городское фэнтези

Свет в его костях
4
Смерть и жизнь — не враги друг другу, а части единого целого, без которых людской мир обречён на страшную погибель. Чистая и непорочная душа — словно хрупкий сосуд, способный разбиться или переродиться от несметного количества тьмы. Тьма — как мотылё…
Смерть и жизнь — не враги друг другу, а части единого целого, без которых людской мир обречён на страшную погибель. Чистая и непорочная душа — словно хрупкий сосуд, способный разбиться или переродиться от несметного количества тьмы. Тьма — как мотылё…
Отпуск в лапах зверя
5
Два года я существовала в аду, называемом браком. Отдала мужу все: деньги, здоровье, время. Отказалась от мечты о ребенке – как растить малыша, когда его отец прикован к инвалидному креслу? Но всё оказалось ложью. Муж мог ходить. Особенно налево. В п…
Два года я существовала в аду, называемом браком. Отдала мужу все: деньги, здоровье, время. Отказалась от мечты о ребенке – как растить малыша, когда его отец прикован к инвалидному креслу? Но всё оказалось ложью. Муж мог ходить. Особенно налево. В п…
Повелитель Сущего - 5
5
Приключения продолжаются! После пребывания в Мирах Игры я вернулся в родную вселенную. Позади море осталось много нерешённых проблем, но я не унываю - ищу новые!..
Приключения продолжаются! После пребывания в Мирах Игры я вернулся в родную вселенную. Позади море осталось много нерешённых проблем, но я не унываю - ищу новые!..
Большой куш маленького поца
3
У тридцатилетнего Семёна Бланкштейна дела шли так «хорошо», шо в карманах у него оставалось больше долгов, чем денег, а единственной стабильностью в этой жизни была тётя Соня — монументальная женщина, способная одним взглядом закрыть международную кр…
У тридцатилетнего Семёна Бланкштейна дела шли так «хорошо», шо в карманах у него оставалось больше долгов, чем денег, а единственной стабильностью в этой жизни была тётя Соня — монументальная женщина, способная одним взглядом закрыть международную кр…
Право на изъян
4
Семьдесят пять лет. Возраст, когда обычные люди уходят навсегда. Но не Октябрина Сергеева. Для мира С.У.К.И. она — «Первая», бессмертная, идеальная, застывшая в двадцати пяти годах. Её тело не стареет, не болеет, не знает усталости. Но цена бессмерти…
Семьдесят пять лет. Возраст, когда обычные люди уходят навсегда. Но не Октябрина Сергеева. Для мира С.У.К.И. она — «Первая», бессмертная, идеальная, застывшая в двадцати пяти годах. Её тело не стареет, не болеет, не знает усталости. Но цена бессмерти…

Популярные авторы