историческая литература
Среди тысяч утраченных полотен есть одно, о котором предпочитают не говорить вслух. Картина Брейгеля Старшего, скрытая четыре с лишним века назад под глухим грифом: Торжество Истины.
Историк искусства Ева Кларенс и петербургский юрист Алексей Фролов …
Среди тысяч утраченных полотен есть одно, о котором предпочитают не говорить вслух. Картина Брейгеля Старшего, скрытая четыре с лишним века назад под глухим грифом: Торжество Истины.
Историк искусства Ева Кларенс и петербургский юрист Алексей Фролов …
Идёт специальная военная операция. Санинструктор Ольга Чернова - медсестра из Белгородской области - прибывает в расположение военной части для прохождения службы. Всякая война проверяет людей на смелость, силу духа и волю к победе. В бою закаляется …
Идёт специальная военная операция. Санинструктор Ольга Чернова - медсестра из Белгородской области - прибывает в расположение военной части для прохождения службы. Всякая война проверяет людей на смелость, силу духа и волю к победе. В бою закаляется …
Почему народ поддержал Мао? Зачем потребовался этот социальный эксперимент, полный жестокости и абсурда? Книга предлагает взвешенный взгляд на одно из самых противоречивых явлений XX века, исследуя его истоки, логику и последствия.
Культурная револю…
Почему народ поддержал Мао? Зачем потребовался этот социальный эксперимент, полный жестокости и абсурда? Книга предлагает взвешенный взгляд на одно из самых противоречивых явлений XX века, исследуя его истоки, логику и последствия.
Культурная револю…
В современную эпоху пробуждаются тайны прошлого о древнем артефакте, способном спасти или погубить. Ольга Черникова узнает о смерти отца. Правда оказывается кошмаром, за наследством Клеонского ведется охота врагом семьи. След предательства и мести тя…
В современную эпоху пробуждаются тайны прошлого о древнем артефакте, способном спасти или погубить. Ольга Черникова узнает о смерти отца. Правда оказывается кошмаром, за наследством Клеонского ведется охота врагом семьи. След предательства и мести тя…
«Мы не выбираем, мы просто идем по намеченному пути и всегда достигаем того, чем являемся».
Может, Ирен и Жорж и не знали, чем являются, – их любовь сама собой сложилась в парижском предместье, вдохновленная образом Рудольфа Валентино и атмосферой фр…
«Мы не выбираем, мы просто идем по намеченному пути и всегда достигаем того, чем являемся».
Может, Ирен и Жорж и не знали, чем являются, – их любовь сама собой сложилась в парижском предместье, вдохновленная образом Рудольфа Валентино и атмосферой фр…
Красной нитью пронизывает эту книгу история любви двух совершенно разных людей на заре эпох. Но книга не только о любви — она о
силе и слабости, искренности и лжи, победах и поражениях, радостях и
печалях и о многом, многом другом, предельно обнажённ…
Красной нитью пронизывает эту книгу история любви двух совершенно разных людей на заре эпох. Но книга не только о любви — она о
силе и слабости, искренности и лжи, победах и поражениях, радостях и
печалях и о многом, многом другом, предельно обнажённ…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Иэн Бурума создает групповой портрет эпохи, где его герои …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Иэн Бурума создает групповой портрет эпохи, где его герои …
Борьба секретных служб становится все жестче, ее безжалостность и беспринципность затягивает Шато-Рено и Рошфора в кровавый водоворот. Иезуиты продолжают свою охоту, испанцы поддерживают заговор в Вальтеллине, оправдывающие любые средства цели замеща…
Борьба секретных служб становится все жестче, ее безжалостность и беспринципность затягивает Шато-Рено и Рошфора в кровавый водоворот. Иезуиты продолжают свою охоту, испанцы поддерживают заговор в Вальтеллине, оправдывающие любые средства цели замеща…
Красной нитью пронизывает эту книгу история любви двух совершенно разных людей на заре эпох. Но книга не только о любви — она о
силе и слабости, искренности и лжи, победах и поражениях, радостях и
печалях и о многом, многом другом, предельно обнажённ…
Красной нитью пронизывает эту книгу история любви двух совершенно разных людей на заре эпох. Но книга не только о любви — она о
силе и слабости, искренности и лжи, победах и поражениях, радостях и
печалях и о многом, многом другом, предельно обнажённ…
Как простая заводская работница стала тенью возмездия для трёх мужчин в промышленном городе 1950 года? История о материнской любви, крахе правосудия и той грани, за которой заканчивается терпение и начинается справедливость по собственным правилам. Э…
Как простая заводская работница стала тенью возмездия для трёх мужчин в промышленном городе 1950 года? История о материнской любви, крахе правосудия и той грани, за которой заканчивается терпение и начинается справедливость по собственным правилам. Э…
В эпоху, когда от благородной девушки ожидают стройной фигуры и белоснежность кожи, мисс Хелен Валент притягивает к себе взгляды своей смуглой кожей и необычной внешностью. Но эти взгляды не полны восхищения – в них скользит насмешка. Шансы мисс Вал…
В эпоху, когда от благородной девушки ожидают стройной фигуры и белоснежность кожи, мисс Хелен Валент притягивает к себе взгляды своей смуглой кожей и необычной внешностью. Но эти взгляды не полны восхищения – в них скользит насмешка. Шансы мисс Вал…
Это рассказы о военных годах и тяжелой, но счастливой послевоенной жизни жителей одной небольшой подмосковной деревни.
Яркие неповторимые характеры, простые искренние чувства, вековые традиции народного общежития.
Это рассказы о военных годах и тяжелой, но счастливой послевоенной жизни жителей одной небольшой подмосковной деревни.
Яркие неповторимые характеры, простые искренние чувства, вековые традиции народного общежития.
«Мы не выбираем, мы просто идем по намеченному пути и всегда достигаем того, чем являемся».
Может, Ирен и Жорж и не знали, чем являются, – их любовь сама собой сложилась в парижском предместье, вдохновленная образом Рудольфа Валентино и атмосферой фр…
«Мы не выбираем, мы просто идем по намеченному пути и всегда достигаем того, чем являемся».
Может, Ирен и Жорж и не знали, чем являются, – их любовь сама собой сложилась в парижском предместье, вдохновленная образом Рудольфа Валентино и атмосферой фр…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Она прославилась, когда ей было всего двенадцать лет. В 19…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Она прославилась, когда ей было всего двенадцать лет. В 19…
Это семейная сага о людях, чьи судьбы пересеклись в степях Казахстана. История четырех родов сплетена, словно полевые цветы и ленты в венце, в общий орнамент памяти. Здесь звучат голоса переселенцев, переживших войны, утраты, репрессии и любовь, сохр…
Это семейная сага о людях, чьи судьбы пересеклись в степях Казахстана. История четырех родов сплетена, словно полевые цветы и ленты в венце, в общий орнамент памяти. Здесь звучат голоса переселенцев, переживших войны, утраты, репрессии и любовь, сохр…
На примере двух поколений одной рядовой татарской семьи в очерке воссоздана картина советской эпохи с ее изъянами и достоинствами, с верой, трудом и утратами. От начала до упадка. Текст насыщен точными, живыми деталями. Особенно трогает эпизод с отъ…
На примере двух поколений одной рядовой татарской семьи в очерке воссоздана картина советской эпохи с ее изъянами и достоинствами, с верой, трудом и утратами. От начала до упадка. Текст насыщен точными, живыми деталями. Особенно трогает эпизод с отъ…
Древний фламандский (бельгийский) город Гент в начале-середине 19 века. Главная героиня - Оливия, юная красавица - дочь успешного торговца остаётся сиротой в то время, когда в стране хозяйничают солдаты Наполеона. Проявляя храбрость и смекалку она у…
Древний фламандский (бельгийский) город Гент в начале-середине 19 века. Главная героиня - Оливия, юная красавица - дочь успешного торговца остаётся сиротой в то время, когда в стране хозяйничают солдаты Наполеона. Проявляя храбрость и смекалку она у…
Рассказ из сборника "Первый снег" сербской и югославской писательницы Милицы Мир-Ям (1887-1952). Критики называли ее Джейн Остин сербской литературы. О любви и семейных отношениях мало кто писал на сербском языке с такой теплотой и глубоким знанием х…
Рассказ из сборника "Первый снег" сербской и югославской писательницы Милицы Мир-Ям (1887-1952). Критики называли ее Джейн Остин сербской литературы. О любви и семейных отношениях мало кто писал на сербском языке с такой теплотой и глубоким знанием х…
Уфология, порожденная сплетениями фантазии и недоказанных мифов, представляет собой одну из самых ярких сторон псевдонауки. В этом увлекательном и провокационном издании мы погружаемся в мир НЛО, раскрывая заблуждения и некомпетентность, скрывающиеся…
Уфология, порожденная сплетениями фантазии и недоказанных мифов, представляет собой одну из самых ярких сторон псевдонауки. В этом увлекательном и провокационном издании мы погружаемся в мир НЛО, раскрывая заблуждения и некомпетентность, скрывающиеся…
Не сохранилось какой-то одной книги или отдельного летописного сообщения, подробно рассказывающих о Древней вере славян. На этом основании долгое время считалось, что как единая система она безвозвратно утеряна либо вообще никогда не существовала.
Но…
Не сохранилось какой-то одной книги или отдельного летописного сообщения, подробно рассказывающих о Древней вере славян. На этом основании долгое время считалось, что как единая система она безвозвратно утеряна либо вообще никогда не существовала.
Но…





















