Турнир скалолазов. Утешительный приз гарантирован

Анна Гале

Турнир скалолазов. Утешительный приз гарантирован

Глава 1. Участники из академии Кау

Аль

Я всегда говорила с ними как с живыми – с огнем, водой, ветром. Всегда, сколько себя помню. И долго думала, что другие люди тоже могут позвать в колодец воду, или убедить бурю пройти стороной, или разжечь огонь щелчком пальцев.

– А твоя ли она дочь? – не понижая голоса, часто спрашивала у отца мачеха. – Ни у кого в вашем роду дара не было.

Отец пожимал плечами и бубнил в ответ, что у моей матери об этом уже никак не спросишь.

Меня не слишком любили в семье и вообще в нашем поселении. Скорее, побаивались. Но и ссориться со мной не стоило: кого потом просить вернуть в русло разлившуюся и подступающую к домам реку или остановить огонь при пожаре? Учёных магов в поселении никогда не было, а если бы кто и появился – за его услуги пришлось бы выложить увесистый мешочек лиагов.

Всё это я поняла, когда оказалась в Кау – академии, где за счёт казны обучают магов из небогатых семей.

– Зачем ей академия? – шипела мачеха отцу накануне моего отъезда. – Чему Аль учиться? У нас в поселении нет ни одного учëного человека!

– Чем плохо иметь своего мага в семье? – рассудительно отвечал отец. – Выучится, будет монеты за работу брать. И себе на приданое накопит, и нам на старость.

Прозвучало это для мачехи на тот момент убедительно, и моему отъезду она не препятствовала.

До академии Кау я благополучно добралась на попутных телегах. Все вступительные испытания удалось пройти неожиданно легко.

– Три стихии, – бормотал присутствовавший при наборе первокурсников седовласый ректор Аригар. – Очень, очень впечатляюще...

И вот теперь, всего два лунных круга спустя, в академию заявилась мачеха. Вообще-то попасть за ограду Кау постороннему человеку очень непросто, но жена моего отца так громко ругалась со стражами-гаргульями у ворот, что привлекла внимание многих преподавателей. Меня выдернули из аудитории во время практической работы с эльфийским огнем и отправили в сад академии – поговорить с взволнованной родственницей.

По дороге я успела услышать, как двое профессоров, шедшие впереди меня по коридору, делились впечатлениями:

– Кто пустил в сад эту кошмарную бабу?

– Она разговаривала так, что ворота покраснели, а гаргульи смотрели на неё как на себе подобную. Орала, ругалась, требовала встречи с падчерицей по какому-то важному делу. Ректор разрешил её пропустить. Я сам лично сказал этой женщине, чтобы больше тут не появлялась, что для неё открыли калитку в первый и последний раз. Пришлось приставить к ней стража, чтобы ничего не натворила. Если будет нарушать порядок, страж тут же выставит её за ворота.

Кажется, я в тот момент тоже покраснела, представив, как может вести себя мачеха, если её куда-то не пускать. Но что случилось дома, если она примчалась ко мне в такую даль? Сюда ведь ехать полдня, не меньше. Проще было отправить мне письмо из дома с попутными телегами или дождаться зимы. После полугодичных испытаний я вернулась бы домой на каникулы.

Я пробежалась по ровным каменным плитам к саду. Взгляд привычно скользнул по объявлению, которое все адепты уже знали наизусть. Оно висело везде – в коридорах, в аудиториях, в столовой, на дверях наших комнат, на спортивной площадке, на живой изгороди сада...

"Приглашаем двух желающих участвовать в межакадемическом турнире по скалолазанию. Приз в случае победы – титул аири, передающийся по наследству, и сто тысяч лиагов. Желающие могут обратиться к любому преподавателю академии".

Сто тысяч лиагов и титул – мечта каждого адепта академии Кау, и при этом двух участников для турнира пока не нашли. Всё очень просто: на наших равнинах никто толком не умеет лазить по горам. Старшекурсники с факультета боевых магов бывают на тренировочном скалодроме, но соревноваться в скалолазании с академией Ландэри, где учатся маги из старейших династий, – дело бессмысленное. Это понимаю даже я – первокурсница. Маги из Ландэри чуть ли не с младенчества учатся плавать и лазить по горам, используя свой дар.

Я подошла к колючей живой изгороди выше моего роста. Её зачарованные растения угрожающе зашевелились, выпуская наружу длинные шипы. Пройти в сад – одно из постоянных испытаний академии Кау. Хочешь спелых фруктов, каких нигде не купишь, – научись договариваться с растениями-сторожами.

Я прикрыла глаза и прислушалась. Изгородь сейчас казалась особенно агрессивной и вступать со мной в переговоры не собиралась. А почему? Потому, что все адепты учатся, только я шатаюсь тут, прогуливая занятия.

Контакт состоялся, ответ я получила легко. Можно было бы, конечно, пригрозить огнём, но это уже на крайний случай. К чему ссориться со злопамятными колючками?

– Меня ждут, – я представила лицо мачехи и тут же ощутила исходящее от растений раздражение и что-то вроде желания, чтобы моя мачеха поскорее убралась из сада.

– Не уйдёт, пока не поговорит со мной, – вслух прошептала я и открыла глаза.

Кусты раздвинулись, поджимая ветки и пряча шипы. Я шагнула в сад, миновала завесу тишины, и сразу стало понятно раздражение зачарованной изгороди. Мачеха, аккуратно разложив подол длинной широкой юбки, сидела на траве, жевала ароматную клубникогрушу – гордость профессора магической гибридологии – и что-то темпераментно высказывала нависшей над ней каменной гаргулье. Гаргулья угрожающе растопыривала перепончатые крылья, таращила выпуклые глаза и постукивала по земле мощными когтями.

– Вот что за правила у вас? – донеслось до меня. – Что ж я, кровиночку мужнину не могу увидеть?!

– Порядок такой, – скучным басом отозвалась гаргулья.

– От тебя разве что-то другое услышишь? – фыркнула она. – Аль, бедная моя девочка! – мачеха прытко ринулась ко мне, растопырив липкие руки с зажатым в кулаке остатком клубникогруши. – Что с тобой тут сотворили? Похудела, осунулась вся, сидишь за забором как в темнице. Ничего, мы тебя отсюда заберём...

На несколько мгновений я потеряла дар речи. За это время мачеха успела крепко сгрести меня в охапку и посадить сразу несколько фруктовых пятен на мою рабочую серую мантию.

– Что значит – заберёте?! – выдохнула я, с трудом отстраняясь.

– Аль, звёздочка наша, зачем тебе вся эта наука? Ты и так единственная магичка на несколько поселений. К нам уж несколько раз заглядывали, тебя искали, заплатить за твою работу предлагали. К чему здесь самые лучшие молодые годы проводить? Ты без всякой науки и на приданое себе заработаешь, и семье поможешь, и замуж выйдешь, пока эти ваши маги доучатся.

Всё ясно: семья резко сообразила, что на мне можно зарабатывать. Наверняка они рассчитывают на большую часть лиагов, которые я смогу получить за магические услуги. Если бы я и решила копить себе на приданое, то собрала бы его годам к сорока: у отца с мачехой есть трое общих сыновей, и каждого они планируют выучить и сделать "большим человеком". Несложно догадаться, откуда мачеха с отцом собрались брать на это лиаги.

– Я никуда не поеду, – твёрдо сказала я. – Мне нравится в академии, я хочу учиться, тем более что плату за это не берут.

– Так ты и не получаешь тут ни монетки! – возмущённо возразила мачеха. – Четыре года в этой темнице проторчишь, а потом назад, к нам.

Нет уж, не назад. Возвращаться домой после окончания академии я не собиралась. Да и не смогла бы, даже если б захотела. Я бы промолчала об этом, но тут в разговор встряла гаргулья.

– Это никоим образом невозможно, – бесстрастно сообщила она, усаживаясь поудобнее на широкой тропе. – Адепты академии, обучаемые за счет казны Нэриима, должны отработать на благо нашей земли пять лет в городе, в который их направят. Каждый адепт перед началом обучения подписывает магический контракт.

В воздухе повисла звенящая от напряжения пауза. Я с досадой взглянула на застывшую гаргулью. Ну кто её просил выдавать мачехе ненужную информацию?

– Аль, ты что, подписывала какие-то бумаги? – мачеха сдвинула брови. – Не спросив нас? Не посоветовавшись? Ничего, девочка моя, мы всё решим и исправим. Я немедленно хочу поговорить с вашим начальством!

– Запись к ректору на приём откроется в первый день после полнолуния, – вновь ожила гаргулья. – Запись производится в порядке живой очереди с рассвета до полудня. Запись осуществляется на две и более седмицы вперёд.

– Вот же ж поганка каменная! – буркнула мачеха.

– За оскорбление стража академии Кау вам положено заплатить три лиага, – парировала гаргулья. Мне показалось, что в её голосе промелькнули ехидные нотки. – Кроме того, довожу до вашего сведения, что магический контракт нерасторжим.

– А если Аль не закончит академию, тогда что? – мачеха упёрла руки в изящные бока и отвернулась от меня к гаргулье.

– Решение об отчислении из академии Кау принимает только ректор академии Кау. Запись на прием к ректору откроется в первый день...

– Каменюка тупоумная! – мачеха с досадой плюнула на траву и снова развернулась ко мне. – Аль, не волнуйся, мы обязательно вытащим тебя отсюда.

– Ваше поведение в саду академии есть нарушение устава академии, – провозгласила гаргулья. – Потрудитесь покинуть сад и при выходе возместить ущерб, нанесённый вашим плевком ценному лекарственному растению.

Я чуть не фыркнула. Какой ещё ущерб? Это ценное растение крепче железа, его можно камнями забросать – оно даже не пригнётся.

– Всё с вашей травой в порядке, – раздражённо буркнула мачеха.

– Вы нанесли ей моральный ущерб, – не отставала гаргулья. – Потрудитесь покинуть сад и при выходе возместить обиду, нанесённую ценному лекарственному растению. За это вы должны десять лиагов. А также шесть лиагов за два оскорбления стража академии на территории сада академии и пятьдесят лиагов за оскорбление стражей и преподавателей академии перед воротами академии. Итого шестьдесят шесть лиагов.

– Да тут, я смотрю, ещё и монеты ни за что хотят получать, – прищурилась мачеха. – Ловко устроились! Я в вашу академию хоть каждый лунный круг приезжать буду, а кровиночку мужнину отсюда вытащу! И нечего пугать беззащитную женщину всякими говорящими камнями! Закон о кормильцах никто не отменял! – всë громче голосила мачеха. – Дети должны содержать родителей, если родителям не хватает средств! Против этого даже ваша академия не возразит! Вот напишем куда следует, что семье нужна помощь Аль...

А это у неё может и сработать. Напишет, что отец мало зарабатывает, а она сидит с детьми – и прощай, моё обучение. Отчислят или отправят в долгий учебный отпуск в соответствии с древним законом.

– Я буду участвовать в турнире по магическому скалолазанию! – не задумываясь, выпалила я. – Если всё получится, смогу получить большой выигрыш. Очень большой.

Гаргулья уставилась на меня со слишком живым для камня интересом. Мачеха нахмурились, что-то вспоминая.

– Это тот, где приз – сто тысяч лиагов? – медленно проговорила она. – И титул? Я видела объявление. Аль, разве ты умеешь лазить по скалам?

– Нас тут многому учат, – расплывчато ответила я. – Я подготовлюсь и приму участие в турнире. Подождите немного. Если я выиграю, эти деньги не будут лишними для нашей семьи.

– Сто тысяч лиагов... – протянула мачеха с мечтательным взглядом. – Да, ради такого стоит подождать. И когда начинается этот турнир?

– После зимних испытаний, – ответила я. – Так что домой не приеду, сразу отправлюсь туда.

Гаргулья радостно взвыла: "Йуууу!", – и высоко подпрыгнула, перекувырнувшись в воздухе.

– Адептка трижды при свидетелях заявила о желании участвовать в турнире по магическому скалолазанию! – ликующе завопила она, шумно приземляясь на дорожку. Листья живой изгороди при этом возмущённо зашуршали. – Теперь адептка Аль Гарт является официальным участником турнира! Информация сегодня же будет отправлена всем преподавателям и руководству академии Кау!

Я в полном обалдении уставилась на весело прыгающее каменное чудовище. Я не собиралась участвовать в турнире! Я просто хотела потянуть время и поискать подработку, чтобы отправлять отцу и мачехе "содержание от кормильца". Надеюсь, гаргулья неудачно шутит, хотя я никогда не слышала, чтобы каменные чудовища пытались шутить.

– Попрошу покинуть сад и возместить ущерб... – снова завела она, усаживаясь на землю там, где не было травы.

– Да уйду я из вашего сада, уйду, – отмахнулась мачеха. – А ущерб вам Аль возместит, как только монеты на турнире выиграет. Ты ж моя умница! – она опять обняла меня, вытирая липкие руки об мантию. – Будем ждать тебя с победой! Подумай, как ты назовёшься, – Альнаира, Альдэнита, Альвирена... Титул аири, кстати, можно передавать всей семье?

Я пожала плечами. Титул передаётся только наследникам, мачеха и мои братья по отцу здесь точно ни при чëм. Но никакого титула у меня не будет, это попросту невозможно.

Гаргулья на удивление в этот раз промолчала и только настойчиво ткнула хвостом с острым шипом на конце в сторону выхода с территории сада и всей академии. Мачеха неприязненно фыркнула, но потопала в указанном направлении, бухтя под нос что-то нелестное о местных порядках и тупоумных каменюках.

– Заботливая у тебя родня, – вполне человеческим тоном заметила гаргулья и отчётливо хмыкнула.

– Я теперь действительно официальная участница турнира? – недоверчиво спросила я, глядя, как мачеха резво движется к массивной деревянной двери в каменной ограде.

– Ага, – радостно подтвердила гаргулья.

– А отказаться можно?

– Я тебе откажусь! – фыркнула она. – Для этого нужно согласие второго участника. А я это согласие не дам!

Очертания каменного чудовища поплыли, превратились в туман, и в этом тумане отчётливо нарисовался мужской силуэт. Я поморгала. Не привиделось: туман рассеивался, и становилось видно знакомое лицо – мужественные черты, широкий лоб, внимательные тёмно-синие глаза, прямой нос, аккуратные усики и собранные в хвост непослушные чёрные волосы. Старшекурсник Урт, лучший адепт академии, которого при выпуске ждёт место боевого мага в Агарде – городе на границе с Нечеловечьими Землями.

– Это как? – выдавила я.

Последние облачка тумана растворились в воздухе. Обычно хмурый Урт выглядел совершенно счастливым. Я даже не представляла, что он умеет так улыбаться.

– Сейчас зайдём к ректору, дашь клятву о неразглашении тайн академии Кау, – сказал Урт. – О дежурствах выпускников вместе с гаргульями никому до последнего курса знать не обязательно. Заодно ещё и лично подтвердим твоё участие в турнире.

Мачеха повернулась, помахала мне ручкой и послала воздушный поцелуй. Никакого удивления она не проявила, значит, всë так же видит вместо Урта гаргулью. У парня поразительно высокий уровень магии – Урт показывается мне в человеческом виде, сохраняя для других иллюзию.

Мачеха толкнула калитку. Выйти с территории академии любой гость может без труда, сюда только зайти сложно.

Я перевела дыхание. В саду тут же сделалось спокойнее.

– Ты же понимаешь, что я говорила не всерьёз? – я улыбнулась. – Я никогда в жизни не видела скал, ни разу не была на скалодроме и вообще только начала учиться в Кау.

– Ты – участница турнира, – Урт положил тяжёлую руку мне на плечо. – Не видела скал – значит, увидишь их подобие на месте. Я не могу отправиться на турнир один, это против правил.

– Так найди себе подходящего напарника, – я искренне не понимала, в чëм проблема. – Со старших курсов, с сильной магией. Я же буду тебе только мешать.

– Слушай, Аль, – Урт перестал улыбаться. – Я этого турнира три года ждал. Я должен его выиграть, и мне всё равно, с кем туда прибыть. Не была на скалодроме – мы с тобой будем ходить туда хоть каждый день. Магия у тебя достаточно сильная. До турнира я сам научу тебя, как не сорваться со скалы и что делать, если всё же сорвëшься. От тебя не требуется победить, ты должна просто поучаствовать. А если на турнире будет командное испытание, я готов затащить тебя на вершину на собственной спине вместо рюкзака.

– Допустим, ты победишь, – не сдавалась я. – Мне-то какой смысл участвовать?

– Тебе очень нужен мешок монет, – Урт прищурился. – Если выиграю, отдам тебе пять тысяч лиагов. Могу дать в этом клятву в кабинете ректора и подписать с тобой соглашение.

Пять тысяч лиагов – это было бы очень хорошо. Их хватило бы на содержание отца и мачехи на все четыре года, на покупку всяких нужных мне вещей, на обустройство после окончания академии, и ещё осталось бы. Только не уверена, что Урт сможет на турнире победить скалолазов из Ландэри. Да, в академии Кау он лучший, но ведь и противники у парня будут далеко не слабые.

– Если не выиграешь – пристраиваешь меня куда-нибудь на подработку, – выдвинула я своё условие. – У тебя ведь бывают заказы на мелкие магические услуги?

– Договорились, – не задумываясь, согласился Урт. – Идём к ректору.

Я плелась рядом с ним ко входу в огромное здание академии, напоминающее неровную гору с многочисленными уступами, и не могла понять, как меня угораздило встрять в участие в серьёзном магическом турнире.

– Не расстраивайся, скалолазание – это совсем не страшно, – легкомысленно произнёс Урт, когда мы шли по коридору в правое крыло, к кабинету ректора.

Было бы не страшно, если бы я могла чувствовать землю так же, как огонь, воду и воздух. Но как раз с землёй я работать не могу. Не получается.

Что ж, хотя бы решу вопрос с монетами, которые так жаждет получить мачеха. Пара недель позора на турнире – и у меня появится мешочек лиагов или возможность их заработать.

Глава 2. Месть ректорского фамильяра

Академия Ландэри

Фамильяр ректора Варианы Карельдиаш – енот с алыми ушами и полосатым красно-жëлтым хвостом – подчёркнуто неторопливо вышагивал вокруг золотого цилиндра, установленного на трибуне. Вариана благосклонно улыбалась, профессора хранили спокойствие, а вот адепты ëрзали от нетерпения на мягких креслах и раздражённо перешëптывались.

Зал ярко освещали магические огни, как это обычно происходило во время праздников. На трибуне разместились все преподаватели, и теперь деканы факультетов знаками и пристальными взглядами призывали своих подопечных к тишине и порядку. А енот продолжал тянуть время, с удовольствием поглядывая в сторону группы будущих боевых магов.

– Шуточки им, значит, – бухтел он под нос. – Практиковались они. А мне теперь ходить разукрашенному как попугай заморский, пока срок заклинаний не закончится! Ну ничего, я им покажу турнир. Я всееех запомнил...

Вариана, конечно, назначила работу на кухне и уборку территории академии в качестве наказания для шутников. Однако её фамильяру это показалось недостаточной платой за его временно разноцветный хвост и красные уши. Гордый енот не привык, что при виде него начинают хихикать и адепты, и профессора.

– Теперь я буду смеяться, – пробормотал он и встал на задние лапы, положив передние сверху на цилиндр.

В зале тут же наступила полная тишина. Ректор наблюдала за фамильяром с лёгкой улыбкой. По традиции именно её енот, не заинтересованный в помощи какому-либо адепту, тянул жребий, выбирая участников для магического турнира из многочисленных желающих. Повлиять на его выбор аири Карельдиаш не могла: перед торжественным определением участников на енота накладывались особые чары. Обычно он вытягивал из цилиндра первые попавшиеся свитки с именами адептов, но сейчас впервые оказался заинтересован в результатах отбора и был твёрдо намерен не пустить на турнир шутников, частично перекрасивших его заклинаниями маскировки из раздела боевой магии. Мальчишки дружно уверяли, что испытывали вариант маскировки в цветущем саду. Если бы енот не попытался спрятаться за дерево, его туловище стало бы зелёным с вкраплениями розового.

Вариана чувствовала, как фамильяр ворошит в цилиндре свитки, отбрасывая те, от которых ощущалась энергия его обидчиков. Первый свиток вылетел из цилиндра и с лёгким шелестом упал на стол перед ректором. Пока енот копошился в цилиндре в поисках второго подходящего имени, Вариана развернула свиток и громко прочла:

– Адептка Эриада Граниадан, четвëртый курс, факультет бытовой магии.

Она недовольно покосилась в сторону енота. Нашел кого выбрать! Эту девицу, за которой волочится половина боевых магов и несколько будущих целителей. Да она же возьмёт на турнир только зеркальце и сборник заклинаний для юных дев, чтобы волосы не растрепались и щëки не краснели! Хоть бы фамильяр со вторым претендентом не оплошал, раз уж целенаправленно копается в цилиндре. А то ведь команда из академии Кау легко справится с такой противницей. Представив, как академия для бедняков впервые за двадцать лет выигрывает магический турнир по скалолазанию, Вариана с трудом смогла не измениться в лице.

Второй свиток упал ей прямо в руки. Ректор развернула его и вздохнула с облегчением. У академии Кау не будет шансов выиграть.

– Араэтид Корнариус, факультет боевой магии! – провозгласила аири Карельдиаш.

Зал взвыл, зааплодировал, кто-то хлопал по плечам Араэтида, с кем-то обнималась визжащая от восторга Эриада.

Енот кинул торжествующий взгляд в сторону своих обидчиков и неторопливо, с достоинством удалился за сцену.

***

– Это можно как-то изменить? – напористо спрашивал Араэтид ректора, ворвавшись в её кабинет через несколько часов. – Аири Карельдиаш, бытовой маг не может участвовать в серьёзном спортивном турнире.

– По правилам – может, – суховато ответила Вариана. – Никто не имеет права заставить Эриаду отказаться от участия. Разве что адептка сама передумает и попросит найти ей замену...

Араэтиду показалось, что в эту секунду взгляд ректора стал чуть более выразительным. А может, и не показалось.

– Попросит она, как же, – проворчал откуда-то из шкафа енот-фамильяр. – Эриада по всей академии бабочкой порхает, только и говорит, что о турнире.

– Ей в домоводческие соревнования надо, а не на скалодром! – раздражённо выпалил Араэтид. – Простите, аири Карельдиаш, не сдержался, – более спокойно добавил он. – Но вы же понимаете, что, если на турнире будут командные соревнования, Эриада мне только помешает.

– Увы, – Вариана развела руками. – Заменить участника можно лишь по желанию самого участника.

– Я понял, – Араэтид коротко кивнул.

Мог бы понять и сразу, если бы сумел вовремя отбросить эмоции. До турнира достаточно времени. Араэтид постарается, чтобы Эриада Граниадан расхотела участвовать в состязаниях. На её место найдётся много более достойных желающих.

– Не трать время, она не откажется, – ехидно предсказал всезнающий енот. – Эриада многого ждёт от этого турнира.

Араэтид скептически усмехнулся. На что может рассчитывать девушка с факультета бытовой магии? Уж точно не на победу в серьёзных соревнованиях. Даже если соперники из Кау никогда не бывали на настоящих скалах, они наверняка окажутся сильнее Эриады и физически, и магически. А уж в состязаниях с Араэтидом девушке точно не выиграть ни при каких обстоятельствах. Не настолько же глупа первая красавица академии, чтобы этого не понимать?

Что может быть нужно Эриаде? Сто тысяч лиагов? Так ведь всë равно не выиграет. Да и семья у неё далеко не бедная, Граниаданы – одно из самых обеспеченных семейств Нэриима.

– Какой смысл участвовать в турнире, если точно знаешь, что не победишь? – вслух спросил Араэтид, глядя в сторону шкафа.

– Я тебе не справочник, – огрызнулся оттуда енот. – И чужие секреты не выдаю.

А жаль, Араэтиду не помешала бы информация. Из кабинета ректора парень выходил с твёрдым намерением заставить Эриаду отказаться от участия в турнире. Ему слишком нужна победа, от неё очень многое зависит. Араэтид не может позволить взбалмошной девице путаться под ногами.

Глава 3. Первый урок

Академия Кау

– Я не могу! – выпалила я, с нарастающей тревогой глядя на скалодром.

Высокая каменная стена с еле заметными выступами и выемками имела угрожающий вид и на подвиги не вдохновляла.

– Куда ты денешься? – буркнул Урт. – Желающих на твоё место на турнире пока нет. Да если и появятся – ты готова бросить академию и уехать домой? Родня от тебя не отстанет, а монеты тебе взять неоткуда.

– Я высоты боюсь, – выдохнула я.

– Вот и привыкай, – Урт слегка подтолкнул меня вперёд. – Время есть, всё, что надо сделать, – успеем. Попробуй пока что самое простое – залезть хотя бы на высоту моего роста.

– Но нужны же какие-то ремни, верёвки...

Я, конечно, ничего не соображаю в скалолазании, но о страховке слышала. У нас в поселении мужчины, когда перекрывают крыши домов, обязательно привязываются толстыми верёвками или к трубе, или к подходящему дереву, если оно есть около дома. А ведь сорваться с отвесной скалы гораздо проще, чем с крыши, и я могу не успеть призвать на помощь ветер.