Клан Холост 3. Адалинда-Роуз Лаусанская

– Ты не упоминала в рапорте, чторанила его, – заметил Бартон.

– Верно, – подтвердила я. – Я даже неуспела в него даже выстрелить. Возможно, Реелика ранила его, когда боролась засвою жизнь, – немного поразмыслив, я всё-таки решила озвучить своё предложение:– Если нам не удалось отследить магию предполагаемого преступника, мы можемпопробовать найти частицы его крови. Это может привести нас к нему или хотя быприблизить к разгадке.

– Можно попробовать, – послекороткой паузы ответил мужчина. – Но я не могу бросить все силы на поиски следовкрови.

– Но могу я хотя бы задействоватьнескольких человек? – не теряла я надежды.

– Я посмотрю, кого получитсявыделить, и сообщу тебе, – заверил он меня.

– Хорошо, спасибо, сэр, – благодарноулыбнулась я и уже почти подошла к двери, как начальник окликнул меня.

– Ах да, чуть не забыл. С этого дняк тебе прикрепляется новичок. Он будет твоим напарником.

– Но сэр, – попыталась возразить я,– у меня нет времени возиться с новобранцем...

– Это приказ, детектив Лаусанская, –строгим тоном перебил он меня, не оставляя места для дальнейших возражений.

– Да,сэр, – вздохнула я и вышла.

Не успела я дойти до своего кабинета,как позади раздался мужской голос:

– Детектив Лаусанская!

Я обернулась и от шока на мгновениепотеряла дар речи. Ко мне направлялся мужчина, которого я накануне видела вособняке Лаберт. Его движения отличались удивительной грацией для мага, авнешность поражала своей безупречностью.

Движения мужчины были довольнограциозны для мага, как и внешняя неотразимость.

– Я вас слушаю, – произнесла я, взявсебя в руки.

– Меня зовут Эйгон Диксон, – представилсямужчина, и мы обменялись рукопожатиями. – Капитан Бартон сообщил, что вы станетемоим куратором.

– Так это вы наш новичок? –удивилась я, направляясь в свой кабинет.

– Да, – подтвердил Эйгон, следуя замной и аккуратно закрывая за собой дверь.

– А капитан в курсе, что вы –заинтересованное лицо в нашем деле? – я подошла к столу, опустилась в кресло ина ходу открыла бутыль с кровью.

– Да, он осведомлён, – ответилЭйгон, оставаясь стоять посреди кабинета.

Я сделала небольшой глоток и жестомпригласила его занять место на свободном стуле возле стола.

– Я фигурировал в вашихсвидетельских показаниях, – добавил он.

– И как же тогда капитан допустилвас к моему кураторству? – настороженно спросила я. – Или он планирует снятьменя с расследования?

– Насколько я знаю, нет, – ответилон, протягивая мне красную папку. – Но капитан изучил мои документы и принялменя в отдел.

– Хм... – задумчиво протянула я,открывая папку. – Насколько мне известно, родственников и близких жертв у наспо закону не допускают к участию в расследовании. Такой человек считаетсязаинтересованным лицом.

– Ну, видимо, я хорошо умеюубеждать, – с лёгкой усмешкой ответил мужчина.

Я внимательно изучила содержимоепапки. Итак, Эйгон Диксон-младший, 1992 года рождения, родом из Лос-Анджелеса.С отличием окончил боевой факультет, пять лет служил в воинской части. Затем перешёлна должность охранника бизнесмена Джошуа Периша и проработал там семь лет.

– Почему ушли из воинской части? –спросила я, закрывая папку.

– Работа была неплохая, – он пожалплечами, – платили хорошо. Но это не гражданская служба. Постоянный стресс инапряжение. Захотелось стабильности. Как только закончился контракт, я решилего не продлевать.

– А с последнего места работы почемуушли? – продолжила я расспрос. Слишком уж гладко всё звучит. После пяти летслужбы просто взять и уйти...

– Решил сменить город, – снова пожалплечами Эйгон.

– Ну а в полицию почему решили пойти?– я сложила руки перед собой, пристально глядя на него. – Это вам не охрана влиятельноголица.

– Но и не воинская часть, –парировал он с едва заметной улыбкой.

– И всё же, – настойчиво повторила я.

– Это может прозвучать банально, – немногозадумчиво ответил Эйгон, – но я хочу помогать людям. По мере своих возможностейуберегать их и защищать от любой опасности. А сделать это законно можно лишьработая в магполиции.

– Или в воинской части, – на этотраз парировала я. – Защищая людей не только Нового Орлеана, но и всей Америки.

– Не знаю, служили ли выкогда-нибудь, – произнёс он, устремив взгляд в одну точку, словно погружаясь ввоспоминания. – Но когда ты в воинской части, нельзя после дежурства или битвыприйти в казарму, снять форму и просто забыть обо всём. Там ты всегда начеку: каждуюсекунду ждёшь атаки. Открываешь глаза – ждёшь атаки. Идёшь на тренировку –ждёшь атаки. Ешь – ждёшь атаки. Даже в туалет идёшь – и всё равно ждёшь атаки,– он перевёл взгляд на меня. – Другое дело – работа здесь. На гражданке естьсвой дом, своё убежище. Можно прийти после смены и спокойно оставить прожитыйдень в прошлом, не ожидая со страхом гибели.

– В ваших документах сказано, что выраньше проживали в Лос-Анджелесе, – продолжила я. Мужчина утвердительно кивнул.– Почему решили переехать?

– Я тут родился, – развёл он руками,улыбнувшись.

– Наверное, ваши родители были радывашему возвращению, – натянуто улыбнулась я. Он мне не нравился. Вроде обычныйколдун, но что-то в нём было не так. Или это просто мои подозрения?

– Они недавно скончались, – ответилон. – Но оставили мне своё имение.

– Соболезную, – сухо сказала я.

– Благодарю, – Эйгон облокотилсяруками на стол и, слегка ухмыльнувшись, добавил: – Детектив, если у васзакончились вопросы, позвольте мне кое-что спросить?

– Спрашивайте.

– Почему вы выбрали именно работудетективом, а не какую-то другую?

– Офицер Диксон, – терпеливовздохнула я, – если вы думаете, что у нас тут с вами милая светская беседа, товы глубоко ошибаетесь. Я задавала все эти вопросы не для того, чтобыподружиться, а лишь потому, что должна знать, с кем мне предстоит работать, икто будет прикрывать мою спину.

– Ну мне же тоже нужно знать, ктобудет меня прикрывать, – не сдавался он.

– Надевайте форму, – отрезала я,завершая разговор. – Сегодня мы будем патрулировать.

Я встала и направилась к входнойдвери.

– А как же ваше дело? – крикнул онмне вслед.

***

Дождавшись новичка в оружейномотделе, я прикрепила к его форме нательную камеру, вручила два дробовика, и мы направилисьв гараж к патрульным машинам.

Подойдя к белому «Форду», я чёткопроизнесла:

– Это твоя станция. Не машина, арабочее место, – затем я подошла к багажнику и открыла его. – Сначалапроверяешь, нет ли внешних повреждений, не оставил ли подозреваемый чего-либо всалоне. Если что-то заметил, сразу фиксируешь все трещины, царапины и вмятины.Затем проверяешь дробовики. Убеждаешься, что в них нет патронов и что затворработает исправно. После этого проверяешь камеру, – я кивнула на его нательнуюкамеру.

Эйгон по-прежнему стоял и смотрел наменя с недоумением, будто не понимал, чего я от него жду.

– Проверяй, – твёрдо повторила я.

– Оу, – очнулся он и, включаякамеру, проверил звук. – Офицер Диксон, – слегка покрутив устройство, онпромолвил: – Вроде всё работает.

– Вроде? – я выгнула бровь. – Никаких«вроде» в твоём лексиконе быть не должно. Камера или работает, или нет.

– Работает, – мгновенно отозвалсямужчина, выпрямляясь по стойке «смирно». – Точно работает.

Устало закатив глаза, я села наводительское сидение, а Эйгон – на переднее пассажирское.

– Вот мы внутри машины. Зайди всистему, – скомандовала я.

Эйгон коснулся экрана планшета и вошёлв полицейскую программу.

– Теперь внеси свой номер, – продолжилая.

Он выполнил указание.

– Затем проверь работу мигалок и сирены,– мужчина нажал на кнопку – мигалки на крыше машины засверкали, и я услышала короткийвой сирены. – И наконец, посмотри на себя. Ты понятия не имеешь, что тебясегодня ждёт.

– Шесть Адам Восемнадцать, –раздался женский голос по рации. – Бытовой конфликт. Эспланад-авеню, 1707.

– Шесть Адам Восемнадцать, –ответила я. – Вас поняли. Выдвигаемся.

Уже подъезжая к дому, выкрашенному вяркие оттенки жёлтого и красного, Эйгон спросил:

– Что будем делать?

– Смотря, что ты умеешь, – ответилая.

Мы подошли к двери. Я постучала игромко произнесла:

– Полиция Нового Орлеана.Открывайте!

Но никто не ответил. Я постучала ещёраз – безрезультатно. Подойдя к незашторенному окну, я увидела погром. Среди хаосана полу лежало бездыханное женское тело.

– Там труп, – сообщила я напарнику,доставая оружие из кобуры.

С ноги выломав дверь с петель, явошла внутрь, держа оружие наготове, и внимательно осмотрелась. Эйгон подошёл ктелу женщины, нащупал пульс и произнёс:

– Она ещё жива, но пульс слабый.

– Вызывай лекарей, – приказала я,продолжая осматривать помещение.

– Это Шесть Адам Восемнадцать, – доложилон в рацию. – Девушка без сознания, пульс слабый. Срочно нужны лекари на адрес:Эспланад-авеню, 1707.

– Эй, – обратилась я к напарнику,заметив какое-то движение на кухне. – Там кто-то есть.

Эйгон поднялся, и мы, выставив передсобой оружие, двинулись в сторону кухни.

– Это полиция! – громко выкрикнула я,обращаясь к неизвестному. – Выходи с поднятыми руками!

Но ответа не последовало. Мужскойсилуэт продолжал стоять в тени, не двигаясь.

– Выходи сейчас же! – рявкнула я. –Или будешь подстрелен!

Внезапно в нашу сторону метнуласьяркая вспышка. Мы отлетели к стене и проломили её под своим весом.

Быстро вскочив на ноги, я направилаоружие туда, где только что стоял силуэт, собираясь выпустить всю обойму, нотам уже никого не оказалось. В тот же миг я услышала рёв заведённого мотора наулице. Мы с Эйгоном мгновенно выбежали наружу и увидели, как серый пикапвыезжает на проезжую часть, ясно собираясь скрыться.

Заняв место за рулём патрульноймашины, я завела двигатель, и мы ринулись в погоню за преступником, на ходувключая мигалки и сирены.

– У вас каждый день так? – спросилслегка ошарашенный Эйгон.

Не ответив на вопрос, я проговорилав рацию, не отрываясь от управления:

– Шесть Адам Восемнадцать. Преследуемпреступника. Серый пикап, номерные знаки м 649 Форум Джей Рейд.

– Номерные знаки Висконсина, – увереннопроизнёс офицер.

– Полагаю, туда он и направится,если мы его упустим, – отозвалась я.

Пикап резко петлял, создавая опаснуюситуацию как для водителей, так и для пешеходов.

– Водитель пикапа 649 Форум ДжейРейд, остановитесь! – чётко произнёс Эйгон по громкоговорителю.

Но вместо того, чтобы подчинитьсяприказу, водитель резко свернул в сторону и выехал на мост-дамбу, пересекающийозеро Пончартрейн.

Мы направлялись к южной окраинегорода, когда к нам присоединились ещё две патрульные машины. На середине мостаодна из них попыталась выполнить пит-манёвр, но попытка оказалась неудачной.

– Какой идиот только что это сделал?– яростно прошипела я в рацию.

– Три Адам Двенадцать, – отозвался офицериз той машины.

– Офицер Паркер, – обратилась я к нему,– вас разве не учили, что нельзя выполнять пит-манёвр, если это угрожает жизнямочевидцев?

– Учили, детектив Лаусанская, –ответил он.

– Тогда какого чёрта сейчас было? –рявкнула я, продолжая преследовать преступника и ловко лавируя между автомобилями.

– Прошу прощения, детективЛаусанская, – произнёс мужчина. – Я подумал, что это отличный шанс остановить подозреваемого.

– Думать – явно не ваша сильнаясторона, офицер Паркер, – устало вздохнула я.

Как только мы миновали мост,преследуемый водитель допустил ошибку, свернув на менее оживлённую улицу.

Разогнав патрульный автомобиль, я выполнилапит-манёвр: резко ударила пикапом в боковую часть его машины. Манёвр удался –пикап закрутился, несколько раз развернулся вокруг своей оси, затем врезался встоящий фонарный столб и заглох. Однако водитель не спешил покидать салон.

Быстро выскочив из машины, я выхватилаоружие из кобуры и громко приказала:

– Руки из окна, живо!

На этот раз водитель подчинился ивысунул руки наружу. Я стремительно подошла к подбитому автомобилю, рывкомоткрыла водительскую дверь и силой вытащила грузного мужчину из салона. Поваливего на асфальт, я заломила ему руки за спину и надела магические наручники,лишая его возможности использовать магию.

– Вы арестованы за покушение наубийство своей супруги, за нападение на сотрудников магполиции, за попыткускрыться и за создание опасной ситуации для других водителей и пешеходов, – чёткопроговорила я задерживаемому, продолжая зачитывать его права: – Вы имеете правохранить молчание. Вам также будет предоставлен государственный адвокат.

Передав мужчину своим сослуживцам, явызвала по рации магинспекторов, которые фиксируют дорожные происшествия нашеготипа.

***

– Как тебе первый рабочий день? –спросила я у Эйгона.

Мы сидели в моём кабинете, заполняяотчёт по сегодняшнему дню. Как удалось выяснить на допросе, преступника звалиРоберт Харворд. Он не раз был осуждён за домашнее насилие, но отделывалсяусловными сроками, как в человеческой полиции, так и в нашей. На него былналожен судебный запрет от старейшин Нового Орлеана на приближение к своейсупруге Амели Торнтон, который он грубо нарушил.

Амели, к сожалению, скончалась отполученных магических ранений спустя несколько часов после прибытия нашихлекарей. Роберта Харворда ждал суд, а затем заключение в Адэксе, где егопоглотит тёмная магия этого места.

– Ну, – немного задумался он, – вполнеинтересно. Хоть и страшно.

– Это нормально, – ответила я. –Страх есть у всех нас. Главное – научиться его обуздывать.

Покончив с отчётом, я подняла взглядна напарника:

– У тебя есть водительские права?

– Да, – ответил мужчина.

– Завтра ты поведёшь, – огорошила яего, поднимаясь с места.

– Я? – искренне удивился он.

– Ну надо же когда-то начинать, – усмехнуласья.

***

Я ехала в машине и слушала радио.Сегодня мне не хотелось домой. Весь день вместо того, чтобы копаться вритуальном преступлении и искать нашего безумца, я провозилась с новичком ипроторчала на дежурстве, после которого ещё заполняла бесконечные документы.Мне нужно было отвлечься, а потому я направлялась в один из вампирских клубовпод названием «Дом Блюза».

Когда я вошла в здание, меняоглушила громкая джазовая музыка. На танцполе толпились люди, среди которыхбыли и вампиры, и местные смертные, и туристы. Подойдя к бару, я заказала скотчи, выпив залпом, двинулась на танцпол.

Алкоголь быстро ударил в голову –это позволило мне отключить осознанность, чтобы пуститься во все тяжкие. Танцы,алкоголь, кровь… Ни к чему не обязывающий секс в туалетной комнате, затем сноваалкоголь, танцы и кровь...

Глава 4

Этим утром до участка я добираласьпешком. С моим перегаром после вчерашнего за руль садиться никак нельзя было, ана пассажирском сиденье вполне могло укачать. Поэтому, прихватив бутылочкупрохладной воды, я направилась на работу.

Всюду сновали люди, плотный потокмашин заполнял практически все улицы. Казалось, жизнь идёт своим чередом, иникто не думает об опасном преступнике, который до сих пор на свободе. Но всё женекое напряжение словно витало в воздухе: я улавливала обрывки разговоров опоследнем преступлении.

Я остановилась, чтобы сделать глотокводы, и вдруг прямо передо мной рухнуло мужское тело. Кровь и внутренностиразлетелись в разные стороны. Я подняла голову, но на крышах многоэтажных домовникого не увидела. Откуда он упал? Сам или его столкнули? Вновь посмотрев натруп, я всё же решила перевернуть его.

– Это очень плохо, – озвучила ямысли вслух, с трудом разглядев лицо жертвы.

Его лицо вместе с телом большенапоминало плохо перемолотый фарш, но я всё-таки смогла его узнать: это былЭлифас Блэр – давний знакомый моей матери, с которым они когда-то вместеобучались в академии «Дей Линс».

На трупе была домашняя одежда:рубаха и свободные штаны. Вот только несколько пуговиц на рубашкеотсутствовали, и это можно было объяснить двумя причинами: либо рубашкадовольно старая, либо кто-то намеренно рывком разорвал её. Но я неплохо зналаЭлифаса: он был элегантным педантом и никогда не позволял себе одеваться небрежноили носить старые вещи. Значит, рубашку разорвали. Но тогда встает вопрос: кто?Его супруга в порыве страсти или всё же это произошло в процессепредполагаемого убийства?

Хотя вполне можно допустить, что этосамоубийство. Однако моё последнее предположение мгновенно улетучилось, когда явнимательно осмотрела его тело: оно было практически полностью разбито послепадения. В тех местах, где кусочки кожи остались целы, я заметила какие-то едваразличимые порезы.

– О Боже, Эл! – воскликнула внезапнооказавшаяся рядом девица.

Я её узнала: это была его супругаРебекка. Она перевела на меня взгляд, и в нём мгновенно отразиласьбессмысленная ярость.

– Это всё ты виновата! – начала онаобвинять меня. – Ты, как и твоя мать, приносите одни несчастья!

– Заткни свою пасть и вызови копов,– спокойно приказала я, делая ещё один глоток воды.

Захлёбываясь в слезах, девушканабрала 191 – наш местный номер магслужбы спасения. Своим вампирским слухом яуслышала, как оператор ответила:

– Служба спасения, оператор Катрина Осмент,что у вас случилось?

– Мой муж... Он умер... Пришлитекого-нибудь, пожалуйста, скорее, – протараторила девушка, задыхаясь от слёз.

– Как вас зовут, мэм? – задаластандартный вопрос оператор.

– Да какая, к чёрту, разница? – выкрикнулаона. – Ребекка, меня зовут Ребекка!

– Где произошло происшествие? – яуслышала звук печатающих клавиш в трубке. Ребекка, в очередной раз проклинаяоператора за эти вопросы, наконец назвала адрес. – Хорошо, ожидайте. Помощьскоро прибудет.

Спустя десять минут мы уже слышаливой сирен приближающихся машин.

Из одной патрульной машины вышел мойколлега из 637-го отдела – Андрес Гонсалес: сорокалетний статный кареглазыйбрюнет под метр восемьдесят ростом, испанец, перебравшийся в Америку. С егохаризматичной внешностью, из-за которой на него вешались практически всеженщины, ему бы в актёры идти, а не детективом в полиции служить.

Как только он увидел труп Элифаса,возле которого стояла рыдающая Ребекка и я, невозмутимо попивающая воду, то тутже отдал приказ:

– Оцепить периметр.

– Я думала, сначала офицерыприбудут, – обратилась я к нему. – А потом уже вы.

– Я с ними за компанию проезжал, –Андрес подошёл и по-дружески приобнял меня, хлопнув по плечу. – Рад тебявидеть, Адалинда.

– Что, на тебя тоже новичкаповесили? – усмехнулась я, заметив среди патрульных машин растерянного юношу.

– Похоже, не только на меня, –догадался мужчина.

– Эй, – яростно окликнула насРебекка. – Хватит попусту трепаться! У меня, вообще-то, мужа убили!

– Миссис Блэр, – обратился он к ней,– пожалуйста, проследуйте в участок. Мы здесь всё осмотрим, а потом я к вамподъеду, и вы расскажете, что видели.

– Но... – хотела было возразитьдевушка.

– Если вашего супруга убили, как выутверждаете, – мягко, но твёрдо настоял детектив, коснувшись её плеча, – товаши показания могут помочь нам как можно скорее найти убийцу.

– Да что тут искать? – воскликнулаона и указала на меня пальцем. – Это она его убила!

– Проследуйте, пожалуйста, вучасток, – повторил Андрес и подозвал одного из офицеров. – Уолтон, отвезимиссис Блэр в наш участок.

– Есть, сэр, – мгновенно откликнулсяюноша.

Как только машина с офицером иистеричной Ребеккой скрылась из виду, я обратилась к Андресу:

– А ты знаешь, возможно, она иправа, – он вопросительно посмотрел на меня, и я пояснила: – Не в том, что яего убила. Конечно, нет. Но всё же, похоже, это убийство. И, вероятно, оносвязано с тем преступником, которого мы сейчас разыскиваем.

– С подражателем? – уточнил он.

Да, мы так между собой прозвалинеизвестного преступника, который, очевидно, подражал покойному Зеро. Я утвердительнокивнула, и он спросил:

– С чего ты взяла?

– Видишь эти едва заметные порезы? –спросила я, указывая рукой на смятое тело. Андрес утвердительно закивал, и япродолжила: – А что если эти порезы от очередного ритуала?

– Сэр, – окликнул его криминалист, которыйуже фотографировал место преступления, – похоже, тело двигали.

– Да, – подтвердила я. – Я егоперевернула.

– Ты же знаешь, что нельзя такделать, – вздохнул Андрес.

– Не удержалась, – виновато ответилая.

Пока магполиция сдерживаласобравшихся зевак, а криминалисты исследовали место преступления, мне поступилвходящий звонок. На экране высветился номер моего капитана – Рамона Бартона. Яподнесла смартфон к уху, и оттуда раздался мужской голос:

– Почему вы ещё не на работе,детектив? Вас новичок ждёт.

– Простите, сэр, – ответила я. –Боюсь, новобранцу придётся ещё немного подождать. Я сейчас на местепреступления.

– На каком это ещё местепреступления? – опешил он.

– Ну, в общем, тут человек упалпрямо передо мной, – пояснила я. – Всмятку.

– За вами словно смерть ходит попятам, – вздохнул мужчина. – Ладно, отдам новичка сегодня другому. Какой отделприбыл?

– Шестьсот тридцать седьмой, –отчиталась я.

– Понял. Они информацию в любомслучае вышлют нам, но я хочу всё узнать из первых уст.

– Принято, сэр, – подтвердила я изавершила разговор.

В этот момент к нам подошёлкриминалист и, обращаясь ко мне, спросил:

– Детектив, вы случайно не знаете, вкакой квартире жила жертва?

– В сорок четвёртой, – ответила я.

Мы вместе поднялись на предпоследнийэтаж и сразу же обнаружили нужную нам дверь – она была приоткрыта. Осторожновойдя внутрь, мы увидели, что квартира разгромлена. Словно Элифас здесь скем-то сражался. И, судя по всему, не на жизнь, а на смерть.

Всё было перевёрнуто: полки, вещи.На полу валялись осколки стекла от зеркал и посуды. Мебель оказалась разодрана,а повсюду виднелись пятна крови. У меня появилась надежда, что кровьпринадлежала убийце, а не жертве.

Спустя час исследования места, втечение которого наш криминалист проводил всевозможные магические поиски, онвынес свой вердикт:

– Замок не взломан. Значит, жертвазнала убийцу, – да, исходя из всего увиденного, можно смело делать вывод, чтоЭлифас упал не сам и не случайно. – И кровь, которую мы здесь видим,принадлежит жертве.

– А крови убийцы или хотя быкаких-нибудь частиц нет? – спросила я.

– Вообще ничего, – мужчинаотрицательно покачал головой. – Словно жертва сражалась с тенью.

С тенью? Но это невозможно. Я зналаЭлифаса: он был искусным бойцом. Он должен был хоть раз ранить своегопротивника, даже если тот застал его в врасплох. Не может быть, чтобы противникушёл целым и невредимым.

– Есть какие-то признаки, что уликибыли стёрты или скрыты? – спросил Андрес.

– Нет, детектив, – в очередной разотрицательно покачал головой криминалист.

– Но тут есть камеры наблюдения, – заметилая, указывая на настенные маленькие камеры. – И на улице они тоже есть. Еслиубийца мог пройти мимо нас, мы это увидим. И если записи с камер в квартиреЭлифаса не стёрты, то мы ещё можем увидеть лицо нападавшего.

– Верно, – согласился со мной Андрес.– Изъём их и досконально просмотрим. Будем надеяться, что нам повезёт.

Да, в нашей ситуации, когда практическинет никаких зацепок и даже свидетелей, нам остаётся только надеяться... И этоменя чертовски злило!

– И раз уж наши отделы в этом делесотрудничают, – продолжила я, – то давай я просмотрю запись из квартиры, а ты сулицы.

Мужчина ненадолго задумался и ответил:

– Да, так будет быстрее.

Мы изъяли записи с камер иразъехались по отделам. Как только я прибыла в свой участок и уже практическидошла до своего кабинета, меня окликнул мужской голос:

– Детектив Лаусанская!

Я обернулась и увидела капитана,стоящего возле двери в свой кабинет.

– Зайдите ко мне.

Подчинившись, я прошла за капитаномБартоном. Он занял своё рабочее место, а я, как и в предыдущий раз, опустиласьв соседнее кресло.

– Рассказывайте, что удалосьвыяснить.

– На самом деле, не особо и много,капитан, – начала я. – Сначала мы подумали, что это было самоубийство: жертваупала из окна своей квартиры, и никого подозрительного мы не заметили. Нозатем, когда я перевернула его тело, то обнаружила едва заметные порезы на коже.Они смахивают на ритуальные знаки. Тогда-то и появились первые сомнения. Потоммы вошли в его квартиру и обнаружили погром, словно там шла борьба. Но вот чтостранно: кроме крови, принадлежащей жертве, мы больше ничего не нашли. Никаких-либо других частиц, ни следов. Ничего. Будто он сражался с тенью.

– Кто жертва? – уточнил капитан.

– Элифас Блэр, – ответила я иуслышала вслед за этим тяжёлый вздох.

– Может, его чем-то накачали, и емучто-то померещилось? – начал размышлять он вслух.

– Возможно, – ответила я. – Но этобудет известно только после его вскрытия и экспертизы. Также, надеюсь, записи скамер видеонаблюдения прольют свет на произошедшие события.