литература 19 века
Великий роман великого русского писателя, ставшего всемирно признанным классиком литературы.
Первый том знакомит с высшим обществом России XIX века. Показаны взаимоотношения между родителями и детьми в семье Ростовых, сватовство у Болконских, интриги…
Великий роман великого русского писателя, ставшего всемирно признанным классиком литературы.
Первый том знакомит с высшим обществом России XIX века. Показаны взаимоотношения между родителями и детьми в семье Ростовых, сватовство у Болконских, интриги…
Судьба каждого из нас всегда предлагает нам сделать выбор, который зачастую и является главным уроком в нашей истории на этой планете. Красное – это любовь, любовь, замешанная на неистовой страсти, это его Реналь. Черное – это гордость, гордыня и тще…
Судьба каждого из нас всегда предлагает нам сделать выбор, который зачастую и является главным уроком в нашей истории на этой планете. Красное – это любовь, любовь, замешанная на неистовой страсти, это его Реналь. Черное – это гордость, гордыня и тще…
В книге собраны ранние и малоизвестные произведения английской писательницы Джейн Остин.
Коварная и двуличная леди Сьюзан плетет интриги, невзирая на презрение света… Чувствительная Лаура рассказывает свою печальную и поучительную историю… Практичная…
В книге собраны ранние и малоизвестные произведения английской писательницы Джейн Остин.
Коварная и двуличная леди Сьюзан плетет интриги, невзирая на презрение света… Чувствительная Лаура рассказывает свою печальную и поучительную историю… Практичная…
Елена Блаватская родилась в семье выходца из Германии. Много путешествовала по Европе и Азии, бывала в США. По ее собственным словам, семь лет провела в Тибете, где получила посвящение в оккультные мистерии. В 1873 году перебралась в Нью-Йорк и два г…
Елена Блаватская родилась в семье выходца из Германии. Много путешествовала по Европе и Азии, бывала в США. По ее собственным словам, семь лет провела в Тибете, где получила посвящение в оккультные мистерии. В 1873 году перебралась в Нью-Йорк и два г…
"Дэвид Копперфильд" – один из наиболее известных романов великого английского писателя Чарльза Диккенса.
Неподдельно искренняя история о том, что во имя любви люди готовы пойти на многое. Никакие преграды и лишения нипочем по-настоящему великим людям…
"Дэвид Копперфильд" – один из наиболее известных романов великого английского писателя Чарльза Диккенса.
Неподдельно искренняя история о том, что во имя любви люди готовы пойти на многое. Никакие преграды и лишения нипочем по-настоящему великим людям…
«Красный Корсар» – один из наиболее известных морских романов классика американской литературы Дж. Ф. Купера. Герой романа, пират и контрабандист, изгой и мечтатель, романтик и бунтарь, бросает вызов военному флоту английского короля. И его команда –…
«Красный Корсар» – один из наиболее известных морских романов классика американской литературы Дж. Ф. Купера. Герой романа, пират и контрабандист, изгой и мечтатель, романтик и бунтарь, бросает вызов военному флоту английского короля. И его команда –…
полная версия«Гонимые нищетою, жители городов бежали в поля, поля обращались в селы, селы в города, а города нечувствительно раздвигали свои границы; тщетно человек употреблял все знания, приобретенные потовыми трудами веков, тщетно к ухищрениям искусства присоед…
«Гонимые нищетою, жители городов бежали в поля, поля обращались в селы, селы в города, а города нечувствительно раздвигали свои границы; тщетно человек употреблял все знания, приобретенные потовыми трудами веков, тщетно к ухищрениям искусства присоед…
полная версия«Вдали изредка слышались выстрелы артиллерии, преследовавшей на левом фланге опрокинутого неприятеля, и вечернее небо вспыхивало от них зарницей. Необозримые огни, как звезды, зажглись по полю, и клики солдат, фуражиров, скрып колес, ржание коней оду…
«Вдали изредка слышались выстрелы артиллерии, преследовавшей на левом фланге опрокинутого неприятеля, и вечернее небо вспыхивало от них зарницей. Необозримые огни, как звезды, зажглись по полю, и клики солдат, фуражиров, скрып колес, ржание коней оду…
полная версия«Итак, я увижу сей столичный город древнего ливонского рыцарства, искони знаменитый битвами, осадами, усеянный костями храбрых, запечатленный кровию основателя. Винно фон Рорбах, первый магистр Меченосного ордена, построил Венден, первый замок в Ливо…
«Итак, я увижу сей столичный город древнего ливонского рыцарства, искони знаменитый битвами, осадами, усеянный костями храбрых, запечатленный кровию основателя. Винно фон Рорбах, первый магистр Меченосного ордена, построил Венден, первый замок в Ливо…
полная версия«Темна была ночь петербургская; хладен ветер осенний. Мелкий дождь рассыпался дробью, фонари чуть мелькали в тумане. Все было тихо по улицам – на башне Думы било двенадцать.
– Кто идет? – вскричал будочник. Ответа не было.
– Кто идет? – закричал он г…
«Темна была ночь петербургская; хладен ветер осенний. Мелкий дождь рассыпался дробью, фонари чуть мелькали в тумане. Все было тихо по улицам – на башне Думы било двенадцать.
– Кто идет? – вскричал будочник. Ответа не было.
– Кто идет? – закричал он г…
полная версия«Ах, как она мила, Жорж, как она мила! Я уверен, что, если б ты увидел очаровательницу Адель в ее кабинете, где и зимой раскинулись цветники, где всякая безделка льстит глазу и заговаривает воображению; когда б ты взглянул на нее, одетую в легкое пла…
«Ах, как она мила, Жорж, как она мила! Я уверен, что, если б ты увидел очаровательницу Адель в ее кабинете, где и зимой раскинулись цветники, где всякая безделка льстит глазу и заговаривает воображению; когда б ты взглянул на нее, одетую в легкое пла…
полная версия«– Куда прикажете? – спросил мой Иван, приподняв левой рукою трехугольную шляпу, а правой завертывая ручку наемной кареты.
– К генеральше S.! – сказал я рассеянно.
– Пошел на Морскую! – крикнул он извозчику, хватски забегая к запяткам. Колеса грянули…
«– Куда прикажете? – спросил мой Иван, приподняв левой рукою трехугольную шляпу, а правой завертывая ручку наемной кареты.
– К генеральше S.! – сказал я рассеянно.
– Пошел на Морскую! – крикнул он извозчику, хватски забегая к запяткам. Колеса грянули…
полная версия«Куда вы больно затейливы, любезные мои приятели: пиши вам и часто и много, описывай всю подноготную, и где, и как, и почему. Да что я вам за Саллюстиус, что за Жомини! Мое дело сказать вам: вот что я видел, вот что мне известно… Но много ли увижу я …
«Куда вы больно затейливы, любезные мои приятели: пиши вам и часто и много, описывай всю подноготную, и где, и как, и почему. Да что я вам за Саллюстиус, что за Жомини! Мое дело сказать вам: вот что я видел, вот что мне известно… Но много ли увижу я …
В центре внимания этого, одного из самых значимых произведения Достоевского, любовный треугольник. Федор Михайлович, как великий психолог заглядывает в потаенные уголки человеческих душ. Пытается приоткрыть замыслы и мотивы поведения человека в необы…
В центре внимания этого, одного из самых значимых произведения Достоевского, любовный треугольник. Федор Михайлович, как великий психолог заглядывает в потаенные уголки человеческих душ. Пытается приоткрыть замыслы и мотивы поведения человека в необы…
Полный вариант заголовка: «Отрывок иудейских древностей : с лат. пер. Роберта еп. Линкольнского : из Апокрифов Ветхого Завета, собр. и изд. в свет Иоганном Альбертом Фабрицием».
Полный вариант заголовка: «Отрывок иудейских древностей : с лат. пер. Роберта еп. Линкольнского : из Апокрифов Ветхого Завета, собр. и изд. в свет Иоганном Альбертом Фабрицием».