городское фэнтези
Некромант Эйри Мертой участвует в расследовании "убийства" высокопоставленного вампира.
Некромант Эйри Мертой участвует в расследовании "убийства" высокопоставленного вампира.
В шесть лет Лира умерла и воскресла пустой: ни чувств, ни боли, лишь память о сапогах убийцы. Теперь она — глаза слепого инквизитора Корвина, который видит тени прошлого. Когда находят мёртвого глашатая с выжженными глазами и буквой «Л» на руке, их р…
В шесть лет Лира умерла и воскресла пустой: ни чувств, ни боли, лишь память о сапогах убийцы. Теперь она — глаза слепого инквизитора Корвина, который видит тени прошлого. Когда находят мёртвого глашатая с выжженными глазами и буквой «Л» на руке, их р…
Ей было восемнадцать, когда она шагнула в зеркало — не из любопытства, от отчаяния. Лина всю жизнь была чужой тенью: нелюбимая дочь, вечная дублёрша младшей сестры. И когда незнакомка предложила выход по ту сторону стекла, она согласилась не раздумыв…
Ей было восемнадцать, когда она шагнула в зеркало — не из любопытства, от отчаяния. Лина всю жизнь была чужой тенью: нелюбимая дочь, вечная дублёрша младшей сестры. И когда незнакомка предложила выход по ту сторону стекла, она согласилась не раздумыв…
Знать будущее — не значит быть счастливым. Герой убедился в этом на собственном опыте. Его способность предвидения не сделала его миллиардером, не уберегла от одиночества и не научила окружающих доверять его словам. Ведь «я так вижу» — самый неубедит…
Знать будущее — не значит быть счастливым. Герой убедился в этом на собственном опыте. Его способность предвидения не сделала его миллиардером, не уберегла от одиночества и не научила окружающих доверять его словам. Ведь «я так вижу» — самый неубедит…
Он думал, что его жизнь — серая и скучная. До того, как в луже увидел силуэт. До того, как компас указал не на север, а вглубь его души. До того, как мир вокруг стал пахнуть не асфальтом и пылью, а табаком, мёдом и первым льдом.
Его попутчик не имеет…
Он думал, что его жизнь — серая и скучная. До того, как в луже увидел силуэт. До того, как компас указал не на север, а вглубь его души. До того, как мир вокруг стал пахнуть не асфальтом и пылью, а табаком, мёдом и первым льдом.
Его попутчик не имеет…
В мрачных улочках средневекового города Брудж разворачивается леденящая душу история о древнем проклятии и возмездии. После жестокой казни ведьмы Клементины Мотюре над городом нависает тень тёмной магии — в ночном Брудже появляется таинственное сущес…
В мрачных улочках средневекового города Брудж разворачивается леденящая душу история о древнем проклятии и возмездии. После жестокой казни ведьмы Клементины Мотюре над городом нависает тень тёмной магии — в ночном Брудже появляется таинственное сущес…
Всё своё детство Глеб провёл в статусе «чудесного ребёнка», ведь он появился на свет и выжил в ночь, когда остальные новорождённые умирали. Всё бы ничего, вот только спустя пятнадцать лет чудовище, устроившее ужасную расправу над детьми, решило закон…
Всё своё детство Глеб провёл в статусе «чудесного ребёнка», ведь он появился на свет и выжил в ночь, когда остальные новорождённые умирали. Всё бы ничего, вот только спустя пятнадцать лет чудовище, устроившее ужасную расправу над детьми, решило закон…
Ему тридцать, и у него дар: один взгляд — и он точно знает, виновен человек или нет. Этот дар давно стал проклятием, превратив жизнь в бесконечный конвейер приговоров. Он устал.
Но однажды механизм дает сбой. Обычное дело: подсудимый есть, потерпевши…
Ему тридцать, и у него дар: один взгляд — и он точно знает, виновен человек или нет. Этот дар давно стал проклятием, превратив жизнь в бесконечный конвейер приговоров. Он устал.
Но однажды механизм дает сбой. Обычное дело: подсудимый есть, потерпевши…









