Сергей Брацио
Протозанщики 2. Марш оловянных


***

Некогда прекрасная Медь обветшала. Небо теперь всегда затянуто гадкой молочной дымкой, сквозь которую нещадно жарит солнце, вышкваривая остатки былой красоты. Грязь маслянистых луж, шипя остатками влаги, выпускала жирные, болотные пузыри. Брусчатка, ранее отливавшая медью, бугрилась серыми, невзрачными камнями. Средь булыжников пробивались колючки, расползаясь противной сетью.

Птицы почти смолкли, только воронье изредка поскрипывало где-то вдали. Поля превратились в скопища уродливых сорняков, но и они медленно отступали под нападками солнца, оставляя жухлые трупы на фоне возникающей пустыни.

Площадь пуста, и только здание харчевни окружено казаками. Михаил, одетый в потертый, но по-офицерски опрятный мундир, выкрикивал распоряжения. Ждан, помахивая огромной дубиной, стоял возле двери, ожидая приказ вломиться в дом.

– Выходите, попробуем договориться, – устало объявил осажденным Белый, – Палач первым, остальные следом!

Вместо ответа в окно вылетел массивный деревянный табурет. Стекло, звеня тысячами осколков, картечью осыпало Ждана.

– Ответ неправильный, – вздохнул офицер, жестом отдавая богатырю приказ.

Дубина с грохотом обрушилась на дверь, превращая в щепу и оружие, и жертву. Ждан с голыми руками ворвался внутрь, казаки забежали следом. Несколько секунд слышалась возня – хлопок! – и на улицу потек поток арестованных: пятнадцать грязных оборванцев, с руками, связанными за спинами.

Первым вышел низенький мужичок, с клочковатой бородкой. Грязная рубаха свисала до пят, прикрывая ноги изорванным рубищем. Один глаз неподвижно смотрел вперед, закрытый тошнотворным бельмом. Второй, не переставая вращаться, с ненавистью оглядывал собравшихся. Ждан подтолкнул старичка в спину и приблизился к Михаилу.

– Дай-ка угадаю, – прервал Белый, открывшего рот здоровяка, – Палач свалил. Остальные быстро сдались?

Ждан кивнул. Огромная лапа упала на плечо друга.

– По одному и тому же сценарию, – вздохнул великан.

– Тоска. Ведем к Андрею – пусть решает.

– Давайте, кретины, тащите на плаху! – злобно заверещал мужичок, сплевывая под ноги Михаилу.

– Была бы плаха – оттащил бы, – огрызнулся Белый, – В Больничку вас, в Больничку! А что дальше…

– Дальше окажемся с друзьями! – кричал оборванец, – Пусть в беде, но вместе!

– Думаешь, там лучше? – флегматично пожал плечами Михаил.

– Там честно, – огрызнулся старичок, – А здесь сплошное вранье. Как вы могли, сволочи, унизить наш Мир?!! Во что превратили его, скоты?!

– В правду! – резко заявил офицер, – В место, где больше нет лжи! Где сами управляем событиями, а не подчиняемся наветам Савриила.

– Засунь себе свою правду… Мы жили в мире и красоте! Любили, трудились, радовались. Создавали Мир сами – работали не покладая рук. А что сейчас? Разруха, ненависть, боль! Да будьте вы…

– Закрой рот! – взревел Михаил, хватая мужичка за грудки, – Если бы работали, а не строил козни, может и жили бы лучше.

– Ну, его, – спокойно ответил Ждан, прикасаясь к руке друга, – Все говорят одно и то же. Иногда и я задумываюсь. Ну, да ладно. Пойдем искать Андрея.

Наместника нашли не сразу. Долго выискивали по закоулкам, но Андрей как сквозь землю провалился. Разослали казачков, и через час поисков один вернулся с новостями: Истинный расположился в бывшем доме Волны. Огромный коттедж, или, как его называл Алексей, замок, по непонятной причине сохранился после ухода хозяина из Меди.

Большой дом одряхлел. Словно прошлись по зданию века бесхозяйственности: окна выбиты, дубовая дверь валяется на груде мусора. Кирпичные стены все еще стояли ровно, выдерживая атаки времени, но плети плюща расползись по красному телу. Впились в швы, и по камушку, по песчинке разрушали могучее здание.

Озера заболотилось, запаршивело. Сухой камыш, пожелтевший и прелый, по-змеиному шипел на ветру, отбрасывая тень на мутную воду. Песчаный пляж переродился в зловонный ил, истоптанный чьими-то копытами.

– Сколько лет-то прошло? – Михаил аккуратно взял Ждана за локоть.

– Время тут не при чем…

Андрея нашли в гостиной. Наместник умирающего Мира сидел в порванном кресле, привычно опустив голову на руки.

– Депрессий нам только и не хватает! – с порога заявил Белый, – Что случилось?

– Не время для депрессий – я согласен,

и просто кое-что хочу понять… – ответил Андрей, —

Вот и решил подумать в тихом месте,

но вы меня и здесь смогли найти!

– Ну, извини, что помешали «медитировать». Дела, знаешь ли! Поймали очередных. Нужен суд.

– Глупцов успеем адом «осчастливить», – отмахнулся Истинный, —

Раз уж вы здесь, то покажу вам то,

что давеча увидел, но не знаю,

как к этому нам надо отнестись.

Андрей жестом указал на телевизор. Вездесущий плющ добрался и до техники, но экран светился – на нем застыли образы Волны, Антипа, Рустама и Израдца. Рядом стояла девушка-стюардесса, судя по позе, предлагающая напитки.

– Ого! – подпрыгнул Михаил, – Какая прелесть! Фото?

– Картина не застыла перед нами,

она лишь крайне медленно живет,

ведь время все еще у нас разнится,

поэтому замедленный показ.

– Так у нас есть связь?! – радостно закричал Ждан.

– Вот в этом и таится закавыка…

Я опасаюсь, что такая связь,

есть просто наважденье Савриила,

чтоб помешать движению друзей.

Откуда взяться оловянной связи?