Её свет в моих глазах

— Послушайте, Родриго, я честное слово собирался вам вернуть половину, но…

— Но, занятый прежде всего своей выгодой, решил не возвращать, — снова перебил меня Каррерас, что начинало сильно раздражать. Он, похоже, зациклившись на себе, вовсе не собирался слушать моих объяснений.

Закончив с роялем, Каррерас вновь оказался возле стеллажа. «И зачем только он сдался ему?» — следя за своим мучителем, подумал я.

— А вот врать нехорошо! — Родриго покачал головой, беря в руки «Бриллиантовую ветвь» – награду, которой обычно отмечали заслуженных представителей богемы. Само собой, я не относился ни к одному из них, что Каррерас, естественно, заметил.

Мне хотелось возразить, сказать хоть что-нибудь в свою защиту. Я даже готов был опуститься на колени и молить не выгонять меня, но Родриго, взмахом руки, остановил мой унизительный порыв.

— Алексей, — хмурясь, заявил он, — меня не особо интересует, зачем ты присваиваешь себе чужую славу. Я здесь совсем по другому вопросу. Вижу, что долг ты возвращать не собираешься, и поэтому предлагаю тебе последний шанс. Но если и здесь ты облажаешься, то пеняй на себя.

— Обещаю, что вскоре все вер…

— Не будь таким бесхребетным, что ли. Смотреть противно. Это не в твою пользу, Ал. Соберись лучше и послушай, что я тебе скажу, — заявил Каррерас. Теперь в его голосе чувствовалось раздражение, и я понимал, что мне лучше не злить его на пустом месте.

— Что за шанс? — натянуто спросил я.

— У меня на примете есть один музыкант. Он очень талантливый юноша, хотя сам того не осознаёт. Вообщем, его нужно как следует подтолкнуть. Я хочу помочь, так как обещал близкому другу, что не позволю Микаэлю перебиваться в сомнительных забегаловках на окраине Москвы.

Всем сердцем ощущая искреннюю заботу, исходящую от Родриго и обращенную на какого-то неизвестного мне типа, я испытал настоящую гамму чувств. Зависть, подобно коварной змее, закружилась во мне. Это нехорошее чувство, словно невидимым жгутом, опутало мое бешено бьющееся сердце, и как я ни хотел его искоренить, у меня ничего не получалось. Подумать только, я тут на полную катушку выкручиваюсь перед ним, а он, видите ли, печется совсем о другом человеке, который, по сути, и известным музыкантом не был.

— А от меня чего требуется? — грубо спросил я, ни в коем случае не собираясь отходить от своих принципов — никогда не заключать контракт с начинающими исполнителями. Все потому, что с ними было куча мороки, и мне не хотелось впоследствии самому разгребать всю ту кашу, что обязательно возникнет после заключения контракта. И Каррерас, как ни кто другой, прекрасно знал об этом.

— От тебя требуется всего лишь поработать с ним и помочь закрепиться на Олимпе славы, — уверенно заявил он, неожиданно с грохотом поставив на полку очередную не мою награду.

— Но я не могу, вы же знаете… — начал было я, хотя уже прекрасно понимал, что из этой кабалы мне не выбраться.

— Можешь. И, больше скажу, будешь с ним работать, а иначе я не посмотрю, кем ты стал за столь короткий срок, и мигом уничтожу тебя, — криво усмехнувшись, цокнул языком Каррерас, и я понял, что слов он на ветер не бросает. — Жаль будет твои начинания, Алекс. Искренне жаль. Ведь, честно скажу, здесь ты преуспел. Поэтому подумай над моим предложением и прими правильное решение. — Почесав подбородок, Каррерас в последний раз, качая головой, взглянул на стеллаж, а после, не удостоив меня взглядом, направился к выходу. Но у самой двери, словно что-то забыв, вдруг остановился и обернулся ко мне. — А кстати, я полностью спишу твой долг, если ты согласишься.

Кивнув на прощание, Родриго поспешил уйти, но я, сам того не осознавая, внезапно остановил его теми самыми словами, которые при любых других обстоятельствах никогда бы не сказал.

— Я согласен, пусть приходит.

— Договорились. Другого я и не ожидал от тебя услышать.

Весело посвистывая, Каррерас наконец ушел, а я еще долго сидел и пялился на распахнутую дверь, которую мой мучитель так и не потрудился закрыть.

— Черт, это ж надо так вляпаться! — пробубнил я, хватая стакан с недопитым виски и швыряя прямо в тот самый стеклянный стеллаж, где громоздились присвоенные мне грамоты. Стекло разбилось и разлетелось вдребезги по всей комнате, звенящим шумом призвав мою ассистентку Алёну, которая со страхом в глазах застыла на месте, не зная, что следует делать.

— Убери здесь все и отмени все встречи, запланированные на ближайшую неделю! — ослабляя галстук, крикнул я.

— Но Алексей Дмитриевич… — испуганно пятясь назад, пропела она.

— Не заставляй меня повторять дважды! — Выплюнул я, бросая на нее разъяренный взгляд. Сейчас со мной лучше не связываться, и Алёна, как никто другой, это прекрасно понимала.

— Будет сделано! — вымолвила она, осторожно сметая учиненные мной осколки в пластмассовый совок.

Кивнув, я молча вышел из студии. Сев в машину, я ударил по газам. Гнев на Каррераса все еще жил во мне. Больше всего меня терзала беспомощность перед ним. Родриго оказался изощренным манипулятором, просчитавшим все ходы наперед. Теперь мне приходилось плясать под его дудку, что вызывало жгучее раздражение. Я никогда не гнулся ни перед кем, даже отец смирился с моим нравом. А тут этот… диктует мне условия.

Что ж, я принимаю правила игры, но лишь для того, чтобы переписать их на свой лад. Каррерас еще не раз пожалеет, что выбрал меня. Я докажу ему свою силу, а дальше посмотрим, кто кого сломит. От своей мечты я не откажусь. Если потребуется, пойду по головам, не моргнув и глазом.

Глава 6

Лиля

Осматривая безупречно оформленный зал, я радовалась, словно ребенок. Ведь именно я отвечала за планировку и декор этой галереи. Здесь действительно было чудесно: пышные цветочные композиции наполняли пространство нежностью, но при этом не затмевали великолепные полотна, расставленные по периметру. Возле ажурных мраморных колонн тянулись столы, ломившиеся от закусок и напитков. В центре возвышалась сцена — сегодня здесь должна была выступить рок-группа, приглашенная лично Егором. К сожалению, самого брата не было рядом, и он не мог оценить мой триумф. Как же мне хотелось поразить его! Оставалось лишь надеяться, что его невесте этой выскочке Ангелине всё понравится, иначе мой праздник будет окончательно испорчен.

Подойдя к зеркалу, я скептически оглядела себя. Даже коктейльное черное платье с открытым декольте и элегантная укладка не приносили радости. Всё как обычно. Как бы я ни старалась, Егор всё равно не посмотрит на меня, а ведь я каждый раз наряжаюсь только ради него. Даже цвет волос — мой недавний эксперимент с блондом — был лишь попыткой привлечь его внимание. Его невеста была светловолосой, и я втайне надеялась, что это даст мне шанс затмить её. Раньше он замечал меня, даже делал комплименты, но как только на горизонте появилась эта Лина, он перестал меня видеть.

Теперь они пара, и эта пигалица скоро станет его женой. Осознание серьезности ситуации накрыло меня, когда Ангелина переехала в пентхаус моего брата. Видеть их вместе было невыносимо. Я проплакала всю ночь, а на следующее утро предстала перед отцом в ужасном виде: с покрасневшим лицом и темными кругами под глазами. Как назло, Егор, который уже какое-то время жил отдельно, решил зайти к нам. Я смутилась до багрового оттенка, но он, как всегда, не заметил моих терзаний. Поболтав с отцом о делах, он лишь мимолетно подмигнул мне и ушел, оставив меня в смятении. С тех пор я возненавидела Лину еще сильнее. Поэтому этот вечер, организованный в её честь, был важен для меня как никогда. Я жаждала безупречности, но ждала похвалы вовсе не от неё — мне было жизненно необходимо признание Егора.

Но эта стерва даже не удостоила мои старания взглядом. Она, как обычно, потребовала всё переделать, и моё настроение мгновенно рухнуло. В какой-то момент мне захотелось сорвать этот «идеальный» вечер, но я сдержалась: знала, что Егор, не выслушав объяснений, просто уволит меня. Хотя, возможно, и нет — он не раз вставал на мою сторону. Конечно, только благодаря моим интригам. Я постоянно создавала проблемы его драгоценной невесте, и брат, на удивление, верил мне, а не ей. Однажды из-за моих действий они сильно поругались, и Лина не разговаривала с ним неделю. Как же мне хотелось снова навредить ей в такой важный день! Но я решила не испытывать судьбу — Егор бы мне этого не простил.

«Ничего! Скоро я найду способ сорвать вашу скоропалительную свадьбу», — ехидно усмехнулась я про себя.

После разговора с Ангелиной я дала указания дизайнерам и отправилась на поиски брата. Искать его долго не пришлось. Он находился в одной из гостевых комнат. Галерея была устроена так, чтобы гости могли не только любоваться искусством, но и решать деловые вопросы в уединении. Эти комнаты, защищенные от посторонних звуков, были оснащены всем необходимым: от бильярда и джакузи до роскошных баров и конференц-залов.

В одной из таких комнат я и нашла Егора. Он беседовал с двумя харизматичными парнями. Завидев меня, они расплылись в улыбках. Один — рыжеволосый, с забавными карамельными глазами, — весело подмигнул мне. Другой — русый, с глазами темными, как ночь и холодными, как зимнее утро — замер, зацепившись за меня взглядом. Я тоже застыла словно дура, глядя на него. Внутри что-то екнуло, сердце забилось о ребра, словно обезумевшее. Мы

так и продолжали играть в гляделки, если бы голос брата не обрушился на нас, подобно снежной лавине.

— Ты чего-то хотела? — раздраженно буркнул Егор.

— Эм... так, неважно! — промямлила я, пятясь к двери, но не рассчитала расстояние и больно ударилась о стену. Русый парень не удержался от усмешки.

— Хорошо. Передай Ангелине, что я скоро буду. А теперь можешь идти, — бросил Егор, отпивая янтарную жидкость из бокала. Он снова перестал меня замечать.

«Это и есть та самая группа?» — с интересом подумала я, не в силах отвести глаз от незнакомца, который продолжал с необъяснимым интересом наблюдать за мной.

— Ты еще здесь? Не трать мое время, сестра, — яростно отчеканил Егор. Он был зол не на меня, а на парней, но как всегда мне в первую очередь досталось. В его глазах читалась неприкрытая ненависть, от которой я поежилась. Но еще там был скрытый триумф — казалось, главный сюрприз еще впереди. Похоже, приглашение группы было не случайным. «Может, это поможет сорвать свадьбу?» — мелькнула мысль. Наверное, я ужасная сестра, но любовь к Егору затмевала рассудок.

В этот момент в комнату вошел третий парень — брюнет с волнистыми волосами, от которого исходила такая мощная харизма, что у меня едва не подкосились ноги.

— Прости, отлучился ненадолго. Я Мигель, — произнес он с легкой скукой в голосе.

— Рад знакомству, — отозвался Егор с фальшивой вежливостью.

Я поспешила уйти, решив больше не искушать судьбу.

Покинув комнату я принялась снова рассматривать итоги своей проделанной работы. Зал уже блистал. Прожекторы раскрашивали пространство, официанты в темно-красных ливреях сновали между столами. Гости были довольны, или мне просто хотелось в это верить? Всё было готово, не хватало лишь хозяйки праздника и самой группы. Я отправилась на поиски Ангелины. Она нашла убежище в своем кабинете, где, как оказалось, просто спала. Это вывело меня из себя.

— Гости уже прибыли, ждут только вас, Ангелина Ильинична, и, конечно, группу! — громко произнесла я, намеренно выделяя каждое слово.

Она резко проснулась. Я ощутила мимолетное злорадство: видеть соперницу не в форме было приятно.

— Одну минуту! Я скоро подойду, — пробормотала она, судорожно поправляя зеленое платье очень сильно напоминающее обычный сарафан. Я тут же почувствовала прилив радости от того, что выгляжу эффектнее Ангелины. Моё чёрное платье, обволакивающее фигуру подобно кокону, лишь подтверждало: этот вечер будет в мою пользу.

Радуясь удачи я вышла из кабинета, опять подошла к зеркалу, где подправила ультромодный макияж, который теперь мне казался совсем не скучным. Достав из золотистой сумочки помаду, я почувствовала чье-то присутствие. По телу пробежала дрожь. Тюбик выскользнул из рук, и, когда я наклонилась, чтобы поднять его, мы с незнакомцем столкнулись лбами.

— Прости! — улыбнулся он.

Я вскинула подбородок, стараясь сохранить гордый вид, но буквально утонула во взгляде — глубоком, как растопленный шоколад. Это был тот самый парень. Мое тело вспыхнуло, словно я коснулась раскаленных углей. Но я тут же отогнала эти мысли: мое сердце принадлежало Егору.

— Привет, я Алекс, менеджер группы. А ты?

— Это лишнее. Если ищете Ангелину, она в кабинете, — отрезала я, указывая на дверь.

Но он не собирался уходить. Напротив, он подошел ближе.

— А может, я искал только тебя?

— Что?

— Может, потанцуем?

Прежде чем я успела возмутиться, он нагло обхватил меня за талию.

— Что ты себе позволяешь?!

Он будто не слышал меня. Положив мои ладони себе на шею, он начал вести меня в медленном вальсе. В полумраке ниши это выглядело завораживающе. Я онемела.

— Так как же тебя зовут, красавица?

— Я не буду отвечать, — буркнула я.

— Как насчет Юлии? — он крутанул меня, заставив рассмеяться.

— Ты шутишь?

— Значит, ошибся... Аня? Марина?

Он пристально изучал мое раскрасневшееся лицо. Его взгляд будоражил, заставляя чувствовать себя живой, и это пугало.

— Лиля! Вот ты где, нужна твоя помощь! — внезапно прервал нас чей-то голос.

— Значит, Лили... — Алекс отпустил меня, словно пробуя имя на вкус. «Никто меня так не называл», — промелькнуло в голове. Мне даже понравилось это ласковое сокращение.

Но внезапная химия исчезла, сменившись раздражением.

— Для вас я Лилия Константиновна! — отрезала я и поспешила прочь.

— Возьму на заметку, Лили, — донеслось мне вдогонку.

Глава 7

Алекс

На моем лице застыла нелепая, дурацкая улыбка. Она появилась, стоило той девушке уйти, и никак не хотела сходить с лица после её ухода. Невероятная ирония судьбы – она была так похожа на мою погибшую сестру. Это открытие взбудоражило меня до глубины души. Кровь застучала в висках: упустить такой шанс было бы непростительной глупостью. Нестерпимо

захотелось поиграть с ней, отомстить Красавину, которого я и представить не мог, что встречу вновь. Я достал телефон, открыл галерею – с экрана на меня смотрело фото сестры. Щемящее чувство утраты захлестнуло с непреодолимой силой. Оторвавшись от телефона, я перевел взгляд на ничего не подозревавшего Егора. За эти четыре года, что мы не виделись, он нисколько не изменился. Всё тот же подонок с холеным лицом. Он как всегда непринуждённо общался с Миком, но я-то знал, что это напускная маска его бравады. Конечно же, Егор узнал меня и всячески пытался не смотреть в мою сторону. Даже когда Мигель отлучился по нужде, Красавин вел беседу лишь с Петькой, а меня игнорировал, чем еще больше выводил из себя. «Ну ничего, ты еще увидишь, на что я способен, и как могу постоять за погубленную честь сестры», — сжимая кулаки, подумал я, тоже вполне искусно скрывая свои эмоции.

Теперь нужно было найти девушку, постараться влюбить ее в себя, а потом жестоко разбить сердце и жить дальше. Всё складывалось очень даже хорошо. Эта незнакомка оказалась сестрой моего врага, а значит, вендетта случится, и Ксения сможет спать спокойно.

Еще в той комнате, где я впервые увидел незнакомку, мне вдруг захотелось всё узнать о ней. И я поклялся себе сделать это. Ведь я не привык отступать. Продолжая находиться рядом с Красавиным, я больше не вникал в суть беседы. Я то и дело прокручивал странную встречу у себя в голове. Хорошо хоть Микаэль не остался в стороне. Замечая мою внезапную отстраненность, он все заминки насчет выступления взял на себя. Вот только благодарить его за это я не спешил.

Мне хотелось поскорее убраться из этой душной, приторно уютной комнаты. А всему виной был, конечно же, Красавин. Не думал я, что судьба — коварная плутовка — однажды сыграет со мной злую шутку. Но, как видите, такое тоже случается. Никто от этого не застрахован. Вот и я попал, как говорится, в просак.

Так уж получилось, что с Егором я был одно время хорошо знаком. Мы дружили в юные годы, но правда наша дружба продлилась недолго, и о том, что её разрушило, мне совсем не хотелось вспоминать. Как-то раз Красавин причинил мне сильную боль, сделав то, что навсегда останется во мне незаживающей раной.

Я рос в довольно обеспеченной семье. С детства мне ни в чем не отказывали. Всё, что я только хотел, тут же подносилось на золотом блюдечке, отчего я рос избалованным, эгоистичным ублюдком. Красавина я встретил уже в Москве. Как только отец приехал туда, он запихнул меня в самую престижную школу, а также заставил помогать ему в компании. Мне это до безумия не нравилось, но поделать я ничего не мог. В юности отец всегда подавлял меня своей властью, не упуская случая сказать, что лишит привилегий роскошной жизни, если я начну перечить ему. Поэтому, когда я встретил Егора, который учился со мной в одном классе, обрадовался по самые уши. Ведь Красавин был абсолютно таким же избалованным, как и я. В итоге мы нашли общий язык, став кутить вместе. Позже мы поступили в один университет, на экономический факультет, и там-то окончательно сбились с пути.

Помню, с Егором мы очень хорошо веселились, спокойно, без зазрения совести оставляя в сомнительных местах баснословные купюры наличных. Вот и в тот вечер, когда случилось непоправимое, я выпил сильнее обычного. Егор же почему-то совсем не пил. О том, что последовало дальше, я узнал позднее, отчего у меня просто сорвало крышу.

Мы тогда зависали на одной вечеринке, на которую пришла и моя сестра Ксения. Егор тогда еще с ней не был знаком. Он сразу положил на сестру глаз. Ксении тоже он пришёлся по душе. Но она у меня была немного замкнутой в свои шестнадцать лет, и я почему-то решил, что друг не воспользуется несовершеннолетней, неопытной девушкой. Ведь «такие, как она», говорил он, были не в его вкусе. Вообще я расслабился и унял бдительность. Егор же присмотрит за сестрой, ведь так? Боже, как я тогда ошибался. Мало того, что друг не присмотрел за сестрой, так он ей еще и воспользовался. Щедро напоив меня, он уединился с Ксенькой на втором этаже дачного коттеджа, где изнасиловал её. После чего Ксения совсем ушла в себя. Случившееся тем вечером стало точкой невозврата. Как оказалось, Егор напрямую был причастен к тому, что позднее произошло с моей сестрой. Ведь она в тот день, когда её сбила машина, пыталась донести до нашего нерадивого отца, что с ней сделала эта сволочь. Но отец отказался слушать. Мало того, чтобы помочь, он еще больше подлил масла в огонь, якобы это она во всем виновата. Ксения, чувствуя себя раздавленной и униженной, в итоге бросилась под колеса машины. Это я узнал потом от полицейского, который вел дело. Егор же из этой истории вышел безнаказанным. Его «отмазал» собственный отец. Да и потом доказательств и улик не осталось. Ксения долго держала всё в себе, пока не решилась поделиться наболевшим с отцом, а он просто проигнорировал собственную дочь, и за это я его ненавижу.

Как только я увидел Егора спустя четыре года после случившегося, моим первым действием было как следует поквитаться с ним, заставить в конце концов понести наказание за искалеченную жизнь сестры. Но я сдержался. Хотя обстановка между нами накалилась до предела. А потом…

Потом я увидел её, и всё закрутилось внутри с бешеной силой. С того момента, как наши взгляды столкнулись, я не мог сосредоточиться ни на чем. Признаю, девушка понравилась мне, но я не поддамся. Месть важнее. Собрав себя по частям, я довольно спокойно закончил наши дела. Позже, когда этот скользкий тип ушёл, Микаэль посоветовал мне прекратить сотрудничество и уехать домой. Ему сразу не понравился Красавин, и эта неприязнь была взаимной. Как только мы вошли в комнату, Егор то и дело бросал на Мика неприятные взгляды, словно что-то имел против него. Меня же Красавин, похоже, побаивался, что немного радовало. Ведь не знаю, как бы я себя повел, если бы все обстояло иначе.

Вскоре, как все дела были улажены, группа отправилась в закулисье, чтобы подготовиться к предстоящему концерту. Теперь я был предоставлен самому себе и больше не собирался терять отведенное на отдых время. Я принялся искать её, прекрасно понимая, зачем это делаю.

Прежде всего я хотел отомстить Егору и немного развлечься, но было ясно одно: хоть я и пытался это игнорировать, девушка что-то всколыхнула в моей истерзанной душе.

Отношения сейчас не входили в мои планы, а месть входила. Еще нужно было позаботиться о том, чтобы группа не облажалась, а выступила превосходно. Но я знал, что такого не случится. У нас всегда все было схвачено, и Микаэль постоянно находился в форме еще за несколько часов до концерта, готовясь с небывалым рвением, словно от выступления зависела вся его жизнь. За это я, возможно, и уважал его. За три года, что мы работали вместе, Мик еще ни разу не подвёл меня. Действительно, было в нем что-то такое, о чем тогда говорил мне Каррерас.

После моего согласия заняться его протеже Родриго и вправду списал мой долг, но это было лишь для отвода глаз. Каррерас ясно дал понять, что так просто всё не оставит. Он обязательно вспомнит о деньгах, если я не выполню свою часть уговора. Вот и приходилось как следует заниматься творчеством Мигеля, забывая о других, более важных делах.

С Миком мы довольно близко сдружились, чего не скажешь об остальной части команды. Например, этот его друг по имени Петька напрочь выводил меня из себя. А все потому, что он видел мою истинную натуру, что мне совсем было не по душе. А еще Петька возникал везде и всюду. Да, его вообще было много, отчего я часто раздражался и выходил из себя. Свой гнев я, конечно же, вымещал на этом недоумке, а он, похоже, еще больше забавлялся, видя, что я не могу держать себя в руках. Петька не раз говорил, что я просто завидую Мигелю и не могу смириться с тем, что Каррерас постоянно расхваливает только его, а меня в упор не видит. Да, в чем-то он был прав. Хотя я и вовсе не хотел признавать этого. Еще с первой встречи с Микаэлем во мне поселилась противная зависть, которая с каждым днем разрасталась все глубже и глубже. Стараясь хоть как-то умерить ее, я принимался крушить все в своей квартире, которую, кстати, тоже мне выделил Каррерас, давая этим понять, что я полностью пляшу под его каблуком. К отцу за помощью я не обращался. Заблокировав мои карты, он напрочь вычеркнул меня из своей жизни. Ну что ж, а я в ответ вычеркнул его.

Отбросив неприятные мысли, что пронырливой змеёй без конца лезли в голову, я еще раз огляделся. Гости уже расселись по местам и в предвкушении глазели на сцену. Вот-вот должны появиться гитаристы, в числе которых был и Петька. Этого парня нужно было уволить еще в зародыше, но я не спешил. Готов признать, он действительно играл отменно, всегда сливаясь с музыкой в одно целое, отчего порой бежали мурашки не только по моей спине.

Сейчас мне нужно было быть в закулисье. Время отведенное на отдых закончилось. Но мои ноги вдруг приросли к полу, не позволив даже на дюйм сдвинуться с места. Пульс подскочил до непредвиденной отметки, а сердце вспыхнуло, словно в нем разгорелся небывалый пожар. А все потому, что я увидел ее. Та самая девушка, что совсем недавно ворвалась в комнату и прервала наш разговор, любовалась собой, смотря в овальное зеркало. Не скажу, что она потрясала своей красотой. Вполне обычная блондинка с короткой стрижкой, смуглым лицом в форме сердечка и вздернутым аккуратным носиком. В моем окружении и то встречались намного красивее. Но карие, словно кедровый орех, глаза незнакомки ударили меня прямо в сердце. Таких глаз, готов признать, я не видел ни разу. Их радужки переливались золотистым светом и завораживали своей глубиной. А еще то, что чувствовал, я сразу списал на то, что она похожа на мою сестру.

Незнакомка тоже заметила меня в своем отражении, отчего испугалась. Ярко-красная помада, которой она недавно подкрашивала губы, неожиданно выскользнула из рук и покатилась по полу прямо к моим ногам. Фантазии тут же калейдоскопом вспыхнули в моей голове. Мне вдруг захотелось своими губами стереть столь вульгарную помаду, которая ей совершенно не шла. Я действовал почти машинально. Опустившись на колени, я хотел было поднять вещь, упавшую на пол, но девушка, похоже, мыслила иначе. Она тоже в эту самую минуту опустилась на колени, отчего мы столкнулись лбами.