русская классика

Дом, который есть
3
Друзья. Первая часть — «Дом, которого нет» — была криком. Вторая часть — «Аристократический Дом» — станет манифестом. Но это ещё не всё. Я решила: будет третья книга. Она называется «Дом, который есть». Это третья часть истории, начатой в «Доме, кото…
Друзья. Первая часть — «Дом, которого нет» — была криком. Вторая часть — «Аристократический Дом» — станет манифестом. Но это ещё не всё. Я решила: будет третья книга. Она называется «Дом, который есть». Это третья часть истории, начатой в «Доме, кото…
Хирургия
4
«Земская больница. За отсутствием доктора, уехавшего жениться, больных принимает фельдшер Курятин, толстый человек лет сорока, в поношенной чечунчовой жакетке и в истрепанных триковых брюках. На лице выражение чувства долга и приятности. Между указат…
«Земская больница. За отсутствием доктора, уехавшего жениться, больных принимает фельдшер Курятин, толстый человек лет сорока, в поношенной чечунчовой жакетке и в истрепанных триковых брюках. На лице выражение чувства долга и приятности. Между указат…
Шуты гороховые. Картинки с натуры
4
У купца Амоса Потапыча Семишкурова подтасовались сразу три радости: Станислава на шею получил «за благочестие и позлащение иконостаса», дом новый окончил постройкой и переехал в него на новоселье, заняв «под себя» большое помещение и заново омеблиров…
У купца Амоса Потапыча Семишкурова подтасовались сразу три радости: Станислава на шею получил «за благочестие и позлащение иконостаса», дом новый окончил постройкой и переехал в него на новоселье, заняв «под себя» большое помещение и заново омеблиров…
Хамелеон. Рассказы
5
Антон Павлович Чехов (1860–1904) – русский писатель, прозаик, драматург, классик мировой литературы. Виртуозно соединяя смешное и грустное, он перевернул представление о малой прозе, превратив короткие истории в глубокие философские исследования чело…
Антон Павлович Чехов (1860–1904) – русский писатель, прозаик, драматург, классик мировой литературы. Виртуозно соединяя смешное и грустное, он перевернул представление о малой прозе, превратив короткие истории в глубокие философские исследования чело…
Краковский замок
3
«Видали ль вы море перед самым началом грозы и бури? Еще порывистый ветер не рыщет по волнам его, еще небо не оболочено черными тучами, еще валы не вздымаются горами, свист, шум, рев не оглушают странника. Не настало еще это дивное, грозное явление, …
«Видали ль вы море перед самым началом грозы и бури? Еще порывистый ветер не рыщет по волнам его, еще небо не оболочено черными тучами, еще валы не вздымаются горами, свист, шум, рев не оглушают странника. Не настало еще это дивное, грозное явление, …
Петруша Рокамболь
3
«В двенадцать лет он уже был большим фантазёром, этот Петруша. В эти годы он особенно увлекался Майн-Ридом, Густавом Эмаром, Купером, Понсон дю-Террайлем. И любил воображать себя красивым отшельником „Красным кедром“, неустрашимым исследователем дики…
«В двенадцать лет он уже был большим фантазёром, этот Петруша. В эти годы он особенно увлекался Майн-Ридом, Густавом Эмаром, Купером, Понсон дю-Террайлем. И любил воображать себя красивым отшельником „Красным кедром“, неустрашимым исследователем дики…
Человек в футляре
4
Он спрятался от жизни, и она не стала его искать. Это история о том, как мы отказываемся от любви – потому что страшно, от перемен – потому что непривычно, а в конце концов и от самой жизни – потому что она идёт не по правилам. Он спрятался от жизни,…
Он спрятался от жизни, и она не стала его искать. Это история о том, как мы отказываемся от любви – потому что страшно, от перемен – потому что непривычно, а в конце концов и от самой жизни – потому что она идёт не по правилам. Он спрятался от жизни,…
Сон
4
Чеховский этюд о бездне, где рушатся причинно-следственные связи, а герой застревает между реальностью и сном. Он пытается пересказать увиденное – и понимает: сны не подчиняются словам, а жизнь не подчиняется снам. Это произведение – чеховский этюд …
Чеховский этюд о бездне, где рушатся причинно-следственные связи, а герой застревает между реальностью и сном. Он пытается пересказать увиденное – и понимает: сны не подчиняются словам, а жизнь не подчиняется снам. Это произведение – чеховский этюд …
Сапожник и нечистая сила
4
Вот он, идеальный тариф: исполнение любых желаний в обмен на душу. Сапожник соглашается – ведь соседи должны завидовать, а в кармане звенеть золоту. Но Чехов, мастер тёмной иронии, показывает: даже когда нечистая сила держит слово, счастья почему-то …
Вот он, идеальный тариф: исполнение любых желаний в обмен на душу. Сапожник соглашается – ведь соседи должны завидовать, а в кармане звенеть золоту. Но Чехов, мастер тёмной иронии, показывает: даже когда нечистая сила держит слово, счастья почему-то …
Дом, который есть
4
Друзья. Первая часть — «Дом, которого нет» — была криком. Вторая часть — «Аристократический Дом» — станет манифестом. Но это ещё не всё. Я решила: будет третья книга. Она называется «Дом, который есть». Это третья часть истории, начатой в «Доме, кото…
Друзья. Первая часть — «Дом, которого нет» — была криком. Вторая часть — «Аристократический Дом» — станет манифестом. Но это ещё не всё. Я решила: будет третья книга. Она называется «Дом, который есть». Это третья часть истории, начатой в «Доме, кото…
Варежка
5
Продолжение истории, начатой в «Доме, которого нет». Но теперь я говорю не только своим голосом. В этой книге — голоса детей. Тех, кто рос в этом доме. Тех, кто видел мир чуть иначе. Ближе к игрушкам, к варежкам, которые терялись, а потом находились.…
Продолжение истории, начатой в «Доме, которого нет». Но теперь я говорю не только своим голосом. В этой книге — голоса детей. Тех, кто рос в этом доме. Тех, кто видел мир чуть иначе. Ближе к игрушкам, к варежкам, которые терялись, а потом находились.…
Большой выход у Сатаны
3
В произведениях Сенковского за сверхъестественными событиями скрывается острая социальная сатира, поднимаются вопросы о человеческой природе и общественных нравах. Так, в повести «Большой выход у Сатаны» автор рисует гротескную картину ежегодного «пр…
В произведениях Сенковского за сверхъестественными событиями скрывается острая социальная сатира, поднимаются вопросы о человеческой природе и общественных нравах. Так, в повести «Большой выход у Сатаны» автор рисует гротескную картину ежегодного «пр…
Дубровский
3
Знаменитое произведение великого русского писателя Александра Пушкина. Наиболее известный разбойничий роман на русском языке, повествующий о любви Владимира Дубровского и Марии Троекуровой — потомков двух враждующих помещичьих семейств.
Знаменитое произведение великого русского писателя Александра Пушкина. Наиболее известный разбойничий роман на русском языке, повествующий о любви Владимира Дубровского и Марии Троекуровой — потомков двух враждующих помещичьих семейств.
За горизонтом
5
Это книга о том, что за горизонтом. О том, как ты была звездой, ювелирным украшением, а потом стала «избыточной единицей». Как премии делят на троих, а работают — за всех. Как люди вокруг становятся странными, когда ты перестаёшь быть удобной. «За г…
Это книга о том, что за горизонтом. О том, как ты была звездой, ювелирным украшением, а потом стала «избыточной единицей». Как премии делят на троих, а работают — за всех. Как люди вокруг становятся странными, когда ты перестаёшь быть удобной. «За г…
Тщеславие и жадность. Две повести
3
Разбогатевший купец Анемподист Вавилович Подпругин, мужчина лет за пятьдесят, очень хорошо сохранившийся, без единого седого волоска в густой бороде и на висках, хотя и с объемистым брюшком, лежал у себя в роскошно отделанном кабинете на диване и бла…
Разбогатевший купец Анемподист Вавилович Подпругин, мужчина лет за пятьдесят, очень хорошо сохранившийся, без единого седого волоска в густой бороде и на висках, хотя и с объемистым брюшком, лежал у себя в роскошно отделанном кабинете на диване и бла…
Ущипни меня
4
Это ещё одна история из дома, которого нет. Но теперь он есть. И в нём живут разные люди. Разные судьбы. Разные голоса. «Ущипни меня» — книга о семье, где сильные женщины тянули всё на себе, а мужчины исчезали. О девушке, которая наслушалась роликов…
Это ещё одна история из дома, которого нет. Но теперь он есть. И в нём живут разные люди. Разные судьбы. Разные голоса. «Ущипни меня» — книга о семье, где сильные женщины тянули всё на себе, а мужчины исчезали. О девушке, которая наслушалась роликов…
Ущипни меня
3
Это ещё одна история из дома, которого нет. Но теперь он есть. И в нём живут разные люди. Разные судьбы. Разные голоса. «Ущипни меня» — книга о семье, где сильные женщины тянули всё на себе, а мужчины исчезали. О девушке, которая наслушалась роликов…
Это ещё одна история из дома, которого нет. Но теперь он есть. И в нём живут разные люди. Разные судьбы. Разные голоса. «Ущипни меня» — книга о семье, где сильные женщины тянули всё на себе, а мужчины исчезали. О девушке, которая наслушалась роликов…
Весь Гоголь для школьников. Повести и пьесы
4
Книга «Весь Гоголь для школьников» станет незаменимым помощником для подготовки к урокам учеников средней и старшей школы. В сборник вошли повести и пьесы Н. В. Гоголя. Вместе с героями классика школьники погружаются в фантастический, а временами обл…
Книга «Весь Гоголь для школьников» станет незаменимым помощником для подготовки к урокам учеников средней и старшей школы. В сборник вошли повести и пьесы Н. В. Гоголя. Вместе с героями классика школьники погружаются в фантастический, а временами обл…
Степная сторона
5
«Вот и теперь, когда тусклый свет петербургского полдня тускло брезжит в мою тесную, затхлую квартирку, когда в запыленные окна виднеется лишь узкий, как колодезь, двор да клочок серого холодного неба, когда с улицы доносится назойливый треск экипаже…
«Вот и теперь, когда тусклый свет петербургского полдня тускло брезжит в мою тесную, затхлую квартирку, когда в запыленные окна виднеется лишь узкий, как колодезь, двор да клочок серого холодного неба, когда с улицы доносится назойливый треск экипаже…
За горизонтом
5
Это книга о том, что за горизонтом. О том, как ты была звездой, ювелирным украшением, а потом стала «избыточной единицей». Как премии делят на троих, а работают — за всех. Как люди вокруг становятся странными, когда ты перестаёшь быть удобной. «За г…
Это книга о том, что за горизонтом. О том, как ты была звездой, ювелирным украшением, а потом стала «избыточной единицей». Как премии делят на троих, а работают — за всех. Как люди вокруг становятся странными, когда ты перестаёшь быть удобной. «За г…

Популярные авторы