Жизнь Пресвятой Девы Марии

Среди картин, которые я видела в световом шаре, было много таких, которые встречаются в литании Пресвятой Деве. Всякий раз, когда я произношу эту литанию, я вижу их, узнаю и почитаю с великим благоговением. Картины в шаре раскрывались все дальше, пока не достигли исполнения всего Божьего сострадания к человечеству, столь разделенному и рассеянному в своем падшем состоянии, и завершились, на стороне, противоположной Эдемскому саду, небесным Иерусалимом у подножия Престола Божия. После того как я увидела все эти картины, шар (который в действительности был чередой картин, входивших в круг света и выходивших из него) исчез. Думаю, все это было сообщением Иоакиму видения, открытого ему ангелом и также увиденного мною. Всякий раз, когда я получаю такое сообщение, оно является в круге света, подобном шару.

2.4 ИОАКИМ ПОЛУЧАЕТ БЛАГОСЛОВЕНИЕ ОТ КОВЧЕГА ЗАВЕТА.

Теперь я увидела, как ангел коснулся или помазал лоб Иоакима кончиками большого и указательного пальцев и дал ему съесть сияющий кусочек и выпить светящуюся жидкость из блестящей маленькой чаши, которую держал двумя пальцами. По форме она была подобна чаше Тайной вечери, но без ножки. Мне также показалось, что пища, которую он вложил ему в рот, приняла вид маленького сияющего колоса и маленькой сияющей грозди винограда, и я поняла, что после этого всякая нечистота и всякое греховное желание оставили Иоакима. Затем я увидела, как ангел передал Иоакиму высший и святейший плод благословения, данного Богом Аврааму и достигшего через Иосифа своей вершины в святыне внутри Ковчега Завета, в присутствии Бога среди Его народа. Он дал Иоакиму это благословение в той же форме, какую мне показывали прежде, с той лишь разницей, что ангел благословения дал Аврааму благословение от себя самого, как бы из своей груди, тогда как Иоакиму он, казалось, дал его из Святая святых. [1]

Благословение Авраама было как бы началом Божией благодати, данной в благословении отцу Его будущего народа, чтобы от него произошли камни для построения Его Храма. Но когда Иоаким получил благословение, это было так, словно ангел брал святое благословение из скинии этого Храма и передавал его священнику, чтобы из него был образован святой сосуд, в котором Слову предстояло стать Плотью. Все это невозможно выразить словами, ибо я говорю о том Святая святых, которое неприкосновенно, но было осквернено в человеке, когда тот согрешил и пал. С самой ранней юности я очень часто в своих видениях Ветхого Завета заглядывала внутрь Ковчега Завета и всегда воспринимала его как целую церковь, но более торжественную и внушающую благоговейный страх. Я видела в нем не только Скрижали Закона как написанное Слово Божие, но также таинственное присутствие Живого Бога, [1] подобное корням вина и пшеницы, плоти и крови будущей жертвы нашего искупления.

Благодать, дарованная этим благословенным присутствием, при содействии богобоязненных людей, живших под Законом, произвела то святое дерево, последним цветением которого стал чистый цветок, в котором Слово стало плотью и Бог стал Человеком; тем самым в Новом Завете Он даровал нам Свою человечность и Свою Божественность, установив Таинство Своих Тела и Крови, без которого мы не можем достичь вечной жизни. Я никогда не знала Ковчега Завета без таинственного присутствия Бога, кроме тех случаев, когда он попадал в руки врага; тогда святое присутствие находилось в безопасности в руках первосвященника или одного из пророков. Когда в Ковчеге Завета находились только Скрижали Закона, без святого сокровища, он казался мне подобным храму самарян на горе Гаризим или церкви нашего времени, в которой нет Пресвятого Таинства и которая вместо Скрижалей Закона, написанных рукою Божией, содержит лишь книги Священного Писания, несовершенно понимаемые человечеством.

В Ковчеге Завета, сделанном Моисеем, который находился в Храме и Скинии Соломона, я видела эту святейшую Святыню Ветхого Завета в виде сияющего круга, пересеченного двумя меньшими лучами света, перекрещивавшимися друг с другом; теперь же, когда ангел передал благословение Иоакиму, я увидела, как это благословение было дано ему в виде чего-то сияющего, по форме подобного светящемуся семени или бобу, которое он положил в раскрытую на груди одежду Иоакима. Когда благословение было передано Аврааму, я видела, как благодать сообщалась ему таким же образом, и ее сила и действенность оставались с ним в той мере, которая была определена Богом, пока он не передал ее своему первородному сыну Исааку, от которого она перешла к Иакову, а от него через ангела — к Иосифу, и от Иосифа и его жены, с возросшей силой, — к Ковчегу Завета. Я поняла, что ангел обязал Иоакима хранить тайну, и поняла, почему позднее Захария, отец Крестителя, сделался немым после того, как у алтаря каждения получил от Ангела Гавриила благословение и обетование плодовитости Елисаветы. [Св. Лк. 1:9–22.] Мне было открыто, что вместе с этим благословением Иоаким получил высший плод и истинное исполнение благословения Авраама, а именно благословение для непорочного зачатия Пресвятой Девы, которой предстояло сокрушить голову змея. Затем ангел вывел Иоакима обратно в Святое место и исчез, после чего Иоаким в экстазе упал на землю, словно парализованный. Священники, вновь вошедшие в Святое место, нашли его сияющим от радости. Они благоговейно подняли его и посадили снаружи на сиденье, обычно предназначавшееся только для священников. Здесь они омыли ему лицо, поднесли к ноздрям какое-то вещество с сильным запахом, дали ему выпить и вообще обращались с ним так, как обращаются с человеком, потерявшим сознание. Когда он пришел в себя, то выглядел молодым и сильным и сиял от радости.

II. НЕПОРОЧНОЕ ЗАЧАТИЕ

1. ИОАКИМ И СВЯТАЯ АННА ВСТРЕЧАЮТСЯ ПОД ЗОЛОТЫМИ ВОРОТАМИ.

Иоакима привело в Святое место предостережение свыше, и подобным же внушением он был направлен в подземный проход, который принадлежал к освященной части Храма и проходил под ним и под Золотыми воротами. Мне рассказывали, каково было значение и происхождение этого прохода при постройке Храма и для чего он использовался, но ясного воспоминания об этом у меня не осталось. Думаю, с этим проходом было связано некое религиозное установление, относившееся к благословению и примирению бесплодных. При определенных обстоятельствах людей приводили туда для обрядов очищения, искупления, отпущения и тому подобного. [1] Священники провели Иоакима возле места заклания через маленькую дверь в этот проход. Священники вернулись назад, а Иоаким продолжил идти по проходу, который постепенно спускался вниз. Анна также пришла в Храм со своей служанкой, несшей голубей для жертвоприношения в плетеных корзинах. Она передала свое приношение и открыла священнику, что ангел повелел ей встретиться с мужем под Золотыми воротами. Теперь я увидела, как священники в сопровождении нескольких почтенных женщин (среди которых, думаю, была пророчица Анна) провели ее через вход с другой стороны в освященный проход, где сопровождавшие ее оставили ее одну. Мне было дано очень удивительное видение того, как выглядел этот проход. Иоаким вошел через маленькую дверь; проход спускался вниз и сначала был узким, но затем становился шире. Стены сияли золотым и зеленым, а сверху проникал красноватый свет. Я видела красивые колонны, подобные переплетенным деревьям и виноградным лозам. Пройдя около трети прохода, Иоаким достиг места, посреди которого стояла колонна в виде пальмы со свисающими листьями и плодами. Здесь его встретила Анна, сияющая от счастья. Они обняли друг друга со святой радостью, и каждый рассказал другому свои благие вести. Они пребывали в состоянии экстаза и были окружены облаком света. Я видела, что этот свет исходил от великого сонма ангелов, которые несли образ высокой сияющей башни и парили над головами Анны и Иоакима. Форма этой башни была такой же, какую я вижу на изображениях из литании Пресвятой Деве — Башни Давидовой, Башни из слоновой кости и так далее. Я увидела, что эта башня как бы исчезла между Анной и Иоакимом, которые были окружены сиянием славы. Я поняла, что вследствие дарованной здесь благодати зачатие Марии было столь же чистым, какими были бы все зачатия, если бы не Грехопадение. Одновременно мне было дано неописуемое видение. Небеса раскрылись над ними, и я увидела радость Пресвятой Троицы и ангелов и их участие в таинственном благословении, которое здесь было даровано родителям Марии. Анна и Иоаким, прославляя Бога, пошли обратно к выходу под Золотыми воротами; ближе к концу проход снова поднимался вверх. Они вошли в нечто вроде часовни под прекрасной высокой аркой, где горело множество светильников. Здесь их встретили священники и увели. Часть Храма, над которой находился зал Синедриона, располагалась над серединой подземного прохода; над этим его концом, думаю, находились жилища священников, обязанностью которых было заботиться об облачениях. Теперь Иоаким и Анна вышли в нечто вроде выступа у самого внешнего края Храмовой горы, откуда открывался вид на долину Иосафата; здесь путь уже не мог идти прямо и разветвлялся направо и налево. После того как они посетили еще один дом священника, я увидела, как Иоаким и Анна со своими слугами отправились домой. По прибытии в Назарет Иоаким после радостной трапезы накормил множество бедных и раздал щедрую милостыню. Я видела, как Иоаким и Анна были исполнены радости, рвения и благодарности Богу при мысли о Его сострадании к ним; я часто видела, как они вместе молились со слезами.

Здесь мне было объяснено, что Пресвятая Дева была зачата своими родителями в святом послушании и совершенной чистоте сердца и что после этого они жили вместе в воздержании, в величайшем благочестии и страхе Божием. Одновременно мне было ясно показано, насколько неизмеримо святость детей поддерживается чистотой, целомудрием и воздержанием их родителей и их сопротивлением всяким нечистым искушениям; и как воздержание после зачатия сохраняет плод чрева от многих греховных побуждений. Вообще мне было дано преизобильное знание о корнях уродства и греха.

2. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ СВЕДЕНИЯ О ЗАЧАТИИ ПРЕСВЯТОЙ ДЕВЫ.

[Здесь следуют различные видения, которые Екатерина Эммерих сообщала в разное время в ходе своих ежегодных размышлений во время октавы праздника Непорочного Зачатия. Хотя они непосредственно не продолжают повествование о жизни Пресвятой Девы, они все же проливают замечательный свет на тайну Ее избрания, приготовления и почитания как сосуда благодати. Поскольку эти видения сообщались Екатериной Эммерих среди великих страданий и многочисленных перерывов, неудивительно, что они носят несколько фрагментарный характер.]

2.1 АНГЕЛАМ ПОКАЗЫВАЕТСЯ ВОССТАНОВЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.

В чудесном образе я увидела, как Бог показал ангелам, каким образом по Его воле должно быть восстановлено человечество после Грехопадения. Сначала я не поняла этого образа, но вскоре он стал мне совершенно ясен. Я увидела Престол Божий и Пресвятую Троицу и одновременно движение внутри этой Троицы. Я увидела девять хоров ангелов и то, как Бог объявил им, каким образом по Его воле должен быть восстановлен падший человеческий род. Я увидела среди ангелов невыразимую радость по этому поводу. Затем мне в ряде символических образов было показано развертывание Божиих замыслов о спасении человечества. Я видела, как эти образы являлись среди девяти хоров ангелов и следовали друг за другом в некой исторической последовательности. Я видела, как ангелы помогали создавать эти образы, охраняли и защищали их. Теперь я уже не могу с уверенностью вспомнить порядок, в котором они являлись, но во имя Божие расскажу то, что еще могу припомнить. Я увидела, как перед Престолом Божиим появилась гора, словно из драгоценных камней; она росла и расширялась. Она была устроена уступами, подобно престолу; затем она превратилась в подобие башни — башни, заключавшей в себе все сокровища духа и все дары благодати и окруженной девятью хорами ангелов. С одной стороны этой башни усики виноградной лозы и колосья, переплетенные, словно пальцы сложенных рук, казалось, ниспадали с края золотого облака. Я не могу вспомнить, в какой именно момент всего видения я увидела это. Я увидела в небе образ, подобный деве, который вошел в башню и как бы растворился в ней. Башня была очень широкой и плоской наверху; казалось, сзади в ней было отверстие, через которое дева вошла внутрь. Это была не Пресвятая Дева такой, какой Она существует во времени, но такой, какой Она существует в вечности, в Боге. Я увидела, как Ее образ формировался перед лицом Пресвятой Троицы, подобно тому как при дыхании перед ртом образуется маленькое облачко. [1] Я также увидела нечто, исходившее от Пресвятой Троицы к башне. В этот момент видения я увидела, как среди хоров ангелов образовался сосуд, подобный киворию. Все ангелы сообща придавали этому сосуду форму башни, окруженной множеством исполненных значения образов. Рядом с ним стояли две фигуры, соединявшие руки позади него. Этот духовный сосуд продолжал возрастать в величине, красоте и богатстве. Затем я увидела нечто, исходившее от Бога и проходившее через все девять хоров ангелов; оно казалось мне маленьким сияющим святым облаком, которое становилось все более отчетливым по мере приближения к таинственному сосуду, в который наконец вошло. Но чтобы я распознала в этом истинное и сущностное Божие благословение, дарующее благодать чистой и безгрешной линии из поколения в поколение (подобно выращиванию какого-либо растения во всей его чистоте), я наконец увидела это благословение в виде сияющего боба, вошедшего в киворий, который затем вошел в башню. [1] Я видела, как ангелы деятельно участвовали в явлении этих видений. Однако снизу, из глубины, поднялся ряд того, что казалось ложными видениями, ибо я видела, как ангелы боролись с ними и отбрасывали их прочь. Многие из этих ложных видений я забыла, но вот что еще помню о них.

Я увидела, как снизу поднялась церковь, почти той же формы, в какой мне всегда является святая вселенская Церковь, когда я вижу ее не как отдельное здание, а как Святую Католическую Церковь вообще. Однако было одно отличие: у последней над входом есть башня, а у церкви, поднявшейся из глубины, ее не было. Это была очень большая церковь, но ложная. Ангелы оттолкнули ее в сторону, так что она стояла вся перекошенная. Я увидела также большую чашу с выступом с одной стороны; она пыталась войти в ложную церковь, но также была отброшена. Затем я увидела, как ангелы приготовили чашу формы Чаши Тайной вечери, которая вошла в башню, куда вошла дева. Я увидела также, как появилось более низкое строение или башня со множеством дверей, через которые проходили толпы людей; среди них были фигуры, подобные Аврааму и детям Израиля. Думаю, это относилось к рабству в Египте. Я увидела, как поднялась круглая ступенчатая башня, также относившаяся к Египту. Ее оттолкнули назад и заставили стоять перекошенной. Я увидела также, как возник египетский храм, подобный тому, на потолке которого, как я видела, египетские жрецы-идолопоклонники прикрепили изображение крылатой девы после того, как получили от посланника Илии сообщения о пророческом видении Пресвятой Девы. О его видении я расскажу позднее; пророк видел его на горе Кармил. Этот храм тоже был отброшен назад и поставлен криво.

Затем между хорами ангелов, справа от святой башни, я увидела ветвь, на которой появились почки, образовав целое родословное дерево из маленьких мужских и женских фигур, державших друг друга за руки. Это родословное дерево завершалось появлением маленьких яслей с маленьким ребенком в них. Ясли были той же формы, что и те, которые я видела выставленными в храме Трех Царей. [1] Затем я увидела, как появилась прекрасная большая церковь.

То, каким образом все эти образы были соединены друг с другом и вместе с тем переходили один в другой, было чрезвычайно удивительно. Все видение было неописуемо богатым и исполненным значения. Даже отвратительные, злые, ложные образы башен, чаш и церквей, которые были отброшены в сторону, были обращены на содействие раскрытию замысла спасения.

[Рассказывая об этих разрозненных видениях, она снова и снова возвращалась к неизреченной радости ангелов. У этих фрагментарных видений не было настоящего завершения; по-видимому, они представляли собой ряд символических картин истории нашего спасения. Она добавила: «Прежде всего я увидела среди хоров ангелов образы дела искупления, а затем ряд картин от Адама до Вавилонского пленения».]

2.2 ЕГИПЕТСКОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ МАРИИ ДО ИЛИИ.

Я увидела нечто, происходившее в Египте очень давно и имевшее символическое отношение к Пресвятой Деве. Это должно было быть задолго до времен Илии. Я также видела нечто в Египте во времена его жизни, о чем расскажу позднее.

Я увидела место в Египте, гораздо более удаленное от Земли Обетованной, чем Он или Гелиополь, где на острове посреди реки стоял идол. У этого идола была голова, представлявшая нечто среднее между человеческой и бычьей, с тремя рогами, один из которых находился посреди лба. Фигура была полой, и в ее теле были отверстия, в которых, как в печи, сжигали жертвы. Ноги у нее были подобны когтям, а в одной руке она держала растение, похожее на лилию, которое растет из воды и раскрывается и закрывается вместе с солнцем. В другой руке идол держал растение, похожее на колосья с очень толстыми зернами; думаю, оно тоже растет из воды, но в этом я не вполне уверена. После великой победы в честь этого идола был построен храм, который теперь предстояло освятить, и все приготовления к жертвоприношению были завершены. Но когда люди направлялись к острову, я увидела, как произошло нечто удивительное. Возле идола я увидела темное и ужасное явление, а затем увидела великого ангела, нисходившего на него с небес, подобного тому, который явился святому Иоанну Евангелисту в Апокалипсисе. Этот ангел ударил темную фигуру в спину своим жезлом. Демон, корчась, был вынужден заговорить устами идола, предостерегая людей, чтобы они посвятили храм не ему, а деве, которой предстояло явиться на земле и которой они были обязаны благодарностью за свою победу. Я не могу вспомнить точных обстоятельств, но видела, что люди установили в новом храме изображение крылатой девы, прикрепленное к стене. Дева, летя, склонялась над маленьким кораблем, в котором лежал спеленатый ребенок. Корабль стоял на небольшом столбе, верх которого был покрыт листвой, как дерево. С одной из ее простертых рук свисали весы, и я увидела рядом с ней на стене две фигуры, которые клали что-то на каждую чашу весов. Маленький корабль, в котором лежал ребенок, был подобен тому, в котором Моисей лежал на Ниле, но он был открытым, тогда как корабль Моисея был полностью закрыт, кроме небольшого отверстия наверху.

2.3 ВИДЕНИЕ ИЛИИ О ПРЕСВЯТОЙ ДЕВЕ.

Я увидела всю Землю Обетованную иссохшей и выжженной засухой и увидела, как Илия с двумя слугами поднимается на гору Кармил, чтобы умолить Бога послать дождь. Сначала они поднялись через высокий горный хребет, затем по каменным ступеням на террасу, потом еще по множеству каменных ступеней и так достигли большого открытого пространства с каменистым холмом посреди него, в котором находилась пещера. Илия поднялся по ступеням на вершину этого каменистого холма. Он оставил слуг на краю открытого пространства и велел одному из них смотреть в сторону Галилейского моря, которое, однако, имело ужасный вид, ибо совершенно высохло и было полно впадин и пещер с разлагающимися телами животных в болотистой земле. Илия присел на землю, опустив голову между коленями, и, укрывшись плащом, горячо молился Богу и семь раз окликал своего слугу, спрашивая, не видит ли тот облака, поднимающегося из озера. После седьмого его оклика я увидела, как облако поднялось, и увидела, как слуга сообщил об этом Илии, который послал его к царю Ахаву. Я увидела, как посреди озера образовался белый вихрь; из этого вихря поднялось маленькое черное облако, подобное кулаку, которое раскрылось и стало расширяться. В этом маленьком облаке я с самого начала увидела маленькую сияющую фигуру, подобную деве. Я увидела также, что Илия различил эту фигуру в расширяющемся облаке. Голова этой девы была окружена лучами; она простерла руки в форме креста, и с одной руки у нее свисал победный венок. Ее длинное одеяние казалось завязанным под ногами. Она выглядела так, словно парила над всей Землей Обетованной в облаке, которое распространялось все дальше. Я увидела, как это облако разделилось на разные части и вихревыми потоками кристальной росы пролилось на определенные святые и освященные места, населенные благочестивыми людьми и теми, кто молился о спасении. Я видела, что эти потоки были окаймлены цветами радуги, а благословение принимало среди них форму жемчужины в своей раковине. Мне было объяснено, что это был символический образ и что избранные места, орошенные потоками из облака, в действительности были теми, которые внесли свою долю в пришествие Пресвятой Девы.

Я увидела также пророческое видение того, как Илия, пока облако поднималось, различил четыре тайны, относящиеся к Пресвятой Деве. К сожалению, вследствие помех и перерывов я забыла подробности и многое другое. Среди прочего Илия различил в облаке, что Мария родится в седьмом веке мира; отсюда его семикратный призыв к слуге. Он увидел также, из какого рода Ей надлежало произойти. На одной стороне страны он увидел низкое, но очень широкое родословное дерево, а на другой — очень высокое, широкое у основания, но сужавшееся к вершине, которая склонилась к первому дереву. Он понял все это и таким образом различил четыре тайны, относящиеся к будущей Матери Спасителя. После этого мне было видение того, как Илия расширил пещеру, над которой молился, и как придал Сынам Пророков более правильное устройство. Некоторые из них постоянно молились в этой пещере о пришествии Пресвятой Девы и заранее воздавали Ей почитание в ожидании Ее будущего рождения. Я увидела, что это почитание Пресвятой Девы продолжалось здесь непрерывно, что ессеи поддерживали его во время земной жизни Марии и что впоследствии оно было продолжено вплоть до нашего времени отшельниками и Орденом кармелитов, который в конце концов стал их преемником. [1]

2.4 РАЗЪЯСНЕНИЕ ВИДЕНИЯ ИЛИИ О ПРЕСВЯТОЙ ДЕВЕ.

[Когда позднее Екатерина Эммерих сообщала свои видения о времени Иоанна Крестителя, она увидела то же видение Илии применительно к состоянию страны и человечества, которое существовало во времена святого Иоанна. Поэтому мы приводим отсюда нижеследующее как разъяснение сказанного ею выше.]

Я увидела великое волнение в Иерусалимском Храме, множество совещаний, множество записей тростниковыми перьями и посланников, рассылаемых по стране. С криками и мольбами у Бога просили дождя, а Илию повсюду разыскивали. Я увидела, как в пустыне Илия получал пищу и питье от ангела, который держал сосуд, похожий на маленький сияющий бочонок с белыми и красными диагональными полосами. Я увидела все отношения Илии с Ахавом, жертвоприношение на горе Кармил, избиение жрецов Ваала, молитву Илии о дожде и собирание облаков. Наряду с иссушенностью земли я увидела великое иссушение и оскудение добрых плодов среди людей. Я увидела, что своей молитвой Илия вызвал благословение, образом которого было облако, и что он направлял и распределял его потоки в соответствии с внутренними видениями; иначе оно, возможно, превратилось бы в разрушительный потоп. Он семь раз спрашивал своего слугу об облаке; это означает семь поколений или веков мира, которые должны были пройти, прежде чем истинное благословение (для которого это облако благословения было лишь символом) укоренится в Израиле. Сам Илия увидел в поднимающемся облаке образ Пресвятой Девы и различил несколько тайн, относящихся к Ее рождению и происхождению. [1]

Я увидела, что молитва Илии сначала низвела благословение в виде росы. Опускались слои облаков, образовывавшие вихри с радужными краями; в конце концов они растворились в падающих каплях. Я увидела в этом связь с манной в пустыне, но манна по утрам густо и хрустко лежала на земле, подобно рунам, и ее можно было свернуть и унести. Я увидела, как этот кружащийся вихрь росы плыл вдоль берегов Иордана, но опускался лишь в некоторых примечательных местах, а не повсюду. Особенно ясно я видела эти сияющие вихри, опускавшиеся в Айноне, напротив Салима, и в тех местах, где позднее совершались крещения. Я спросила, что означают цветные края этих вихрей росы, и в объяснение мне был дан пример перламутровых раковин в море, которые также имеют края сияющих цветов; они подставляют себя солнцу, впитывая свет и очищая его от цвета, пока в их середине не образуются чистые белые жемчужины. Мне было также показано, что эта роса и последовавший за ней дождь были чем-то гораздо большим, чем обычное освежение земли влагой. Мне было ясно дано понять, что без этой росы пришествие Пресвятой Девы задержалось бы более чем на сто лет; тогда как после этого смягчения и благословения земли людям, питавшимся плодами почвы, были сообщены питание и освежение; благословение передавалось их телам и облагораживало их. Эта оплодотворяющая роса была связана с пришествием Мессии, ибо я видела, как ее лучи проникали из поколения в поколение, пока не достигли вещества тела Пресвятой Девы. Я не могу этого описать. Иногда на упомянутом мною цветном краю я видела, как появлялась одна или несколько жемчужин, имевших подобие человеческой фигуры, которая в одно мгновение исчезала, чтобы соединиться с другими такими жемчужинами. Образ жемчужной раковины был символом Марии и Иисуса.