Непросыпающиеся сны

— Невероятно! Мы сделали это! — воскликнул Генри с нескрываемым восторгом.

Тут же к ним подошли Зейн и Джейн с удивленными лицами. — Вы как, тоже решили вернуться? — спросил Зейн.

— Вернуться? Мы только что еле выбрались из этого лабиринта! Нам кажется, мы были там целую вечность, — ответил Генри, еще не отойдя от впечатлений.

Зейн раскрыл глаза в удивлении. — Но мы только что от вас отошли за угол и сразу вышли мы начали вас искать. Там что, время идет по-другому?

Адель кивнула. — Да, именно так. Лучше больше туда не заходить. Там происходят самые невероятные вещи.

— Знаешь, Генри, это место больше напоминает мне аэропорт будущего, а не лабиринт, — размышляла Адель, вглядываясь в лабиринт.

Без долгих раздумий они решили уйти отсюда как можно скорее. Генри, посмотрев на Адель, сказал: — Давай уйдем отсюда поскорее.

Зейн, шагая рядом с Генри, удивленно поинтересовался — Так что вы там нашли? Это то, о чем мы говорили?

Генри, кивая головой, ответил — Да, там было многое... Но самое главное — это чернильница.

Зейн остановился, нахмурив брови — Чернильница? Какая еще чернильница?

— Звучит странно, — усмехнулся Генри, — но она очень похожа на обычную чернильницу.

Зейн, охваченный любопытством, протянул руку — Покажи-ка.

Генри осторожно вытащил из сумки маленький предмет. Это была изящная чернильница с узорами, напоминающими древние руны.

Зейн, внимательно рассматривая её, воскликнул — Точно, это она! Чернильница!

— Именно, — подтвердил Генри, — и теперь вопрос, что с ней делать?

Зейн взял чернильницу в свои руки, внимательно изучая каждый узор. Солнечный свет, проникающий сквозь стеклянную крышу, играл на её поверхности, делая каждую линию и символ загадочно мерцающими.

Зейн, взвешивая чернильницу в руке, задумчиво произнёс — Эта чернильница... она вроде как обычная.

Прогуливаясь по вечернему городу, Генри вдыхал прохладный воздух и наблюдал за появлением звёзд. Его мысли были заняты раздумьями об лабиринте, олене и воине, оставшимися позади в его таинственных коридорах.

— Значит, они так и не выбрались, — задумчиво произнёс он про себя. — Наверное, только сейчас они нашли друг друга и обрели своё счастье.

В его воображении ожила картина: — Может быть, так же, как и мы, они должны были выйти в своё время. И, вероятно, уже не выйдут, странно все это.

Генри остановился, бросив взгляд на свои часы. Стрелки замерли.

— Лабиринт... это словно пауза во времени, — продолжил он размышления. — Они, возможно, использовали его не только как укрытие, но и как механизм перемещения. Как своеобразный портал между мирами или что-то вроде того.

Он углубился в размышления: — Получается, когда ты внутри, время останавливается. Не только в самом лабиринте, но и во всём окружающем мире. Это как стоять на пороге между реальностью и... чем-то совершенно иным.

Генри поднял голову к небу, уставившись на далекие звезды, и вдруг осознал — "Боже мой, это действительно похоже на аэропорт, точно как Адель говорила".

Эта мысль укрепила в Генри уверенность, что они столкнулись с чем-то за гранью обыденности, с силой, способной перевернуть их представление о мире.

Под мягким вечерним светом уличных фонарей уютно расположилась беседка у отеля. Друзья собрались вместе за ужином, их лица отражали напряжение, но вместе с тем и радость от того, что они в безопасности.

— Вы не поверите, что там произошло! — начал Генри. — Мы думали, что это обычный лабиринт... Но там было что-то гораздо большее.

Адель поддержала его: — Да, и это было не только о стенах и коридорах. Там было дикое животное..., оно гналось за оленем, и за нами.

Зейн перевёл взгляд на Генри: — Животное? Какое животное?

— Не знаю, — пожал плечами Генри, — но оно было очень быстрым и охотилось на нас, было похоже на большого черного волка. Мы едва его увидели. Чувствовали только его присутствие.

— Мы считали, что оно нацелено нас съесть, — тяжело вздохнула Адель. — Но теперь всё становится не так очевидно... Может быть, это и есть тот самый зверь из легенды, хотя правда о легенде теряется в тумане веков, всё слишком запутанно.

Зейн, скрестив руки на груди и опустив взгляд на свою тарелку, задумчиво проговорил: — Возможно, это был сторож лабиринта... Или же он просто защищал свою территорию. Кто его знает.

Генри, поддерживая взглядом Зейна, медленно добавил: — Как бы то ни было, лучше туда больше не ходить. Это место полно тайн, и кто знает, что еще может нас там ждать.

Атмосфера за столом стала более напряженной, словно каждый из них переживал свои моменты в лабиринте заново, размышляя о возможных опасностях и тайнах, скрытых в его глубинах.

В уютной атмосфере вечернего ужина, когда они обменивались впечатлениями о странствиях в лабиринте, к ним подошел официант, неся тарелки с ароматной пищей.

— Извините, что вмешиваюсь, — начал он с улыбкой, — но я не мог не услышать вашу беседу о лабиринте. Кстати, сегодня там наблюдали нечто необычное. Вы случайно не видели свечение в небе? Говорят, что из пирамиды поднялся яркий столб света, достигавший самого неба.

Все обменялись удивленными взглядами.

— Мы были там, но ничего подобного не заметили, — ответил Генри, задумчиво перебирая в памяти каждый момент их путешествия.

— Да, столб света до небес... это должно было быть зрелищем! — воскликнул Зейн, явно огорченный, что упустил такое чудо.

Адель, с недоумением в глазах, добавила: — Мы прошли через весь лабиринт, но ни о каком свете не слышали. Странно...

Официант, склонив голову, как будто принимая их удивление, поинтересовался: — А как долго вы там были? Говорят, что свет появился ровно в полдень.

— Нам показалось, что мы провели там часов пять или шесть, — ответил Генри, — но на самом деле, возможно, мы заблудились во времени. В этом лабиринте, кажется, всё иначе.

— Да, местные жители говорят, что лабиринт полон тайн и чудес, — задумчиво произнес официант, отходя в сторону, чтобы оставить их наедине со своими размышлениями.

Группа друзей молча обменивалась взглядами, погруженная в раздумья о тайнах и загадках лабиринта, который, казалось, скрывал в себе гораздо больше, чем они могли представить.

***

Утро встретило их ярким солнцем, когда они направились в аэропорт. Генри, погруженный в свои раздумья, обдумывал события в лабиринте, который оказался не просто запутанным сооружением, а своего рода порталом между мирами.

— Возможно ли, что древние строители пирамид ушли именно таким же путем? — задумчиво проговорил он вслух.

Адель, повернувшись к нему, ответила с интересом в голосе: — Ты задумался о чем-то, Генри?

— Да, — кивнул он. — Представь, если древние египтяне на самом деле исчезли, используя такие порталы. Перемещаясь между слоями реальности, они могли исчезнуть из нашего мира, окунувшись в другой, где время и пространство подчиняются совершенно другим законам.

Адель, задумавшись, добавила: — Это могло бы объяснить исчезновение целых цивилизаций без видимых следов. Они, возможно, перешли в другое измерение, в поисках новых земель или чтобы избежать какой-то угрозы.

Генри, взглянув в окно на мимо пролетающие облака, продолжил: — А таинственные лабиринты... возможно, они были не просто путаницей коридоров, а своеобразными аэропортами между мирами, путеводными точками для тех, кто знал их тайный смысл.

Адель улыбнулась ему: — Знаешь, это могла бы стать отличной идеей для книги. Мы могли бы вместе написать ее.

P.S

Геродот писал: "Я видел этот лабиринт: он выше всякого описания. Сложная система коридоров, дворов, комнат и колоннад была такой запутанной, что без проводника посторонний человек никогда не смог бы найти в нем дорогу или выход. Большей частью лабиринт был погружен в абсолютный мрак, а когда открывали некоторые двери, то они издавали ужасный звук, похожий на раскаты грома. Перед большими праздниками в лабиринте проводили мистерии и приносили ритуальные жертвы, в том числе человеческие. Так древние египтяне выказывали свое уважение богу Себеку - огромному крокодилу. В древних манускриптах сохранились сведения о том, что в лабиринте действительно обитали крокодилы, достигавшие 30 метров в длину. Все ритуалы, которые там проходили были посвящены богу Осирису. Осирис был богом мертвых, или богом загробного мира.

17..Загребская Мумия

Утро окутывало дом спокойствием, и когда звонок, вмонтированный в дверь, раздался неожиданно громко, все внутри ожидали увидеть на пороге старого друга отца Генри. Однако вместо него предстал совсем другой человек, с искренними, но незнакомыми глазами.

Незнакомец, заметив легкое разочарование в взглядах присутствующих, спешно представился:

«— Приветствую вас», — сказал он уверенно, но с легкостью в голосе. — Меня зовут Николай, я младший брат Александра. Извините за небольшую путаницу.

Пока он делал глубокую затяжку сигареты без фильтра, из-под его пальцев вился густой дым.

— Что вам нужно? — добавил он, внимательно вглядываясь в лица собравшихся.

Генри, несколько смущённый, взглянул через плечо Николая на гараж. — Мы... пришли поработать. Гараж всегда был нашим местом для творчества и экспериментов.

— А, вы те самые друзья, о которых он упоминал, — улыбнулся Николай. — Пожалуйста, заходите. К сожалению, Александр уехал на несколько дней, но обязательно вернется. Он попросил меня присмотреть за домом.

Адель тихо шепнула Генри на ухо: — Здесь что-то не так, ты это чувствуешь?

Генри кивнул. — Да, но пока у нас нет другого выбора, кроме как довериться ему.

Войдя в гараж, их охватило чувство ностальгии. На столе стоял сундук, искрящийся и блистающий, словно магический предмет из прошлого, каждая его узор шептал истории минувших дней.

Адель, перебирая в руках чернильницу, смотрела на нее в замешательстве. Она была уникальной, с богатой бронзовой отделкой и символами, казавшимися древними. Ее форма была загадочной, словно ключ к неразгаданной тайне.

Зейн внимательно осмотрел сундук и обратил внимание на маленькое отверстие на его боковой стороне. «— Посмотрите сюда», — сказал он, привлекая наше внимание. — Возможно, это то, что мы искали.

Они подошли поближе. Отверстие действительно казалось предназначенным для чернильницы. Адель осторожно вставила её внутрь, и тут произошло нечто невероятное. Глубокий, гулкий звук, словно давно забытый механизм вновь ожил, заставил их вздрогнуть.

В воздухе повисло напряжение. Их сердца бешено колотились, когда они инстинктивно отступили назад. Звуки из сундука, непонятное эхо древних механизмов, сопровождались еле слышным жужжанием, заполняя пространство гаража.

— Что это только что было? — спросила Адель, глаза которой были расширены удивлением.

— Кажется, стол на мгновение... затрясся, — глубоко вздохнула Адель.

— Не знаю, но что-то изменилось, — ответил Генри, пытаясь проникнуть взглядом в темные глубины сундука. После того как последний звук утих, они на мгновение замерли в ожидании, но никаких других неожиданностей не последовало.

Зейн, глядя на мерцающие слова на экране, медленно произнёс: — Кажется, нас ждут новые тайны.

Адель, склонившись над экраном, шепотом прочла странные символы: — Это древнеегипетский язык. Загадка здесь...

Все внимательно следили за её губами, в ожидании разгадки.

— Что живёт тысячи лет в песках, и несмотря на смерть, продолжает существовать? — задумчиво перевела она.

В комнате наступила тишина, каждый обдумывал ответ.

— Мумия! — вдруг воскликнул Генри.

— Верно, мумия, — медленно, словно взвешивая каждое слово, подтвердила Адель. — Но вот что это значит, так и остается загадкой.

Зейн, склонив голову и погрузившись в глубокие раздумья, предположил: — Может, этот кусок материи из сундука... Он же тоже украшен странными знаками. Он очень похож на куски ветоши, что обматывали мумии, не правда ли?

— Сейчас минутку, — сказала Адель, и её пальцы ловко скользнули по экрану телефона. Она что-то усердно искала, бормоча себе под нос. Все замерли в ожидании, пытаясь уловить хоть какой-то смысл в её бормотании.

Через некоторое время Адель торжественно воскликнула: — Всё, я нашла! Это Загребская мумия, только на ней на внутренней стороне ветоши были обнаружены такие надписи!

— Да, возможно, это она, — согласился Генри. — Я слышал о ней. Говорят, бинты мумии исписаны загадочными символами. Нам стоит об этом подумать.

— Загребская мумия? — удивленно спросил Зейн. — Что это вообще такое? Никогда о таком не слышал.

— Есть город в Хорватии, называется Загреб. Там она и хранится, поэтому ее так и называют, — объяснила Адель, добавив с решительностью в голосе: — И нам нужно туда. Давайте, я узнаю больше информации и в пути расскажу вам все о ней. Нам нужно двигаться вперед!

Без лишних слов, они решили отправиться все вместе в Хорватию за разгадкой тайны.

***

В уютном купе поезда, освещённом лучами утреннего солнца, Адель собрала вокруг себя своих друзей. — Давайте, я расскажу вам о Загребской мумии пока мы едим, — начала она, привлекая их внимание.

— Эта мумия уникальна, — продолжила Адель, — во-первых на её бинтах найдены загадочные символы это и есть часть на нашем куске ветоши, которые не так было просто разгадать.

Зейн, устроившись поудобнее, внимательно слушал, его глаза светились интересом.

— Представьте, если мы сможем соединить наш кусок ткани с большим куском и прочитаем все вместе их, может мы откроем секреты древних! — воскликнул он, не скрывая восторга.

Джейн, сидящая напротив, смотрела на Адель с лёгким удивлением: — Такие вещи действительно существуют? Я всегда думала, что это лишь легенды.

— О, нет, — улыбнулась Адель, — иногда легенды оказываются реальностью. И эта мумия может доказать это.

Зейн устроился поудобнее, готовый к путешествию по миру пирамид и богов, в то время как Джейн с интересом наблюдала за Адель, погружаясь в её живописный рассказ.

— Все началось в мистическом Египте, — загадочно начала Адель, — представьте себе: офицер из Венгрии, находясь в командировке, приобретает саркофаг с мумией. Это больше, чем простой сувенир.

— Невероятно, — удивлённо воскликнул Зейн, — и что в этом саркофаге такого особенного?

«— Может быть, загадка кроется в самой ткани бинтов, — предположила Адель», — говорят, они могут быть пропитаны древним зельем или чарами.

В вагоне, покачивающемся на рельсах, витал аромат кофе, смешанный с запахом старого пергамента. Лучи утреннего солнца игриво танцевали на стенах.

— Если это правда, — задумчиво проговорил Генри, — то мы можем раскрыть одну из тайн истории.

— Именно, — подтвердила Адель, — я думаю мы на пороге открытия, способного перевернуть наше представление о прошлом.

— Все эти рассказы о древних мистических тайнах... — задумчиво начал Генри, — они как магнит притягивают внимание. Но стоит ли всему этому верить?

Адель усмехнулась.

— На то она и мистика, чтобы оставаться необъяснимой, — ответила она. — И возможно, именно в поиске ответов кроется своя особая прелесть.

Генри кивнул, соглашаясь с её словами. Поезд, будто временной корабль, неумолимо нес их всё дальше в мир древних легенд и неизведанных тайн.

Адель продолжила:

— Льняная ткань, в которую была вначале завёрнута мумия, могла стать просто бесполезным мусором. Офицер хотел её выбросить, не понимая значимости надписей. Но в итоге передумал и оставил. После его смерти в 1859 году мумия перешла в наследство его брату, священнику в Славонии. Ему мумия была не нужна, и в 1867 году он подарил её Государственному музею Хорватии.

Каждое слово Адель проникало в сознание Генри, заставляя его всё глубже погружаться в атмосферу тайны, которая витала в воздухе вагона, медленно прокатывающегося по рельсам в направлении новых открытий.

— Вау, звучит как настоящий детектив, — воскликнул Генри. — Так что же произошло дальше?

— Ткань изучали многие эксперты, но никто так и не смог расшифровать, что на ней написано, и даже на каком языке это, — развивала тему Адель.

Зейн, с интересом слушавший разговор, вставил:

— Мда, очень увлекательная история. Но где же мы сейчас найдем эту ткань, она еще все там же в музеи?

Адель продолжила:

— В 1891 году обёрточный материал мумии отправили в Вену. Там его изучил Якоб Кралл, эксперт по коптскому языку. Он установил, что надписи сделаны на этрусском языке.

Генри, внимательно изучая чернильные буквы на ткани, добавил:

— Этрусский язык в Египте? Как это необычно и загадочно! Этруски были одной из самых таинственных древних цивилизаций.

Адель, задумчиво посмотрев на Генри, произнесла:

— Да, их культура и язык оказали влияние на многие другие древние народы. Но как же связаны между собой мумия из Египта и этрусские надписи? Это настоящая загадка.

— Вот что делает археологию такой увлекательной, — улыбаясь, отозвался Генри. — Мы постоянно сталкиваемся с тайнами, которые ждут своего раскрытия.

— Именно так, Генри, — поддержала его Адель. — Этруски обитали на севере территории, которую сейчас мы называем Италией. Связь между итальянским этрусским языком и египетской мумией — одна из загадок, волнующих умы исследователей.

— То есть, этруски действительно населяли те земли, что сегодня являются частью Италии? — уточнил Генри, задумчиво уставившись на карту.

Адель кивнула:

— Да, их культура и язык оказали значительное влияние на развитие Рима и всей итальянской культуры. Но этот свиток с мумией... это действительно что-то необычное и уникальное.

— Древний итальянский язык и египетская мумия... Здесь явно что-то не сходится, — задумчиво проговорил Зейн, откладывая манускрипт в сторону и обращаясь к Адель. — Интригующая история, но вопрос остаётся: где найти эту ткань?

Адель кивнула, взглянув на манускрипт:

— Да, она может быть ключом. Но где она сейчас, вот в чем вопрос.

Генри улыбнулся, бросил взгляд на Зейна и Адель:

— Ну, когда приедем на место последнего её пребывания, начнем поиски.

***

«— Вот мы и в Загребе», — произнес Генри, выйдя из поезда, — идем прямиком в музей.

Адель, оглядевшись по сторонам, отметила:

— Город кажется таким спокойным. Но кто знает, какие тайны скрывает его музей.

Они направились к музею, чьи стены, покрытые слоями времени и истории, таили в себе множество нерассказанных историй. Входная дверь музея отворилась с легким скрипом, словно приглашая их открыть следующую историю.

Внутри, в просторном, но уютно освещенном зале, они увидели мумию, о которой так много говорили.

— Посмотрите, — указала Адель, — вот она.

Зейн, приблизившись к витрине, внимательно осмотрел мумию:

— Интересно, где же может быть ткань? Её нет среди даже экспонатов.

Генри, окинув взглядом экспозицию, предположил:

— Может, она хранится в архиве? Или её, как ты сказал, перенесли в другой зал.

Адель, взглянув на информационную табличку рядом с витриной, произнесла:

— Здесь говорится о саркофаге и истории мумии, но ни слова о ткани.

— Нам стоит поговорить с кем-то из сотрудников музея, — решил Генри, — они могут знать больше.

Генри, подойдя к молодому работнику музея, вежливо спросил: — Здравствуйте! Мы ищем льняную ткань, связанную с мумией. Не могли бы вы помочь нам?

Работник, взглянув на Генри, затем на Адель и Зейна, с некоторым колебанием ответил: — Если вы имеете в виду ткань с этрусскими надписями, то она была здесь, но теперь хранится в особом отделе. К сожалению, я не могу дать вам доступ к ней, но, возможно, директор музея сможет помочь вам в этом вопросе.

Зейн, кивая в знак благодарности молодому человеку, сказал: — Нам стоит поговорить с директором. Эта ткань может нам сильно помочь с нашими загадками.

Атмосфера в зале музея казалась наполненной тайной, когда работник отвечал на вопросы Генри. Его голос звучал так тихо, что его слова становились едва уловимым шепотом.

— К... «Коллекционеру» обратитесь, — неуверенно добавил сотрудник, уклоняясь от прямого взгляда.

— Простите, не совсем понял вас, — уточнил Генри, сморщив лоб.

Сотрудник кивнул в сторону выхода из музея и едва слышно произнёс: — У того, кто... у того самого. Он известен под особым прозвищем.

Адель и Зейн приблизились к молодому работнику, стараясь лучше разобрать его тихий шепот.

— Где мы можем найти этого «Коллекционера»? — спросила Адель, натягивая слух.

— На рынке, — ответил работник, словно с трудом выдавливая каждое слово. — Но будьте осторожны. Только будьте осторожны с ним.

Зейн, ощущая нарастающее напряжение, едва слышно проговорил: — Мы будем крайне осторожны. Спасибо за предупреждение.

Генри, возвращаясь к своим друзьям под сводами музейного зала, выглядел решительно, но в его взгляде читалась тревога.

— Ткань у «Коллекционера», — сказал он, с тяжелым вздохом.

— У кого? — хором воскликнули Адель, Зейн и Джейн.

— У того... самого, — утомленно произнес Генри, словно вспоминая слова работника музея.

Джейн, с открытым любопытством в глазах, переспросила: — У кого 'самого'?

— Наверное, он местный авторитет, — пояснил Генри, словно пытаясь разгадать загадку. — Похоже, все здесь знают о нем.

Джейн отшатнулась, её глаза расширились от испуга: — О нет, неужели мы ввязались в это! Может, нам не стоит?

Зейн усмехнулся: — Мы приехали за тканью, и мы её найдем.

Адель кивнула, собираясь с духом: — Пойдем на рынок. Но будем крайне осторожны.

Так, четверка друзей покинула музей, вышла на солнечную улицу и направилась к ближайшему рынку в надежде найти «Коллекционера».

Солнце палило безжалостно, отражаясь от каменных брусчаток узких улочек базара. На героев неожиданно набросилась толпа неряшливо одетых детей, грязных, но с искоркой насмешки в глазах, которые, ловко пробираясь сквозь толпу, кинулись к нашим друзьям.

— Эй, отстаньте! — воскликнула Джейн, отталкивая навязчивого мальчишку.

Однако её слова не нашли отклика. В следующую секунду Генри почувствовал, как его кошелек резко выхватывают из рук. — Ловите его! — выкрикнул он, указывая на убегающего мальчишку с его вещами.

Зейн, не раздумывая, кинулся в погоню, а Адель окликнула его: — Зейн!

Они ринулись по узким улочкам базара, обгоняя торговцев и покупателей, которые разбегались, чтобы уступить им дорогу. И вдруг, совершенно неожиданно, они оказались у порога старинного здания.

Дом выглядел ветхим и обветшалым, со штукатуркой, покрытой трещинами, и потускневшими от времени окнами, из которых дул холод и мистика.

Влетев внутрь, друзья очутились в просторном внутреннем дворе. Стены украшали фрески, на которых были изображены древние сцены, словно страницы из забытых легенд. В центре двора возвышалась могучая пальма, создавая маленький уголок тени и прохлады в этом знойном мире.

— Только восхищались красотой двора, как вдруг захлопнулись массивные деревянные двери, отрезая путь назад. Вокруг них собралась толпа незнакомцев, а в тишине Зейн прошептал: — Мы попали в ловушку...

В тени, под листьями пальмы, появилась фигура мужчины. Он шел медленно, с уверенностью. На лице его играла улыбка, глаза, темные и загадочные, скользили по каждому из героев. Его кожа, загорелая от долгих часов под солнцем, контрастировала с ярко-белой рубашкой, словно взятой из прошлого. Рядом с ним, словно маленькая тень, стоял мальчик, держа в руках кошелек Генри.

— Вы что-то потеряли? — спросил мужчина, подмигивая, демонстрируя кошелек.

Генри, сдерживая раздражение, кивнул: — Это мой кошелек. Но нас сюда привела не только его потеря.

Мужчина, с легким поднятием брови, проявил интерес, словно играя в интригующую игру: — А что же еще?

— Мы ищем ткань из мумии, — ответила Адель, стараясь сохранить спокойствие в своем голосе. — Говорят, она у «Коллекционера». Не у вас ли?

В его глазах вспыхнул огонек раздражения, а голос стал резким и неприязненным: — Ненавижу это прозвище! Чтобы я больше не слышал его! Я — Мистер Фауст!

Затем, уголки его губ иронично изогнулись в усмешке: — Предположим, что это так. О какой именно мумии идет речь?

— О «Загребской книге», — вмешался Зейн, не давая теме затухнуть. — Мы должны ее обнаружить.

— А что вы можете предложить в обмен? — улыбка мужчины стала еще шире, словно он наслаждался каждым моментом этой встречи. — Ведь всё в этом мире имеет свою цену.

Адель, не отводя взгляда, твердо произнесла: — Мы найдем способ убедить вас. Но сначала хотим увидеть ту самую ткань, чтобы убедиться в её подлинности.

Жаркие лучи солнца падали на лица Генри и мистера Фауста, известного как «Коллекционер», создавая глубокие тени, которые придавали их встрече на улице ощущение таинственности и напряжения.

Генри, аккуратно раскрывая сверток в руках, сказал: — У нас есть часть фрагмента этой ткани. Он считается утерянным. Мы хотели бы — объединить оба куска и раскрыть тайну, скрытую в них. В знак благодарности, мы готовы отдать этот кусок вам. И вас будет вся книга, и это будет бесценный экземпляр «Загребской книги».