдата Василия Андреевича, прошедшего сложный путь от мирных сельских будней до жестоких сражений Великой Отечественной войны. Читатель окунётся в атмосферу военного времени, переживёт вместе с главным героем первый бой,…
Отряд вернется без потерь. Часть первая.
5
Роман переносит читателя в один из самых драматичных периодов Великой Отечественной войны — трагедию Второй Ударной армии. В нем детально воссозданы будни солдат, находящихся на грани физических и моральных сил, преодолевающих препятствия ради свобод…
Роман переносит читателя в один из самых драматичных периодов Великой Отечественной войны — трагедию Второй Ударной армии. В нем детально воссозданы будни солдат, находящихся на грани физических и моральных сил, преодолевающих препятствия ради свобод…
Семейные тайны. Книга 2. Возвращение
3
Во второй книге серии "Семейные тайны" Ашли решает вернуться в родную страну, надеясь быстро изменить свою жизнь и найти ответы на терзающие его вопросы. Однако с каждым шагом он сталкивается с трудностями и неожиданными открытиями, которые заставляю…
Во второй книге серии "Семейные тайны" Ашли решает вернуться в родную страну, надеясь быстро изменить свою жизнь и найти ответы на терзающие его вопросы. Однако с каждым шагом он сталкивается с трудностями и неожиданными открытиями, которые заставляю…
Повесть: «Крепче мерзлой земли»
5
«Стальной сплав. Восточный фронт» — это цикл фронтовых рассказов-былей о самом крепком братстве, рождающемся в огне. На полях сражений за Донбасс плечом к плечу встали воины со всей России — отважные сыны Алтая, несгибаемые башкиры, выносливые татары…
«Стальной сплав. Восточный фронт» — это цикл фронтовых рассказов-былей о самом крепком братстве, рождающемся в огне. На полях сражений за Донбасс плечом к плечу встали воины со всей России — отважные сыны Алтая, несгибаемые башкиры, выносливые татары…
Следы войны
4
Повесть рассказывает историю солдата Василия Андреевича, прошедшего сложный путь от мирных сельских будней до жестоких сражений Великой Отечественной войны. Читатель окунётся в атмосферу военного времени, переживёт вместе с главным героем первый бой,…
Повесть рассказывает историю солдата Василия Андреевича, прошедшего сложный путь от мирных сельских будней до жестоких сражений Великой Отечественной войны. Читатель окунётся в атмосферу военного времени, переживёт вместе с главным героем первый бой,…
Великий Созерцатель или мрачная эпоха Вакцинаторов
5
Мир после вируса, поразившего землю. Насильственная вакцинация, приведшая к упадку цивилизации, апокалипсису. Книга о революции, о борьбе с власть имущими, о войне диссидентов с вакцинаторами, борьба военных на фоне дворца Вакцинаторов.
Мир после вируса, поразившего землю. Насильственная вакцинация, приведшая к упадку цивилизации, апокалипсису. Книга о революции, о борьбе с власть имущими, о войне диссидентов с вакцинаторами, борьба военных на фоне дворца Вакцинаторов.
«Вагнер». «Проект К»: через ад к свободе
4
Пройдя бок о бок с бывшими заключёнными от тюремного барака до помилования, автор ищет ответ на главный вопрос: можно ли заплатить за свободу и очищение страхом, кровью и верой в аду современной войны. Автор первого документального фильма о ЧВК «Вагн…
Пройдя бок о бок с бывшими заключёнными от тюремного барака до помилования, автор ищет ответ на главный вопрос: можно ли заплатить за свободу и очищение страхом, кровью и верой в аду современной войны. Автор первого документального фильма о ЧВК «Вагн…
Диагноз
3
На создание этого рассказа меня вдохновили ребята своим мужеством, героизмом, верой! Чистоту этого рассказа, как и русской души, не запятнать! Все позывные реальных бойцов! Руха, Ястреб и другие, павшие за Родину, царство небесное вам! Остальным боль…
На создание этого рассказа меня вдохновили ребята своим мужеством, героизмом, верой! Чистоту этого рассказа, как и русской души, не запятнать! Все позывные реальных бойцов! Руха, Ястреб и другие, павшие за Родину, царство небесное вам! Остальным боль…
Ас танковой разведки
4
Тридцатые годы прошлого столетия. Владимир Подгорбунский, беспризорник и вор, находясь в местах лишения встает на путь исправления. С началом Великой отечественной войны уходит на фронт, где служа в танковой разведки становится Героем Советског…
Тридцатые годы прошлого столетия. Владимир Подгорбунский, беспризорник и вор, находясь в местах лишения встает на путь исправления. С началом Великой отечественной войны уходит на фронт, где служа в танковой разведки становится Героем Советског…
Ас танковой разведки
3
Тридцатые годы прошлого столетия. Владимир Подгорбунский, беспризорник и вор, находясь в местах лишения встает на путь исправления. С началом Великой отечественной войны уходит на фронт, где служа в танковой разведки становится Героем Советског…
Тридцатые годы прошлого столетия. Владимир Подгорбунский, беспризорник и вор, находясь в местах лишения встает на путь исправления. С началом Великой отечественной войны уходит на фронт, где служа в танковой разведки становится Героем Советског…
Ноль
3
Эта книга о том, что остаётся, когда всё уже произошло. Не о смерти, а о пустоте после неё. Не о крике, а о тишине, которая громче слов. Здесь нет героев и злодеев, нет подробных описаний ужаса. Есть человек, память и место, где время остановилось. …
Эта книга о том, что остаётся, когда всё уже произошло. Не о смерти, а о пустоте после неё. Не о крике, а о тишине, которая громче слов. Здесь нет героев и злодеев, нет подробных описаний ужаса. Есть человек, память и место, где время остановилось. …
Атлас истребления
5
1816 год. Союз трещит по швам. Война дышит в затылок, но в столице царит благодушное неведение. Спекулянт Томас Харпер верит, что его битва — это закон и бухгалтерские книги. Идеалист Дэниел Вэнс надеется удержать хаос силой права. Его брат Алистер В…
1816 год. Союз трещит по швам. Война дышит в затылок, но в столице царит благодушное неведение. Спекулянт Томас Харпер верит, что его битва — это закон и бухгалтерские книги. Идеалист Дэниел Вэнс надеется удержать хаос силой права. Его брат Алистер В…
Атлас истребления
5
1816 год. Союз трещит по швам. Война дышит в затылок, но в столице царит благодушное неведение. Спекулянт Томас Харпер верит, что его битва — это закон и бухгалтерские книги. Идеалист Дэниел Вэнс надеется удержать хаос силой права. Его брат Алистер В…
1816 год. Союз трещит по швам. Война дышит в затылок, но в столице царит благодушное неведение. Спекулянт Томас Харпер верит, что его битва — это закон и бухгалтерские книги. Идеалист Дэниел Вэнс надеется удержать хаос силой права. Его брат Алистер В…
Освенцим
5
Книга о тех, кто пережил крайность, где жизнь измеряется не днями, а выдержкой, где память, тело и время хранят травму, а молчание и присутствие становятся формой сопротивления. Здесь нет привычных героев. Есть люди, которые учатся жить после невозм…
Книга о тех, кто пережил крайность, где жизнь измеряется не днями, а выдержкой, где память, тело и время хранят травму, а молчание и присутствие становятся формой сопротивления. Здесь нет привычных героев. Есть люди, которые учатся жить после невозм…
Сирень для лейтенанта
4
Тяжело раненый лейтенант Алексей Гордеев угасает в госпитале, теряя волю к жизни. Врач Анна становится для него лучом света: ее забота, рассказы о мирном Ленинграде и обещание весны возвращают ему надежду. Подаренная ветка сирени и вера в жизнь стано…
Тяжело раненый лейтенант Алексей Гордеев угасает в госпитале, теряя волю к жизни. Врач Анна становится для него лучом света: ее забота, рассказы о мирном Ленинграде и обещание весны возвращают ему надежду. Подаренная ветка сирени и вера в жизнь стано…
Сирень для лейтенанта
4
Тяжело раненый лейтенант Алексей Гордеев угасает в госпитале, теряя волю к жизни. Врач Анна становится для него лучом света: ее забота, рассказы о мирном Ленинграде и обещание весны возвращают ему надежду. Подаренная ветка сирени и вера в жизнь стано…
Тяжело раненый лейтенант Алексей Гордеев угасает в госпитале, теряя волю к жизни. Врач Анна становится для него лучом света: ее забота, рассказы о мирном Ленинграде и обещание весны возвращают ему надежду. Подаренная ветка сирени и вера в жизнь стано…
Повесть о Северной войне
4
В центре сюжета — судьба молодого офицера Петра Бережкова, свидетеля и участника драматичных событий Северной войны, развернувшейся на рубеже XVII-XVIII веков. Читатель становится наблюдателем непростой судьбы юного дворянина, покинувшего комфортную …
В центре сюжета — судьба молодого офицера Петра Бережкова, свидетеля и участника драматичных событий Северной войны, развернувшейся на рубеже XVII-XVIII веков. Читатель становится наблюдателем непростой судьбы юного дворянина, покинувшего комфортную …
Жизнь и приключения человека из Советского Союза
4
Есть жизнь на параллельных путях истории — там, где не звучали фанфары побед, а поезд «советского человека» унёсся вдаль, оставив тех, кто не вошёл в его вагоны. Это люди с обочины: не худшие, просто жившие иначе — по законам двора, по совести, по се…
Есть жизнь на параллельных путях истории — там, где не звучали фанфары побед, а поезд «советского человека» унёсся вдаль, оставив тех, кто не вошёл в его вагоны. Это люди с обочины: не худшие, просто жившие иначе — по законам двора, по совести, по се…

Популярные авторы