Международное инвестиционное право. Учебник

Двойное налогообложение может быть экономическим и юридическим[102]. В первом случае налог взимается более чем с одного лица в отношении одного и того же объекта. Вторая ситуация возникает, когда одно и то же лицо облагается налогом дважды на один и тот же доход более чем одним государством.

В юридической литературе отмечается, что международное налогообложение можно рассматривать в широком и узком понимании. В первом значении в это понятие включают отношения, связанные с обложением и взиманием государством налогов и иных аналогичных безвозмездных обязательных платежей с лиц, подпадающих под налоговую юрисдикцию данного государства. Во-втором, наряду с указанным, а него включают взаимодействие налоговых органов различных государств (обмен информацией, противодействие международному уклонению от налогообложения и т. д.)[103].

Существует несколько моделей соглашений об избежании двойного налогообложения.

Первая – это Модельная налоговая конвенции[104] ОЭСР. Основная ее идея – это реализация налогообложения по принципу резидентства.

Вторая модель – это Модельная (типовая) конвенция ООН об избежании двойного налогообложения в отношениях между развитыми и развивающимися странами (1980),[105] которая строится по принципу территориальности.

В литературе обращается внимание на то, что первая модельная конвенция рассчитана на отношения между государствами, равными политически и экономически, вторая – на отношения между развитыми и развивающимися странами и представляет собой определенный компромисс между принципом источника дохода и принципом резидентства[106].

В России принято Постановление Правительства Российской Федерации от 24.02.2010 № 84 «О заключении межгосударственных соглашений об избежании двойного налогообложения и о предотвращении уклонения от уплаты налогов на доходы и имущество»[107], в котором содержится типовое соглашение об избежании двойного налогообложения и о предотвращении уклонения от уплаты налогов на доходы и имущество. Это типовое соглашение включает в себя нормы, которыми регулируются правовой статус субъектов, указание на налоги, на которые оно распространяется, налоговый режим, методы устранения двойного налогообложения и порядок реализации положений соглашения.

В качестве российских примеров соглашений об избежании двойного налогообложения можно назвать Соглашение между Российской Федерацией и Великим Герцогством Люксембург об избежании двойного налогообложения и предотвращении уклонения от налогообложения в отношении налогов на доходы и имущество[108], Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики об избежании двойного налогообложения и предотвращении уклонения от налогообложения в отношении налогов на доходы[109], Соглашение между Российской Федерацией и Швейцарской Конфедерацией об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал[110].

В российской судебной практике содержится достаточно большой массив судебных актов, касающихся вопросов применения соглашений об избежании двойного налогообложения. Примерами могут быть судебные акты, толкующие цели таких соглашений[111], термины[112], место исполнения налоговой обязанности[113].

Следует отметить, что в условиях обострившейся геополитической обстановки в мире Российская Федерация приостановила действие ряда отдельных положений соглашений об избежании двойного налогообложения с 38 недружественными государствами[114].

3.4. Акты мягкого права

Акты мягкого права представляют собой важный инструмент в современной юридической системе, позволяющий государствам, международным организациям и негосударственным акторам регулировать отношения на основе консенсуса и взаимного интереса. Они играют ключевую роль в формировании глобального правопорядка, способствуя гармонизации норм и стандартов. Мягкое право не имеет обязательной юридической силы, однако его рекомендации и принципы часто становятся основой для последующей разработки обязательных норм.

Примеры актов мягкого права включают декларации, резолюции и рекомендации, которые направлены на содействие международному сотрудничеству и решению мировых проблем, таких как изменение климата, защита прав человека и устойчивое экономическое развитие. Несмотря на свою неформальную природу, такие акты могут влиять на национальное законодательство, побуждая государства адаптировать свои законы в соответствии с международными стандартами.

Таким образом, акты мягкого права служат важным связующим звеном между различными уровнями регулирования, способствуя более эффективному взаимодействию и обеспечивая платформу для диалога между различными участниками международных отношений.

В области инвестиционных отношений также принят ряд актов мягкого права, которые разработаны международными организациями, направлены на гармонизацию отношений, связанных с транснациональными инвестиционными потоками.

Примерами актов мягкого права в области регулирования транснациональных инвестиций являются некоторые документы, принятые международными организациями.

Так, например, Руководящие принципы Всемирного банка по режиму иностранных инвестиций направлены на содействие устойчивому экономическому развитию и обеспечению доверия между государствами и инвесторами. Основной акцент делается на прозрачность регуляторных рамок, защите прав собственности и обеспечении справедливых условий для иностранного капитала. Эти принципы способствуют формированию благоприятной инвестиционной среды, которая, в свою очередь, привлекает иностранных инвесторов и способствует созданию новых рабочих мест. Ключевым элементом является обеспечение предсказуемости правовой системы, что позволяет инвесторам планировать свои действия и минимизировать риски. Особое внимание уделяется вопросам соблюдения экологических норм и социальных стандартов, что подчеркивает важность устойчивого развития в глобальном контексте. В конечном итоге руководящие принципы призваны укрепить партнерство между государствами и частным сектором, способствуя взаимовыгодному сотрудничеству и реализации инвестиционных проектов, которые приносят пользу как инвесторам, так и местным сообществам. Руководящие принципы по режиму иностранных инвестиций не имеют обязательного характера. Скорее это манифест либерального продвижения инвестиций, который представляет собой акт международного мягкого права.

Другим примером является Кодекс либерализации движения капиталов, который был принят Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР)[115] в 1961 г. и представляет собой ключевой документ, регулирующий работу международных финансовых рынков и способствующий экономической интеграции стран-членов. Стремясь к увеличению потоков капиталов и улучшению инвестиционного климата, данный кодекс устанавливает принципы, на которых основываются открытость и прозрачность в движении капитала.

Основная цель Кодекса заключается в создании единого и предсказуемого правового пространства, способствующего международным инвестициям. Он охватывает вопросы, касающиеся свободного перемещения капиталов, защиты прав инвесторов и обеспечения надлежащего соблюдения нормативных актов, что имеет за собой устранение избыточных административных барьеров. Кодекс также подчеркивает важность сотрудничества между государствами для борьбы с отмыванием денег и финансированием терроризма, что, в свою очередь, усиливает доверие к финансовым системам стран. В условиях глобализации инвесторы ищут новые возможности, и Кодекс ОЭСР становится важным инструментом в достижении устойчивого экономического роста и развития. Таким образом, его принципы служат ориентирами для создания благоприятного инвестиционного климата в странах, стремящихся к интеграции в мировую экономику.

Страны – члены ОЭСР продекларировали, что стремятся постепенно отменять между собой ограничения на перемещение капиталов в той степени, которая необходима для эффективного экономического сотрудничества. Государства, подписавшие Кодекс, обязались не проводить дискриминации в отношении других стран – членов, в том, что касается предоставления разрешений на заключение и исполнение сделок и трансфертов, которые подлежат любой степени либерализации.

Вместе с тем если экономическое и финансовое положение страны-члена оправдывает такой курс, то она не обязана выполнять все меры либерализации.

Кодекс ввел понятие «прямое инвестирование», под которым понимаются вложения, осуществляемые с целью установления прочных экономических отношений с предприятием, например, капиталовложения, которые дают возможность осуществлять эффективное влияние на руководство этим предприятием. При этом предусматриваются и правовые формы, в которых может быть реализовано прямое инвестирование: (1) создание или расширение предприятия, дочерней фирмы или филиала, находящихся в собственности инвестора, приобретение инвестором в полную собственность существующего предприятия; (2) участие в новом или существующем предприятии; (3) ссуды на пять лет или на более длительный срок.

3.5. Национальное законодательство

Как уже указывалось, основным источником регулирования иностранных инвестиций в национальных правопорядках являются двусторонние инвестиционные соглашения. Вместе с тем правовые режимы иностранных инвестиций в государствах определяются национальными законами. Рассмотрим правовой режим иностранных инвестиций на примере российских законодательных актов.

В Российской Федерации существует целый ряд нормативных правовых актов, регулирующих иностранные инвестиции. Основным нормативным актом является Закон об иностранных инвестициях.

Кроме того, существуют и иные законы, в которых в той или иной степени урегулированы вопросы, связанные с иностранными инвестициями. Такими законами, например, являются Закон о валютном регулировании и валютном контроле, Закон о стратегических предприятиях, Закон о концессионных соглашениях, Закон о соглашениях о разделе продукции» и др.

Вопросы иностранных инвестиций регулируются и подзаконными нормативными актами. Такими актами, например, являются Постановление Правительства РФ от 22.05.2006 № 302 «О создании и деятельности на территории закрытого административно-территориального образования организаций с иностранными инвестициями», Постановление Правительства РФ от 06.07.2008 № 510 «О Правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в РФ».

Особое значение в регулировании иностранных инвестиций имеет постановление № 992. Принципиальное значение этого постановления заключается в том, что был осуществлен переход от стандартизированного к индивидуальному подходу к инвестору. Приложением к постановлению являются «Критерии определения целесообразности проведения переговоров и заключения международных договоров РФ по вопросам поощрения и защиты инвестиций».

Другим значимым источником регулирования иностранных инвестиций в Российской Федерации являются соглашения (Конвенции) об избежании двойного налогообложения (около 80 соглашений с участием России, часть не вступила в силу[116]). Эти соглашения основаны на Типовой модели Конвенции об избежании двойного налогообложения, разработанной Организацией экономического сотрудничества и развития (1963). Вместе с тем Правительство РФ унифицировало процедуры и содержание соглашения об избежании двойного налогообложения, приняв Постановление от 24.02.2010 № 371 «О заключении межгосударственных соглашений об избежании двойного налогообложения и о предотвращении уклонения от уплаты от налогов на доходы и имущество».

3.6. Обычаи

Обычай в международном праве – это недоговорная норма поведения, являющееся результатом продолжительного и регулярного применения стихийно сложившихся правил к единообразным жизненным ситуациям в отношениях между различными субъектами (как частными, так и публичными) международных отношений. Особенностью международно-правового обычая как источника права является то, что он не закреплен в международном правовом акте (международном двухстороннем договоре или международной многосторонней конвенции). При этом правовые нормы, имеющие закрепление в правовом акте, находясь на более высокой ступени иерархии нормативных регуляторов, имеют приоритет перед обычаем.

Как правило, обычаи не находят своего закрепления в неких документах. Исключение составляют частные сборники обычаев, которые не имеют официального характера.

Обычаи характеризуются такими признаками, как их единообразный и общепризнанный характером. Помимо того, выделяют такие признаки обычаев, как их ясность, постоянство применения, длительность существования, непрерывное существование, разумность, обязательность, обеспеченность применения общественным мнением, стереотипность, устойчивость, соответствие закону и общему интересу.

Отличие международного правового акта от обычая в том, что правовой акт явен, поскольку документирован, в то время как обычай не зафиксирован на бумаге.

В международном инвестиционном праве обычаи исторически формируются в форме обычаев делового оборота, которые, как правило, касаются стандартов защиты прав инвесторов.

В определенном смысле обычай в международном инвестиционном праве предшествует международным договорам и конвенциям[117]. Первоначально поддержка обычаев осуществлялась через взаимодействие государств в рамках дипломатической защиты прав инвесторов. Затем утверждение стандартов защиты прав и интересов инвесторов происходило через судебные решения, принимаемые международным инвестиционным арбитражем, а затем уже фиксировалось в двухсторонних инвестиционных соглашениях.

Особенностью обычая в международном инвестиционном праве является то, что они формируются, как правило, поведения в отношениях между публичным субъектом – реципиентом инвестиций и частным субъектов – инвестором. Это накладывает отпечаток как на механизм формирования обычая, так и на его содержание. Неравенство субъектов инвестиционных отношений предопределяет то, что публичный субъект (государство) является, как правило, пассивным субъектом в формировании обычая международного инвестиционного права. Обычай формируется под влиянием требований инвесторов, которые нуждаются в защите от реальных или мнимых злоупотреблений со стороны государства – реципиента инвестиций.

3.7. Арбитражная практика

Одним из источников развития международного инвестиционного права являются акты, принимаемые международным инвестиционным арбитражем и международным коммерческим арбитражем.

Международный инвестиционный арбитраж и международный коммерческий арбитраж являются разновидностями одного феномена – международного частного правосудия. Несмотря на генетическое единство и множество схожих черт, указанные разновидности арбитража представляют собой автономные институты разрешения международных споров. Тем не менее и инвестиционный арбитраж и коммерческий принимают акты, в которых разрешаются международные споры инвестиционного характера.

В то же время различия между инвестиционным арбитражем и коммерческим арбитражем диктуют и те особенности, которыми характеризуются постановления, принимаемые этими юрисдикционными образованиями.

Обособление инвестиционного арбитража произошло путем создания МЦУИС. Специфика деятельности этого органа в том, что он рассматривает исключительно споры между государством – реципиентом инвестиций и частным инвестором. Это обстоятельство повлияло как на принципы разрешения споров, так и на процедуру арбитражного разбирательства.

Так, одной из главных особенностей, отличающих инвестиционный арбитраж от международного коммерческого арбитража, является транспарентность его деятельности. Если работа международного коммерческого арбитража подчинена принципу конфиденциальности, то инвестиционный арбитраж действует на основании принципа открытости[118].

Транспарентность инвестиционного арбитража проявляет себя не только в том, что по общему правилу разбирательство должно проходить публично, но и в том, что постановления арбитража публикуются в открытом доступе. Указанные обстоятельства делают доступными решения инвестиционного арбитража, которые в силу своего прецедентного характера оказывают регулятивное воздействие на инвестиционные отношения.

Ситуация, складывающаяся в коммерческом арбитраже несколько иная. Как уже упоминалось, международный коммерческий арбитраж (в том числе и тот, который рассматривает инвестиционные споры, включая споры государства и частного инвестора) по общему правилу функционирует в закрытом режиме. Большинство постановлений международных коммерческих арбитражей, будучи конфиденциальными, остаются закрытыми для широкой публики. Это обстоятельство затрудняет формирование единых подходов по тем или иным правовым позициям в рамках рассмотрения новых дел.

Вместе с тем «корпорация арбитров» – это относительно неширокий круг юристов и адвокатов, которые зачастую совместно рассматривают дела в международном коммерческом арбитраже, выступают в качестве экспертов или представителей сторон. По этой причине обмен мнениями, разработка правовых позиций, заимствование аргументации в тех или иных формах имеют место и тем способствует формированию единой практики.

Сложности, связанные с балансированием между конфиденциальностью и потребностями доведения до широкой общественности обобщенной практики международных коммерческих арбитражей, преодолеваются за счет публикации решений арбитража. Конечно, такие публикации возможны только в том случае, если участники процесса дали согласия на это или, если судебный процесс не был наделен режимом конфиденциальности. В то же время практика публикации арбитражных решений позволяет найти баланс между соблюдением принципа конфиденциальности и необходимостью доведения до общественности состоявшихся арбитражных актов. Так, из публикуемых арбитражных решений вымарываются наименования сторон. Об успешности и эффективности такой публикационной практики свидетельствует деятельность профессора М.Г. Розенберга, который ввел в научный и практический оборот огромное количество решений, принятых Международным коммерческим арбитражным судом при торгово-промышленной палате Российской Федерации[119].

Значение практики международного инвестиционного арбитража и международных коммерческих арбитражей определяется и тем обстоятельством, что арбитры при принятии решений основывают их не только на нормах международного права, актах национального законодательствах, но и на обычаях, формируемых в коммерческом обороте и закрепляемым арбитражами[120].

Как уже подчеркивалось, постановления инвестиционного арбитража носят прецедентный характер. Это особенно важно относительно проблем юридизации понятия инвестиции и производных от него понятий (инвестор, реципиент инвестиций, инвестиционная деятельность, инвестиционный спор). Указанные понятия, будучи базовыми для международного инвестиционного права, не имеют четко выраженных дефиниций. Их толкование лежит на плечах арбитража, рассматривающего спор. Принимаемые арбитражем постановления восполняют аморфность регулирования.

Глава 4

Понятие инвестиций, капиталовложений и инвестиционной деятельности в международном инвестиционном праве

4.1. Попытки формулирования понятия инвестиции в вашингтонской конвенции

Понятие инвестиций является, пожалуй, наиболее важным и в то же время неоднозначным вопросом международного инвестиционного права.

Длительный период времени после Второй мировой войны мировое сообщество пыталось найти устраивающую все государства формулу понятия инвестиций, однако этого так и не удалось сделать.

Драматические споры разворачивались вокруг понятия «инвестиции» в процессе обсуждения текста Вашингтонской конвенции, которая по замыслу ее разработчиков должна была стать многосторонним документов по инвестициям, объединяющим большинство государств мира, представляющих как глобальный Север, так и глобальный Юг. Однако Председатель сессий, на которых готовилась Конвенция, Арон Брошес (Aron Broches), не хотел включать в этот документ определение «инвестиций», поскольку было бы трудно найти удовлетворительное определение и поскольку любое определение, скорее всего, привело бы к юрисдикционным спорам[121].

Тем не менее ряд предложений привел к следующему определению инвестиций в ст. 30 Первого проекта Конвенции: «Любой вклад в виде денег или других активов, имеющих экономическую ценность, на неопределенный срок или, если срок определен, на срок не менее пяти лет»[122]. Как видим, предложенное определение носило очень высокий уровень абстракции и его применение в практических целях было весьма затруднительно. По этой причине предложенное определение вызвало шквал критических замечаний, в ходе которых высказывались возражения против использования понятия «вклад», против указания на временной промежуток использования вклада и проч.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

См.: Геннекен Э. Опыт построения научной критики: эстопсихология /

2

Советский Союз не ратифицировал соглашения о создании МВФ и МБРР и не сделал взносы золотом в капитал указанных организаций.

3

URL: https://digitallibrary.un.org/record/218450?ln=ru (дата доступа: 22.11.2024).

4

URL: https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/rights_and_

5

См.: Витцум В.Г. Международное право. М.: Инфотропик Медиа, 2011. С. 634.

6

Фархутдинов И.З. Международное инвестиционное право и процесс. М., 2010. С. 13.

7

См.: Аттали Ж. Карл Маркс. Мировой дух. М., 2008. С. 192.

8

Дипак Л. Похвала империи. Глобализация и порядок. М., 2010. С. 15.

9

См.: Гарусова Л.Н., Котляр Н.В. Мировая политика и международные отношения: региональный аспект. Владивосток, 2010. С. 24.

10

Этот тезис наиболее последовательно отстаивается в одном из самых влиятельных течений мировой политологической мысли – структурном либерализме // Международные отношения и мировая политика: Учебник для вузов / Под ред. П.А. Цыганкова. М., 2023. С. 261.

11

В связи с этим вряд ли можно согласиться с утверждением о том, что «сразу после окончания биполярного противостояния и распада СССР в мировой политике наблюдается ситуация беспорядка: не вполне ясна новая конфигурация центров власти, размытой выглядит иерархия распределения силы» (Международные отношения и мировая политика; учебник для вузов / Под ред. П.А. Цыганкова. М., 2023. С. 198). Крушение биполярного мира привело к гегемонии на мировой арене Соединенных Штатов. Другое дело, что такая гегемония, судя по тенденции, не будет вечной. Очевидно, что в первой четверти ХХI в. начинают формироваться новые центры силы, которые, по всей видимости, в будущем будут эффективно конкурировать с США.

12

Один из наиболее влиятельных критиков глобализации американский экономист, лауреат нобелевской премии Джозеф Стиглиц пишет о том, что процесс глобализации наносит непоправимый урон промышленности, негативно сказывается на научно-техническом прогрессе, стимулирует безработицу, способствует бедности и нищете (Stiglitz J. Globalization and its Discontents. London, 2002; Stiglitz J. Making Globalization Work. London, 2006).

13

Эта концепция, сформулированная коллективом американских ученых под руководством профессора Джеймса Розенау, основана на разделении понятий «правительство» и «управление» (Rosenau J., & Czempiel, E. (Eds.). Governance without Government: Order and Change in World Politics (Cambridge Studies in International Relations). Cambridge: Cambridge University Press, 1992; Rosenau J. Governance in New Global Order // Governing Globalization: Power, Authority and Global Governance / D. Held, A. McGrew (eds.) Polity Press, 2002. P. 71).

14

См.: Шумилов В.М. Международный экономический правопорядок // Российский внешнеэкономический вестник. 2016. № 3.