Арбитражное процессуальное право. Учебник для вузов

Научная дискуссия

Еще до революции Е.А. Нефедьев правильно отмечал, что гласность не только избавляет суд от различного рода нареканий и подозрений, позволяет сторонам не бояться правосудия, окруженного канцелярской тайной, но «благодаря гласности производства суд имеет воспитательное значение для общества»[56].

Принцип сочетания единоличного и коллегиального начал судопроизводства. На основании ч. 1 ст. 17 АПК РФ дела в первой инстанции арбитражного суда рассматриваются судьей единолично. Исключением из данного правила являются случаи, предусмотренные ч. 2–4 ст. 17 АПК РФ. Так, в первой инстанции арбитражного суда коллегиальным составом судей рассматриваются следующие дела:

– об оспаривании нормативных правовых актов (следует принимать во внимание, что в целом эти дела рассматриваются судами общей юрисдикции по правилам КАС РФ, в рамках арбитражного процесса эти дела может рассматривать и разрешать Суд по интеллектуальным правам);

– направленные в арбитражный суд первой инстанции на новое рассмотрение с указанием на коллегиальное рассмотрение;

– решения о коллегиальном рассмотрении которых приняты председателем судебного состава в связи с их особой сложностью на основании мотивированного заявления судьи;

– относящиеся к подсудности Суда по интеллектуальным правам (ч. 2 ст. 17 АПК РФ).

Кроме того, по ходатайству какой-либо из сторон о рассмотрении дела с участием арбитражных заседателей арбитражный суд первой инстанции рассматривает экономические споры и иные дела, возникающие из гражданских и иных правоотношений, в составе судьи и двух арбитражных заседателей (ч. 3 ст. 17 АПК РФ).

Дела в арбитражном суде апелляционной и кассационной инстанций, а также в порядке надзора рассматриваются коллегиально в составе трех или иного нечетного количества судей, если иное не установлено АПК РФ (ч. 4 ст. 17 АПК РФ).

Таким образом, коллегиальное рассмотрение дел в арбитражном суде первой инстанции осуществляется в составе трех судей или судьи и двух арбитражных заседателей. Однако не подлежат рассмотрению с участием арбитражных заседателей дела, предусмотренные ч. 2 ст. 17 АПК РФ, а также дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, и дела особого производства (ч. 3 ст. 17 АПК РФ).

Рассмотрение дела и разрешение отдельных процессуальных вопросов судьей единолично подразумевает, что он действует от имени арбитражного суда. При коллегиальном рассмотрении дела один из судей председательствует в судебном заседании.

Согласно ч. 1 ст. 18 АПК РФ состав суда для рассмотрения каждого дела, в том числе с участием арбитражных заседателей, формируется с учетом нагрузки и специализации судей путем использования автоматизированной информационной системы. В случае невозможности использования в суде такой системы допускается формирование состава суда в ином порядке, исключающем влияние на его формирование лиц, заинтересованных в исходе судебного разбирательства.

В силу ст. 20 АПК РФ вопросы, возникающие при рассмотрении дела судом в коллегиальном составе, разрешаются судьями большинством голосов. Никто из судей не вправе воздержаться от голосования. Судья – председательствующий в заседании – голосует последним. Судья, несогласный с мнением большинства судей, голосовавших за принятие судебного акта, обязан подписать этот судебный акт и вправе изложить в письменной форме свое особое мнение. При изложении соответствующего мнения судья не вправе сообщать кому бы то ни было сведения о содержании обсуждения при принятии судебного акта, о позиции отдельных судей, входивших в состав суда, и иным способом раскрывать тайну совещания судей.

Судебная практика

Как пояснил Верховный Суд РФ, если дело в силу ч. 3 ст. 17 АПК РФ может быть рассмотрено с участием арбитражных заседателей, то при проведении собеседования судья выясняет мнения участвующих в деле лиц в отношении привлечения к рассмотрению дела арбитражных заседателей и разъясняет сторонам право не позднее чем за один месяц до начала судебного разбирательства заявить ходатайство о рассмотрении дела с их участием (ч. 2 ст. 19 АПК РФ). Разъяснение данного права может быть изложено в определении о принятии искового заявления к производству (Постановление Пленума ВС РФ от 4 июня 2024 г. № 12 «О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде»).

Научная дискуссия

По мнению А.А. Демичева и В.А. Илюхиной, «ни аналогия закона и аналогия права, ни сочетание единоличного и коллегиального начала в судопроизводстве не являются принципами процессуальных отраслей российского права, принципами цивилистического процесса»[57].

§ 3. Основополагающие судопроизводственные (функциональные) принципы арбитражного процессуального права

Судопроизводственные (функциональные) принципы арбитражного процессуального права направлены на процессуальную регламентацию деятельности субъектов, принимающих участие при отправлении правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Понятие

Судопроизводственные (функциональные) принципы арбитражного процессуального права – это нормативные положения, которые устанавливают основы процессуального порядка рассмотрения и разрешения дел в арбитражных судах, а также определяют специфику правового положения субъектов арбитражных процессуальных правоотношений.

К основополагающим судопроизводственным (функциональным) принципами арбитражного процессуального права, как правило, относят:

– законность;

– диспозитивность;

– состязательность;

– равноправие сторон;

– сочетание устности и письменности судебного разбирательства;

– непосредственность судебного разбирательства.

Принцип законности. Законность – один из ключевых принципов арбитражного процессуального права и всей правовой системы РФ. Принцип законности отражен в ряде норм Конституции РФ. Так, в силу ч. 2 ст. 15 органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию РФ и законы. Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В АПК РФ принцип законности (legalitas) закреплен в ст. 6, в соответствии с которой законность при рассмотрении дел арбитражным судом обеспечивается правильным применением законов и иных нормативных правовых актов, а также соблюдением всеми судьями арбитражных судов правил, установленных законодательством о судопроизводстве в арбитражных судах. При этом судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта (ч. 4 ст. 3 АПК РФ).

Таким образом, можно констатировать, что принцип законности выражается, с одной стороны, в обязанности судей соблюдать нормы законодательства о судопроизводстве в арбитражных судах (процессуальная составляющая принципа), а с другой – в предписании арбитражным судам правильно применять и толковать нормы материального права (материально-правовая составляющая принципа). Это означает, что во многом принцип законности в отношении судов реализуется как через отдельные процессуальные действия, совершаемые ими, так и окончательный правоприменительный акт по заявленному требованию, который должен отвечать требованиям законности и обоснованности (ч. 4 ст. 15 АПК РФ). В последнем случае, если судебное решение отклоняется от указанных требований, оно подлежит отмене или изменению в апелляционном, кассационном или надзорном порядке.

Судебная практика

Решение является законным, если оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (Постановление Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении»).

Наряду со сказанным важно отметить, что невзирая на выраженную в ст. 6 АПК РФ обращенность принципа законности к органу правосудия, на самом деле его действие распространяется на всех участников арбитражных процессуальных правоотношений без исключения.

Судебная практика

Верховный Суд РФ указывает нижестоящим судам на необходимость исходить при осуществлении проверки решений, действий (бездействия) из того, что при реализации государственных или иных публичных полномочий наделенные ими органы и лица связаны законом (принцип законности) (ст. 6 и ч. 4 ст. 200 АПК РФ). Кроме того, Верховный Суд РФ подчеркивает, что законность оспариваемых решений, действий (бездействия) нельзя рассматривать лишь как формальное соответствие требованиям правовых норм. В частности, проверяя законность решения, действия (бездействия) по основанию, связанному с несоблюдением требования пропорциональности (соразмерности) и обусловленным этим нарушением прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, судам с учетом всех значимых обстоятельств дела надлежит выяснять, являются ли оспариваемые меры обоснованными, разумными и необходимыми для достижения законной цели, не приводит ли их применение к чрезмерному обременению граждан и организаций (Постановление Пленума ВС РФ от 28 июня 2022 г. № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»).

Научная дискуссия

По суждению А.Т. Боннера, «нормальное функционирование правовой системы возможно лишь при условии неуклонного и последовательного претворения в жизнь принципа законности»[58].

Г.Л. Осокина усматривает принцип законности судопроизводства по гражданским и иным юридическим делам в определенном правовом режиме, при котором «суд правильно применяет нормы материального закона и строго соблюдает нормы процессуального закона, а участники гражданского судопроизводства строго и точно исполняют свои процессуальные обязанности, а также беспрепятственно реализуют свои процессуальные права»[59].

Принцип диспозитивности. В цивилистическом процессе диспозитивность, которая органически связана с аналогичным принципом в гражданском праве (п. 2 ст. 1 ГК РФ), но не совпадает с ним[60], означает, что по общему правилу возникновение, изменение и прекращение процессуальных правоотношений происходит по волевому распоряжению (dispositivus) или инициативе непосредственных участников спорных материальных правоотношений. Иными словами, диспозитивность уместно трактовать как свободу распоряжения процессуальными и материальными правами, установленными законом. При этом стоит заметить, что в процессуальном законодательстве непосредственно не применяются термины «диспозитивность» или «принцип диспозитивности», хотя в правовой доктрине и судебной практике они достаточно широко используются.

Судебная практика

Процессуальное законодательство не содержит норм, позволяющих суду по собственной инициативе изменять основание материально-правового требования с целью более эффективной защиты конкурсной массы. Соответствующие полномочия могут быть реализованы только самим управляющим путем подачи ходатайства (ч. 1 ст. 49 АПК РФ). Обратное является нарушением как принципа диспозитивности, согласно которому стороны свободно распоряжаются своими процессуальными правами (ст. 49 АПК РФ), так и принципа равноправия сторон, в силу которого суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение (ст. 8 АПК РФ) (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 18 сентября 2025 г. № 309-ЭС16-3578(11) по делу № А76-22197/2013).

Из истории

В немецкой цивилистической процессуальной доктрине XIX в., а вслед за этим и в отечественной правовой отраслевой теории, долгое время принцип диспозитивности в судопроизводстве по гражданским делам рассматривался как продолжение метода и начала диспозитивности гражданского права и распадался на материальную (материально-правовые притязания сторон) и формальную составляющие (процессуально-правовые притязания сторон)[61].

Научная дискуссия

Известный дореволюционный процессуалист Е.В. Васьковский относил принцип диспозитивности к числу безусловных и непреложных начал цивилистического процесса ввиду того, что «отступления от него, если бы они и были сделаны в законе, все равно не могут получить практического осуществления без воли заинтересованных лиц»[62].

В свою очередь в середине 20-х годов XX в. А.А. Бугаевский писал, что даже в советском гражданском процессе, в котором судье необходимо отыскивать объективную истину по делу, принцип диспозитивности не снижает своей общей значимости, прежде всего он выражается в инициировании истцом судебного разбирательства – без подачи искового заявления «возникнуть дело в суде не может»[63].

В более поздний период, но еще до появления современной системы арбитражных судов и арбитражного судопроизводства, а именно в конце 80-х годов прошлого века, А.Т. Боннер замечал, что «принцип диспозитивности является одним из специфических гражданско-процессуальных принципов. Начало диспозитивности пронизывает все гражданское судопроизводство от возникновения конкретного гражданского дела до исполнительного производства»[64].

И.М. Зайцев, раскрывая содержание принципа диспозитивности, резюмировал, что данный принцип определяет распоряжение участниками спора своими правами, которые в судопроизводстве приобретают процессуальный характер. Диспозитивными чертами характеризуются материальные права субъектов спора, но в то же время диспозитивность проявляется в процессуальных правоотношениях, что в целом обуславливает указанный принцип[65].

В настоящее время принцип диспозитивности наиболее широко внедрен и апробирован в арбитражном процессе, что во многом связано с новой логикой отраслевого законодательства, в соответствии с которой лицам, участвующим в деле, предоставлена наибольшая независимость от властных предписаний при совершении ими действий, вызывающих те или иные правовые последствия. Словом, на формально легальном уровне эти лица обладают самыми обширными усмотренческими возможностями по самостоятельному распоряжению как процессуальными, так и материальными правами. Наиболее показательные проявления принципа диспозитивности в арбитражном процессе выражаются через допустимость реализации истцом и ответчиком, как лицами, участвующими в деле, следующих прав, а именно:

– на обращение в арбитражный суд (ст. 4 АПК РФ), что гарантировано конституционным правом на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ);

– на предъявление иска (гл. 13 АПК РФ);

– на предъявление встречного иска (ст. 132 АПК РФ);

– на обращение с заявлением о применении обеспечительных мер (гл. 8 АПК РФ);

– на изменение основания или предмета иска, а равно размера исковых требований, признание иска, отказ от иска (ст. 49 АПК РФ) (в последнем случае не имеет значение, чем вызван отказ от иска – добровольным удовлетворением ответчиком требований истца, утратой интереса к судебному рассмотрению спора, нежеланием дальнейшего использования механизмов судебной защиты, прощением долга полностью или в части и др.[66]);

– на использование различных примирительных процедур или заключение мирового соглашения (гл. 15 АПК РФ);

– на апелляционное (ст. 257 АПК РФ), кассационное (ст. 273 АПК РФ), надзорное обжалование (ст. 308.1 АПК РФ) актов арбитражного суда и Верховного Суда РФ;

– на обращение с заявлением о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам (гл. 37 АПК РФ);

– на принудительное приведение в исполнение судебных актов после вступления их в законную силу (разд. VII АПК РФ, Федеральный закон от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Таким образом, специфика принципа диспозитивности состоит в том, что лица, участвующие в деле, – и в особенности стороны как субъекты, состоящие в спорных (бесспорных) материальных правоотношениях, – распоряжаются в арбитражном судопроизводстве процессуальными и материальными правами по своему автономному усмотрению и исходя из собственных интересов. Это осуществляется посредством совершения (несовершения) ими отдельных процессуальных действий, которые тесно соотносятся с предметом заявленного материально-правового требования, влияющих на развитие процессуальных правоотношений[67], что сопряжено с некоторыми дополнительными рисками.

Причем данный функциональный принцип прослеживается на всех без исключения стадиях арбитражного судопроизводства, в разной степени воздействуя на динамику и статику урегулирования правового казуса по существу, которое может окончиться как вынесением решения, так и прекращением производства (к примеру, если стороны пришли к мировому соглашению) либо оставлением заявления без рассмотрения (в частности, если стороны заключили соглашение о передаче спора на разрешение третейского суда во время судебного разбирательства до принятия судебного акта).

Судебная практика

В силу принципа диспозитивности, присущего производству в арбитражных судах, процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, вследствие чего лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения (несовершения) ими процессуальных действий (Определение КС РФ от 29 мая 2025 г. № 1418-О).

Вместе с тем анализируемый принцип нельзя сводить к абсолютной и безграничной свободе в сфере перечисленных выше правомочий, поскольку наряду с правами законом для лиц, участвующих в деле, установлены корреспондирующие обязанности. Проще говоря, данные лица должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (ч. 2 ст. 41 АПК РФ). Но в то же время они несут процессуальные обязанности, которые предусмотрены АПК РФ и другими федеральными законами либо возложены на них арбитражным судом в пределах имеющейся дискреции и на основании действующего закона (ч. 3 ст. 41 АПК РФ).

Злоупотребление процессуальными правами, ненадлежащее исполнение или неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой определенные негативные правовые последствия (ч. 2, 3 ст. 41 АПК РФ). Так, арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела по существу и принятию законного и обоснованного судебного акта (ч. 2 ст. 111 АПК РФ).

Судебная практика

Арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей. Из материалов дела следует, что требования суда, изложенные в двух определениях истцом не исполнялись. Неисполнение процессуальных обязанностей повлекло за собой затягивание судебного процесса, а также необходимость перехода из упрощенного порядка рассмотрения дела по общим правилам искового производства (Решение Арбитражного суда Хабаровского края от 7 сентября 2018 г. по делу № А73-7247/2018).

Кроме того, ряд диспозитивных действий подлежит контролю со стороны органа правосудия, так как они являются условными и реализуются лицами, участвующими в деле, лишь при наличии надлежащей последующей официальной властной санкции. Например, арбитражный суд может:

– не принять отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, а также не утвердить мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (ч. 5 ст. 49 АПК РФ);

– предложить сторонам при рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения по итогам реализации примирительных процедур исключить из него отдельные условия, противоречащие закону или нарушающие права и законные интересы других лиц (ч. 8 ст. 141 АПК РФ);

– не утвердить кандидатуру судебного примирителя, выбранную сторонами, если она не удовлетворяет формальным требованиям, а также определена без учета специализации и региона проживания такого примирителя (ч. 2 ст. 136, ч. 2 ст. 138.5 АПК РФ)[68].

Судебная практика

Нужно принимать во внимание, что результатом примирительных процедур может быть частичный или полный отказ истца от иска (признание ответчиком иска), а равно полный или частичный отказ от апелляционной, кассационной, надзорной жалобы. При этом соответствующие правомочия вытекают из принципа диспозитивности, согласно которому стороны свободно распоряжаются своими процессуальными правами (Постановление Пленума ВАС РФ от 18 июля 2014 г. № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе»).

Итак, во-первых, принцип диспозитивности в арбитражном процессе, непосредственно взаимосвязанный с первоначалами законности, равноправия, юридической истины, состязательности и некоторыми иными, гармонично сочетает в себе материально-правовые и процессуальные компоненты. Во-вторых, он предполагает достаточно свободное явное волевое распоряжение лицами своими правами (ratione voluntatis), которые предоставлены им законом. Последнее осуществляется посредством совершения (несовершения) ими различных процессуальных действий, что свою очередь детерминирует возникновение, изменение и прекращение процессуальных правоотношений. В-третьих, рассматриваемый принцип подразумевает отдельные легальные ограничения, что выражается в виде необходимости соблюдения императивных нормативных предписаний, прав и законных интересов других лиц, а также исполнения возложенных на лиц, участвующих в деле, процессуальных обязанностей[69].

Принцип состязательности. Принцип состязательности, как и начало диспозитивности, в арбитражном процессуальном праве является одним из стержневых, поскольку имеет не только теоретическое, но важное практическое значение. Именно состязательность позволяет лицам, участвующим в деле, и в особенности сторонам, проявить свою активную доказательственную позицию при установлении наличия (отсутствия) обстоятельств, обосновывающих заявленные требования и возражения, а также иных фактов, имеющих юридическое значение для правильного рассмотрения и разрешения дела по существу в порядке арбитражного судопроизводства.

Из истории

Начиная со времен римского гражданского процесса, постепенно сформировались три известных типа судебного производства по гражданским делам: состязательный, следственный и смешанный (состязательно-следственный и следственно-состязательный). В каждом из этих типов доказывание фактических обстоятельств по делу распределяется по-разному: если в состязательном типе бремя доказывания полностью возлагается на лиц, участвующих в деле (ei incumbit probatio, qui dicit, non qui negat); то при следственном – правовым фундаментом служит активная доказательственная деятельность органа судебной власти, который вправе собирать любые доказательственные материалы по собственной инициативе; тогда как смешанный тип предполагает сочетание состязательных и следственных компонентов в той или иной вариации. Каждый из названных типов имеет свои достоинства и недостатки[70].

Научная дискуссия

Отечественный дореволюционный гражданский процесс в целом покоился на принципе состязательности, в связи с этим Е.В. Васьковский писал, что «преимущество состязательной формы перед следственной состоит в том, что она ведет к разделению труда в производстве, и притом к такого рода разделению, при котором каждому из тяжущихся предоставлено выполнение той части работы, которая его наиболее интересует, которая ему наилучше известна и которую вследствие этого он в состоянии наиболее успешно выполнить»[71].

В.А. Рязановский отмечал, «что с практической точки зрения, принцип состязательности в чистом виде может быть допустим там, где обе тяжущиеся стороны равносильны, но этого достичь почти невозможно… Поэтому суду и должна быть предоставлена возможность устранить указанные дефекты состязательности»[72].

В советский период развития государства и права основой следственного типа процесса являлся высокий уровень судейского активизма, направленный на достижение объективной истины по гражданскому делу и помощь сторонам, участвующим в процессе. Как следствие, некоторые правоведы пришли к выводу о том, что принципа состязательности как такового нет, но есть состязательная процессуальная форма, включающая в себя отдельные автономные действия сторон по сбору и предоставлению доказательств, основанные на начале равноправия[73].