Мострал. Место действия Керомат

- Ну, не все, только объединила по типу магического начала. Меня этому учили, - пожала плечами.

- Это для какой службы учат расследовать такие преступления? - подозрительно осведомилась она.

- Королевских гончих учат всему, что понадобится для службы его величеству и еще больше тому, что не понадобится, - равнодушно откликнулась я.

- Вот почему мне ваше лицо знакомо, - задумчиво на меня глядя, проговорила она, - ясно. Я хотела спросить: в последний вечер, когда Пит посетил бар мистера Лонга, он был чем-то расстроен и вы ему заказали напиток. Пытались разговорить?

- Пыталась, да, - кивнула я, - обычно Пит активно участвует в разговоре, даже если сильно уставший.

- Подозрительным это не показалось?

- Нет. Потомки фей, часто, переменчивые натуры.

- И то, что он пропал вас не смутило?

- Даяна… вы не против, если я буду обращаться по имени? - она мотнула головой, - Даяна, мы говорим о баре на окраине Орвенара в спальном районе недалеко от завода, пашущего на армию. Каждый второй постоянный посетитель однажды пытается начать новую жизнь и выбраться оттуда. И многие спустя полгода или возвращаются на обычное место, или приходят навестить старых приятелей.

- Давно вы там… постоянный посетитель?

- Два года уже. Заглядывайте к нам после работы, - пригласила я, - у нас есть коктейль «Его величество Бернард», наше величество его пробовал лично и одобрил аж шесть раз подряд.

Мы еще недолго поговорили, я рассказала, что знала о Пите, и распрощались. Весь разговор занял пару часов, так что вышла я уже в обеденное время.

Добралась, ради разнообразия, бодрым шагом домой - Сэр хотел сходить со мной за продуктами. На мои объяснения о том, что дети, скорее всего, уже вернулись в интернат, возражал, что я вечно выбираю вместо нормального мяса или огромные куски жира или комки жил. Мне подумалось, что ему просто скучно дома: убирать уже было нечего, книги мои ему не были интересны, а только готовить надоело. Жевал он эти жилы и урчал от удовольствия.

Поэтому я подобрала книги о гончих, которые обещала - парочка опубликованных личных дневников и официальная история развития культуры гончих, которую можно было получить только в центре подготовки телохранителей, мы собрались и двинули за продуктами.

Потихоньку в Орвенар двигалась весна. Морозы уже не были такими звенящими, почти каждый день налетали теплые ветра. Сэр откровенно наслаждался прогулкой.

Свет в магазине был тусклее обычного, я насторожилась.

- Вив, я принесла книги, которые обещала, - я подошла к стойке. Вивьен стола к ней в пол оборота.

- Привет, Ева! - напряженно откликнулась она и одернула рукав блузки, - спасибо. Мальчишки будут рады, - она протянула руку к стопочке, рукав задрался обратно.

- Вив? - осторожно позвала я.

Она зажмурилась, как перед чем-то очень страшным, и повернулась ко мне анфас. Вокруг глаза пестрел свежий синяк, вся левая половина лица отекла, нижняя губа рассечена.

- Вивьен, что случилось? - строго спросила я.

- Ничего, - ответила она, но увидела, что я не повелась и добавила, - я сама виновата.

- Твою мать, - ругнулся под локтем Сэр.

- В чем виновата, Вив? Шла по кухне, упала на кулак? - сохраняя строгий тон переспросила, - трижды?

- Ева… - выдохнула она.

И я это расценила как «сама разберусь». Полгода назад, наверное, я бы не полезла. Да и прямо сейчас тоже влезать не собиралась. Но внутри что-то зашевелилось. Я старалась не подать вида, но в горле клокотало, руки подрагивали не из-за поврежденных магических каналов, а от зрелища перед глазами.

- Как скажешь, - как смогла ровно, ответила, - мальчишки уже вернулись в интернат?

- Да, сегодня отвезла.

Мы закупились, разговор, понятно, не клеился. Когда уже покинули магазин от легкого настроения следа не осталось.

- Ты же не оставишь ее так просто?

- Нет, - отозвалась я.

Основная проблема в том, что Вивьен - жена действующего военного. Лет пять назад генералитет протащил через двор распоряжение, по которому вмешиваться в дела семей военных нельзя. Никому, кроме военной полиции. И пока сама жертва не заявит в структуру о том, что с ней, скажем так, плохо обращаются, никто не вмешается. А если попытается, будет отвечать перед той же военной полицией.

Скандал в обществе был страшный. И мог бы на что-то повлиять, но бурлило общество светское. Между лордами и военными социальная пропасть, которую могли бы заполнить верноподданные, но никто из них никогда не свяжется с основной движущей силой. И бурю со стороны лордов и прокоролевских газет, конечно, не поддержали.

Мы сгрузили дома продукты, я задумчиво посмотрела на продрогшего, несмотря на бодрый путь домой, Сэра. Это не та ситуация, в которой рубить с плеча - хорошая идея.

Вечером я вышла из дома и пошла в бар в надежде на то, что Даяна приняла приглашение. Чтобы понять, что делать дальше, нужно понять, как обстоят дела внутренней полиции с военной в нашем районе.

- Как обычно, Ева? - привычно поприветствовал Грег.

- Двойной, да, - кивнула я, оглядываясь.

- Ждешь кого-то? - удивился он.

- Как ни странно, да, - я уселась на свое место.

Грег болтал с девушками, забредшими на вечер коктейлей, я задумчиво смотрела репортаж от королевского дворца на артефакте. Звука не было, понятно, зато была бегущая строка: «Противостояние маршала Дотона и лидеров генералитета стремительно набирает обороты. Главная повестка обсуждения сегодня: пересмотр принятых в последние десять лет оперативных распоряжений о положении военных». Я так понимаю, наши новички в теле-вещании собираются от души пропрыгать по все граблям, которые уже пройдены газетчиками. Ну что за канцелярщина? Если переводить на человеческий язык, то, видимо, маршал Дотон решил отыграть обратно все случаи, когда его прогнули за последние годы правления и, заодно, вернуть сыну позиции, которые ему пришлось сдать по неопытности. Если у кого получится, то у него.

Я, лично, очень жду, когда очнутся богатые аристократы и верхушка среднего класса - в пока свободных кероматских водах вещания через эти артефакты много места. С газетами сообразили, что появился новый пирог, от которого можно урвать кусок, где-то за полгода в молодости Дотона, тут должно быть поживее.

Мои мысли прервались из-за открывшейся двери: в проеме показалась Даяна, в обычной одежде. Когда-нибудь я узнаю, как эта жемчужина оказалась в отделе расследования полиции Орвенара.

Нерешительно подошла, я жестом пригласила располагаться.

- Грег, королевский коктейль моей гостье, - позвала я.

- Неожиданно, - высказался Грег, но принялся готовить напиток.

- Я рада, что ты здесь, - доверительно сообщила ей, - ничего, что на «ты»? Если некомфортно, вернемся к прошлой форме общения.

- Все в порядке, если взаимно, - улыбнулась она, явив нам ровные зубки и ямочки на щеках.

- Конечно, взаимно.

- Есть прорывы в деле Пита? - поинтересовался Грег, подавая высокий стакан на подставке с логотипом бара.

- Благодаря внимательности Евы мы нашли еще шестнадцать потенциальных жертв, - поделилась Даяна, - завтра начинаем проверять, но пока мне особо нечего сказать, не раскрывая тайну следствия.

- Нужна помощь? - неожиданно даже для меня предложила я.

- У тебя же визит в Лаора завтра? - влез Грег.

- Поеду по времени Иреоса, - отмахнулась я.

- Все еще лечишься? - удивилась Даяна.

- Да, так вышло. Но ты правильное слово выбрала, теперь именно, что я лечусь.

- А раньше?

- А раньше я не мешала меня лечить, - хмыкнула я, в один глоток прикончив свою порцию и махнув бармену, - я тебе в другой раз расскажу все подробности. Пока что у меня есть насущный вопрос.

- М-м? - прислушиваясь ко вкусу поинтересовалась девушка.

- В бытность мою гончей, частенько доводилось разбирать склоки между внутренней полицией и военной, особенно в Орвенаре, а от вашего участка всегда тишина. Могу ли я считать, что вы научились как-то работать между собой так, чтобы не цапаться за звездные дела?

- Можно так сказать, - подумав кивнула Даяна, - даже если что-то внутри не поделим, стараемся сами разбираться. Как ты сама правильно заметила, мы в спальнике - прям уж звездного у нас мало, так что и мы, и они просто зовем соседей, если может быть толк.

- И что будет, если к вам, во внутреннюю, поступит анонимка о запятнанной чести военного мундира? - осторожно спросила я.

- Честно? - я кивнула, - анонимку никто не будет расследовать.

- А если я попрошу тебя прихватить кого лояльного и прибыть на адрес?

- Я должна беспокоиться?

- Нет, - честно ответила, - пока, по крайней мере. Я сама не все знаю, но то, что уже знаю мне не нравится совершенно. И как быть пока думаю.

- Пока ты в правовом поле, можешь на меня рассчитывать, - пожала плечами она, - не ты, так соседи вызовут.

Мы договорились, что завтра я после процедур доберусь до участка и мы подумаем, как легально привлечь меня к расследованию и нужно ли это вообще делать.

***

- Вы заметно ожили, - заметил лечащий после сканирования, - и аура прилично зажила, и резерв, можно сказать, восполнен. И мне кажется, что вы знаете, почему с пятого раза курс сработал.

- Знаю, но вам не понравится ответ.

- Когда за два месяца мы видим прогресс, которого ждали три года, я сам его уже знаю, - широко улыбнулся врач, - посттравматический синдром - не шутка, я понимаю. И рад, что вы все же начали путь обратно к жизни, - мы помолчали, - у вас последняя процедура сегодня, после ждем два месяца и смотрим на управляемость магии. Полагаю, на этот период ходить сюда дважды в неделю нет особой потребности.

- Как скажете, - улыбнулась я.

На стабилизации через меня давно качали не пороговый объем, а усиленный - все-таки резерв гончей маленьким быть не может по определению. Руки и ноги все еще мелко тряслись, но я уже не чувствовала, как натягиваются для прогона магические каналы. С каждым разом попытка переключения меня на естественный забор магии из пространства казалась все ближе и ближе, но пока - только неосознанно и, в основном, во время физических нагрузок. В этот раз все прошло привычно, меня поздравили с окончанием курса и прогрессом по его итогам и с богами отпустили.

Пока добежала до бассейна, пока занятие там, душ - и вот до начала рабочего дня в участке всего час. Как раз позавтракать.

- Я последнюю процедуру прошла, - похвасталась Сэру, - теперь в Лаора раз в месяц на промежуточный осмотр, через два месяца будем смотреть надо ли что-то еще делать.

- Всего-то дал девке выспаться, - буркнул пес.

- Я смотрю, кто-то по собачьему корму соскучился, - легкомысленно фыркнула я.

- Со мной вместе будешь кормом питаться? - съехидничал он в ответ.

- Нет, вернусь к пицце.

- Что делаешь сегодня? - сменил тему Сэр.

- Иду к офицеру Хопкинс. Будем смотреть, нужно ли им мной усиливаться для расследования.

- Тебе не кажется, что она слишком спокойно тебя к делу подпустила?

- Ну, во-первых, она меня не подпускала - я свидетелем прохожу. Во-вторых, я бывшая гончая, ко мне доверие само формируется.

- Все равно. Для той, кто два года занималась тем, что формально не являлась алкоголиком, успех головокружительный.

- Считаешь, мне не надо помогать?

- Не знаю, - честно сказал он, - но я бы на месте этой Даяны тебя на выстрел бы не подпустил.

- Как ты со мной пошел вообще? - хмыкнула я.

- Пойти с бывшей гончей, когда вот-вот замерзнешь насмерть и привлекать к работе над потенциально громким делом непонятную бабу - разные вещи, тебе не кажется?

Это он не знает то, что знаем мы с Даяной: я могу приквартироваться как консультант к отделу военной полиции и влезть в расследование независимо от ее желания. Но она не кажется мне некомпетентной, так что я все-таки поинтересуюсь ее мнением. И если она скажет, что моя помощь не нужна, то займусь другими делами. Их есть у меня, хоть и не планировалось.

Мы пришли почти одновременно и первые. В отделе еще было тихо.

- Смотри, - она указала на доски, ровным рядом стоящие там, где раньше была одна, - мы учли твой аргумент о природе магии и перепроверили исчезновения элементальных разумных за два года. Исчезновения относительно плотно начались прошлой осенью и это только те, о ком заявили.

Мужчины и женщины, дети не пропадали.

- Куда дети делись? - уточнила я.

- Те, у кого нашлись родственники - к родне. Остальные - в приют.

- С каких пор в Керомате есть спецприюты для таких детей?

- У нас и нету, они в обычном.

- Это же опасно, - удивилась я.

- Вариантов нет. И опекуны для таких детей вряд ли найдутся - их просто не отдадут.

- Так, с этим разберемся, - задумчиво проговорила я, - как считаешь, тебе нужна моя помощь?

- Я уже узнала, официально тебя приквартировать к нам, чтобы ты могла участвовать в расследовании, мы не можем - ни у нас, ни у военных нет свободных мест для консультантов.

- Это не ответ на мой вопрос.

- У нас уже больше тридцати жертв. Я с таким не работала, а тебя готовили ко всему, сама сказала, - призналась она, - не буду врать, что буду рада, но думаю, что ты будешь полезна.

- Тогда с этим тоже разберемся, - кивнула, - какой план на сегодня?

- У меня свежее заявление - там еще никто из наших не был. Надо взять криминалистов и ехать туда.

- У вас гужевой? - полюбопытствовала я.

- Нет, автоматический, - горделиво прихвастнула офицер.

Внутренняя полиция была последним подразделением служб быстрого реагирования в очереди на оснащение машинами, которые уже лет пятнадцать были у всех, кроме нас. У нас - генералитет, который признает только наши разработки. Эти машины стоили двору баснословных денег, но и мы с Адамом, и гончие Дотона, пока было актуально, насмерть стояли за оснащение всех служб. Ну, кроме армии - те сами разберутся, да и обычные артефакты им не подходят. Мелочно? Безусловно. Но военные только думают, что составляют большую часть населения страны. И никто из тех, кто крутится при власти никогда не упустит случая им об этом напомнить.

- Пойдем за твоими парнями, но нам надо сперва заехать кое-куда, - я отвернулась от доски.

- Почему думаешь, что парни? - улыбнулась девушка.

- В Керомате сейчас? - хмыкнула я, - были бы девицы - ты сказала бы, что идем за криминалистками.

Она вернула мне ухмылку и пошла вперед, показывая дорогу.

Скоро мы выехали в такую новую, что аж блестящую, ламельную дверь гаража участка на служебной машине. Я не успела научиться ими управлять - только Адам, но особо сложно не выглядело. Женщин пытались не допустить до управления артефактным транспортом, стремительно заменявшем гужевой, не получилось. К счастью. Политика генералитета критиковалась всеми, кому не лень, но переломить ее удавалось крайне редко.

Адрес, куда ехать я назвала не упоминая, в какое именно учреждение мы едем.

А когда доехали и я первой вышла из машины, мои спутники еще какое-то время осмысляли. Могу понять. Без меня им туда хода не было бы никогда, даже в компании военной полиции.

Оставлять детей с элементальным началом магии, временно оставшихся без взрослых, на попечении обычных приютов нельзя. Как раз потому, что они - потомки элементальных разумных. Про эльфов принято говорить, что они состоят из магии больше, чем из материи, но они все равно остаются витальными разумными. То есть размножаются только живорождением, классическим, так сказать, образом. Элементальные разумные буквально состоят больше из первородной стихии и без ухода от таких же разумных или хотя бы тех, кто в этом что-то понимает, могут навредить себе и совершенно точно навредят окружающим.

Там, где я выросла знают, как быть с такими детьми. Правда, в центр подготовки, все же, обычно попадают младенцы-сироты и под конкретную задачу. В нашем случае сироты ли те дети, мы пока не знаем. Но я договорюсь.

Попробую.

Я приложила ладонь к высокой двери в заборе, почувствовала укол и дверь поддалась - мы втянулись на территорию. По правую руку расположился стадион, где сейчас тоскливо бегали с пяток кадетов, а в центре занималось несколько классов - от начальных до почти готовых к работе. До исполнения шести лет дети содержатся группами, потом их перераспределяют в классы и вот с классом они не расстаются до самого конца обучения, а иногда и отработки этого самого обучения. Кроме гончих, конечно.

Я быстро прошла к главному зданию, где сидит администрация. Командир корпуса в это время, как правило, вызывает к себе особо залетевших кадетов, чтобы с утра разделаться с неприятными делами.

Криминалисты, оба, вжали головы в плечи. Даяна с интересом осматривалась. Мы поднялись на второй этаж, пересекли коридор. Мемориальные таблички павших гончих пугали меня всю жизнь, но не пройдя мимо них к командиру не попасть.

У кабинета топтались разной степени потрепанности парни и девчонки, ожидающие своей участи. Как раз, когда мы подошли, в дверь просочилась хрупкая девочка с красными ушами. Видимо, крепко всыпали.

Я решительно прошагала мимо ожидающих, чтобы распахнуть дверь и войти в кабинет. Секретарей наш командир не терпел, даже стол убрали, как только назначение получил.

- Добрый день, командир Андерсон, - поздоровалась я и чуть не прошла место для штрафников - по привычке. Вовремя спохватилась, обошла «ногу» буквы «Т», которой стояли столы и прошла к месту для посетителей.

- Ева? - выдал растерянность командир, - почему не по протоколу?

- Я на пенсии, - напомнила я и нагло уселась. По тому же протоколу мне полагалось стоять, но я уже не кадет и не гончая. Я верноподданная, просто с интересным прошлым.

- И чему же я обязан принимать тебя в своем расположении?

- У нас возникла нештатная ситуация и лучше ваших яслей никто не справится с ней, - тяжелый взгляд был мне ответом, - позвольте представить, - я указала на расположившуюся за мной Даяну, - офицер Хопкинс, э-э-э…

- Капитан полиции Орвенара, - подсказала полицейская.

- У нас в разработке дело об исчезновении элементальных разумных, - продолжила я, - помощь в расследовании нам не требуется, но прямо сейчас в приютах города находятся дети наших жертв, - и замолчала.

Он умный мужчина, должен сообразить, что мне нужно. И командир не подвел.

- И ты хочешь, чтобы мы их забрали на наше попечение, пока вы с офицером Хопкинс не разберетесь с преступлением против их родителей?

- Так точно, - кивнула я, - и, поскольку эти дети не сироты и на их подготовку нет заказа, я бы хотела, чтобы они просто здесь жили, им помогали осваивать способности и давали начальное образование.

- Прежде, чем я тебе откажу, все же спрошу. Каков возрастной состав потенциальных квартирантов?

- Тринадцать детей в возрасте от двух до семи лет, - сообщила Даяна.

- В Керомате нет спецприютов, - снова заговорила я, - выбить у генералитета возможность для них временно покинуть страну мне не удастся достаточно быстро, чтобы они себе не навредили. Решения лучше у меня нет. Если оно есть у вас - я слушаю.

- Ты полагаешь, что я способен выбить финансирование на такое? - совершенно по-конски фыркнул Андерсон.

- Не в ту сторону воюете, - в тон ему ответила я, - вам не надо выбивать ничего у военных, надо просто сделать заявление в прессу. Можно и в газеты, на новый канал вещания. Не я к вам пришла, а вы в результате регулярной проверки открытых дел внутренней полиции выявили плачевную ситуацию и помогаете детям в беде. Уверяю, аристократия будет счастлива помочь и, тем самым, поддержать его величество Бернарда и маршала Дотона в их бесконечной борьбе.

- А я с этого поимею подчеркивание особого статуса центра, - наконец, действительно задумался командир.

Центр подготовки на весь Керомат один единственный, с кучей точек по стране. Портальная сеть между корпусами поддерживается силами магов-служащих центра, они находятся на полном самообеспечении, включая бюджет - элитная охрана все еще очень высоко ценится. Формально, Андерсон - третья сила, которую никто и никогда не учитывает, он не подчиняется ни королю, ни генералитету.

- Вся информация о местонахождении детей вот здесь, - Хопкинс протянула в сторону командира артефакт с информацией.

Обсудили еще некоторые детали содержания новых подопечных центра и вышли к машине. Никогда не думала, что добровольно вернусь сюда. Даже не просто добровольно, а сама выберу центр как отличный способ решения проблемы.

- Не думал, что когда-то побываю здесь, - тихо сказал один из криминалистов.

Парни представились, но я была погружена в мысли о том, что предстоит сделать и не запомнила ничего. В разговорах поймаю.

- Надейся, что этот экскурсионный визит не разовьется ни во что, - хмыкнула я, - за этими стенами скрываются не только бодро бегающие кадеты. Там готовят универсальных воинов, это не достигается простыми путями.

Мы погрузились в машину и поехали по адресу нашей заявительницы. Пока мы не решили формальности, я никакие материалы дела не могу смотреть - даже заявление прочесть не могу. На словах мне сказали, что случай похож на наш, поэтому мы и взялись за заявление.

Приехали мы к пятиэтажному дому застройки прошлого столетия. Обычный многоквартирник.

В не менее обычной двухкомнатной квартире нашлась растерянная радужная фея весьма преклонных лет, которая проводила нас в комнату дочери.

Ушла на работу и не вернулась.

- Что думаешь? - спросила офицер.

Я задумчиво осматривала комнату. На новомодном термостате повышены влажность и температура, почти тропики. Все магические светильники настроены в определенном спектре. В дверях, сложив ручки на животе, на нас настороженно смотрела встретившая женщина.

- Я так понимаю, дочь не торопилась искать партнера и радовать вас внуками? - внимательно наблюдая за сменой выражения лица спросила заявительницу.

- Одно поколение она вывела, но там выжили только две девочки и это было уже очень давно, - расфырчалась она, как светляк зажгли, - куда это годится?

- Никуда не годится, - согласилась я, - у того, что вы пытались сделать даже специальный термин есть.

- Ева? - насторожилась Хопкинс.

- Репродуктивное насилие, - кивнула я, - радужные феи могут размножаться без постоянного партнера. Чтобы это стало возможно, нужно искусственно повысить фертильность, чтобы было как в родных тропических широтах, да, мадам? - мадам растерянно молчала.

- В Керомате запрещено законом насильно склонять к размножению разумных, витальных или элементальных, - покачала головой полицейская.

Все на секунду замерли, понимая, что, кроме пропажи, здесь есть еще преступление. Такое, которое я не могу позволить замолчать.

Мать жертвы переводила взгляд от одного из нас к другому, в поисках поддержки. И, разумеется, не находила ее. Криминалистам было, очевидно, неловко, а мы с Хопкинс ее, не менее очевидно, осуждали. Наконец, она не выдержала и обратилась ко мне:

- Неужели вы бы не хотели такой возможности для себя? - как-то жалко всхлипнула.

- Я? - удивленно отвлеклась от изучения стола исчезнувшей феи, - я королевская гончая. На пенсии.

- И что? - заинтересовался разговорчивый криминалист и я перевела взгляд на него, пытаясь понять не шутит ли он. Не похоже.

- И нам всем удаляют ключевые репродуктивные органы, как только мы достигаем приемлемой фертильности. Я человек и маг, прошла процедуру в двадцать два года - в моем организме ноль яичников, хотя все фолликулы сохранены в специальном банке. Мало ли, понадобится потомство от меня.

- Это же… - растерянно проговорила Даяна.

- Тоже репродуктивное насилие, - отмахнулась я, рассматривая содержимое одежного шкафа, - просто одобренное генералитетом.

Хопкинс вызвала подкрепление - с преступлением против дочери от собственной матери разбираться будут семейники, мы здесь по другому делу. И, скорее всего, ничего не найдут, жертва покинула комнату не зная, что не вернется.

Я нашла дневник, который она вела, но в последние несколько недель записей не было. Последняя - обычный день дневника эмоций. Работала в конторе, оформляли имущественные сделки. На работу съездить надо бы, но там вряд ли найдем что-то дельное. Максимум - что была чем-то расстроена.

Искать ее детей? Если, со слов матери, это было очень давно, то они уже взрослые. Это тоже без меня посмотрят.

- Я увидела, все, что могла и готова ехать, - сообщила я и удивленно уставилась на ожидающих меня офицера и парочку криминалистов, - меня только ждете, да? - пристыженно спросила я, делая последний шаг к окну - оценить вид, который одна видела каждый день.

Просто двор, с детской площадкой. Напротив - такой же дом. До четвертого этажа ни одно дерево не доросло, но летом двор наверняка зеленый.

Мы вышли из подъезда, я осмотрелась еще раз - теперь думая о том, что видела жертва, когда выходила из дома.