литература 20 века
«Самое смешное слово, какое мне известно, – это дама… Да. Я не могу удержаться от смеха каждый раз, когда его слышу, потому что дама – это я. Не правда ли, как это забавно? Давно ли я ходила в коротеньких платьицах и все называли меня Зиночкой, потом…
«Самое смешное слово, какое мне известно, – это дама… Да. Я не могу удержаться от смеха каждый раз, когда его слышу, потому что дама – это я. Не правда ли, как это забавно? Давно ли я ходила в коротеньких платьицах и все называли меня Зиночкой, потом…
«Перед обедом доктор Ильяшенко и студент Воскресенский искупались. Жаркий юго-восточный ветер развел на море крупную зыбь. Вода у берега была мутная и резко пахла рыбой и морскими водорослями; горячие качающиеся волны не освежали, не удовлетворяли те…
«Перед обедом доктор Ильяшенко и студент Воскресенский искупались. Жаркий юго-восточный ветер развел на море крупную зыбь. Вода у берега была мутная и резко пахла рыбой и морскими водорослями; горячие качающиеся волны не освежали, не удовлетворяли те…
«Была когда-то на свете (а может, и теперь есть) маленькая, потертая, грязная книжка. В этой книжке таилась волшебная сила. Кто брал ее в руки, тот делался добрым, веселым, хорошим, и главное – тот начинал любить всех и только и думал о том, как бы и…
«Была когда-то на свете (а может, и теперь есть) маленькая, потертая, грязная книжка. В этой книжке таилась волшебная сила. Кто брал ее в руки, тот делался добрым, веселым, хорошим, и главное – тот начинал любить всех и только и думал о том, как бы и…
«Самое смешное слово, какое мне известно, – это дама… Да. Я не могу удержаться от смеха каждый раз, когда его слышу, потому что дама – это я. Не правда ли, как это забавно? Давно ли я ходила в коротеньких платьицах и все называли меня Зиночкой, потом…
«Самое смешное слово, какое мне известно, – это дама… Да. Я не могу удержаться от смеха каждый раз, когда его слышу, потому что дама – это я. Не правда ли, как это забавно? Давно ли я ходила в коротеньких платьицах и все называли меня Зиночкой, потом…
«Собираясь войти в гостиную, Дружинин вытирал платком запотевшие стекла пенсне.
За малиновой бархатной портьерой послышалось твердое, уверенное, хорошо знакомое ему постукивание каблуков. Щеголеватой походкой нестареющего сорокапятилетнего мужчины Ба…
«Собираясь войти в гостиную, Дружинин вытирал платком запотевшие стекла пенсне.
За малиновой бархатной портьерой послышалось твердое, уверенное, хорошо знакомое ему постукивание каблуков. Щеголеватой походкой нестареющего сорокапятилетнего мужчины Ба…
«На реке, против города, семеро плотников спешно чинили ледорез, ободранный за зиму слободскими мещанами на топливо.
Весна запоздала в том году – юный молодец Март смотрел Октябрем; лишь около полуден – да и то не каждый день – в небе, затканном туча…
«На реке, против города, семеро плотников спешно чинили ледорез, ободранный за зиму слободскими мещанами на топливо.
Весна запоздала в том году – юный молодец Март смотрел Октябрем; лишь около полуден – да и то не каждый день – в небе, затканном туча…
Культовый роман-антиутопия Джорджа Оруэлла, стоящий в одном ряду с такими шедеврами мировой литературы, как «Мы», «О дивный новый мир» и «451° по Фаренгейту». Книга-пророчество, книга-предупреждение, которая никогда не утратит своей актуальности. Мно…
Культовый роман-антиутопия Джорджа Оруэлла, стоящий в одном ряду с такими шедеврами мировой литературы, как «Мы», «О дивный новый мир» и «451° по Фаренгейту». Книга-пророчество, книга-предупреждение, которая никогда не утратит своей актуальности. Мно…
Поэт, прозаик, литературный критик, военный корреспондент – Евгений Долматовский обладал истинно многогранным талантом. Его лирика пропитана тонкими чувствами, одухотворенностью. Непосредственность и живость интонаций – характерные черты поэзии Долма…
Поэт, прозаик, литературный критик, военный корреспондент – Евгений Долматовский обладал истинно многогранным талантом. Его лирика пропитана тонкими чувствами, одухотворенностью. Непосредственность и живость интонаций – характерные черты поэзии Долма…
«Теперь передо мной стояла стройная девушка с мудрыми и таинственными глазами, с золотой короной пышных волос, с движениями угловатыми, но царственно-гордыми, с губами неправильно очерченными и, быть может, с несколько большим ртом.
Она стояла в оран…
«Теперь передо мной стояла стройная девушка с мудрыми и таинственными глазами, с золотой короной пышных волос, с движениями угловатыми, но царственно-гордыми, с губами неправильно очерченными и, быть может, с несколько большим ртом.
Она стояла в оран…
«Стёртые камни панелей покрыты холодной слизью; над улицей колышется мокрая кисея тумана, а сквозь неё лениво сочится полуснег, полудождь – какой-то грязноватый пепел. Голубые шары фонарей освещают тёмный измятый снег, сырые стены домов, слёзные пото…
«Стёртые камни панелей покрыты холодной слизью; над улицей колышется мокрая кисея тумана, а сквозь неё лениво сочится полуснег, полудождь – какой-то грязноватый пепел. Голубые шары фонарей освещают тёмный измятый снег, сырые стены домов, слёзные пото…
«В восьмидесятых годах по улицам Нижнего Новгорода ходил, с ящиком на груди, остроглазый парень, взывая негромко, вопросительно и как-то особенно назойливо:
– Крестики нательные, поминаньица, шпилечки, булавки?..»
«В восьмидесятых годах по улицам Нижнего Новгорода ходил, с ящиком на груди, остроглазый парень, взывая негромко, вопросительно и как-то особенно назойливо:
– Крестики нательные, поминаньица, шпилечки, булавки?..»
В сборник вошло два произведения: повесть «Алые паруса» и роман «Бегущая по волнам». В мире Александра Грина, в его Гринландии, истории об увлекательных похождениях моряков, трогательные рассказы о любви и безоговорочная вера в чудо сливаются в едино…
В сборник вошло два произведения: повесть «Алые паруса» и роман «Бегущая по волнам». В мире Александра Грина, в его Гринландии, истории об увлекательных похождениях моряков, трогательные рассказы о любви и безоговорочная вера в чудо сливаются в едино…
«Гений русского сыска И.Д. Путилин» – серия рассказов Романа Доброго (под этим псевдонимом печатался писатель Роман Лукич Антропов, 1876-1913).
Прототипом литературного героя являлся глава сыскной полиции Санкт-Петербурга Путилин Иван Дмитриевич (183…
«Гений русского сыска И.Д. Путилин» – серия рассказов Романа Доброго (под этим псевдонимом печатался писатель Роман Лукич Антропов, 1876-1913).
Прототипом литературного героя являлся глава сыскной полиции Санкт-Петербурга Путилин Иван Дмитриевич (183…
На окраине деревни Андрей построил ДОМ. Это был Дом Его Мечты. Мужчина мечтал, что когда-то он найдет покой под его крышей и пригласит друзей. В его мечтах они проводили вечера за кружкой чая, с гитарой или без нее. Главное - это место в сердцах люде…
На окраине деревни Андрей построил ДОМ. Это был Дом Его Мечты. Мужчина мечтал, что когда-то он найдет покой под его крышей и пригласит друзей. В его мечтах они проводили вечера за кружкой чая, с гитарой или без нее. Главное - это место в сердцах люде…
«Лотта в Веймаре» – изящный и увлекательный роман великого Томаса Манна, в котором глубокие размышления о человеке искусства, о его нередко болезненном существовании в реальном мире и о подлинном смысле жизни тесно переплетаются с интересным и немног…
«Лотта в Веймаре» – изящный и увлекательный роман великого Томаса Манна, в котором глубокие размышления о человеке искусства, о его нередко болезненном существовании в реальном мире и о подлинном смысле жизни тесно переплетаются с интересным и немног…
Увлекательный приключенческий роман выдающегося фантаста Александра Беляева о неутомимых и бесстрашных исследователях мифического государства!
Неутомимые исследователи, отважные энтузиасты, горячие сердца…
Одержимые жаждой знаний, они готовы отправит…
Увлекательный приключенческий роман выдающегося фантаста Александра Беляева о неутомимых и бесстрашных исследователях мифического государства!
Неутомимые исследователи, отважные энтузиасты, горячие сердца…
Одержимые жаждой знаний, они готовы отправит…
У многих читателей Цвейг ассоциируется прежде всего с любовной новеллистикой. В действительности же он был одним из авторов, стоявших у истоков сверхпопулярного в наше время жанра художественной биографии, превращающего сухие исторические имена и фак…
У многих читателей Цвейг ассоциируется прежде всего с любовной новеллистикой. В действительности же он был одним из авторов, стоявших у истоков сверхпопулярного в наше время жанра художественной биографии, превращающего сухие исторические имена и фак…
Юрий Мамлеев – родоначальник и признанный мастер жанра метафизического реализма. Это литература конца света, исследующая чёрные дыры и бездны, открывающиеся в человеческих душах. «Шатуны» – гротескный андеграундный роман, написанный в шестидесятых го…
Юрий Мамлеев – родоначальник и признанный мастер жанра метафизического реализма. Это литература конца света, исследующая чёрные дыры и бездны, открывающиеся в человеческих душах. «Шатуны» – гротескный андеграундный роман, написанный в шестидесятых го…
1937 год. Жернова сталинских репрессий работают на полную мощь. За один только год большевиками расстреляно более трехсот тысяч человек, почти по тысяче в день… Любой в одночасье мог быть признан врагом народа: по надуманному обвинению, клевете или а…
1937 год. Жернова сталинских репрессий работают на полную мощь. За один только год большевиками расстреляно более трехсот тысяч человек, почти по тысяче в день… Любой в одночасье мог быть признан врагом народа: по надуманному обвинению, клевете или а…
«Когда я сажусь писать книгу, – признавался Оруэлл, – я не говорю себе: “Хочу создать произведение искусства”. Я пишу ее – потому, что есть какая-то ложь, которую я должен разоблачить, какой-то факт, к которому надо привлечь внимание…» Именно так был…
«Когда я сажусь писать книгу, – признавался Оруэлл, – я не говорю себе: “Хочу создать произведение искусства”. Я пишу ее – потому, что есть какая-то ложь, которую я должен разоблачить, какой-то факт, к которому надо привлечь внимание…» Именно так был…