Жизнь Пресвятой Девы Марии

2.15 ПАРАЛЛЕЛЬНОЕ ВИДЕНИЕ ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ РЕБЕНКА.

После того как ночью во сне я увидела справа от себя страшную картину убитого ребенка, я в ужасе повернулась в постели, но вновь увидела ее слева от себя. Я самым горячим образом умоляла Бога избавить меня от этого ужасного зрелища. Я проснулась и услышала бой часов. Мой небесный Жених сказал мне, указывая вокруг Себя: «Посмотри, насколько большее зло ежедневно причиняется Мне руками многих по всему миру». И когда я посмотрела вокруг вдаль, перед моей душой предстало многое, что было действительно еще ужаснее этого жертвоприношения детей; ибо я увидела Самого Иисуса, жестоко приносимого в жертву на Алтаре недостойным и греховным совершением Святых Тайн. Я увидела, как освященная Гостия лежала на алтаре перед недостойными, выродившимися священниками подобно живому Младенцу Иисусу, Которого они разрезали и ужасно калечили дискосом. Их жертвоприношение, хотя и было действенным совершением Святых Тайн, выглядело как жестокое убийство. [1]

Та же жестокость была показана мне в бессердечном обращении с членами Христовыми, Его последователями и усыновленными детьми Божиими. Я увидела, как в настоящее время бесчисленное множество добрых, несчастных людей повсюду угнетают, мучают и преследуют; и я всегда видела, что именно Иисус терпит это дурное обращение. Времена ужасны; убежища уже нигде нельзя найти; густое облако греха лежит над всем миром, и я вижу, как люди с полным равнодушием и беззаботностью предаются самым тяжким преступлениям. Я видела все это во многих видениях, пока мою душу вели через множество стран по всей земле. Наконец я вернулась к видениям праздника Зачатия Марии.

2.16 ИСТОРИЯ ПРАЗДНОВАНИЯ ЗАЧАТИЯ МАРИИ.

Я совершенно не в состоянии рассказать, каким удивительным образом прошлой ночью путешествовала во сне. Я находилась в самых разных частях света и в самых разных эпохах и очень часто видела, как в самых различных местах праздновали праздник Зачатия Марии. Я была в Эфесе и видела, как этот праздник совершался в доме Матери Божией, который все еще стоял там как церковь. Это, должно быть, было в очень раннее время, ибо я видела Крестный путь, устроенный Самой Марией, еще совершенно сохранившимся. [Второй Крестный путь был устроен в Иерусалиме, а третий — в Риме.]

Греки соблюдали этот праздник задолго до раскола. Я еще кое-что об этом помню, но не вполне уверена, что именно послужило началом. Я видела, как один святой, кажется Савва, имел видение, относящееся к Непорочному Зачатию. Он увидел образ Пресвятой Девы на земном шаре, сокрушающей ногами голову змея, и понял, что одна лишь Пресвятая Дева была зачата неуязвленной и неоскверненной змеем. [1] Я видела также, что одна из греческих церквей или один из греческих епископов отказался принять эту истину, если только образ не придет к ним через море. Затем я увидела, как явившийся образ поплыл по морю к их церкви и появился на алтаре, после чего они начали соблюдать этот праздник. В той церкви находился написанный святым Лукой образ Пресвятой Девы в натуральную величину, такой, какой Она была в Своей земной жизни, — в белом одеянии и покрывале. (Мне кажется, этот образ был прислан из Рима, где у них есть лишь поясной портрет.) Они поместили образ над алтарем на том месте, где явилось видение Непорочного Зачатия. Думаю, это было в Константинополе, или, возможно, я видела, как его почитали там в прежние времена.

Я была также в Англии и видела, как в древние времена там был введен и праздновался этот праздник. В связи с этим позавчера, в праздник святого Николая, я увидела следующее чудо. Я увидела аббата, плывшего из Англии и оказавшегося в большой опасности на корабле во время бури. Они очень горячо молились о защите Матери Божией, и я увидела явление святого епископа Николая Мирликийского, который плыл над морем к кораблю и сказал аббату, что Мария послала его возвестить ему, что тот должен установить в Англии празднование Непорочного Зачатия 8 декабря и что тогда корабль благополучно прибудет к месту назначения. На вопрос аббата, какие молитвы следует употреблять для этого праздника, он ответил: те же, что и на Рождество Марии. С введением этого праздника было связано также имя Ансельма [1], но подробности я забыла.

Я видела также введение этого праздника во Франции и то, как святой Бернард писал против него, потому что его введение не исходило из Рима. [1]

3. ДЕЙСТВИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ ГОДА, КОГДА ПРОИЗОШЛО ЗАЧАТИЕ МАРИИ (ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА).

Все, что до сих пор было записано о благословении, данном Иоакиму и Анне, составлено из видений и воспоминаний Екатерины Эммерих во время праздника Непорочного Зачатия 8 декабря. Однако в этот день в 1821 году она объяснила, что встреча Иоакима и Анны под Золотыми воротами произошла не в декабре, а осенью, в конце праздника Кущей (который продолжался с 15-го по 23-й день месяца Тишри, то есть в сентябре или октябре). [1] Так, перед тем как отправиться в Храм, она видела Иоакима, устраивавшего кущи вместе со своими пастухами (см. стр. 22), а Анну — получавшей обетование плодовитости во время молитвы под деревом, образовывавшим кущу. Однако в предыдущем, 1820 году она утверждала, что помнит, как Иоаким отправился в Иерусалим со своими дарами по случаю праздника освящения. Это не может быть обычный иудейский праздник освящения зимой (25-й день месяца Кислев), но, несомненно, должно быть памятное празднование освящения Храма Соломоном. Согласно ежедневным рассказам Екатерины Эммерих о трех годах служения Иисуса, Господь наш в конце праздника Кущей во второй год Своего служения находился в Аруме (в нескольких часах пути от Салима) и учил там о приближающемся разрушении Храма.

Этот праздник, правда, не упоминается в обычно используемых нами трудах об иудейских древностях, однако, думаю, в его существовании нельзя сомневаться, даже независимо от утверждений Екатерины Эммерих, если вспомнить, что Соломон праздновал освящение своего Храма в связи с праздником Кущей (3 Цар. 8:2–66 и 2 Пар. 7:10) и что Масора к 3 Цар. 8:2 и 54 назначает рассказ об освящении Храма Соломона в качестве праздничных чтений на второй и восьмой дни праздника Кущей. Хотя Екатерина Эммерих видела встречу Иоакима и Анны происходившей в конце праздника Кущей и, следовательно, на два месяца раньше церковного празднования зачатия Марии, именно по случаю этого праздника 8 декабря она всегда испытывала побуждение сообщать видения о зачатии Пресвятой Девы. Она говорила также, что именно в этот день, а не во время осеннего праздника Кущей, память об этом благодатном событии уже праздновалась тремя святыми царями, когда Христос посетил их в Аравии после воскрешения Лазаря.

Здесь заканчиваются дополнительные сообщения Екатерины Эммерих о зачатии Марии; теперь повествование о жизни Пресвятой Девы возобновляется.

4. ВСЕЛЕНИЕ ДУШИ МАРИИ И ЕЕ РОЖДЕНИЕ.

4.1 СОЕДИНЕНИЕ ДУШИ И ТЕЛА МАРИИ.

У меня было видение сотворения пресвятой души Марии и ее соединения с Ее пречистым телом. В славе, в которой Пресвятая Троица обычно является в моих видениях, я увидела движение, подобное великой сияющей горе и вместе с тем человеческой фигуре; и увидела, как нечто поднялось из середины этой фигуры к ее устам и вышло из них подобно сияющему свету. Затем я увидела этот свет стоящим отдельно перед Лицом Божиим, поворачивающимся и принимающим форму — или, вернее, получающим форму, ибо я видела, что, хотя этот свет принимал человеческий образ, именно по Воле Божией он получил столь неизреченно прекрасную форму. Я увидела также, как Бог показал красоту этой души ангелам и как они испытывали неизреченную радость от ее красоты. Я не в состоянии выразить словами все, что видела и поняла.

Когда после зачатия Пресвятой Девы прошло семнадцать недель и пять дней (то есть за пять дней до того, как беременность Анны достигла половины срока), я увидела святую мать Пресвятой Девы спящей в своей постели в доме близ Назарета. Затем над ней появился сияющий свет, и луч этого света упал на середину ее бока, а свет вошел в нее в образе маленькой сияющей человеческой фигуры. В тот же миг я увидела, как святая мать Пресвятой Девы приподнялась на своем ложе, окруженная светом. Она была в экстазе и имела видение, будто ее чрево открылось подобно скинии, чтобы заключить в себе маленькую сияющую Деву, от Которой должно было произойти все спасение человечества. Я увидела, что именно в этот миг дитя впервые зашевелилось в ней. Тогда Анна поднялась с ложа, оделась и сообщила о своей радости святому Иоакиму. Они оба возблагодарили Бога, и я увидела, как они молились под деревом в саду, где ангел утешил Анну. Мне было открыто, что душа Пресвятой Девы соединилась с Ее телом на пять дней раньше, чем у других детей, а Ее рождение произошло на двенадцать дней раньше.

4.2 РОЖДЕНИЕ МАРИИ.

За несколько дней до рождения Пресвятой Девы Анна сказала Иоакиму, что приближается время родов. Она послала вестников в Сепфорис, где жила ее младшая сестра Мараха; к вдове Энуэ (сестре Елисаветы) в долине Завулона; и к своей племяннице Марии Саломии в Вифсаиде, прося этих трех женщин приехать к ней. Я видела их в пути. С вдовой Энуэ был юноша-слуга; двух других женщин сопровождали их мужья, которые, однако, повернули обратно, приблизившись к Назарету. Я увидела, что за день до родов Анны Иоаким отправил своих многочисленных слуг-мужчин к стадам, а из новых служанок Анны оставил в доме лишь тех, кто был необходим. Сам он также вышел на ближайшее пастбище. Я увидела, что первородная дочь Анны, Мария Гели, присматривала за домом. Ей тогда было около девятнадцати лет, и она была замужем за Клеопой, одним из главных пастухов Иоакима, от которого у нее была маленькая дочь, Мария Клеопова, которой теперь было около четырех лет. После молитвы Иоаким выбрал лучших ягнят, козлят и скот и послал пастухов отвести их в Храм как благодарственную жертву. Домой он вернулся лишь с наступлением ночи.

Я увидела, как вечером три родственницы прибыли в дом Анны. Они вошли к ней в комнату за очагом и обняли ее. После того как Анна сказала им, что время ее родов близко, они встали и вместе запели гимн: «Хвалите Господа Бога; Он явил милость Своему народу, и искупил Израиль, и исполнил обещание, которое дал Адаму в Раю, что семя женщины сокрушит голову змея», — и так далее. Я уже не могу воспроизвести его целиком наизусть. Анна молилась словно в экстазе. В гимн она включила все пророческие символы Марии. Она сказала: «Семя, данное Богом Аврааму, созрело во мне». Она говорила об обещании Сарре рождения Исаака и сказала: «Цветение жезла Аарона совершилось во мне». В этот миг я увидела ее словно залитой светом; я увидела комнату, наполненную сиянием, и Лестницу Иакова, появившуюся над ней. Женщины были охвачены изумлением и радостью, и думаю, что они также видели это видение. Когда приветственная молитва закончилась, путешественниц подкрепили легкой трапезой из хлеба и фруктов и водой, смешанной с бальзамом. Они ели и пили стоя, а затем легли отдохнуть до полуночи после дороги. Анна не ложилась, а молилась и в полночь разбудила других женщин, чтобы они молились вместе с ней. Они последовали за ней к ее месту молитвы за завесой.

Анна открыла дверцы маленького шкафчика в стене, в котором находился ларец со священными предметами. По обеим сторонам были светильники — возможно, лампы, но я не уверена. Их нужно было выдвинуть вверх в держателях, а затем подложить снизу маленькие кусочки стружки, чтобы они не опускались. После этого светильники зажгли. У подножия этого подобия маленького алтаря стоял обитый мягким материалом табурет. В ларце находилось немного волос Сарры (Анна глубоко почитала ее), несколько костей Иосифа (принесенных Моисеем из Египта) и что-то принадлежавшее Товии, думаю, реликвия его одежды; а также маленький сияющий белый грушевидный кубок, из которого Авраам пил, когда ангел благословил его. (Он был дан Иоакиму из Ковчега Завета, когда тот получил благословение в Храме. Теперь я знаю, что это благословение приняло форму вина и хлеба и было укрепляющей и таинственной пищей.)

Анна преклонила колени перед маленьким шкафчиком, по одной женщине находилось с каждой стороны от нее, а третья — позади. Она произнесла еще один гимн; думаю, в нем упоминался горящий куст Моисея. Затем я увидела, как комнату наполнил сверхъестественный свет, становившийся все сильнее по мере того, как он обвивал Анну. Женщины опустились на землю, словно пораженные. Свет вокруг Анны принял точную форму горящего куста Моисея на Хориве, и я больше не могла видеть ее. Все пламя устремилось внутрь; и тогда я внезапно увидела, как Анна приняла в руки сияющее дитя Марию, завернула Ее в свой плащ, прижала к сердцу и положила обнаженной на табурет перед священными реликвиями, продолжая молиться. Затем я услышала плач ребенка и увидела, как Анна достала пеленки из-под большого покрывала, окутывавшего ее. Сначала она завернула дитя в серые, а затем в красные пеленальные повязки до рук; грудь, руки и голова оставались открытыми. Явление горящего куста вокруг Анны теперь исчезло.

Женщины поднялись и с великим изумлением приняли новорожденное дитя на руки. Они проливали слезы радости. Все они вместе запели хвалебный гимн, а Анна подняла свое дитя высоко, словно совершая приношение. В этот миг я увидела комнату, наполненную светом, и несколько ангелов, певших Gloria и Alleluia. Я слышала все их слова. Они возвестили, что на двадцатый день дитя должно быть названо Марией.

Теперь Анна вошла в свою спальню и легла на ложе. Тем временем женщины распеленали дитя, омыли Его и снова завернули, а затем положили рядом с матерью. Там была маленькая плетеная корзинка, которую можно было прикрепить возле кровати, к стене или у изножья кровати — в зависимости от необходимости, — так что дитя всегда могло находиться рядом с матерью и вместе с тем отдельно.

Теперь женщины позвали Иоакима, отца. Он подошел к ложу Анны и, плача, преклонил колени; его слезы падали на дитя. Затем он поднял Его на руки и произнес свою хвалебную песнь, подобно Захарии при рождении Иоанна. В этом гимне он говорил о святом семени, насажденном Богом в Аврааме, которое сохранялось среди Божьего народа посредством завета, скрепленного обрезанием, но теперь достигло своего высшего цветения в этом дитяти и во плоти завершилось. Я слышала также, как в этой хвалебной песне провозглашалось, что теперь исполнилось слово пророка: «И произойдет отрасль от корня Иессеева». Он сказал также с великим смирением и благоговением, что теперь охотно умер бы.

Только тогда я заметила, что Мария Гели, старшая дочь Анны, увидела дитя лишь позднее. Хотя она уже несколько лет была матерью Марии Клеоповой, при рождении Пресвятой Девы она не присутствовала — возможно, потому, что по иудейским правилам считалось неприличным, чтобы дочь находилась при матери в такое время.

На следующее утро я увидела слуг и служанок и множество людей из окрестностей, собравшихся вокруг дома. Им позволяли входить группами, и женщины показывали всем дитя. Многие были глубоко тронуты, а некоторые после этого стали жить лучше. Соседи пришли потому, что ночью увидели над домом сияющий свет, а также потому, что рождение ребенка у Анны после долгого бесплодия считалось великой милостью с небес.

4.3 РАДОСТЬ НА НЕБЕСАХ ПРИ РОЖДЕНИИ МАРИИ.

В тот миг, когда новорожденное дитя лежало на руках Своей святой матери Анны, я увидела, что одновременно дитя было представлено на небесах пред Пресвятой Троицей и встречено неизреченной радостью всем небесным воинством. Тогда я поняла, что Ей сверхъестественным образом было открыто все Ее будущее со всеми его радостями и скорбями. Мария была научена бесконечным тайнам и все же была и оставалась ребенком. Мы не можем понять этого Ее знания, потому что наше знание растет на древе добра и зла. Она знала все так же, как ребенок знает грудь своей матери и знает, что должен пить из нее. Когда видение, в котором я увидела, как дитя Мария таким образом через благодать было наставлено на небесах, исчезло, я впервые услышала Ее плач.

Я часто вижу подобные картины, но для меня они невыразимы и, вероятно, для большинства людей не вполне понятны; поэтому я их не рассказываю.

4.4 ВОЗВЕЩЕНИЕ О РОЖДЕНИИ МАРИИ В ЛИМБЕ.

В миг рождения Марии я увидела, как весть была принесена патриархам в лимбе. Я увидела их всех, особенно Адама и Еву, исполненными неизреченной радости от исполнения обещания, данного в Раю. Я также восприняла, что патриархи продвинулись в своем состоянии благодати, что место их пребывания стало светлее и просторнее и что им было дано оказывать большее влияние на земле. Это было так, словно весь их труд и покаяние, вся борьба, плач и томление их жизни созрели в предназначенный им плод.

4.5 ВОЛНЕНИЕ В ПРИРОДЕ И СРЕДИ ЛЮДЕЙ ПРИ РОЖДЕНИИ МАРИИ.

Во время рождения Марии я увидела великое и радостное волнение в природе, в животном мире и в сердцах всех добрых людей и услышала звук сладостного пения. Грешники же были охвачены страхом и скорбью. Я увидела, особенно близ Назарета, но также и в остальных частях Земли Обетованной, как многие одержимые в это время впали в неистовое буйство. Их с громкими криками бросало из стороны в сторону, а бесы вопили изнутри них: «Мы должны уступить, мы должны выйти!»

В Иерусалиме я увидела, как престарелый священник Симеон, живший при Храме, в миг рождения Марии был потрясен громкими воплями безумных и одержимых бесами, многие из которых были заперты в одном здании на одной из улиц Храмовой горы. Симеон жил рядом с ними и отчасти отвечал за присмотр за ними. Около полуночи я увидела, как он вышел на открытое место перед домом одержимых и спросил одного из них, жившего ближе всех, о причине громких криков, разбудивших всех ото сна. Человек закричал еще громче, что он должен выйти. Симеон открыл дверь; одержимый выбежал наружу, и сатана закричал из него: «Я должен выйти. Мы все должны выйти! Родилась Дева! На земле столько ангелов, которые мучают нас! Теперь мы должны выйти и больше никогда не сможем входить в людей!» Я увидела Симеона горячо молящимся; несчастного человека бросало туда и сюда по открытому месту, и я увидела, как бес вышел из него. Мне доставило великую радость видеть престарелого Симеона. Я увидела также, как пророчица Анна и Ноемия пробудились и через видения были извещены о рождении избранного дитя. [Ноемия была сестрой матери Лазаря; она находилась при Храме и позднее стала учительницей Марии.] Они встретились и рассказали друг другу о том, что видели. Думаю, они знали Анну, мать Пресвятой Девы.

4.6 ВОЗВЕЩЕНИЕ О РОЖДЕНИИ МАРИИ В ХАЛДЕЕ.

В ночь рождения Марии я увидела в одном городе халдеев, что пяти сивиллам, или девам-пророчицам, были дарованы видения. Я увидела, как они поспешили к жрецам, которые затем во многих местах объявили, что эти пророчицы видели, что родилась Дева и что многие боги сошли на землю приветствовать Ее, тогда как другие духи бежали перед Ней, стеная. Я увидела также, что образ Девы, державшей весы, уравновешенные колосьями и виноградом, который звездочеты видели со времени зачатия Марии, больше не был им видим. В час рождения Марии он, казалось, вышел из звезды, оставив в ней промежуток, и опустился вниз и прочь от нее в одном определенном направлении. Теперь они изготовили и установили в своем храме великого идола, которого я видела там в своих видениях жизни Иисуса; он имел некоторое отношение к Пресвятой Деве. [1]

Позднее они установили в своем храме еще один символический образ Пресвятой Девы — заключенный сад. Я видела живых животных, лежавших в этом храме, за которыми ухаживали. Я не уверена, были ли это собаки. Их кормили мясом других животных. До сих пор я всегда видела ночью внутри храма трех святых царей удивительное освещение. Казалось, будто смотришь вверх на звездное небо со всеми созвездиями. Они изменяли это искусственное небо в своем храме в соответствии с видениями, которые наблюдали на небесах. Так, после рождения Марии свет, прежде приходивший извне, теперь исходил изнутри.

4.7 СОБЫТИЯ В ЕГИПТЕ ВО ВРЕМЯ РОЖДЕНИЯ МАРИИ.

Когда родилась Пресвятая Дева, я увидела, как изображение крылатой женщины с весами в руке (склонявшейся над ребенком в маленьком кораблике, лежавшем на вершине дерева) было сброшено в море со своего места в храме на острове посреди реки. Я видела, как этот образ был установлен там очень давно, еще до времени Илии, в соответствии с вынужденным прорицанием идола. Маленькое дерево, на котором лежал ребенок в кораблике, осталось на своем месте. Позднее там была построена церковь.

В момент рождения Марии я увидела, как с потолка храма падали части той крылатой женской фигуры с тремя грудями, которую я видела прикрепленной к потолку храма, когда посланник Илии возвестил пророчество своего господина о грядущей Деве. Лицо, три груди и нижняя часть тела упали и разбились на куски. Венец в форме меры, руки с колосьями, верхняя часть тела и крылья не упали.

4.8 ПОСЕЩЕНИЯ НОВОРОЖДЕННОЙ МАРИИ.

9 сентября, на следующий день после рождения Марии, я увидела в доме еще нескольких родственников из окрестностей. Я слышала много имен, но снова их забыла. Я увидела также, как прибыли многие слуги Иоакима с более отдаленных пастбищ. Всем показали новорожденное дитя, и все были исполнены великой радости. Трапеза в доме сопровождалась большим ликованием.

10 и 11 сентября я снова видела многих, приходивших посмотреть на дитя Марию. Среди них были родственники Иоакима из долины Завулона. В этих случаях дитя выносили в переднюю часть дома в маленькой колыбели и ставили на высокую подставку (похожую на козлы для пиления), чтобы показать людям. Дитя было завернуто в красное и до обнаженных рук покрыто прозрачной белой тканью; вокруг шеи у Нее было маленькое прозрачное покрывало. Колыбель была покрыта красной и белой тканью.

Я видела, как Мария Клеопова (двух- или трехлетняя дочь старшей дочери Анны и Клеопы) играла с дитятей Марией и ласкала Ее. Мария Клеопова была полным, крепким ребенком и носила белое платье без рукавов с красной каймой, на которой висели красные пуговки, похожие на маленькие яблоки. Вокруг ее обнаженных рук были маленькие белые венки, казавшиеся сделанными из перьев, шелка или шерсти.

4.9 ДИТЯ ПОЛУЧАЕТ ИМЯ МАРИЯ.

[22–23 сентября] Сегодня я увидела большие приготовления к празднику в доме Анны. Всю мебель отодвинули в сторону, а в передней части дома убрали перегородки, чтобы вместо нескольких маленьких комнат получился один большой зал. Вдоль каждой стороны этого зала я увидела длинный низкий стол, накрытый для трапезы множеством предметов, которых прежде не замечала. На столе стояли хрупкие сосуды с ажурными верхами, похожими на корзинки; возможно, они предназначались для цветов. На боковом столике я увидела множество маленьких белых палочек, по-видимому костяных, и ложки в форме глубоких раковин, ручки которых оканчивались кольцом. Были там также маленькие изогнутые трубочки, возможно, для втягивания жидкости.

В центре зала был установлен своего рода алтарный стол, покрытый красной и белой тканью. На нем стояла маленькая корытообразная корзина-колыбель из красного и белого плетения, покрытая небесно-голубой тканью. Рядом с этим алтарем стоял аналой, задрапированный тканью, на котором лежали пергаментные молитвенные свитки. Перед алтарем стояли пять священников из Назарета, один из них был облачен пышнее остальных; рядом с ними стоял Иоаким. В глубине, возле алтаря, находились несколько мужчин и женщин из семей Анны и Иоакима, все в праздничных одеждах. Я помню, что видела сестру Анны Мараху из Сепфориса, старшую дочь Анны и других. Сама Анна, хотя уже не лежала в постели, оставалась в своей комнате за очагом и на церемонии не присутствовала.

Энуэ, сестра Елисаветы, вынесла дитя Марию, завернутую до рук в красные пеленки, покрытые прозрачной белой тканью, и положила Ее на руки Иоакиму. Священники подошли к алтарю, где лежали свитки, и молились вслух. Двое из них поддерживали шлейф главного священника. Затем Иоаким передал дитя в руки первосвященника, который, подняв Ее в знак приношения во время молитвы, положил Ее в колыбель на алтаре. Затем он взял ножницы, у которых, как у наших щипцов для снятия нагара со свечи, на конце была маленькая коробочка для того, что отрезалось. Ими он срезал с головы дитяти три маленьких пряди волос (по одной с каждой стороны и одну сверху) и сжег их в жаровне. Затем он взял сосуд с елеем и помазал пять чувств дитяти, касаясь большим пальцем Ее ушей, глаз, носа, рта и груди. Он также написал имя Мария на пергаменте и положил его на грудь дитяти. Затем Ее вернули Иоакиму, который передал Ее Энуэ, чтобы та отнесла Ее обратно к Анне. Были исполнены гимны, а после этого началась трапеза, но больше я ничего не видела.