Раскрыть способности ребёнка. Десять подходов к семейному воспитанию

Хасе на мгновение растерялся и замолчал.

В этот момент маленькие Седез и Грантер подбежали, подпрыгивая.

«Папа, мы наконец-то поняли», — воскликнули маленький Седез и Грантер в один голос. Конечно, они обращались к своим отцам.

«Что вы поняли?» — спросил Хассе.

«Это тот же вопрос, что и раньше: между каждым из нас есть связь», — первым ответил маленький Седез.

— Ну, а как именно мы связаны? — спросил Хасе.

«Возьмём, к примеру, нашу сегодняшнюю прогулку — уже само это событие доказывает нашу связь», — маленький Седез указал на Грантера. «Я и Грантер влияем друг на друга, точно так же, как вы и мой папа влияете друг на друга».

«Это действительно так. Папа, ты тоже можешь влиять на маленького Седеза, так же как мистер Седез может влиять на меня», — смело объяснил Грантер своему отцу своё понимание этого вопроса.

«Итак, что это за влияние?» — спросил Хассе.

«Под влиянием господина Седеза я понял, что обучение — это не только усвоение знаний», — сказал Грантер.

«Да, да, под влиянием господина Хассе я чуть не…» — не договорив, маленький Седез резко прикрыл рот рукой.

«Не говори ерунду!» — Седез слегка погладил сына по голове. Он прекрасно знал, что дальше сын обязательно скажет: «Под влиянием господина Хасе я чуть не утратил стремление к истине».

Сравнивать детей друг с другом чрезвычайно вредно

Иногда то, что кажется разумным, не приносит ожидаемого результата. Например, взрослые иногда сознательно или бессознательно сравнивают детей, надеясь таким образом пробудить в них стремление к совершенствованию, но на самом деле такие сравнения только ранят самолюбие детей. Седез прямо указал, что сравнивать детей с другими крайне вредно.

«Доктор Седез, посмотрите, как весело играют эти два малыша!» — сказал однажды Хассе, ужиная с Седезом.

«Да, они очень хорошие друзья», — ответил Седез, продолжая есть.

«Но только что у меня возникла одна мысль…» — Хасе замялся.

«Какая мысль?» — спросил Седез.

«Послушайте, они каждый день так хорошо ладят друг с другом, почему бы нам не устроить для них соревнование?» — сказал Хассе.

«Какое соревнование?» — спросил Седез.

«Можно посмотреть, кто больше читает, у кого лучше успеваемость, а можно и посмотреть, чьи увлечения более значимы», — сказал Хасе.

«Зачем устраивать такое соревнование? В чём его смысл?» — спросил Седез у Хассе.

«Конечно, есть. Это обязательно пробудит в них дух соперничества и в конечном итоге поможет им всем вместе добиться прогресса», — воодушевленно ответил Хассе.

«О, боже», — Седез не мог поверить, что Хассе пришла в голову такая ужасная идея, — «такой, казалось бы, разумный подход в конечном итоге приведёт к противоположному результату. Соревнование между детьми только навредит им. Я считаю, что сравнивать детей друг с другом чрезвычайно вредно».

Несмотря на решительное несогласие Седеза, Хасе не отказался от своей затеи и тайно приступил к реализации своего плана.

Около недели Седез не видел, чтобы сын катался на своих любимых качелях. Но однажды Седез обнаружил, что сын тренируется с гантелями, как взрослый.

Это открытие поразило Седеза; он никак не мог понять, зачем сын так усердно тренируется с гантелями. Тем более что такие упражнения не подходят для ребенка его возраста.

— Сынок, что ты делаешь?

— Я тренируюсь, — ответил маленький Седез.

— Почему ты не качаешься на качелях, чтобы тренироваться, а вместо этого возишься с этой громоздкой штукой? — спросил Седез, указывая на гантели в руках сына.

«На качелях он гораздо хуже меня, но у меня меньше силы, чем у него», — ответил маленький Седез.

«О ком ты говоришь?» — Седез не совсем понял, о чём говорит сын.

«Конечно, Грантер», — тут же сказал маленький Седез отцу, — «это мистер Хасе устроил нам соревнование. Он сказал, что тот, кто сделает это лучше, — гений».

«Боже мой! Этот глупый Хассе, он действительно устраивает такие скучные соревнования за моей спиной и думает, что я не узнаю?» Услышав такие слова сына, Седез невольно про себя упрекнул Хассе.

Седез считал, что его сын, хотя и не был чрезвычайно крепким ребёнком, всё же не отставал, просто уступал от природы сильному Грантелю. В этом не было ничего страшного, но под так называемым «стимулом» Хасе маленький Седез тоже стал заниматься глупостями.

«Ты занимаешься с гантелями, чтобы превзойти Грантера?» — спросил Седез у сына.

«Конечно, я же не хочу, чтобы люди говорили, что я хуже него. Тем более что во всех остальных аспектах я сильнее его, и ни в коем случае не могу проиграть ему в этом», — ответил маленький Седез.

— Но какая тебе от этого польза? — спросил Седез у сына.

На вопрос отца маленький Седез не знал, что ответить.

«Дорогой сын, ты должен понимать, — терпеливо объяснял Седез сыну, который не мог ответить на его вопрос, — мы учимся или занимаемся спортом ради самосовершенствования, а не для того, чтобы соревноваться с другими. Зачастую эти так называемые соревнования совершенно бессмысленны. К тому же у каждого человека есть свои сильные и слабые стороны, и тебе просто невозможно превзойти других во всех отношениях. Подумай сам: Грантер выше тебя ростом и такой крепкий — вполне нормально, что он сильнее тебя, но это вовсе не значит, что твои физические данные хуже его. Зачем тебе соперничать с другими из-за такой мелочи? К тому же сейчас занятия с гантелями тебе только навредят. Я советую тебе немедленно прекратить такие тренировки и вернуться к ним, когда подрастешь».

Услышав эти слова отца, маленький Седез сразу понял, в чём дело, отложил гантели и вышел на улицу качаться на качелях.

Седез решил, что нужно как следует поговорить об этом с Хасе, и направился к его дому. Как только он открыл дверь и вошёл, сразу услышал, как Хасе его ругает.

«Ты такой дурак! Я устроил вам соревнование, чтобы вы вместе прогрессировали, а ты, напротив, становишься всё хуже и хуже!» — Хасе в ярости упрекал Грантера.

«Я тоже не понимаю, я приложил столько усилий, но так и не могу его превзойти», — с обидой ответил Грантер.

«Ни по литературе, ни по математике, ни по географии твои оценки не сравниваются с оценками маленького Седеза. Я не знаю, чем ты занимаешься каждый день! Раньше было еще немного лучше, а сейчас ты отстаешь от него ещё больше — я действительно не понимаю, что с тобой происходит. Я устроил вам соревнование, чтобы ты прогрессировал, а не чтобы ты с каждым разом становился всё хуже», — рычал Хассе.

«Мне тоже это странно. Каждый раз, когда я думаю, что обязательно должен обогнать маленького Седеза, я никак не могу сосредоточиться на учебе. Почему так?» — Грантер почувствовал себя ещё более обиженным.

«Не ищи оправданий, просто ты слишком тупой», — не выдержал Хасе и разразился гневом. В этот момент Грантер увидел Седеза, сразу же почувствовал невыносимый стыд и, заливаясь слезами, убежал в свою комнату.

«О, доктор Седез, вы пришли», — Хасе, увлечённый руганью ребёнка, не заметил прихода Седеза и обратил на него внимание только после того, как Грантер ушёл. «Я и подумать не мог: я придумал это соревнование, чтобы подбодрить обоих ребят и заставить их усердно учиться, а Грантер становится всё хуже и хуже».

«Вы, может, и не догадались, но я об этом давно подумал», — сказал Седез Хасеину. «Я сегодня пришёл именно по этому поводу».

«Что? Вы об этом давно догадались?» — удивлённо посмотрел Хасе на Седеза.

«Я тогда же советовал вам не предъявлять к ребенку таких требований, но вы не прислушались», — сказал Седез Хассе. «Я всегда считал, что сравнивать детей с другими — вредно и бесполезно. Это очевидно: в таком сравнении более сильная сторона только наполняется гордыней, а это не приносит ребенку никакой пользы. А что же слабая сторона? Ситуация станет еще хуже: он начнет считать себя неспособным. Как только что сказал твой сын Грантер, он приложил все усилия, но всё равно не смог превзойти других. В результате он почувствует себя слишком плохим, слишком беспомощным и даже сочтёт себя дураком. Если так будет продолжаться, ребёнок просто лишится уверенности в себе. В этом и заключается суть дела: ребёнок, утративший уверенность в себе, действительно станет дураком».