исторические любовные романы
Она — пилот, выжившая в катастрофе, в которой погиб её жених. Он — циничный инструктор, сын владельца корпорации, ответственной за крушение. Их роман вспыхивает в кабине самолёта, а расследование приводит к раскрытию страшной правды. История о любви,…
Она — пилот, выжившая в катастрофе, в которой погиб её жених. Он — циничный инструктор, сын владельца корпорации, ответственной за крушение. Их роман вспыхивает в кабине самолёта, а расследование приводит к раскрытию страшной правды. История о любви,…
Она — пилот, выжившая в катастрофе, в которой погиб её жених. Он — циничный инструктор, сын владельца корпорации, ответственной за крушение. Их роман вспыхивает в кабине самолёта, а расследование приводит к раскрытию страшной правды. История о любви,…
Она — пилот, выжившая в катастрофе, в которой погиб её жених. Он — циничный инструктор, сын владельца корпорации, ответственной за крушение. Их роман вспыхивает в кабине самолёта, а расследование приводит к раскрытию страшной правды. История о любви,…
Молодой аудитор Алиса Прохорова принимает приглашение в закрытый клуб «старых денег», чтобы найти следы отмывания капитала. Хозяин клуба, обаятельный и безжалостный Лев Вершинин, предлагает ей опасное пари: либо она найдёт компромат, либо станет его …
Молодой аудитор Алиса Прохорова принимает приглашение в закрытый клуб «старых денег», чтобы найти следы отмывания капитала. Хозяин клуба, обаятельный и безжалостный Лев Вершинин, предлагает ей опасное пари: либо она найдёт компромат, либо станет его …
Внимательные читатели наших произведений давно заметили нашу склонность: спорить с «научным» историческим официозом. В жёстком споре с ним родился наш Калигула, в менее жёстком, но уже в партнёрстве с самим Зигмундом Фрейдом, на свет появился наш общ…
Внимательные читатели наших произведений давно заметили нашу склонность: спорить с «научным» историческим официозом. В жёстком споре с ним родился наш Калигула, в менее жёстком, но уже в партнёрстве с самим Зигмундом Фрейдом, на свет появился наш общ…
Лия думала, что её крепость — это университет, её оружие — знания, а её щит — холодная рассудочность. Она годами училась не показывать страх, прятать одиночество и просчитывать каждый шаг. Но в один обычный вечер, когда фонари на улице мигали, будто …
Лия думала, что её крепость — это университет, её оружие — знания, а её щит — холодная рассудочность. Она годами училась не показывать страх, прятать одиночество и просчитывать каждый шаг. Но в один обычный вечер, когда фонари на улице мигали, будто …
Франция, охваченная огнем революции и якобинского террора. Опальная аристократка Эмильенна де Ноалье сначала попадает в тюрьму, а потом оказывается пленницей беспринципного якобинца. Но так ли беззащитна жертвенная принцесса в лапах страшного дракона…
Франция, охваченная огнем революции и якобинского террора. Опальная аристократка Эмильенна де Ноалье сначала попадает в тюрьму, а потом оказывается пленницей беспринципного якобинца. Но так ли беззащитна жертвенная принцесса в лапах страшного дракона…
Она княжна. Он босяк с окраины. Их разделяет всё: сословия, деньги, сама Москва.
Но когда она сбегает от жениха-офицера в ночь, к нему, в грязь и холод, начинается гонка, в которой ставка выше, чем жизнь.
У реки два берега это история о том, что…
Она княжна. Он босяк с окраины. Их разделяет всё: сословия, деньги, сама Москва.
Но когда она сбегает от жениха-офицера в ночь, к нему, в грязь и холод, начинается гонка, в которой ставка выше, чем жизнь.
У реки два берега это история о том, что…
Военный хирург Елена Соколова летела домой после третьей ротации. Самолёт упал в горах.
Она очнулась в чужом теле, на снегу, посреди деревни, которую только что сожгли. Вокруг раненые, дым и женщины, которые вместо помощи причитают над умирающими. Ел…
Военный хирург Елена Соколова летела домой после третьей ротации. Самолёт упал в горах.
Она очнулась в чужом теле, на снегу, посреди деревни, которую только что сожгли. Вокруг раненые, дым и женщины, которые вместо помощи причитают над умирающими. Ел…
Двенадцать лет Вера Чернова доказывала, что «Записок о дворе Тяньхуан» не существовало: красивая подделка, выдуманное царство, императрица, которой не было. Она погибла в библиотеке, доставая с полки этот самый том.
И очнулась в теле придворной дамы …
Двенадцать лет Вера Чернова доказывала, что «Записок о дворе Тяньхуан» не существовало: красивая подделка, выдуманное царство, императрица, которой не было. Она погибла в библиотеке, доставая с полки этот самый том.
И очнулась в теле придворной дамы …
Бастиан, Вернер, Маттиас.
Инструктор. Учитель. Офицер.
Жизнь разведчика — вечная ложь в поиске правды. И он искал везде — от Баварских Альп до Восточного Берлина, начиная понимать: истины ему не найти.
Бастиан, Вернер, Маттиас.
Инструктор. Учитель. Офицер.
Жизнь разведчика — вечная ложь в поиске правды. И он искал везде — от Баварских Альп до Восточного Берлина, начиная понимать: истины ему не найти.
Двенадцать лет Вера Чернова доказывала, что «Записок о дворе Тяньхуан» не существовало: красивая подделка, выдуманное царство, императрица, которой не было. Она погибла в библиотеке, доставая с полки этот самый том.
И очнулась в теле придворной дамы …
Двенадцать лет Вера Чернова доказывала, что «Записок о дворе Тяньхуан» не существовало: красивая подделка, выдуманное царство, императрица, которой не было. Она погибла в библиотеке, доставая с полки этот самый том.
И очнулась в теле придворной дамы …
Военный хирург Елена Соколова летела домой после третьей ротации. Самолёт упал в горах.
Она очнулась в чужом теле, на снегу, посреди деревни, которую только что сожгли. Вокруг раненые, дым и женщины, которые вместо помощи причитают над умирающими. Ел…
Военный хирург Елена Соколова летела домой после третьей ротации. Самолёт упал в горах.
Она очнулась в чужом теле, на снегу, посреди деревни, которую только что сожгли. Вокруг раненые, дым и женщины, которые вместо помощи причитают над умирающими. Ел…
Двенадцатилетняя Алёна Малова и её подруга Света растут в тридцатом микрорайоне провинциального города, где отцы работают на заводе, а дворы делятся на «своих» и «чужих». Когда поселковая банда избивает Салавата Галимова, его старший брат Азамат — че…
Двенадцатилетняя Алёна Малова и её подруга Света растут в тридцатом микрорайоне провинциального города, где отцы работают на заводе, а дворы делятся на «своих» и «чужих». Когда поселковая банда избивает Салавата Галимова, его старший брат Азамат — че…
Книга вошла в шорт-лист премии Литрес Любовь между строчек (2026) в номинации Современный любовный роман.
Эта история о главных отношениях в жизни Иосифа Бродского — с художницей Мариной Басмановой. Повествование ведется от имени музы поэта и позволя…
Книга вошла в шорт-лист премии Литрес Любовь между строчек (2026) в номинации Современный любовный роман.
Эта история о главных отношениях в жизни Иосифа Бродского — с художницей Мариной Басмановой. Повествование ведется от имени музы поэта и позволя…
Он выиграл её в карты, как вещь. Она поклялась его ненавидеть.
Воронежская губерния, 1859 год. Граф Дмитрий Воронцов — порочный, циничный, с тёмным прошлым — привозит в роскошное имение Воронцовка непокорную крепостную Алену. Дочь дворянина и крестья…
Он выиграл её в карты, как вещь. Она поклялась его ненавидеть.
Воронежская губерния, 1859 год. Граф Дмитрий Воронцов — порочный, циничный, с тёмным прошлым — привозит в роскошное имение Воронцовка непокорную крепостную Алену. Дочь дворянина и крестья…
Муж и жена обвиняют друг друга в насилии и избиении, но оба страдают циклической амнезией: она не помнит вторник, среду и четверг, он — пятницу, субботу и воскресенье. За взаимными обвинениями скрывается давняя тайна: двенадцать лет назад в библиотек…
Муж и жена обвиняют друг друга в насилии и избиении, но оба страдают циклической амнезией: она не помнит вторник, среду и четверг, он — пятницу, субботу и воскресенье. За взаимными обвинениями скрывается давняя тайна: двенадцать лет назад в библиотек…
Эта книга — не просто автобиографический роман. Это раскаленный, честный и бескомпромиссный квантовый интенсив по перепрошивке судьбы и Метапрограммированию реальности, написанный практикующим Мастером и Метапроводником. Мой свет пытались выжечь и по…
Эта книга — не просто автобиографический роман. Это раскаленный, честный и бескомпромиссный квантовый интенсив по перепрошивке судьбы и Метапрограммированию реальности, написанный практикующим Мастером и Метапроводником. Мой свет пытались выжечь и по…
Жизнеописание младшей дочери шахтёрской семьи. Период со второй половины двадцатого века по наши дни. Место от Воркуты до Калининграда. Становление характера, первая любовь, счастливый брак. Трагедия и ещё различные жизненные ситуации в поисках счаст…
Жизнеописание младшей дочери шахтёрской семьи. Период со второй половины двадцатого века по наши дни. Место от Воркуты до Калининграда. Становление характера, первая любовь, счастливый брак. Трагедия и ещё различные жизненные ситуации в поисках счаст…
В древней Месопотамии люди строят города, возводят храмы, воюют, заключают браки, торгуют, любят и теряют близких. Меняются цари и боги, рушатся стены, на смену одним приходят другие. Города исчезают, и человеческие судьбы остаются в земле.
Их раздел…
В древней Месопотамии люди строят города, возводят храмы, воюют, заключают браки, торгуют, любят и теряют близких. Меняются цари и боги, рушатся стены, на смену одним приходят другие. Города исчезают, и человеческие судьбы остаются в земле.
Их раздел…
В древней Месопотамии люди строят города, возводят храмы, воюют, заключают браки, торгуют, любят и теряют близких. Меняются цари и боги, рушатся стены, на смену одним приходят другие. Города исчезают, и человеческие судьбы остаются в земле.
Их раздел…
В древней Месопотамии люди строят города, возводят храмы, воюют, заключают браки, торгуют, любят и теряют близких. Меняются цари и боги, рушатся стены, на смену одним приходят другие. Города исчезают, и человеческие судьбы остаются в земле.
Их раздел…