Как разрешать конфликты. Уроки дипломатии

В-третьих, что касается решения объективно существующего противоречия между количеством и качеством образования, он считал, что развитие образования следует оценивать не только по количественным показателям, но, что гораздо важнее, по качеству.

Как и в случае с экономическим строительством, после основания Китайской Народной Республики развитие образования в Китае часто страдало от дисбаланса в решении противоречий между темпами и эффективностью, между количеством и качеством, что приводило к частым проблемам с качеством образования.

В 1953 году, исходя из реального положения дел в китайском образовании и потребностей государственного строительства, в высших учебных заведениях Китая была проведена реорганизация факультетов и кафедр. В ходе этой реорганизации имели место некоторые случаи слепого подхода, не учитывающего объективную реальность. Некоторые вузы, не обращая внимания на реальные кадровые и материальные ресурсы, слепо стремились к расширению масштабов строительства и набора студентов.

В результате, хотя количество учебных заведений и студентов по сравнению с предыдущим периодом увеличилось, качество образования фактически снизилось.21 декабря 1953 года в опубликованном им под собственной подписью «Указании о совершенствовании и развитии высшего педагогического образования» отмечалось: «Для удовлетворения потребностей государственного строительства в будущем высшее педагогическое образование должно активно развиваться, при этом необходимо уделять внимание его укреплению и повышению качества». Он также отметил: «Неправильно придерживаться консервативных взглядов, игнорирующих потребности государственного строительства, не использующих потенциал, не стремящихся создавать условия для преодоления трудностей в целях развития; неправильно также действовать, исходя исключительно из субъективных желаний, не учитывая реальных возможностей, просто стремясь к количеству и пренебрегая качеством, а также слепо и опрометчиво идти вперед».

После 1958 года снижение качества образования в Китае стало ещё более заметным. Этому предшествовали две основные причины. Во-первых, это было связано с влиянием «Большого скачка». 2 февраля 1958 года газета «Жэньминь жибао» опубликовала редакционную статью под названием «Наш лозунг действий — против расточительства, строим страну трудом и бережливостью», в которой был выдвинут лозунг «всеобъемлющего Большого скачка» в народном хозяйстве: «Дела культуры, образования и здравоохранения также должны сделать Большой скачок». В результате повсеместно началось массовое открытие различных школ, и в вопросах масштабов строительства школ и набора учащихся также был развернут «Большой скачок».

Такое несообразованное с реальностью одностороннее стремление к количеству привело к снижению качества обучения. Некоторые школы испытывали нехватку преподавательских кадров и элементарного учебного оборудования, существуя лишь номинально. Вторая причина заключалась в том, что в 1958 году в Китае был выдвинут принцип объединения образования с производственным трудом. Эта линия была изначально предложена для устранения недостатков прошлого, когда образование было оторвано от реальности и производственной практики; она подчеркивала необходимость тесной связи школьного образования с социальной реальностью. Однако в процессе понимания и реализации этой линии возникли «левые» отклонения: односторонний акцент на участии учащихся в производственном труде при одновременном пренебрежении учебным процессом, а также упрощенное понимание объединения образования с производственным трудом как участия учащихся в общем труде рабочих и крестьян. В результате чрезмерное участие учителей и учащихся в производственном труде негативно сказалось на качестве обучения в школах.

В связи с вышеупомянутыми явлениями Чжоу Эньлай неоднократно высказывал критику. 28 мая 1959 года, выступая с докладом перед преподавателями и студентами Тяньцзиньского университета, он указал, что в сочетании образования с производственным трудом ведущую роль играет образование, поскольку студенты приходят в университет именно для того, чтобы учиться. Мы обязательно должны четко осознавать, что является ведущим аспектом; если не осознать это, то не будет направления. Он также указал на явление «большого скачка» в Тяньцзиньском университете в отношении количества принимаемых студентов, отметив, что Тяньцзиньский университет — всемирно известный вуз, в котором сейчас обучается почти 10 тысяч студентов.

Сколько в мире университетов с таким количеством студентов? Я советую вам сдерживать рост, не стремиться постоянно к стремительному увеличению численности; если число студентов будет расти дальше, то ситуация станет неуправляемой. Конечно, число наших студентов должно увеличиваться, но это в основном вопрос увеличения количества учебных заведений. Число студентов в одном вузе имеет свои пределы, и 10 тысяч — это уже немало. Вы должны гарантировать качество образования и повышать его; если же вы будете продолжать увеличивать количество, это приведёт к обратному результату — снижению качества, а это не является правильной политикой в области образования». 3 апреля 1961 года Чжоу Эньлай на одном из заседаний Всекитайского собрания народных представителей вновь отметил, что в последние несколько лет развитие образования шло довольно быстрыми темпами. Проблема заключается в том, что необходимо повысить качество и перейти от «большого скачка» в количестве к «большому скачку» в качестве.

Чжоу Эньлай, выступая за активное развитие образования, неоднократно подчеркивал, что при развитии образования необходимо уделять внимание качеству, и выступал против одностороннего стремления к количеству без учета качества. Что касается развития образования, он считал, что «необходимо целенаправленно и неуклонно двигаться вперед, не останавливаясь и не спеша, но и не развиваясь по всем направлениям одновременно». В своих выступлениях по этому вопросу он четко сформулировал основные взгляды на решение противоречия между количеством и качеством в образовании.

В-четвертых, при решении объективного противоречия между общим и частным он выступал за объединение противоположных сторон на основе общих черт.

Общее и частное находятся в единстве противоположностей, взаимозависимы и изменяются в зависимости от времени, места и условий. Общее и частное являются относительными понятиями и не отражают сущностные свойства вещей.

В начале периода после основания Нового Китая Чжоу Эньлай отметил: «Наше сотрудничество с представителями других партий заключается в том, что на основе общей основной предпосылки мы принимаем их дельные предложения и обогащаем наши позиции. Если в основных вопросах имеется общность, то различия в мелочах допустимы».

Он также далее пояснил: «У людей разные взгляды, и у каждого своя точка зрения. У людей разный ум, таланты и характер, и иногда между ними возникают противоречия. Единство заключается в объединении противоборствующих сторон на основе общих черт. Тот, кто умеет объединять людей, умеет объединять противоборствующие стороны на основе общих черт. … Объединение противоборствующих сторон не препятствует развитию индивидуальности». Это с позиций диалектического материализма показывает нам, что в единстве вещей «сходство» и «различие» не только противоположны, но и взаимодополняемы: «сходство» является основополагающим, «различие» не препятствует «сходству», и в условиях, когда «сходство» может лучше развиваться, оба эти аспекта необходимы.

Таким образом, для урегулирования противоречий между ними необходимо и можно руководствоваться только принципом «искать общее и допускать незначительные различия». Чжоу Эньлай последовательно придерживался этого принципа на протяжении всей работы Коммунистической партии Китая в рамках единого фронта: он не только стремился к общему и сохранял незначительные различия, но даже ради общего был готов сохранять значительные различия. Если все стороны единого фронта в основных вопросах достигали определенной степени согласия с минимальной программой Коммунистической партии, то, несмотря на существование значительных разногласий, Чжоу Эньлай делал все возможное, чтобы объединить этих политических деятелей для борьбы с общим врагом.

II. Как рассматривать противоречия между врагом и нами

Общественные противоречия многообразны, а ситуация сложна; по своему характеру их можно разделить на две основные категории: противоречия конфронтационного характера и противоречия неконфронтационного характера. Противоречия конфронтационного характера, то есть противоречия «между врагом и нами», представляют собой общественные противоречия, в которых противостоят и сталкиваются коренные интересы обеих сторон.

Теория классовой борьбы является одной из основных теорий марксизма, а метод классового анализа — фундаментальным методом марксистского анализа общественно-исторических проблем. Еще в своих статьях «Темные силы», «Благословение мертвых» и «Декларация журнала „Пробуждение“» Чжоу Эньлай рассматривал общественные противоречия с точки зрения классов и классовой борьбы. В этих статьях он указывал как на классовое противостояние между реакционными классами — бюрократами, политиканами, партийными олигархами, военными диктаторами — и широкими массами трудящихся, так и на серьёзное национальное противоречие между китайским народом и империализмом.

В стихотворении «Благословение мёртвых» он считал, что «совместная жизнь» между «мертвыми» и «живыми», между эксплуатирующими и эксплуатируемыми классами, ни в коем случае не может продолжаться дальше. В статье «Тёмные силы (I)» он указал на основные тёмные силы в Китае того времени и выдвинул политическую программу по свержению империализма и феодализма, а именно: «свергнуть группировку Аньфу, свергнуть лидеров, на которых опирается группировка Аньфу, свергнуть военных диктаторов, на которых опирается группировка Аньфу, свергнуть иностранные силы, привлечённые группировкой Аньфу» («Ранние сочинения Чжоу Эньлая», том 1, издательство Нанкайского университета, февраль 1993 г., стр. 310). В «Декларации журнала „Пробуждение“» он далее указал, что реакционные силы, которые «следует искоренить» в Китае, — это «милитаризм, буржуазия, партийные клики, бюрократия, границы неравенства между мужчинами и женщинами, укоренившиеся представления, старая мораль, старые нравы» («Сборник ранних произведений Чжоу Эньлая», том 1, стр. 331), и именно они являются объектами революции. Чтобы свергнуть империализм и феодальные силы, необходимо не только провести политическую революцию, но и одновременно — идеологическую революцию.

Во-первых, необходимо завоевать инициативу в борьбе с врагом.

Работа в «белых районах» является одним из важных фронтов, на которых наша партия руководит революционной борьбой народных масс; Чжоу Эньлай внес особый вклад в открытие и руководство этой работой. В то же время он правильно разрешил противоречия, возникавшие на этом фронте в борьбе с врагом.

12 апреля 1927 года Чан Кайши открыто предал революцию, устроив в Шанхае «переворот 12 апреля», в ходе которого были массово убиты и арестованы революционеры. В одно мгновение Шанхай погрузился в атмосферу «белого террора»: всего за четыре дня после «12 апреля» в Шанхае было арестовано более 500 коммунистов и революционеров, более 300 убито, а более 5000 бежали или пропали без вести. В газетах ежедневно появлялись сообщения о «задержании коммунистов» и «казни коммунистических бандитов»; малейшее недовольство властями грозило смертной казнью. Среди народа ходила народная песня: «Белый день, голубое небо — земля вся в красном; голубое небо, белый день — убивают рабочих».

На берегах реки Хуанпу витал запах крови, а на улицах Шанхая дул мрачный ветер. Блестящая революционная обстановка, сложившаяся после Северного похода, внезапно исчезла, и Коммунистическая партия Китая за одну ночь едва не была полностью уничтожена. Это не могло не привлечь внимания многих лидеров КПК, в особенности Чжоу Лайня. После хладнокровного и тщательного анализа Чжоу Эньлай пришёл к выводу, что одной из причин поражения КПК стало пренебрежение секретной работой и недостаточное понимание военно-политических тенденций противника. В условиях «белого террора» Коммунистическая партия Китая оказалась в крайне неблагоприятной обстановке, и высшее руководство партии во главе с Чжоу Эньлаем было вынуждено перейти к особой форме революционной борьбы — скрытой, тайной подпольной деятельности. Чтобы партия смогла выжить в суровых реалиях, Чжоу Эньлай решил немедленно создать скрытый секретный фронт, специально предназначенный для сбора и разведывания информации о враге. Для этого он приложил все свои силы и стал главным основателем секретного фронта КПК и руководителем подпольной работы.

В середине мая 1927 года Чжоу Эньлай в Ухане возглавил создание Центрального спецотдела. Спецотдел подчинялся Центральному военному ведомству и специализировался на разведывательной работе. Сразу после создания «Специального отдела» он встал на передовую линию военно-политической борьбы между врагом и нами и приступил к разведывательной работе. Благодаря тому, что они своевременно узнали о новых тенденциях в Национальном правительстве в Ухане, в частности о планах Ван Цзинвэя по расколу и предательству революции, КПК смогла завоевать значительное преимущество в борьбе с врагом во время переворота 15 июля.

В начале своего существования Центральный спецотдел состоял из двух отделов и одной оперативной группы (также известной как «Красная команда»). Позже он постепенно расширился до четырёх отделов, насчитывающих около ста человек. Первый отдел — отдел общего хозяйства — возглавлял Хун Яншэн; он отвечал за выбор мест проведения заседаний ЦК КПК, их охрану, а также за спасение арестованных товарищей. Второй отдел — разведывательный — возглавлял Чэнь Гэн. Её основной задачей было проникновение в ряды врага для сбора разведданных, как можно более быстрое выяснение и отслеживание направлений деятельности врага, с тем чтобы наша партия могла своевременно принимать различные меры по предотвращению угроз или предпринимать соответствующие действия. Третий отдел, то есть «Красная команда», возглавлял Тан Юбао. Он в основном занимался подавлением шпионов и наказанием предателей. Четвёртый отдел — отдел радиосвязи — возглавлял Ли Цян; он отвечал за связь Центрального комитета с Коммунистическим Интернационалом, а также с различными советскими районами.

Работа Центрального спецотдела была важной составляющей деятельности в «белых» районах. Под руководством Чжоу Эньлая и других товарищей-руководителей Центральный спецотдел постепенно выработал целый комплекс эффективных стратегий и методов ведения разведывательной борьбы. Например, что касается конкретных методов работы, Чжоу Эньлай дал тщательные и подробные указания по подпольной работе в «белых» районах. Например, он требовал, чтобы подпольные партийные органы и тайные сотрудники строго хранили партийные секреты; поручения должны были выдаваться и обсуждения работы проводиться индивидуально, с использованием однолинейной связи; необходимо было полностью использовать различные легальные формы для мобилизации и привлечения масс; во все общественные объединения и организации, в которых участвовали массы, будь то «серые» или «желтые», подпольная партия должна была найти способ проникнуть, с тем чтобы защитить организацию, накопить силы и т. д. Все это было итогом опыта Чжоу Эньлая в подпольной работе Коммунистической партии Китая и свидетельствовало о зрелости и совершенствовании секретной работы партии.

Суровое наказание предателей позволило сдержать серьезную тенденцию к изменничеству и самосдаче внутри КПК, а также обеспечило поддержание и функционирование системы партийных организаций, которую Чжоу Эньлай с огромным трудом восстановил и реорганизовал. Если бы не Чжоу Эньлай, в конце 1920-х и начале 1930-х годов Коммунистическая партия, возможно, оказалась бы в положении, когда у неё не было бы лидера и она была бы раздроблена на отдельные части. Более того, если бы не Чжоу Эньлай и разработанная им целая система прагматичных принципов и методов секретной работы, вызывает сомнение, смогла бы подпольная деятельность КПК быть столь активной и столь результативной. Чжоу Эньлай был незаслуженно признанным руководителем секретного фронта КПК.

Во-вторых, после того как Коммунистическая партия Китая стала правящей партией, небольшая часть партийных членов деградировала и превратилась в пленников буржуазии и преступников перед народом.

После 28 лет упорной и героической борьбы под руководством Коммунистической партии Китая китайский народ сверг реакционное правление Гоминьдана, установил народную власть и осуществил народную демократическую диктатуру, то есть диктатуру пролетариата. Однако через несколько лет после основания Нового Китая многие, видя, что реакционные классы свергнуты, а мы провели кампании по подавлению контрреволюции и расчистке от контрреволюционеров, и что внутри страны наступила политическая стабильность, пришли к мнению, что диктаторские функции власти можно ослабить или даже отменить. В связи с этой ситуацией Чжоу Эньлай подчеркнул: «Сейчас наша народно-демократическая диктатура должна быть такой: диктатура должна продолжаться, а демократия — расширяться» (Избранные произведения Чжоу Эньлая, том II, Издательство «Народ», декабрь 1984 г., стр. 207). Ведь в стране все еще оставались отдельные консервативные элементы, которые не смирились с поражением и постоянно искали возможности для дестабилизации; среди бывших представителей эксплуататорских классов также были те, кто пытался свергнуть социализм.

Однако то, что действительно беспокоило председателя партии и премьер-министра страны, — это не капиталисты и не купцы, а угроза изнутри, то есть то, что, как говорится, крепость легче всего взять изнутри. Как и предсказывал Мао Цзюнь, некоторых не сразили стальные снаряды, но поразили «снаряды в сахарной глазури».

После того как новодемократическая революция одержала основную победу по всей стране, Коммунистическая партия Китая стала правящей партией. В этих новых условиях часть партийных членов поддалась пагубному влиянию бюрократизма. Они возвышались над народом, оторвались от масс и от реальности, целыми днями пребывали в сытости и не говорили ни о чем существенном; некоторые, хотя и трудились усердно, но, переехав в город, утратили благородную традицию проведения исследований и опросов, постепенно лишились чуткости к новому и также оторвались от масс и от реальности. Ещё меньшее число партийных членов, на фоне всеобщих похвал народа и под натиском «пяти ядов», распускаемых буржуазией, утратили политическую бдительность, а некоторые даже деградировали и превратились в пленников буржуазии и преступников перед народом.

1 декабря 1951 года Центральный комитет партии принял «Решение о сокращении численности армии и администрации, увеличении производства и экономии, борьбе с коррупцией, расточительством и бюрократизмом», в котором содержалось требование применять подход, сочетающий меры «сверху вниз» и «снизу вверх», для выявления случаев коррупции и расточительства, а также призыв к широким массам как внутри, так и вне партии открыто и решительно выявлять и наказывать коррумпированных чиновников.7-го числа Государственный совет провел 114-е заседание, на котором Чжоу Эньлай выступил с важным докладом о развертывании по всей стране кампании по сокращению штатов, экономии, увеличению производства и борьбе с бюрократизмом; на заседании было принято решение о создании Комиссии по контролю за экономией при Центральном народном правительстве. 8-го числа ЦК КПК вновь издал «Указание о необходимости широкого и решительного ведения борьбы с коррупцией».

5 января 1952 года Чжоу Эньлай выступил с докладом на постоянном заседании Всекитайского политического консультативного совета, а 9-го выступил на митингах в Центральном комитете, Северном Китае и городах Пекин и Тяньцзинь, дав четкие указания по вопросам линий, политики и этапов кампании «Три противостояния», призвав народ всей страны и государственных служащих быстро, основательно и безоговорочно развернуть кампанию «Три противостояния» в своей общественной жизни и на своих рабочих местах, чтобы противостоять разъедающему воздействию буржуазии и очистить общество от гнили, оставшейся от старого общества (цитируется по книге «Чжоу Эньлай на важных исторических переломных моментах Республики», издательство «Ляохай», сентябрь 2001 г., стр. 76).

1 февраля в Пекине состоялось публичное судебное заседание, на котором были открыто судимы семь крупных коррупционеров. Бывший заместитель начальника оперативного отдела Китайской компании по животноводству Сюэ Куньшань был приговорен к смертной казни за незаконное обогащение на сумму 2,3 млрд старых юаней; бывший начальник отдела административных вопросов Министерства общественной безопасности Сун Дэгуй также был приговорен к смертной казни за хищение 640 млн юаней; ещё трое были приговорены к тюремному заключению, а остальные двое избежали уголовного наказания.

Центральные власти взяли на себя инициативу по расправе над группой лиц, среди которых были такие, как Сун Дэгуй, хорошо знакомые Мао Цзэдуну и Чжоу Эньлаю, считавшиеся старыми революционерами и имевшие боевые заслуги. Казнь этих людей была неприятной для лидеров, но они были вынуждены пойти на этот шаг.

Несмотря на то, что кампании «Три анти» и «Пять анти» набирали обороты, и ежедневно из разных регионов поступали сообщения о делах к Бо Ибо, он передавал Мао Цзэдуну и Чжоу Эньлаю немало материалов. Однако по-настоящему потрясающим событием стало казнь двух «больших тигров» из Тяньцзиня.

По предварительным подсчётам, среди сотрудников ведомств и предприятий Пекина было выявлено 650 коррупционеров, общая сумма хищений составила 1,5 млрд юаней (в старой валюте). Среди коррупционеров 112 человек работали в органах общественной безопасности, 105 были членами Коммунистической партии, а 79 — ветеранами-кадрами.

Из 12 отделений общественной безопасности города Тяньцзиня только одно отделение в результате получения взяток освободило 674 контрреволюционеров или сняло с них надзор, а его руководители и полицейские приняли взятки от 3 514 коммерсантов.

Дисциплинарная комиссия провинции Шэньси за полтора года рассмотрела дела более 1 400 членов партии, совершивших ошибки, связанные с коррупцией и моральным разложением.

По статистике Народной надзорной комиссии Восточно-Китайского района за период с июня 1950 года по ноябрь 1951 года ущерб государственному имуществу, нанесённый в результате личной коррупции, составил 12,4 млрд юаней (в старой валюте). Из 179 дел о коррупции, рассмотренных непосредственно Восточно-Китайским районом и затронувших 615 преступников, 126 человек были ветеранами-кадрами, а 116 — членами Коммунистической партии.

В Налоговом управлении города Наньчана 60 человек были уличены в коллективном хищении. Один начальник управления по продовольствию похитил 200 000 цюней риса, а в подошвах его женских туфель было обнаружено 12 лянов золота. В одном из районов провинции Цзянси глава района, секретарь районного комитета партии и начальник полицейского участка коллективно посещали публичные дома. На открытии одной строительной компании было накрыто 70 столов, а оперные представления длились 7 дней. Многие кадровики занимались коррупцией и развратом, тратили средства расточительно, соревновались друг с другом в роскоши, не считая это позором, а наоборот — гордясь этим, в то время как тех, кто упорно трудился, высмеивали как «быколевистов»…

Все вышеперечисленное невольно заставляет вспомнить о сегодняшнем дне: когда на нас обрушилась волна реформ, многие коммунисты «намочили ботинки» — как же похожа эта картина на ту, что была в те времена!

Мао Цзэдун был опечален, возмущён и обеспокоен.

В октябре 1951 года один из заместителей комиссара специальной администрации Тяньцзиня сообщил в организационный отдел провинции Хэбэй о фактах тяжких преступлений Лю Циншаня и Чжан Цзышаня. Провинциальный комитет Коммунистической партии Хэбэя немедленно начал расследование. На основании фактов их преступлений провинциальный комитет предложил провинциальному народному правительству арестовать Лю и Чжана в соответствии с законом. Было направлено запрос в Бюро Северного Китая, которое после обсуждения доложило об этом Чжоу Эньлаю для утверждения, и Чжоу Эньлай подписал согласие. Утром 29 ноября Департамент общественной безопасности провинции Хэбэй в соответствии с законом арестовал Чжан Цзышаня; 2 декабря Лю Циншань был немедленно арестован по возвращении из зарубежной поездки. 4 декабря провинциальный комитет партии Хэбэя обратился в Бюро Северного Китая за одобрением. Было принято решение об исключении Лю Циншаня и Чжан Цзышаня из партии.

Комитет провинции Хэбэй совместно с Комитетом города Тяньцзинь провел расследование и допросы по делу о коррупции Лю и Чжана и 14 декабря вынес предложение о мерах наказания:«Лю Циншань и Чжан Цзышань, злоупотребляя властью, похитили государственные средства, обогатились за счёт коррупции на огромные суммы, что абсолютно недопустимо ни по государственному закону, ни по партийной дисциплине. То, что столь высокопоставленные кадры, зная закон, нарушили его, обманывали партию, эксплуатировали труд рабочих, присваивали продовольствие и денежные средства, предназначенные для пострадавших от стихийных бедствий, вступали в сговор с частными предпринимателями с целью незаконного извлечения прибыли, свидетельствует о том, что их развращение и деградация достигли крайней степени. Если их не подвергнуть строгому наказанию, наша партия не сможет оправдаться перед народом, государственное право не сможет наказать других, а ущерб, нанесённый партии, будет чрезвычайно серьёзным. Поэтому мы единодушно решили приговорить их к смертной казни.»