биографии и мемуары
Он изменил баскетбол и навсегда переписал представление о возможностях человека.
Майкл Джордан – это не просто имя. Это символ абсолютного превосходства, дисциплины и безусловной воли к победе.
Роланд Лазенби приглашает заглянуть за кулисы жизни вели…
Он изменил баскетбол и навсегда переписал представление о возможностях человека.
Майкл Джордан – это не просто имя. Это символ абсолютного превосходства, дисциплины и безусловной воли к победе.
Роланд Лазенби приглашает заглянуть за кулисы жизни вели…
В книге рассказывается о встречах автора с астрономами и другими людьми и о различных астрономических организациях (в основном занимающихся изучением Солнечной системы). Кратко говорится и об изучении планетных систем различными учеными. В начале кни…
В книге рассказывается о встречах автора с астрономами и другими людьми и о различных астрономических организациях (в основном занимающихся изучением Солнечной системы). Кратко говорится и об изучении планетных систем различными учеными. В начале кни…
Цикл, в котором собраны реальные и художественно воссозданные истории женщин, прошедших через эпоху беззакония, бедности и надежды.
В этой книге разные судьбы женщин, переживших страшные девяностые. Имена изменены. Судьбы - настоящие. В 2026 году пла…
Цикл, в котором собраны реальные и художественно воссозданные истории женщин, прошедших через эпоху беззакония, бедности и надежды.
В этой книге разные судьбы женщин, переживших страшные девяностые. Имена изменены. Судьбы - настоящие. В 2026 году пла…
Более 5000 высоких оценок на AMAZON.
Более 5000 высоких оценок на GOODREADS.
Переведена на 7 языков.
Для поклонников фильма «Жизнь прекрасна», книг «Выбор» Эдит Ева Эгер, «Колыбельная Аушвица» и «Последняя остановка Освенцим».
История выживания и сто…
Более 5000 высоких оценок на AMAZON.
Более 5000 высоких оценок на GOODREADS.
Переведена на 7 языков.
Для поклонников фильма «Жизнь прекрасна», книг «Выбор» Эдит Ева Эгер, «Колыбельная Аушвица» и «Последняя остановка Освенцим».
История выживания и сто…
Автобиография Альбано Карризи – это история человека, для которого музыка стала не просто профессией, а способом выжить и осмыслить собственную судьбу.
Из бедного послевоенного детства в Челлино-Сан-Марко, где труд, вера и семейные узы закаляли харак…
Автобиография Альбано Карризи – это история человека, для которого музыка стала не просто профессией, а способом выжить и осмыслить собственную судьбу.
Из бедного послевоенного детства в Челлино-Сан-Марко, где труд, вера и семейные узы закаляли харак…
Вы знаете его портрет с окладистой бородой. Вы слышали миф о том, что великий закон приснился ему во сне. Забудьте об этом.
В этой книге Дмитрий Иванович Менделеев сам берет слово, чтобы провести вас через обжигающе правдивую историю своей жизни. Поч…
Вы знаете его портрет с окладистой бородой. Вы слышали миф о том, что великий закон приснился ему во сне. Забудьте об этом.
В этой книге Дмитрий Иванович Менделеев сам берет слово, чтобы провести вас через обжигающе правдивую историю своей жизни. Поч…
Бизнес или образ жизни? Верны оба утверждения. Компания должна зарабатывать на этом деньги, иначе бизнес не выживет, а кассовый разрыв будет планомерно загонять в долги. Но причем тут образ жизни? В нашей сфере бытует мнение что если новый сотрудник …
Бизнес или образ жизни? Верны оба утверждения. Компания должна зарабатывать на этом деньги, иначе бизнес не выживет, а кассовый разрыв будет планомерно загонять в долги. Но причем тут образ жизни? В нашей сфере бытует мнение что если новый сотрудник …
«Через одних Бог любит нас, через других — учит».
Что делать, когда близкий человек эмоционально закрывается, а привычная жизнь начинает рушиться сразу по всем фронтам? Как сохранить себя, столкнувшись с анонимной агрессией, грязными офисными сплетня…
«Через одних Бог любит нас, через других — учит».
Что делать, когда близкий человек эмоционально закрывается, а привычная жизнь начинает рушиться сразу по всем фронтам? Как сохранить себя, столкнувшись с анонимной агрессией, грязными офисными сплетня…
Эта книга не про диагнозы и не про победы. Она про человека, который остаётся живым даже тогда, когда кажется, что жизнь сузилась до одной палаты, одного дня, одного вдоха. Про моменты, в которых боль соседствует с красотой. Про музыку, свет, снег за…
Эта книга не про диагнозы и не про победы. Она про человека, который остаётся живым даже тогда, когда кажется, что жизнь сузилась до одной палаты, одного дня, одного вдоха. Про моменты, в которых боль соседствует с красотой. Про музыку, свет, снег за…
Её вернули, как возвращают вещь, которая не подошла. Ей было семь лет.
После этого Анфиса перестала ждать. Научилась не привязываться, не надеяться, не показывать, что больно. Система называла это «адаптацией». Она называла это выживанием.
«Исповедь …
Её вернули, как возвращают вещь, которая не подошла. Ей было семь лет.
После этого Анфиса перестала ждать. Научилась не привязываться, не надеяться, не показывать, что больно. Система называла это «адаптацией». Она называла это выживанием.
«Исповедь …
Эта книга — художественный роман с автобиографическим нервом о взрослении женщины внутри отношений, где забота постепенно становится контролем, а любовь — клеткой. Вероника встречает Макса в семнадцать лет и верит, что рядом с ним обрела безопасность…
Эта книга — художественный роман с автобиографическим нервом о взрослении женщины внутри отношений, где забота постепенно становится контролем, а любовь — клеткой. Вероника встречает Макса в семнадцать лет и верит, что рядом с ним обрела безопасность…
Венок-панегирик на чело Ивана Александровича Гончарова. Двенадцать рассказов о писателе, которые он не написал, но мог бы написать или не написать.
Он не ходил в театр, хотя собирался. Не встал с дивана, чтобы встретить Музу, хотя она явилась к нему…
Венок-панегирик на чело Ивана Александровича Гончарова. Двенадцать рассказов о писателе, которые он не написал, но мог бы написать или не написать.
Он не ходил в театр, хотя собирался. Не встал с дивана, чтобы встретить Музу, хотя она явилась к нему…
Они познакомятся на сайте знакомств, но не до конца.
Она – мать троих сыновей, циник с французским прононсом и самоиронией вместо брони.
Он – военный врач с божественным профилем, идеальной грамматикой и одним секретом, который перечеркнёт всё.
Эта …
Они познакомятся на сайте знакомств, но не до конца.
Она – мать троих сыновей, циник с французским прононсом и самоиронией вместо брони.
Он – военный врач с божественным профилем, идеальной грамматикой и одним секретом, который перечеркнёт всё.
Эта …
Реальная история женщины, которая нашла в себе силы бросить всё после измены мужа и краха бизнеса, чтобы заново построить свою жизнь в чужом городе.
Уфа встречает героиню съемными квартирами, поиском себя в новой профессии и новой любовью — притягате…
Реальная история женщины, которая нашла в себе силы бросить всё после измены мужа и краха бизнеса, чтобы заново построить свою жизнь в чужом городе.
Уфа встречает героиню съемными квартирами, поиском себя в новой профессии и новой любовью — притягате…
Автобиографические переживания женщины, вязанные с разводом, крахом отношений. Женщина пишет письмо бывшему мужу, желая сделать свою чувства настоящими, значимыми, не обесцененными, доказать, что они существую. Те, что он так и не усушал за годы бра…
Автобиографические переживания женщины, вязанные с разводом, крахом отношений. Женщина пишет письмо бывшему мужу, желая сделать свою чувства настоящими, значимыми, не обесцененными, доказать, что они существую. Те, что он так и не усушал за годы бра…
В Южной Корее Чхве Джиын называют «нашей самой любимой поэтессой»: такую широкую популярность принес ей первый сборник стихотворений («Весенние ночи подходят к концу, поэзия слишком коротка»). «Дорогое наше лето» – первая книга прозы Чхве Джиын, в ко…
В Южной Корее Чхве Джиын называют «нашей самой любимой поэтессой»: такую широкую популярность принес ей первый сборник стихотворений («Весенние ночи подходят к концу, поэзия слишком коротка»). «Дорогое наше лето» – первая книга прозы Чхве Джиын, в ко…
Искренняя и трогательная история из детства, которая возвращает в безмятежное деревенское лето. Короткий, но наполненный живыми деталями рассказ о мгновении абсолютного счастья и вечного детства.
Искренняя и трогательная история из детства, которая возвращает в безмятежное деревенское лето. Короткий, но наполненный живыми деталями рассказ о мгновении абсолютного счастья и вечного детства.
«Через одних Бог любит нас, через других — учит».
Что делать, когда близкий человек эмоционально закрывается, а привычная жизнь начинает рушиться сразу по всем фронтам? Как сохранить себя, столкнувшись с анонимной агрессией, грязными офисными сплетня…
«Через одних Бог любит нас, через других — учит».
Что делать, когда близкий человек эмоционально закрывается, а привычная жизнь начинает рушиться сразу по всем фронтам? Как сохранить себя, столкнувшись с анонимной агрессией, грязными офисными сплетня…
Эта книга — художественный роман с автобиографическим нервом о взрослении женщины внутри отношений, где забота постепенно становится контролем, а любовь — клеткой. Вероника встречает Макса в семнадцать лет и верит, что рядом с ним обрела безопасность…
Эта книга — художественный роман с автобиографическим нервом о взрослении женщины внутри отношений, где забота постепенно становится контролем, а любовь — клеткой. Вероника встречает Макса в семнадцать лет и верит, что рядом с ним обрела безопасность…
Протопоп Аввакум – идеолог церковного раскола и лидер старообрядцев. Этот несгибаемый человек всю жизнь строго следовал принципам, в которые верил до последнего вздоха. Убежденный в своей правоте, он был готов рьяно истреблять нечестивцев и открыто в…
Протопоп Аввакум – идеолог церковного раскола и лидер старообрядцев. Этот несгибаемый человек всю жизнь строго следовал принципам, в которые верил до последнего вздоха. Убежденный в своей правоте, он был готов рьяно истреблять нечестивцев и открыто в…