русская классика
В центре рассказа – подмосковная княжеская усадьба «Ханская ставка», после революции превращённая в музей. Старый слуга Иона Васильевич, когда-то служивший ещё прежним хозяевам, проводит экскурсию для шумной группы туристов, среди которых выделяются …
В центре рассказа – подмосковная княжеская усадьба «Ханская ставка», после революции превращённая в музей. Старый слуга Иона Васильевич, когда-то служивший ещё прежним хозяевам, проводит экскурсию для шумной группы туристов, среди которых выделяются …
Сатирическая повесть Ильи Ильфа и Евгения Петрова о делопроизводительнице Шахерезаде Шайтановой, которая, попав под сокращение в конторе «Когтей и Хвостов», пытается отсрочить увольнение, рассказывая своему начальнику увлекательные истории – подобно …
Сатирическая повесть Ильи Ильфа и Евгения Петрова о делопроизводительнице Шахерезаде Шайтановой, которая, попав под сокращение в конторе «Когтей и Хвостов», пытается отсрочить увольнение, рассказывая своему начальнику увлекательные истории – подобно …
В центре повествования – жизнь сапожника Григория Орлова и его жены Матрёны, которые ютятся в грязном и тёмном подвале старого дома. Их существование наполнено беспросветной нуждой, пьянством, ссорами и жестокими драками. Однако всё меняется, когда в…
В центре повествования – жизнь сапожника Григория Орлова и его жены Матрёны, которые ютятся в грязном и тёмном подвале старого дома. Их существование наполнено беспросветной нуждой, пьянством, ссорами и жестокими драками. Однако всё меняется, когда в…
Это одна из «Маленьких трагедий» А. С. Пушкина. Молодой рыцарь Альбер, стеснённый в средствах, отчаянно нуждается в деньгах на рыцарские доспехи, в то время как его отец, барон, одержим страстью к накоплению золота и видит в монетах не средство, а си…
Это одна из «Маленьких трагедий» А. С. Пушкина. Молодой рыцарь Альбер, стеснённый в средствах, отчаянно нуждается в деньгах на рыцарские доспехи, в то время как его отец, барон, одержим страстью к накоплению золота и видит в монетах не средство, а си…
Молодой итальянский князь, пресытившись блеском и мишурой парижской жизни, возвращается на родину – в вечный город Рим. Вдали от суетной моды и политических тревог он заново открывает для себя величественную красоту древней архитектуры, живописи и са…
Молодой итальянский князь, пресытившись блеском и мишурой парижской жизни, возвращается на родину – в вечный город Рим. Вдали от суетной моды и политических тревог он заново открывает для себя величественную красоту древней архитектуры, живописи и са…
В усадьбу добродушного полковника Ростанева приезжает его племянник-рассказчик и попадает в царство абсурда, где всем безраздельно заправляет лицемерный приживал Фома Фомич Опискин. Под маской благочестия и рафинированной чувствительности он преврати…
В усадьбу добродушного полковника Ростанева приезжает его племянник-рассказчик и попадает в царство абсурда, где всем безраздельно заправляет лицемерный приживал Фома Фомич Опискин. Под маской благочестия и рафинированной чувствительности он преврати…
Два интеллигента, напуганные наступлением политической реакции на смерть Александра II, решают полностью отказаться от убеждений, совести и собственного мнения, чтобы стать «благонадёжными» обывателями и просто выжить. Их старательное погружение в ми…
Два интеллигента, напуганные наступлением политической реакции на смерть Александра II, решают полностью отказаться от убеждений, совести и собственного мнения, чтобы стать «благонадёжными» обывателями и просто выжить. Их старательное погружение в ми…
Ревнивый муж, подозревая жену в измене, начинает слежку и по воле случая попадает в чужую квартиру, где сталкивается с незнакомцами и оказывается втянут в путаницу, полную нелепых совпадений, недоразумений и фарсовых положений. Повесть Достоевского в…
Ревнивый муж, подозревая жену в измене, начинает слежку и по воле случая попадает в чужую квартиру, где сталкивается с незнакомцами и оказывается втянут в путаницу, полную нелепых совпадений, недоразумений и фарсовых положений. Повесть Достоевского в…
«Вот и теперь, когда тусклый свет петербургского полдня тускло брезжит в мою тесную, затхлую квартирку, когда в запыленные окна виднеется лишь узкий, как колодезь, двор да клочок серого холодного неба, когда с улицы доносится назойливый треск экипаже…
«Вот и теперь, когда тусклый свет петербургского полдня тускло брезжит в мою тесную, затхлую квартирку, когда в запыленные окна виднеется лишь узкий, как колодезь, двор да клочок серого холодного неба, когда с улицы доносится назойливый треск экипаже…
Шуточное авто-интервью С.Юшкевича было напечатано в 1926 году в Париже в «Иллюстрированной России».
Шуточное авто-интервью С.Юшкевича было напечатано в 1926 году в Париже в «Иллюстрированной России».
«Великая вещь дружба. И тем более она драгоценна, что становится в наше время редчайшим явлением.
Ужасна измена друга. Еще страшнее смерть его. Но неизмеримо горше, когда вернейшего и любимейшего друга выкрадут из вашего сердца, как часы из жилетного…
«Великая вещь дружба. И тем более она драгоценна, что становится в наше время редчайшим явлением.
Ужасна измена друга. Еще страшнее смерть его. Но неизмеримо горше, когда вернейшего и любимейшего друга выкрадут из вашего сердца, как часы из жилетного…
«Мне присланы разными лицами несколько писем, – все они написаны в истерическом, воющем тоне, со страниц их брызжет тёмный, жуткий страх. Ясно чувствуешь – те, кто писал, переживают тяжёлые дни и часы, видишь, что много мучительно острых мыслей режет…
«Мне присланы разными лицами несколько писем, – все они написаны в истерическом, воющем тоне, со страниц их брызжет тёмный, жуткий страх. Ясно чувствуешь – те, кто писал, переживают тяжёлые дни и часы, видишь, что много мучительно острых мыслей режет…
«В моей дорожной шкатулке есть связки пожелтевших заметок из старинных книг и записок. В заметках я желал сохранить для себя те мелочи, то живое дыхание старины, которое исчезает так же быстро, как след дыхания на стекле. И вот эти беспорядочные заме…
«В моей дорожной шкатулке есть связки пожелтевших заметок из старинных книг и записок. В заметках я желал сохранить для себя те мелочи, то живое дыхание старины, которое исчезает так же быстро, как след дыхания на стекле. И вот эти беспорядочные заме…
«Маленького тщедушного Иванова, с приплюснутым носом и большими чёрными глазами, точно гнало по пути всевозможных житейских невзгод: из одной беды он выкарабкивался только для того, чтобы попасть в другую…»
«Маленького тщедушного Иванова, с приплюснутым носом и большими чёрными глазами, точно гнало по пути всевозможных житейских невзгод: из одной беды он выкарабкивался только для того, чтобы попасть в другую…»
Путешественник-натуралист после спектакля «Золотая цепь» приходит за кулисы. Где-то он это видел… Оказывается, однажды актеры сыграли этот спектакль «в африканском лесу… для стаи обезьян». И те до сих пор «обезьянничают» увиденные мизансцены…
Путешественник-натуралист после спектакля «Золотая цепь» приходит за кулисы. Где-то он это видел… Оказывается, однажды актеры сыграли этот спектакль «в африканском лесу… для стаи обезьян». И те до сих пор «обезьянничают» увиденные мизансцены…
«Скучно стало нам – доктору Полканову и мне – шагать второй день по горячему песку берега ленивой Оки, мимо небогатых рязанских полей, под солнцем последних дней мая; слишком усердное в этом году, оно угрожало засухой…»
«Скучно стало нам – доктору Полканову и мне – шагать второй день по горячему песку берега ленивой Оки, мимо небогатых рязанских полей, под солнцем последних дней мая; слишком усердное в этом году, оно угрожало засухой…»
