Ладан и пепел

В комнате воцарилась тишина.

Сначала ягнёнок отворачивался и упрямо сжимал пасть. Я пыталась напоить его из маленького шприца без иглы, но молоко стекало по морде и капало на мою кофту.

Касиан осторожно забрал ягнёнка у меня и устроил у себя на руках. Тот повозился, ткнулся носом в его рубашку, а потом всё-таки принял шприц и начал пить.

Я наблюдала, как Касиан придерживает его ладонью, медленно поглаживая большим пальцем по голове. Без колоратки, с закатанными рукавами и ягнёнком на руках он совсем не походил на священника. Скорее на человека, рядом с которым слишком легко было представить обычную жизнь.

Я отвернулась к окну прежде, чем эта мысль успела оформиться до конца.

За стеклом было уже совсем темно.

— Думаю, мне пора.

Голос слегка дрогнул.

Касиан поднял голову, посмотрел на окно и тяжело выдохнул.

— Ноэми, уже очень поздно. Прости, что задержал тебя.

— Ничего страшного.

Я поднялась и принялась натягивать рукава куртки, старательно избегая его взгляда.

— Послушай…

Я остановилась.

— Я не могу отпустить тебя одну в такой час. Здесь лес. А ягнёнок слишком слаб, чтобы оставлять его без присмотра или нести по холоду до плебании.

— Ничего, я дойду.

— Нет.

Он произнёс это неожиданно твёрдо, а потом, словно испугавшись собственной резкости, заговорил мягче:

— Ты можешь переночевать здесь.

Я перестала натягивать рукав.

Несколько секунд было слышно только, как ягнёнок возится у него на руках. Остаться на ночь рядом с Касианом — пусть даже в разных комнатах казалось неправильным уже потому, что первой моей реакцией было не отказаться.

— Здесь, на диване, — поспешно пояснил он. — Я останусь с ягнёнком в соседней комнате. Дверь можно закрыть.

— Я…

За окном лежала сплошная темнота. Где-то за костёлом начинался лес, о котором Касиан уже предупреждал. Но дело было не только в волках, и от этой мысли к лицу снова прилил жар.

— Ноэми?

— Да.

Я сглотнула и опустила глаза.

Касиан едва заметно выдохнул.

— Хорошо. И прости за доставленные неудобства.

— Что вы… Какие неудобства?

Он замялся, будто теперь и сам не понимал, что делать дальше.

— Может быть, чай?

Я посмотрела на него и не удержалась от улыбки.

— Чай.

Касиан устроил ягнёнка в небольшой коробке, постелив на дно тёплое одеяло. Тот сразу свернулся в углу и уткнулся носом в складку ткани.

Пока Касиан снова зажигал горелку, я сняла куртку и положила её на спинку стула. Витражи перед нами превратились в тёмные стёкла, отражавшие комнату: тёплый свет, коробку с ягнёнком и нас двоих, оставшихся здесь на ночь.

— Твой чай, Ноэми.

Касиан поставил передо мной кружку. Я благодарно кивнула и сразу обхватила её обеими ладонями. Керамика обожгла замёрзшие пальцы, но отпускать её не хотелось.

— Она же горячая, — заметил Касиан, усаживаясь напротив.

Я пожала плечами и спрятала улыбку за краем кружки.

— Отец… — начала я, слегка прикусив губу. — Вы говорили, что посадили возле плебании мяту.

Касиан вопросительно поднял брови.

— Мяту?

— Да. Я пыталась её найти, но возле забора ничего не было.

Он задумался, подняв глаза к потолку, а затем медленно покачал головой.

— Не помню, чтобы говорил тебе такое. И мяту я там не сажал.

Пальцы замерли на кружке.

Я не помнила самого разговора. Не могла вспомнить ни где мы находились, ни когда он успел сказать мне о мяте. Но почему-то была настолько уверена, что она растёт возле забора, что провела там почти полчаса, перебирая кусты руками.

— Простите, отец. Наверное, мне показалось.

Я сделала глоток, хотя чай всё ещё был слишком горячим. Касиан несколько секунд смотрел на меня, словно хотел что-то спросить, но не стал.

Допив чай, он ушёл проверить, заперты ли двери внизу. Я осталась одна с ягнёнком. Тот спал в коробке, изредка вздрагивая во сне и перебирая тонкими копытцами.

Я достала из сумки дневник и витамины. Отметила время приёма, затем немного помедлила и записала: ужина не было.

Пропускать еду не стоило. Особенно после бессонной ночи и целого дня в ризнице. Но признаться Касиану, что я не ела, почему-то казалось ещё хуже. Он наверняка начал бы искать продукты, что-нибудь разогревать, беспокоиться. Сегодня он и без того сделал для меня слишком много.

Я убрала дневник прежде, чем он вернулся.

Касиан принёс подушку и ещё одно одеяло. Несколько раз встряхнул его и расстелил на диване, старательно разглаживая складки ладонью.

— Здесь должно быть тепло, — сказал он. — Если замёрзнешь, позови меня.

— Не замёрзну. Спасибо, отец.

Сам он собирался спать в соседней комнате. Та больше напоминала кладовую с окном: вдоль стен стояли коробки, старые подсвечники и свёрнутые алтарные ткани. Касиан уверял, что среди всего этого помещается раскладушка.

Я ничего не ответила, только снова подцепила ногтем заусенец. Кожа поддалась, и на пальце выступила кровь.

Ягнёнка Касиан забрал с собой — ночью его следовало ещё раз покормить. Перед тем как закрыть дверь, он остановился.

— Спокойной ночи, Ноэми.

— Спокойной ночи, отец.

Дверь осталась приоткрытой.

Я села на диван и огляделась. За эти дни плебания успела стать почти своей: я уже знала, какая половица скрипнет под ногой, как стучат трубы и в какое время солнечный свет появляется на стене спальни. Здесь всё было чужим.

Сняв ботинки, я легла на бок и подтянула одеяло к подбородку. От чистой ткани всё равно едва уловимо пахло ладаном и воском.

За стеной тихо завозился ягнёнок. Послышались шаги Касиана, скрип раскладушки, а затем его негромкий голос. Он произносил вечернюю молитву медленно, почти шёпотом. Слов я не разбирала — лишь ровный ритм и редкие паузы между фразами.

Я закрыла глаза и стала следить за его голосом, как за дыханием.

Вскоре он начал удаляться.

И я провалилась в сон.

VISIO III

Я резко проснулась, судорожно хватая ртом воздух. Сердце колотилось, на лбу выступил холодный пот.

— Опять… — прошептала я.

От сна ничего не осталось. Ни лиц, ни голосов, ни единого образа — только беспричинный ужас, от которого всё тело напряглось, а пальцы вцепились в одеяло.

Кошмары приходили всё чаще. Может быть, из-за того, что я сегодня не поужинала. Или просто устала.

Я приподнялась на диване и огляделась. Несколько секунд понадобилось, чтобы вспомнить: я не в плебании. Я осталась ночевать в костёле, потому что возвращаться одной было слишком поздно.

Лунный свет проникал сквозь витражи, оставляя на полу вытянутые цветные пятна. Одно из них напоминало человеческую фигуру.

Я отвернулась.

Ступни коснулись холодного пола. Поставив локти на колени, я наклонилась вперёд и медленно выдохнула, пытаясь успокоить сердце. Оно всё ещё билось слишком быстро.

Я надела ботинки и поднялась с дивана. За стеной было тихо. Дверь комнаты, в которой устроился Касиан, осталась приоткрытой.

Я остановилась перед ней.

Стоило вернуться на диван. Если он не проснулся от моего резкого вдоха, то сейчас я точно могла его разбудить. Но вместо этого осторожно приблизилась и заглянула внутрь.

Касиан спал на раскладушке. Во сне его лицо казалось непривычно спокойным. Кудри у висков растрепались, а длинные ресницы отбрасывали на щёки тонкие тени. Возле него в коробке, уткнувшись мордой в одеяло, спал ягнёнок.

Я задержалась на несколько секунд дольше, чем следовало.

Хватит, Ноэми. Это уже слишком.

Осторожно взявшись за дверную ручку, я медленно прикрыла дверь, придерживая её до самого конца, чтобы не разбудить ни Касиана, ни ягнёнка.

Снизу донёсся тихий металлический звон.

Я замерла, не убирая руки с дверной ручки. Звук был коротким, похожим на падение скальпеля. Через несколько секунд он повторился.

Я посмотрела на закрытую дверь комнаты. Стоило разбудить Касиана. Сказать, что внизу кто-то есть. Вместо этого ноги сами понесли меня к лестнице.

Не помню, как открыла дверь, отделявшую жилой этаж от костёла. Только что передо мной была тёмная комната, а теперь под подошвами уже холодели каменные ступени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Господь низверг согрешивших ангелов»

2

«Мир с тобой»

3

«Мир с тобой»

4

«Мир с тобой»

5

«И со духом твоим»

6

Окропи меня, Господи, иссопом, и буду чист

1

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешницу»

1

«девушка», «дитя»; фамильярное, иногда ласковое обращение пожилой женщины к молодой.

2

«госпожа» ; уважительное обращение к взрослой женщине.

1

«Отворялись ли для тебя врата смерти, и видел ли ты врата тьмы?»