Россыпью и магистралями

— Скажи мне, если бы ты был супом, то каким? Овощным или с фрикадельками?

Наследник дернулся, его система явно дала сбой: моргнул, брови поползли вверх, рот смешно приоткрылся. Интересно, он знал, что такое «фрикадельки», или в этом мире нет такого деликатеса?

— Что... какой суп? — наконец-то прорезалось искреннее возмущение, вытеснившее весь ступор. — Вы в своем уме?

— Ну, я просто пытаюсь понять твой внутренний мир, — пришлось продолжить ломать комедию. — Я, например, была бы том-ямом с креветкой.

— Томьямом? Что за бред? — Он смотрел на меня, как на безумную.

— Вообще-то очень даже вкусно, остренько. — Я сделала вид, что обиделась, и ощутимо шлепнула его по колену. — Любишь острое, Ваш-величество?

Он вздрогнул, когда этот физический импульс прошел через него, как разряд тока, окончательно вышибая остатки паники.

— Ваше Высочество, — машинально поправил он, слегка отодвигаясь от меня, и, хотя голос еще хрипел, звучал он уже намного увереннее. — Неужели так сложно запомнить?

— Ну, непросто. — Я спокойно выдержала его раздражение, не спеша убирать руку с плеча.

Даже теперь, когда его зрачки сузились до нормальных размеров, в них все еще отчетливо отражалась моя довольная физиономия.

— Видишь, и «паничка» отступила. Можешь теперь снова изображать великого и недоступного. Круто же?

— Что за «круто»? — Высокая фигура мага материализовалась совсем близко.

Моран смотрел на нас как на тех, кто только что совершил государственную измену. Принц тут же выпрямился, и моя рука легко соскользнула с его плеча. Мне не понравилось выражение его лица, но даже если он всё ещё злился на мой вопрос про суп, он хотя бы больше не задыхался.

***

Мужчина коршуном навис над двумя, на его взгляд, ещё почти детьми.

— Что за круто? — Его тон был более требовательным, чем обычно в обращении с принцем, и они оба мгновенно это считали. — Вы что-то поняли? — заметно смягчился он.

— Пока что нет. Есть новости? — Эйлан отзеркалил требовательную интонацию мага.

Тот лишь слегка склонил голову в формальном поклоне и, как ни в чём не бывало, продолжил:

— Новости неутешительные.

Парень и девушка не перебивали. Слова тяжело падали им на плечи, скатывались тяжелыми мурашками по позвоночнику и гулко разбивались у их ног.

Магия принца бунтует и может быть опасна, для него в первую очередь. Церемония вышла из-под контроля, и это подвергает опасности все королевство. Но самый главный вопрос — кто и зачем напал на Себастьяна старшего. Старик никогда не нес никакой политической угрозы, никак не относился к церемонии и в целом был мирным и тихо уважаемым человеком при дворе.

— Так это случайность или все было спланировано? — наконец задал важный для него вопрос принц.

— Вначале это выглядело скорее как досадная неудача, — маг тщательно подбирал слова после небольшой паузы. — Но нападение указывает на саботаж. Хотя пока что мне все еще непонятна причина вашего состояния и мотив нападения на старика Себастьяна.

Анна вела себя тихо. На самом деле ей совершенно ничего не шло в голову. Она всё ещё не понимала, как стала частью этого спектакля, и держала в уме запасной план возвращения домой через нишу за портьерой.

Она отстранилась от эмоций и решила отложить свою панику на потом. Потому не особенно стремилась вникать в происходящее и просто ждала момента, когда ей позволят отчалить обратно. Никакого очарования от этого путешествия она не испытывала. Её таскали, били по голове, хватали, и она уже порядком проголодалась.

— Леди сможет вернуться к себе? — спросил принц.

АННА

Я вздрогнула. Какая неожиданная забота… или это он просто хочет быстрее избавиться от меня?

— Пока не знаю. — Маг задержал взгляд на мне. — Возможно, она здесь не случайно.

— А возможно, случайно, — отозвалась я со своего места. — И я хочу вернуться обратно.

В дверь робко постучали.

— Мы принесли то, что вы просили.

Молодой парнишка в темной мантии нерешительно мялся в дверях, пока маг не протянул руку. В ладонь немедленно лег свиток, перевязанный темной нитью. Когда парнишка в полупоклоне двумя руками возложил свиток в руку мага, меня кольнуло смутное предчувствие.

— О нет… Это что, — стоном вырвалось из груди, — пророчество? Та самая история про избранного и предсказание?

Мужчина застыл.

— Что вы знаете о предсказании?

— Ничего. Кроме базы. Будет Избранный. Выживет только один. Куда-то точно придётся тащиться. А еще ему понадобятся друзья, которые, не имея никакой фан-базы, попрутся за ним.

— Фан-база? Что это? — не удержался от вопроса принц.

— О, не переживай, — буркнула я, — у тебя она точно будет. С твоей-то статью и этими всеми... — Моя ладонь покружила в воздухе, охватывая его целиком. — Глазами и... плечами.

Принц посмотрел на меня искоса. В прищуре читался глубокий вопрос к моей адекватности. Но стоило ему отвернуться, как он с самым незаинтересованным видом выровнял и без того образцовую осанку.

Маг с трудом оторвал подозрительный взгляд от чужачки и наконец развернул свиток.

— Ни про какого избранного тут речи нет, — как будто даже с сожалением произнес он.

Маг передал бумагу принцу, и я тут же вклинилась рядом, бесцеремонно пытаясь заглянуть через локоть наследника, хотя из-за разницы в габаритах это была та еще задачка.

— Что это за чушь? — вырвалось само собой, когда глаза выцепили пару строчек.

Не дожидаясь приглашения, я буквально повисла на руке наследника и перехватила бумагу, притягивая её к себе. Я даже не заметила, как он возмущенно цыкнул и шарахнулся в сторону от моего прикосновения.

ВНИМАНИЕ: Настоящий протокол применяется в случае срыва штатной передачи полномочий.

В данной ситуации Контур переходит в режим аварийной стабилизации. Срок действия — один полный л. цикл.

По истечении 1 л.ц. система инициирует повторную попытку восстановления линии, в случае неудачи запускается процедура полного сброса Контура.

Глава 6. Месяцы и годы

АННА

Я попыталась проморгаться, потом потерла глаза, потом повертела головой, заглянув в лицо принцу, чтобы удостовериться, что он тоже это видит.

Что это за пророчество такое? Инструкция по установке интернета залетела в этот мир с попутным ветром, и теперь они молятся на неё?

На пожелтевшем, древнем «пергаменте»?

Вовсе это и не пергамент. Это обычный лист, разве что не в клеточку, приклеенный каким-то образом к более плотной бумаге, на котором красовался ровный, аккуратный почерк.

Самый обычный текст. Никакого высокого слога, никаких витиеватых предзнаменований, и ни одного «один не будет жить, пока жив другой». Теперь я тоже была слегка разочарована. Но принц все еще держал это как драгоценную реликвию.

Тогда я вернулась к чтению текста, от которого меня знатно подташнивало ещё в моём мире:

РЕГЛАМЕНТ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ЛИНИИ

Статус: Передача прав не завершена в установленный цикл.

Линия Оператора продолжается по линии крови в порядке иерархии концентрации — от прямых наследников к вспомогательным носителям.

ИНСТРУКЦИЯ ПО ДИАГНОСТИКЕ

Выявление преемника и подтверждение его принадлежности к действующей линии.

Проверка целостности базовых накопителей в ключевых узлах.

Завершение процедуры фиксацией полномочий в Главном Узле.

При невозможности выполнения п.1 система инициирует попытку автоматического поиска совместимого оператора методом последовательного перебора существующих носителей крови. Новый преемник подтверждается системой автоматически.

ВАЖНО: вмешательство в процесс перебора запрещено в любом виде и любыми способами.

При нарушении п.2: отсутствие или неполадка в работе базового накопителя провести передачу полномочий невозможно, что приведет к сбросу системы до базовых настроек по завершении одного полного цикла.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ДАННЫЕ:

Глаза быстро побежали по строчкам, выхватывая сухие, знакомые фразы, которые я никогда не читаю: «... базовые накопители... линия оператора… сброс системы...»

— Это же обычная инструкция, — тихо пробормотала я.

— Что вы сказали? Вам знакомо это наречие? — Маг ухватился за мои слова и, сам того не замечая, бесшумно приближался ко мне. — Вы, Анна, слишком много знаете для случайной жертвы.

— Я ничего не знаю! — Паника подступала к горлу. — Это обычная инструкция!

— Инструкция?

— Да! Но вы же сами разобрались, тут даже сноски есть. — Я ткнула пальцем в поля листа, где уже другим, размашистым и нервным почерком были нацарапаны какие-то пометки.

Моран медленно кивнул, но продолжал испепелять меня подозрительным взглядом.

— И что вы думаете насчет всего этого?

Внутри всё окончательно заледенело.

— Ничего я не думаю. — Я вмиг охрипла. — Инструкция как инструкция. Незаконченная.

— Почему незаконченная?

— Там в конце двоеточие.

— Вы определённо понимаете этот текст. Может, просветите меня? — Маг был слаще мёда.

— Я понимаю, что я не хочу в этом участвовать. — Скрестив руки на груди, я упрямо отвернулась к окну. — Даже если бы хотела, я не смогла бы сказать больше, чем то, что написано.

Пока я готовилась обороняться, комнату заполнил низкий гул. Камни задрожали, а с потолка посыпалась пыль.

— Это не к добру, — пробормотал маг и, больше не удостоив нас ни единым объяснением, устремился к выходу. — Не отходите от них ни на шаг! — бросил он кому-то в коридор.

В ту же секунду в дверях мелькнула пара стражников разного калибра вооружения. Лязг металла так и остался за дверью, но нас с принцем разделяло не пять шагов по комнате, а километры отчуждения. Мне оставалось лишь ловить его горделивый профиль в навалившейся бескомпромиссной тишине.

ЭЙЛАН

Балаган длился часами. Меня перемещали из залы в залу, знаменем, что не успели водрузить на башню. Обсуждали планы, искали следы предателей, строили догадки. Отец куда-то исчез, и это заставляло нервничать еще больше. Какие проблемы я создал для него и что ему сейчас приходится решать из-за непутевого сына?

Так ещё и она таскалась за мной тенью. Присутствие чужачки за спиной ощущалось как постоянный зуд — живое напоминание о провале и этом нелепом пророчестве, связавшем нас мертвым узлом. Почему для нее это был просто понятный текст, а для великого мага моего королевства — священные писания? Откуда она и что она видит во мне, если родовая магия над ней не властна?

Наконец мы опять остались одни, в том самом зале, где всё началось. Моран ушел к королю и советникам, с трудом оторвавшись от Анны. Последний час он задавал так много вопросов, будто пытаясь прямо сейчас раскопать её сознание до основания и вытащить оттуда все тайны обоих миров. Стража за дверями, кажется, уже кумарила стоя.

— Ваше высочество… — Интонация девушки больше не была такой мягкой, как когда она лечила мою панику.

— Леди Анна, — эхом отозвался я, разглядывая вид за окном. Перекличка удалась, хотя мне этого не хотелось.

— Послушайте. — Она подошла ближе. — Я не знаю, как я здесь оказалась и зачем. Но всё, чего я хочу, — вернуться домой.

Она аккуратно подбирала слова, будто я был не принцем, а скорее вредным ребенком, от которого, к сожалению, что-то зависело. А в серых глазах читалось одно: «Ты — не моя проблема».

— И вы поймете меня, если я попрошу вас отпустить меня? Я правда просто студентка, я ничем не смогу вам здесь помочь.

— Пойму, — ответил я, не поворачивая головы.

Плечи задеревенели. Внутри всё сжалось от странной смеси собственной злости и ее правоты. Конечно, она ничего никому не должна, не обязана разгадывать пророчества королевства, которое видит первый день, вникать в чужие дворцовые перепалки и размышлять, кто тут предатель и что ему нужно. Но больше всего меня бесило, что я для нее был просто источником небольших личных проблем.

— Вы можете отвести меня туда, к шторе?

Конечно, она хочет уйти. Я бы тоже захотел. Но сердце на секунду сжалось от сожаления, когда я подумал, что Анну не отпустят. Конечно, ее не отпустят.

В голове всплыл образ отца. Он будет в ярости. Король не тот человек, который привык просить или спрашивать пожелания. Кажется, он был таким не всегда, но с возрастом его характер становился все сквернее. Многие попадали под горячую руку, но пока рядом с ним были тетя и Моран, это удерживало его от совсем уж буйства. И он не будет слушать ее истории, а просто запрет в четырех стенах, и хорошо, если это будут покои.

Но, возможно, стоит попытаться дать ей шанс ускользнуть сейчас?

Тени от свечей плясали на стенах, и мне мерещилось, что моя магия, черным туманом, лезет из-под сапог и вьется за моими плечами, вторя моему разочарованию. Я повернулся и успел заметить, как Анна завороженно вглядывалась куда-то за мою спину. Интересно, что она видит?

И вдруг на мгновение на ее лице мелькнуло что-то похожее на жалость. Жалость… это хуже всего.

Я выпрямился, возвращая себе маску ледяного безразличия, которой меня так долго учил отец. Стоит попробовать, пока Моран не вернулся, может, получится сделать вид, что она сама сбежала. Надо увести стражу.

— Тебя отведет паж, — бросил я. — У меня много дел.

Я развернулся и вышел, чеканя шаг по камню, спиной ощущая ее недоумение.

Беги, девочка, пока еще можно.

Дверь открылась с тяжелым скрипом. Стражи в коридоре не было, но там уже стоял Моран. Он выглядел слишком спокойным для человека, чей план на день и ближайшие годы королевства только что вылетел в трубу.

— Вы решили отпустить ее, Наследник?

Я остановился. Теперь ей не сбежать.

— Не вижу причин ей здесь оставаться. Зачем нам в делах пределов поможет чужачка?

— Возможно, вы правы. Я провожу ее к нише.

А вот это странно. Зная отца он бы первым делом запер её в камере, как угрозу, а маг скорее разложил бы на составляющие, как артефакт. В этой его готовности отпустить её сквозила скрытая игра, правила которой мне были неясны. Но больше я не мог ничего для нее сделать, да и силы были на исходе. Магия под ребрами ворочалась тяжелым зверем, в висках пульсировало.

— Делай что хочешь, — я отмахнулся, не желая вникать. — Только проследи, чтобы она действительно исчезла.

***

Анна колебалась. Уже пару минут она стояла перед тяжелой тканью в полупустом зале, где тут и там виднелись остатки былого пиршества. Скоро всё приберут, и зал замрет до следующего торжества. Но это была другая история другого мира, и она не касалась замершей на полушаге девушки.

Маг стоял прямо за её спиной на почтительном расстоянии. Она была благодарна ему за то, что он почти не выказывал своего присутствия: не вздыхал и не торопил.

Воспользовавшись этой тишиной, Анна украдкой обернулась, чтобы рассмотреть его: ему можно было дать лет сорок, и он был по-своему красив — той холодной, пугающей красотой, которая бывает у скальпеля или выверенной архитектурной пропорции. Ни одной лишней морщины, ни одного случайного жеста. В его облике не было суеты, только выжидающая, ледяная сосредоточенность.

— Вы сомневаетесь в своем решении? — вопрос Мага заставил её вздрогнуть.

Девушка была явно разочарована, что её сомнения были слишком громкими для окружающей тишины.

— Я не понимаю, чем я могу помочь принцу.

Маг вздохнул и демонстративно шагнул вперед.

— Пока что мы можем лишь предположить, что факт вашего присутствия не случаен. Вы понимаете текст пророчества, это уже немаловажно.

— Но чем именно я могу помочь, вы не знаете?

— Пока нет. — Маг картинно развел руками.

— Это опасно? — Наконец она задала самый важный для себя вопрос.

— Да. — Простой ответ был самым честным. — Я хотел бы сказать, что в замке вы в безопасности, но из-за последних событий и это уже может быть неправдой.

К сожалению, такого риска она себе позволить не могла. Этот мир вполне мог обойтись и без нее. А дома ее ждала мама.

— Я надеюсь, вы справитесь. — Она уверенно взялась за край шторы. — Прощайте.

Мужчина склонил голову, когда её фигуру скрыли тяжелые складки бархата. Но он не двинулся с места. Маг чувствовал и даже точно знал: за этой тяжелой тканью сейчас лишь стены его мира, и нет никаких следов чего-то иного. Девушка то входила, то выходила обратно. В первых попытках была надежда, но после один-единственный зритель имел честь наблюдать целую палитру её эмоций: гнев, отчаяние, отрицание. Она то была в слезах, то нервно хихикала. Маг стоял неподвижно, он никуда не торопился. Слом надежд — дело важное.

В какой-то момент девушка затихла. Она сидела в темноте ниши и тихо всхлипывала. За ткань скользнула рука мага и протянулась к ней ладонью вверх. Несколько мгновений спустя Анна позволила вытащить себя из пыльной ниши.

— Я не чувствую магии перехода. — Горькая правда без лишних вступлений. — Точно не сейчас.

— А когда? Когда она появится? Вы же великий маг, сделайте что-нибудь!

— Магия этого мира — это не фокусы, Анна. Это структура. И сейчас она разрушена. Контур нестабилен. Единственный способ восстановить связь между мирами — это восстановить баланс и провести церемонию. Без этого вы заперты здесь.

Внутри все похолодело.

— Значит, я не попаду домой, пока принц не пройдет эту... церемонию. А церемонию можно провести когда, что?

— Когда мы поймем, что пошло не так, и не раньше чем через двадцать восемь дней. Думаю, скопление больших объемов магии открыло портал сегодня днем, значит, нужно попробовать повторить это в такой же день.

Внезапно из кармана Анны раздался странный чирикающий звук. Маг с подозрением покосился на неё, но вслух ничего не сказал. А вот девушка подпрыгнула на месте, выхватила из складок одежды свою «волшебную коробочку» и принялась тыкать в неё пальцем. Коробочка засветилась и начала издавать странные звуки. Мужчина с нарастающей суровостью изучал предмет в её руках.

— Возможно, я ошибался. — Он шагнул ближе. — Магия всё же есть. Почему я не чувствую её?

— Это не магия. — Анна засветилась от счастья. — Это телефон! Тут ловит сеть!

— Сеть? — Маг пытался не удивляться, но сейчас это получалось с трудом.

— Да-да, сеть!

Звуки из коробочки не прекращались, а маг, пользуясь тем, что девушка уже ни на что не обращает внимания, невзначай принялся оглядывать пространство вокруг и даже прошелся туда-сюда, мимолетно проводя руками в тщетных попытках обнаружить магическую сеть.

— Ничего не понимаю, — бормотала она себе под нос. — Я ведь здесь полдня торчу... скажите же!

Она резко развернулась и столкнулась нос к носу с мужчиной, который стоял в миллиметре от её плеча.

— А-а-ай! Что за манеры?!

— Что? — Маг отпрянул от неожиданности, но мгновенно пришел в себя. — Что там? Сколько чего здесь?

— Сколько я здесь? Часов восемь? — Анна подгоняла его ответ нетерпеливыми жестами.

— Думаю, около десяти часов.

— Ну, десять, — рассеянно согласилась она. — А она говорит, что звонила мне только что и короткая перемена уже закончилась. Это что же... у них прошло минут десять?

— Кто говорит? Эта штука говорит? Я не слышал.

— Это не штука, это телефон! Да неважно! — В волнении девушка махнула рукой на главного мага, как на нерадивого студента. — Моя подруга через такую же коробочку сообщает мне, что я не отвечаю ей всего десять минут, а тут прошло десять часов!

— Значит... — Мужчина в азарте подсчетов даже не заметил этого.

— Время течёт...

— По-разному! — закончили они мысль друг друга.

Вот только и осознание пришло довольно быстро.

— Значит, здесь пройдут годы, а там — дни?!

— Скорее, — маг задумался и, как мальчишка, начал быстро считать что-то на пальцах, — месяц к году.

— Это же ужасно! Я состарюсь тут! — Она в ужасе прижала руку к груди, но тут же остановилась. — Или нет? Наоборот? Здесь пройдет месяц, а там...

— Если вернем Чашу в ближайшие недели, — он повернулся к Анне с пугающей серьезностью, — то в вашем мире не заметят ничего, кроме пары пропущенных завтраков. Но если у нас не получится... Я не уверен, что тогда этот вопрос вообще имеет смысл.

Осознание ударило под дых. Она не просто застряла на пока что, а рисковала потерять свою жизнь в чужой войне.

— У нас есть пара дней, чтобы всё уладить. — Пальцы лихорадочно застучали по поверхности телефона. — Два дня там — это месяц здесь. Этого должно хватить? Я напишу маме, чтобы она не волновалась, скажу, что останусь у Машки.

— Достаточно, чтобы либо победить, либо сгореть вместе с королевством. — Моран не пытался никого утешить. — Сколько вам лет, Анна? Ваша жизнь всё еще принадлежит родителям? Вы не должны уже быть замужем? — Маг был удивлен, хотя вдруг подумал, что с таким характером ожидаемо, что эту девушку никто не забрал из родительского дома.

— Ну, у девушек обычно такое не спрашивают, но мне всего двадцать один. Не так много, еще могу пожить с родителем, — огрызнулась она. — Мы живем в двадцать первом веке! Девушке нет нужды выскакивать замуж за первого встречного. Мы можем прекрасно жить, учиться и работать независимо от наличия мужа!

— Учиться и работать? — Такт не позволил магу выказать слишком много сомнения. — Хотя почему бы и нет... — Все же Моран не первый десяток лет жил на свете и прочел сотни книг, в том числе и сказок, он был образован и гибок в допущениях возможных чудес.

— Сколько вариантов миров существует. Этот звучит как место, где приятно жить.

— Везде жить хорошо, если есть деньги, — буркнула Анна.

Отойдя на пару шагов от бестактного мага, она снова уткнулась в телефон, но экран не высветил ни одной «палочки» антенны.

— О, а тут уже не ловит. И батарея садится... Придется выключить.

Разочарование накрыло ее с головой. Связь с домом обрывалась, стоило ей покинуть зону «магического пробоя».

— Сейчас, пару минут — напишу сообщения подруге, маме и на работу, пока стою здесь, и можем... ну, идти.

Вдруг, вспомнив о чем-то жизненно важном, снова кинулась за ткань. Спустя секунду она выскочила обратно с победным кличем:

— Вот она! Моя прелесть!

В руках у девушки была объемная сумка-мешок. Анна прижала её к себе и почти подпрыгнула от радости. Мужчина хотел было полюбопытствовать, что может таиться в этом бесформенном вместилище из другого мира, но, глядя на радостное лицо чужачки, предпочел промолчать. Скорее всего, девичьи штучки.

Пока она была занята, отправляя последние весточки в свой мир, маг решил не терять времени. Он откланялся, оставив Анну на попечение стражника, которому поручил отвести её к карете, как только она будет готова, и строго запретил гулять по территории в одиночку. Руна на её запястье моргнула коротким, холодным синим светом, подтверждая, что готова исполнять свои обязанности.

— У меня есть несколько важных дел. Это быстро, и мы отправимся в замок.

Анна рассеянно кивнула вслед стремительно удаляющейся спине в черном, как ночь, плаще. В памяти что-то вспыхнуло, но тут же исчезло под очередную трель входящего сообщения.