русская классика
«Все выше и выше поднималось небо, шире расплывалась заря, белее становилось матовое серебро росы, безжизненнее становился серп месяца, звучнее – лес, люди начинали подниматься, и на барском конном дворе чаще и чаще слышалось фырканье, возня по солом…
«Все выше и выше поднималось небо, шире расплывалась заря, белее становилось матовое серебро росы, безжизненнее становился серп месяца, звучнее – лес, люди начинали подниматься, и на барском конном дворе чаще и чаще слышалось фырканье, возня по солом…
«– Stazione Pompei…
Не успели мы выйти из вагона, как были окружены целой толпой «гидов», галдящих на итало-французском жаргоне, размахивающих руками, горячо что-то доказывающих нам. Белки и зубы сверкают на коричневых лицах, глаза горят, мелькают ру…
«– Stazione Pompei…
Не успели мы выйти из вагона, как были окружены целой толпой «гидов», галдящих на итало-французском жаргоне, размахивающих руками, горячо что-то доказывающих нам. Белки и зубы сверкают на коричневых лицах, глаза горят, мелькают ру…
«…Скоро раздались цыганские мелодии, которых власть надо мною всесильна. Внимание всех было обращено на кактус. Его золотистые лепестки, вздрагивая то там, то сям, начинали принимать вид лучей, в центре которых белая туника все шире раздвигала свои с…
«…Скоро раздались цыганские мелодии, которых власть надо мною всесильна. Внимание всех было обращено на кактус. Его золотистые лепестки, вздрагивая то там, то сям, начинали принимать вид лучей, в центре которых белая туника все шире раздвигала свои с…
В центре этой яркой пьесы умная и независимая Чжао Пань-эр, которая рискует всем, чтобы спасти подругу из жестокого брака. Написанная великим драматургом Гуань Ханьцином в XIII веке, драма «Чжао Пань-эр спасает падшую женщину» — это история о женской…
В центре этой яркой пьесы умная и независимая Чжао Пань-эр, которая рискует всем, чтобы спасти подругу из жестокого брака. Написанная великим драматургом Гуань Ханьцином в XIII веке, драма «Чжао Пань-эр спасает падшую женщину» — это история о женской…
«Один из вечных, так называемых „проклятых“ вопросов – разумеется, вопрос о личности. О личности и коллективе, о их взаимоотношении. Стремясь к таинственному синтезу, они постоянно сближаются, но сближение оканчивается ничем: или коллектив съедает ли…
«Один из вечных, так называемых „проклятых“ вопросов – разумеется, вопрос о личности. О личности и коллективе, о их взаимоотношении. Стремясь к таинственному синтезу, они постоянно сближаются, но сближение оканчивается ничем: или коллектив съедает ли…
«…По большой дороге ехал обоз; темнело; до деревни оставалось не более двух верст. В поле крутилась сильная метель; ветер рвал с возов рогожи и веретья; лошади ныряли в ухабах, под полозьями сердито ревел снег. На переднем возу закутанный лакей, чтоб…
«…По большой дороге ехал обоз; темнело; до деревни оставалось не более двух верст. В поле крутилась сильная метель; ветер рвал с возов рогожи и веретья; лошади ныряли в ухабах, под полозьями сердито ревел снег. На переднем возу закутанный лакей, чтоб…
Роман «Игрок» Ф. М. Достоевского – психологическое исследование разрушительной силы игровой зависимости и человеческой страсти.
Достоевский написал «Игрока» за 26 дней после того, как проигрался в пух и прах. Он пообещал издательству создать роман в …
Роман «Игрок» Ф. М. Достоевского – психологическое исследование разрушительной силы игровой зависимости и человеческой страсти.
Достоевский написал «Игрока» за 26 дней после того, как проигрался в пух и прах. Он пообещал издательству создать роман в …
«Однажды, когда три добрых старца – Улайя, Дарну и Пурана – сидели у порога общего жилища, к ним подошел юный Кассапа, сын раджи Личави, и сел на завалинке, не говоря ни одного слова. Щеки этого юноши были бледны, глаза потеряли блеск молодости, и в …
«Однажды, когда три добрых старца – Улайя, Дарну и Пурана – сидели у порога общего жилища, к ним подошел юный Кассапа, сын раджи Личави, и сел на завалинке, не говоря ни одного слова. Щеки этого юноши были бледны, глаза потеряли блеск молодости, и в …
О старом человеке, его жизни, привычках, характерных чертах на примере одной отдельно взятой личности.
О старом человеке, его жизни, привычках, характерных чертах на примере одной отдельно взятой личности.
О старом человеке, его жизни, привычках, характерных чертах на примере одной отдельно взятой личности.
О старом человеке, его жизни, привычках, характерных чертах на примере одной отдельно взятой личности.
«Те, кто бывали во Флоренции, помнят величественный купол собора Мария дель Фьоре – истинно божественное создание человеческого духа. Со времени греков и римлян ничего во всей Европе не было построено столь светлого и разумного. Замысел купола, как б…
«Те, кто бывали во Флоренции, помнят величественный купол собора Мария дель Фьоре – истинно божественное создание человеческого духа. Со времени греков и римлян ничего во всей Европе не было построено столь светлого и разумного. Замысел купола, как б…
«Говорили, что на набережной появилось новое лицо: дама с собачкой. Дмитрий Дмитрич Гуров, проживший в Ялте уже две недели и привыкший тут, тоже стал интересоваться новыми лицами. Сидя в павильоне у Берне, он видел, как по набережной прошла молодая д…
«Говорили, что на набережной появилось новое лицо: дама с собачкой. Дмитрий Дмитрич Гуров, проживший в Ялте уже две недели и привыкший тут, тоже стал интересоваться новыми лицами. Сидя в павильоне у Берне, он видел, как по набережной прошла молодая д…
Афанасий Иванович Товстогуб и его жена Пульхерия Ивановна двое старичков «прошедшего века», нежно любящих и трогательно заботящихся друг о друге. Афанасий Иванович был высок, ходил всегда в бараньем тулупчике, и практически всегда улыбался. Пульхерия…
Афанасий Иванович Товстогуб и его жена Пульхерия Ивановна двое старичков «прошедшего века», нежно любящих и трогательно заботящихся друг о друге. Афанасий Иванович был высок, ходил всегда в бараньем тулупчике, и практически всегда улыбался. Пульхерия…
Героини Чарской – это маленькие девочки из разных уголков Российской империи, которые переживают из-за оценок и экзаменов, делятся друг с другом секретами, участвуют в проказах и шалостях, живут в ожидании первого бала и поддерживают друг друга в тру…
Героини Чарской – это маленькие девочки из разных уголков Российской империи, которые переживают из-за оценок и экзаменов, делятся друг с другом секретами, участвуют в проказах и шалостях, живут в ожидании первого бала и поддерживают друг друга в тру…
«В сущности, было два Владимира Петровича. Один, которого знали товарищи, просто знакомые, возлюбленные, был приятный Владимир Петрович, Володя, с ровным характером, лет тридцати пяти, с карими хорошими глазами, с густыми, каштановыми усами и полными…
«В сущности, было два Владимира Петровича. Один, которого знали товарищи, просто знакомые, возлюбленные, был приятный Владимир Петрович, Володя, с ровным характером, лет тридцати пяти, с карими хорошими глазами, с густыми, каштановыми усами и полными…
Мария же продолжала лежать на холодном полу квартиры. Боль в затылке заставила приоткрыть глаза. Сквозь мутную белесую пелену она разглядела каких-то людей в белом одеянии. За спинами шевелились маленькие крылышки. «Вот и ангелов вижу. Что дальше?» —…
Мария же продолжала лежать на холодном полу квартиры. Боль в затылке заставила приоткрыть глаза. Сквозь мутную белесую пелену она разглядела каких-то людей в белом одеянии. За спинами шевелились маленькие крылышки. «Вот и ангелов вижу. Что дальше?» —…
Мария же продолжала лежать на холодном полу квартиры. Боль в затылке заставила приоткрыть глаза. Сквозь мутную белесую пелену она разглядела каких-то людей в белом одеянии. За спинами шевелились маленькие крылышки. «Вот и ангелов вижу. Что дальше?» —…
Мария же продолжала лежать на холодном полу квартиры. Боль в затылке заставила приоткрыть глаза. Сквозь мутную белесую пелену она разглядела каких-то людей в белом одеянии. За спинами шевелились маленькие крылышки. «Вот и ангелов вижу. Что дальше?» —…
«Табачный торговец, Павел Осипович Перушкин, сидел в своей лавке и с нетерпением смотрел на улицу сквозь большое сплошное стекло единственного окна. С утра непрерывный дождь кропил улицу, и мимо лавочки промелькнуло несколько сотен мокрых зонтиков. О…
«Табачный торговец, Павел Осипович Перушкин, сидел в своей лавке и с нетерпением смотрел на улицу сквозь большое сплошное стекло единственного окна. С утра непрерывный дождь кропил улицу, и мимо лавочки промелькнуло несколько сотен мокрых зонтиков. О…
Этот сборник объединяет ключевые работы Кумэ раннего периода его творчества, так называемая проза Эпохи Тайсё: здесь и ранние, ещё ученические опыты, где чувствуется влияние его учителя Нацумэ Сосэки, и зрелые вещи, в которых он находит свой голос. И…
Этот сборник объединяет ключевые работы Кумэ раннего периода его творчества, так называемая проза Эпохи Тайсё: здесь и ранние, ещё ученические опыты, где чувствуется влияние его учителя Нацумэ Сосэки, и зрелые вещи, в которых он находит свой голос. И…