эротические рассказы и истории
Зной плавил воздух, когда он шагнул в дикую реку, спасаясь от изнуряющей духоты мегаполиса. Но вместо прохлады он обрел первобытную свободу. Она — Марго, нимфа с изумрудными рунами на коже, познавшая тайны мироздания через религию абсолютной наготы. …
Зной плавил воздух, когда он шагнул в дикую реку, спасаясь от изнуряющей духоты мегаполиса. Но вместо прохлады он обрел первобытную свободу. Она — Марго, нимфа с изумрудными рунами на коже, познавшая тайны мироздания через религию абсолютной наготы. …
Ирина врач, ее возраст ее не беспокоит, а наоборот толкает в приключения с молодыми мальчиками.....
Ирина врач, ее возраст ее не беспокоит, а наоборот толкает в приключения с молодыми мальчиками.....
Владислав Маркович — холодный, властный и опасно привлекательный. Он унижал меня на совещаниях и доводил до безумия в своем кабинете. Заставлял ходить без белья и подчиняться каждому его приказу.
Я знала, что это разрушит меня.
Я знала, что это опасн…
Владислав Маркович — холодный, властный и опасно привлекательный. Он унижал меня на совещаниях и доводил до безумия в своем кабинете. Заставлял ходить без белья и подчиняться каждому его приказу.
Я знала, что это разрушит меня.
Я знала, что это опасн…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Соня Белова, восемнадцатилетняя отличница из Саратова, солгала родителям и отправилась на фестиваль с одной целью — сбросить слишком тесную кожу девственности. Не в скучном подъезде, а там, где земля дрожит от басов, воздух пахнет травой и приключени…
Она — успешная двадцатипятилетняя акула бизнеса. Они — два рабочих: зрелый, пахнущий табаком и властью Саша, и дерзкий, пышущий первобытным огнем юнец Дима. Июльский зной, голый бетон недостроенной квартиры и таинственно исчезнувшее кружевное белье с…
Она — успешная двадцатипятилетняя акула бизнеса. Они — два рабочих: зрелый, пахнущий табаком и властью Саша, и дерзкий, пышущий первобытным огнем юнец Дима. Июльский зной, голый бетон недостроенной квартиры и таинственно исчезнувшее кружевное белье с…
Поручик кличет на спор — кто дольше продержится. В доме терпимости под Смоленском. Шляпа с чужими желаниями идёт по кругу, и каждый исполняет не своё.
Кисея хрустит на груди. Кожа блестит от жара. Пальцы вяжут запястья к подлокотникам, и не отпускают…
Поручик кличет на спор — кто дольше продержится. В доме терпимости под Смоленском. Шляпа с чужими желаниями идёт по кругу, и каждый исполняет не своё.
Кисея хрустит на груди. Кожа блестит от жара. Пальцы вяжут запястья к подлокотникам, и не отпускают…
Измена мужа, потеря работы и грядущий развод — я осталась ни с чем. Но вдруг появляются эти двое... Один требует подчинения, другой — учит меня абсолютной свободе.
Их объединяет одно: желание обладать мной. Они не видят моих «лишних килограммов» — он…
Измена мужа, потеря работы и грядущий развод — я осталась ни с чем. Но вдруг появляются эти двое... Один требует подчинения, другой — учит меня абсолютной свободе.
Их объединяет одно: желание обладать мной. Они не видят моих «лишних килограммов» — он…
Мне предложили работу личным помощником одного из самых закрытых предпринимателей Москвы. Высокая зарплата, квартира, машина — и только одно правило: никогда не подниматься на третий этаж его дома.
Я нарушила его через одиннадцать дней. За запертой …
Мне предложили работу личным помощником одного из самых закрытых предпринимателей Москвы. Высокая зарплата, квартира, машина — и только одно правило: никогда не подниматься на третий этаж его дома.
Я нарушила его через одиннадцать дней. За запертой …
Читатель! Ты такой разный! И каждый со своим мнением. Не суди строго. Или суди))) – это немного экспериментальный набор специально неоконченных небольших повествований о любви, сексе и всё))))
Читатель! Ты такой разный! И каждый со своим мнением. Не суди строго. Или суди))) – это немного экспериментальный набор специально неоконченных небольших повествований о любви, сексе и всё))))
Невыносимая жара Прованса плавит невинность восемнадцатилетней Селестины. В тени кипарисов она перестает быть послушной девочкой, превращаясь в хищницу. Ее наставник — циничный художник Жюльен — не просто лишает ее девственности. Он открывает ей темн…
Невыносимая жара Прованса плавит невинность восемнадцатилетней Селестины. В тени кипарисов она перестает быть послушной девочкой, превращаясь в хищницу. Ее наставник — циничный художник Жюльен — не просто лишает ее девственности. Он открывает ей темн…
Невыносимая жара Прованса плавит невинность восемнадцатилетней Селестины. В тени кипарисов она перестает быть послушной девочкой, превращаясь в хищницу. Ее наставник — циничный художник Жюльен — не просто лишает ее девственности. Он открывает ей темн…
Невыносимая жара Прованса плавит невинность восемнадцатилетней Селестины. В тени кипарисов она перестает быть послушной девочкой, превращаясь в хищницу. Ее наставник — циничный художник Жюльен — не просто лишает ее девственности. Он открывает ей темн…
Он — редактор, который никогда не держал в руках секатор. Она — соседка, которая знает всё о грядках, домашнем вине и мужских сердцах. Их роман начался с вопроса: «Где здесь вода?»
Павел переезжает в СНТ с ноутбуком и надеждой на тишину. Зоя уже давн…
Он — редактор, который никогда не держал в руках секатор. Она — соседка, которая знает всё о грядках, домашнем вине и мужских сердцах. Их роман начался с вопроса: «Где здесь вода?»
Павел переезжает в СНТ с ноутбуком и надеждой на тишину. Зоя уже давн…
Жаркое лето в деревне становится поворотным моментом в жизни 18-летней Вари.
На фоне прозрачных вод реки Сельги и бескрайних лугов разворачивается история первой любви, где юная красота встречается с мужской зрелостью.
Варя познает себя через чувств…
Жаркое лето в деревне становится поворотным моментом в жизни 18-летней Вари.
На фоне прозрачных вод реки Сельги и бескрайних лугов разворачивается история первой любви, где юная красота встречается с мужской зрелостью.
Варя познает себя через чувств…
Мне предложили работу личным помощником одного из самых закрытых предпринимателей Москвы. Высокая зарплата, квартира, машина — и только одно правило: никогда не подниматься на третий этаж его дома.
Я нарушила его через одиннадцать дней. За запертой …
Мне предложили работу личным помощником одного из самых закрытых предпринимателей Москвы. Высокая зарплата, квартира, машина — и только одно правило: никогда не подниматься на третий этаж его дома.
Я нарушила его через одиннадцать дней. За запертой …
Жаркое лето в деревне становится поворотным моментом в жизни 18-летней Вари.
На фоне прозрачных вод реки Сельги и бескрайних лугов разворачивается история первой любви, где юная красота встречается с мужской зрелостью.
Варя познает себя через чувств…
Жаркое лето в деревне становится поворотным моментом в жизни 18-летней Вари.
На фоне прозрачных вод реки Сельги и бескрайних лугов разворачивается история первой любви, где юная красота встречается с мужской зрелостью.
Варя познает себя через чувств…
В книге собраны редкие и искренние произведения, раскрывающие грани человеческих страстей и интимных переживаний русских классиков. Эти тексты – не только окно в мир запретных желаний, но и часть богатой культурной традиции, где искусство слова переп…
В книге собраны редкие и искренние произведения, раскрывающие грани человеческих страстей и интимных переживаний русских классиков. Эти тексты – не только окно в мир запретных желаний, но и часть богатой культурной традиции, где искусство слова переп…
Поручик кличет на спор — кто дольше продержится. В доме терпимости под Смоленском. Шляпа с чужими желаниями идёт по кругу, и каждый исполняет не своё.
Кисея хрустит на груди. Кожа блестит от жара. Пальцы вяжут запястья к подлокотникам, и не отпускают…
Поручик кличет на спор — кто дольше продержится. В доме терпимости под Смоленском. Шляпа с чужими желаниями идёт по кругу, и каждый исполняет не своё.
Кисея хрустит на груди. Кожа блестит от жара. Пальцы вяжут запястья к подлокотникам, и не отпускают…
В бане Бабы-Яги он впервые понял, что такое тепло женских рук! Иван-Дурак всё время лежал на печи и был уверен, что знает о бабах всё. Пока однажды во сне не увидел саму Печь-Матушку, да не оказался в Тридевятом царстве для взрослых.
Яга пригласила е…
В бане Бабы-Яги он впервые понял, что такое тепло женских рук! Иван-Дурак всё время лежал на печи и был уверен, что знает о бабах всё. Пока однажды во сне не увидел саму Печь-Матушку, да не оказался в Тридевятом царстве для взрослых.
Яга пригласила е…
«Ты должна заставить его возжелать тебя», — потребовал Верховный Демон, когда я попросилась в отпуск. Теперь моя новая цель — Дамиан, молодой учитель литературы, что осознанно отказался от отношений. Он никогда не заводил романов, веря в торжество чи…
«Ты должна заставить его возжелать тебя», — потребовал Верховный Демон, когда я попросилась в отпуск. Теперь моя новая цель — Дамиан, молодой учитель литературы, что осознанно отказался от отношений. Он никогда не заводил романов, веря в торжество чи…