Рабы для одинокой попаданки

Первая в моей жизни космическая стыковка происходит где-то вне активных торговых путей. Космическая станция, на которую приземляется наш шаттл, напоминает гигантскую свалку металлолома. Чего здесь только нет! Обломки крейсеров, вырванные с мясом движки, какие-то космические приблуды, названия которым не могу подобрать. Все это я рассматриваю сквозь иллюминатор, пока Ракс и Ланран торгуются со старым капитаном.

— Латифия, ты даже не представляешь, как красиво у меня на планете, и я мечтаю поскорее разделить с тобой радость от возвращения домой. Хочу столько всего тебе показать, рассказать…. Украсть у остальных, — добавляет еле различимым шепотом, но до меня доходит смысл. И я вспыхиваю, столько интимного и сокровенного спряталось за этими словами. Острые ушки эльфа чуть розовеют, и это выглядит до невообразимости мило. Закрадывается шальная идея: а что будет, если я аккуратно потрогаю острый кончик уха?

Пока я рассматриваю Орвана и борюсь с искушением его потрогать, он произносит:

— После свадьбы ты сможешь прикасаться ко мне везде, избранная, — его голос чуть дрожит от сдерживаемых эмоций. А в прекрасных зеленых глазах бушует ураган страстей. Его возбудили мои желания? Стоп, а как он о них узнал?

Распахиваю глаза шире, будто увидела его впервые.

— Как ты?..

— Я слышу отголоски твоих эмоций, желаний, даже мыслей. Но только когда ты так близко и искренне этого хочешь. Когда открыта для меня, — прикасается ко лбу губами, оставляя практически невесомый поцелуй. Рядом с Орваном я не могу надышаться его запахом: невероятно притягательным, будоражащей рецепторы смесью хвойной свежести и цитруса.

— Ты тоже вкусно пахнешь: карамель и… шоколад и немного мяты. Так я воспринимаю тебя, Латифия, — в очередной раз шокирует меня. Подношу собственную кисть к носу и не слышу никаких карамельных ноток.

— Милая, ты и не услышишь, — мягко смеется, поражая мелодичностью голоса. — Этот аромат открыт только для меня.

Избранность или парность… все это остается для меня загадкой. Я просто принимаю на веру все, что мне удается узнать из практики. Вроде чтения моих эмоций Орваном или видения леса в его взгляде.

— Ну что, голубки, готовы выйти в открытый космос? — Ланран шумно врывается в наше уединение, но я ему все равно рада. Следом за ним выходит Ракс. На нем специальная экипировка, как у космонавтов, только шлем он держит в руках.

— Донни Латифия, — мягко зовет он, — пора облачиться в костюм. Я помогу.

Я обвожу остальных мужчин взглядом, никто не против.

— Иди, любовь моя, Ракс из нас самый опытный путешественник, — Орван отпускает меня.

Иду за Раксом в соседний отсек. Здесь на крюках размещена космическая одежда, или защита, или как ее там. Короче, все как у космонавтов. Светлый костюм, на ощупь довольно необычный, будто сшили несколько слоев ткани вместе. Наверное, так это и есть. Ракс встает за моей спиной.

— Нужно снять платье, — говорит как можно равнодушнее, но я слышу, как громко он дышит.

— Хорошо, расстегни молнию на спине, — его волнение передается мне, и я с нетерпением жду, когда пальцы коснутся кожи.

Медленно ползет замочек вниз, и Ракс шумно выдыхает. Я переступаю через платье, оказавшись перед ним в одном белье. Оно у меня довольно скромное, как по земным меркам. Грудь скрывает спортивный топ телесного цвета, а на бедрах сидят трусики-шортики.

— Нужно надеть специальное термобелье, — голос Ракса падает до хриплого шепота. Я боюсь поворачиваться лицом, так как подозреваю, что для него и так это непросто.

Киваю, со всем соглашаясь, и быстро натягиваю предложенный комплект. Ну вот, теперь я могу повернуться, все более чем прилично и закрыто.

Ракс стоит с плотно зажмуренными глазами, борясь с искушением на меня посмотреть.

— Ракс, — зову тихонько, сдерживая улыбку, — что дальше?

Он открывает глаза, в которых пляшет самый настоящий пожар.

— Комбинезон, перчатки, шлем, — по-военному четко отвечает, но все же пробегается еще раз по моей фигуре взглядом, будто пытается запомнить каждую деталь.

Осторожно засовываю ноги в штанины. Ракс затягивает ремешки, фиксирует обувь. Потом помогает натянуть на плечи верхнюю часть. Перепроверяет все застежки. Надевает перчатки на мои растопыренные руки и вручает шлем.

— Вы почти готовы, донни Латифия, — мягко касается моих волос, что пышным облаком поднимаются в режиме невесомости.

— Ракс, прошу, никакой донни. Давно пора оставить это, — хочу прикоснуться к его щеке, но отдергиваю руку. В этих огромных перчатках не получится быть нежной и признательной.

— Как пожелаешь, Латифия, — во взгляде Ракса любование и нежность. Удивительным образом мне повезло заполучить таких шикарных мужчин, которые готовы сдувать с меня пылинки.

Глава 12

Остальные мои мужчины облачаются в скафандры после меня. Позволяю себе немного больше обычного: стою и пялюсь, пока они переодеваются.

Глазами пробегаюсь по тёмной поросли волос и вязи татуировок у Ланрана. Он не спешит одеваться, словно красуется передо мной, ловит смущенную улыбку и посылает воздушный поцелуй. И я уж собираюсь отвернуться, но цепляюсь взглядом за…

Господи! Он же огромный! И это у Орвана? Поднимаю глаза выше и понимаю, что эльф не нарочно — просто под штанами у него не оказывается трусов!

— Ушастый, спрячь болт! — хохмит Ланран и тем самым выводит меня из транса. Отворачиваюсь, хотя из любопытства хочется подойти и рассмотреть поближе. И это в спокойном состоянии?

Я настолько шокирована увиденным, что пропускаю момент, когда наступает пора покинуть шаттл. Ракс сам крепит мой шлем и запускает систему подачи кислорода.

— Все хорошо? Сможешь лететь? — переспрашивает.

— Да-да, — спохватываюсь. — Только не отходи далеко.

Шлюз открывается, и мы делаем шаг наружу. Тело кажется таким легким, и это очень странно — не ощущать собственного веса. И хоть у меня было время немного привыкнуть к невесомости, в открытом пространстве все воспринимается иначе.

Ракс показывает жестами, чтобы я нажала на кнопку своего костюма. Щелкаю, и его мягкий бархатистый голос раздается в динамиках.

— Латифия, делай, как я. Зажимай рычаг в ладони и сможешь продвигаться вперед. Только по чуть-чуть.

Нащупываю странную штуку, которая крепится у левого локтя, и сжимаю ее. Разряженный воздух с шипением вырывается откуда-то из-за моей спины, и я делаю гигантский рывок далеко вперед.

Черт! Черт! Черт!

Теряю контроль над телом, и меня вращает вокруг собственной оси. Желудок болезненно сжимается, обещая выпрыгнуть наружу, если эта карусель не прекратится.

— Латифия! Ничего не трогай, я иду! — Ракс где-то поблизости, но мне так страшно! А если унесет дальше?

Внезапно меня дергают за ноги, и вращение прекращается. Ракс прищелкивает к моему поясу трос.

— Я не подумал, что у тебя нет опыта в космосе. Самые простые правила знают все. Прости меня!

Он еще и извиняется! Меня душат слезы благодарности.

— Спасибо, что не бросил меня! Спасибо!

— Латифия, никогда! — прижимает шлем к шлему. — Не плачь, все хорошо. Я рядом.

Мы медленно плывем в нужную сторону, точнее к грудам металла, из которых и состоит станция. Кто и каким образом все это скрепил между собой, остается загадкой. Но есть здесь и жилые части. Отмечаю солнечные панели, крытые павильоны со шлюзами и иллюминаторами.

За стеклом одного из них нам машет руками человек.

— Латифия, сейчас ты зайдешь туда вместе с Орваном и Ланраном. А я поищу для нас транспорт. Среди этой свалки может оказаться что-то вполне работоспособное.

— Хорошо, только не потеряйся!

Ракс перестегивает меня от себя к Ланрану.

— Эй, детка! Я уже успел соскучиться! — его шутки сейчас как никогда в тему. Я цепляюсь за его слова, как утопающий за соломинку.

— Поговори со мной, Ланран. Мне страшно.

— Латифия! — возмущенно тянет. — А я и не думал, что ты у нас трусишка! Трусишка в бежевых трусишках, — повторяет и хохочет.

— Эй! — хочу его пихнуть, но вспоминаю, что лучше этого не делать в открытом космосе. — Откуда ты знаешь про цвет моего белья?!

— А ты думала, что я останусь стоять в стороне, пока душка Раксик облапывает тебя? Подсматривать-то никто не запрещал!

— Боже, Ланран! — щеки пылают алыми маками. Он такой…. Нет слов!

— Ну вот и долетели! А ты волновалась! — перед нами распахивается шлюз, и мы оказываемся в коробке из металла. С шипением нагоняют кислород, и только потом Ланран кивает. Можно снять шлем.

Из этого бокса мы заплываем в следующий. Здесь нас встречают местные работяги.

— Давно к нам не заглядывал цветочек вроде этого! — скалится гадкий тип с металлической пластиной на башке при моем появлении. — Иди сюда, красивая, не обижу!

Рабочие станции ржут, и я перевожу взгляд от одного к другому. Господи, откуда берутся такие мерзкие рожи? У них тут особый фейсконтроль, что ли?

— Повтори еще раз, и будешь собирать свой мозг в невесомости! — агрессивно реагирует Ланран, задвигая меня к себе за спину. Орван подплывает ближе, и по его мимике ясно: ему тоже все это очень не нравится.

— Ну что вы, даны, в самом деле! — откуда-то сбоку выныривает небритый здоровяк.

— Капитан, мы просто пошутили, — отнекивается мужик с пластиной, но при этом обменивается со здоровяком многозначительными взглядами. Что происходит?

Меня напрягают чужие улыбки, сальные взгляды. Они даже на Орвана поглядывают плотоядно. Красавец эльф напоминает им женщину? Вот же скоты!

Динамик в шлеме оживает голосом Ракса.

— Латифия, расплатись с капитаном тем, что осталось, и я жду вас у сектора А.

Голос слышали все и как-то разом подобрались. Ланран надевает шлем и кивает мне на выход. Я стаскиваю перчатку и жду, пока громила-капитан подплывет поближе. Мои мужчины внимательно следят за передвижением всех остальных в боксе.

— Ваши кредиты, — говорю капитану, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Спасибо, милая донни! Рады сотрудничать, — он прижимается своей рукой ко мне. Не торопится отпускать, хотя перевод совершен одномоментно.

— Пустите, — шепчу, но здоровяк только крепче перехватывает меня за руку.

— Отпусти ее! — Ланран откуда-то достает свой пистолет. Не уверена, что он эффективен в условиях невесомости, но капитан стоит довольно близко. Может, у нас есть шанс.

— Забирайте шаттл и улетайте. Она остается со мной! — рычит здоровяк. За его спиной собирается банда с гаечными ключами, монтировками, кусками металла.

Слезы срываются с глаз и повисают перед носом. Господи, я не хочу оставаться с этим придурком!

Глава 13

И тут Орван применяет свой фокус. Вот только в радиус поражения попадаю и я. Перед глазами распускаются дивной красоты цветы, их медовый аромат и нежность листьев реальны. Я тянусь их потрогать.

Но вместо этого улетаю назад, в шлюз.

— Задержи дыхание, не успеваем надеть шлем! — кричит Ланран. Но где там! Я все еще под гипнозом. Зачем мне какой-то космос, когда эти чудесные цветы так близко. Я хочу их себе!

Открывается наружный шлюз, и нас вытягивает в космос. Орван и Ланран уже в шлемах, а вот я… Магия леса пропадает и вместе с ней заканчивается воздух в легких. Открываю рот, пытаясь вздохнуть, но чуда не происходит. Кислорода просто нет. Я задыхаюсь в открытом космосе. Снова, как в день своей смерти. Я не выдержу этого еще раз!

Ланран притягивает меня к себе и быстро застегивает на голове шлем, чуть прищемив волосы. Но это такой пустяк по сравнению с тем, что я снова могу дышать.

— Жива? В порядке?! — кричит он.

— Латифия! — голос Орвана полон тревоги.

Рядом, в открытом космосе, давится от удушья парочка мудаков, которых выдуло следом за нами.

— Не смотри, отвернись! — Ланран хватает меня за пояс и буксирует в сторону.

— Они умерли, да? — спрашиваю через минуту.

— Забудь о них, Латифия. На их месте могли оказаться мы с Орваном, а ты…. Даже не хочу представлять, чтобы с тобой сотворили эти мерзавцы.

Мужчины торопятся отойти подальше от шлюза, так как велика вероятность, что капитан отправит за нами своих людей.

— Ракс, ты меня слышишь? — всхлипываю, вызывая его. Надеюсь, что он в полном порядке и ему не угрожает опасность.

— Пшш…да…уже… — связь обрывается.

— Где этот чертов сектор А? — кричу, так как меня накрывает удушливой волной паники.

— Вон, чуть левее! — эльф первым разглядел полустертые буквы. Мы перемещаемся в нужную сторону. И я с облегчением нахожу Ракса: он суетится вокруг старого синего шаттла. Его название не рассмотреть, так как куска родной обшивки не хватает, а дыра на боку закрыта металлической вставкой.

— Это наш транспорт? — спрашиваю у мужчин.

— Судя по всему, да, — отвечает Ланран и добавляет совсем тихо: — надеюсь, Ракс знает, что делает.

Для уточнений не остается времени. Ракс жестами показывает, что его рация накрылась и нужно скорее занять свои места.

Мы по очереди заплываем внутрь. Отмечаю, что это транспортное средство в разы лучше выглядит, чем развалюха старого капитана, которая нас доставила на станцию. Внутри довольно чисто, кресла мягкие и удобные. Только напрягают вышедшие из строя лампочки, которые постоянно мигают.

Шаттл очень маленький, количество посадочных мест ограничено. Поэтому мне достается кресло второго пилота. Я оказываюсь максимально близко ко всем этим рычажкам, кнопочкам на панели управления. Наблюдаю, как уверенными и отточенными движениями Ракс запускает сердце корабля — его движок.

Гулкая вибрация прокатывается по полу, подтверждая, что машина исправна и мы можем лететь.

Ракс мне подмигивает и дает отчет, показывая пальцами. А я транслирую для остальных.

— Три!

— Два!

— Один!

Меня вжимает в кресло, когда шаттл отрывается от поверхности станции. На удивление нас никто не преследует. И я рада, что эта свалка металлолома оказалась не оборудована оружием.

Ракс снимает шлем. И это значит, что я тоже могу дышать в салоне.

— Ты отличный пилот! — говорю ему. — Я и не знала, что ты умеешь обращаться с такими штуками.

Мой милый брюнет слегка розовеет щеками от похвалы. До чего же он хорош сейчас!

— Спасибо, Латифия. А сейчас извини, мне нужен Орван, чтобы понять, куда лететь.

Ракс уходит к эльфу, и они долго что-то обсуждают. Так понимаю, что Орван не силен в космических координатах и ему сложно объяснить, в какую точку нам двигаться. Еще и поле Изумрудной планеты каким-то образом искажает данные, чтобы посторонние корабли не могли ее найти. И это усложняет задачу вдвойне.

Но я так устала и издергалась, что просто откидываюсь в кресле, предоставляя своим мужчинам решать самим эту проблему.

— Как ты? — Ланран подходит ближе и ловит мои волосы. Аккуратно заплетает их в косу. Теперь вверх взмывает не целое облако из волос, а только коса. Я прячу ее под костюм.

— Спасибо, сейчас лучше, — улыбаюсь ему.

— А что такое «чертов»? — внезапно спрашивает он. Вот ты и прокололась, Катерина!

Смотрю в черные глаза Ланрана и прикидываю: могу ли я рассказать ему все как есть? А остальным? Меня немного тяготит то, что я должна прикидываться другим человеком. Да и имя Латифия изрядно набило оскомину.

— Присядь, — показываю на пустующее место Ракса.

Ланран садится и выжидательно смотрит. Делаю глубокий вдох. Надеюсь, мои мужчины нормально воспримут то, что я пришла из другого мира.

— Меня зовут Катерина Свиридова, и я с Земли.

Собственное имя звучит так странно для этого места! Ланран не издает ни звука, продолжая серьезно на меня смотреть.

— Мне сорок лет, я бухгалтер по образованию. Счетовод, — поясняю непонятное для него слово. — Я жила в одиночестве в своей квартире на Земле, пока однажды не умерла там.

Ланран резко втягивает носом воздух.

— Тебя кто-то обидел там?

Моя ж ты лапочка! Распереживался!

— Нет, по собственной глупости. Подавилась, а рядом никого не оказалось, чтобы мне помочь.

Действительно, моя смерть — такая скучная банальность, что даже неловко становится. Ланран чуть расслабляется и выдает неожиданно:

— Теперь я буду следить за тем, как ты ешь. Не хочу, чтобы ситуация повторилась.

Эта трогательная забота вызывает у меня улыбку.

— Больше ничего сказать не хочешь? Тебя не удивляет тот факт, что я неместная? И ты мне поверил?

— Конечно, — кивает. — Ты с первых минут знакомства показалась мне не такой, как все. И слишком умной, как для молодой избалованной девчонки, которой папаша выделил кредиты на рабов.

— Я очень рада, что оказалась здесь и смогла заполучить тебя на торгах. За тебя тогда развернулся нешуточный бой, — смеюсь, а в глазах Ланрана проглядывают огоньки.

— Я тоже рад, Латифия, то есть Кат…

— Катерина. Или просто Катя.

— Катьйя, — произносит мягко, чуть коверкая имя.

— Вот и познакомились, — прячу смущенную улыбку. Ланран резко встает со своего места и нависает надо мной.

— Сегодня я очень испугался за тебя. За этот короткий срок ты стала дорога мне, Катья. И поверь, ни одной донни на всех планетах нашего мира я не говорил таких слов, — его голос опускается до чувственного шепота. А затем он целует меня. Я привыкла к тому, что Ланран порывистый, резкий, грубоватый. Но не в этот раз. Он дарит самый нежный из поцелуев, что были в моей жизни. — Спасибо, что выбрала меня в тот день. А я выбираю тебя!

Я задыхаюсь от переполняющих меня чувств и столько всего хочу сказать в ответ, но тут немного не вовремя подходят остальные мужчины.

— Мы определились с маршрутом. Ланран, мне нужно вбить координаты.

Наемник уступает Раксу место, а я все еще нахожусь во власти слов Ланрана. Прикасаюсь к губам, переживая заново момент поцелуя. Сердце частит с ударами, угрожая выпрыгнуть за пределы грудной клетки. Я и не думала, что мой самый грозный мужчина может быть таким нежным, чувствующим и вообще….

В шаттле повисает тишина. Ракс работает за панелью, Орван отрешился от всего мира, устанавливая связь со своим народом, чтобы предупредить их о прилете. А Ланран…. Я поглядываю на него, он — на меня. Химия между нами едва не искрит. И в голове абсолютно четко и ясно пульсирует навязчивая мысль: я хочу этого мужчину!

Меня возбуждают в нем его ум и сила, и чертовски обаятельная улыбка. И мне нравятся настойчивые мужчины, что не скрывают своей симпатии и желаний. Фантазия дорисовывает нас в постели, и с моих губ слетает задушенный вздох. Ланран бьет кулаком по обшивке. Черт, по-моему, я не облегчаю наше общее состояние своим поведением!

Глава 14

Чтобы как-то отвлечься, спрашиваю у Ракса:

— Как долго нам лететь?

— Еще часов пять-шесть. Поспи, Латифия, путь неблизкий.

Послушно прикрываю веки, прислушиваясь к работе двигателя. Мерный гул убаюкивает, утаскивая в мир сновидений.

И, несмотря на мирную обстановку, мне снится редкостная гадость. Смесь фантазии и моего прошлого. Снова вижу бывшего на свое тридцатипятилетие. Мы тогда заказали ресторан, я надела новое платье цвета чайной розы. Мне было так хорошо, радостно! Пока в разгар праздника мой парень, почти муж на тот момент, не исчез из поля зрения. Мелькнула мысль, что вышел покурить с мужиками. Но нашла его в туалете, где он радостно шпилил мою подругу. Вот такая история. И снова ее пережить, пусть и во сне, не очень-то приятно. Вот только на этом видение не заканчивается, и в кабинку туалета врезается шаттл, что спустился откуда-то сверху. Из него выскакивает разъяренный Рихтер Парзифаль и орет на меня:

— Никуда тебе не деться, Латифия Пирс!

Я вздрагиваю и просыпаюсь. Господи, приснится же такое!

— Отдохнула? — мягко спрашивает Ракс.

— Немного, — назвать этот сон отдыхом не получается. Гадкий осадочек остался, всколыхнув болезненные воспоминания, что я так старательно закапывала в памяти целых пять лет.

Рядом внезапно оказывается Орван.

— Мне жаль, Латифия, что тот мужчина не оценил тебя по достоинству. Клянусь, что со мной тебе не придется познать горечь предательства, — он опускается передо мной на колени и прикладывает мои руки ко лбу. Слезы сами наворачиваются на глаза. И я запускаю руку в белоснежные шелковые локоны.

— Спасибо, Орван!

Постепенно я успокаиваюсь, перебирая волосы эльфа. Он не торопится вставать, прикрыв глаза от удовольствия. Удивительная связь между нами! Особенная! Причем с каждым из мужчин своя.

Меньше всего я понимаю мысли и чувства Ракса. Он все еще остается для меня загадкой: привлекательной, чертовски сексуальной, непознанной.

Остаток пути я провожу в предвкушении. Безумно хочется увидеть планету Орвана, но в то же время меня страшит встреча с его родней. Какая она будет? Понравлюсь ли я им? И свадьба… Боги этого мира! Помогите мне принять верное решение!

***

Изумрудная планета не зря носит такое название. В иллюминатор наблюдаю за снижением. Вся поверхность планеты укрыта густыми лесами, лишь изредка видны небольшие проплешины-озера.

Шаттл садится на крохотный участок скалистого плато, не заросшего деревьями. Радостное нетерпение Орвана передается и мне. Спешно переодеваюсь в свое серебристое платье, и мы ступаем на эльфийскую землю.

Сладкий пьянящий воздух заполняет легкие. Боже мой, я просто надышаться не могу! До чего же вкусно пахнет лесом!

— Идем, истинная, нас уже ждут! — Орван уверенно ступает на едва заметную тропку и ведет меня за руку вглубь зарослей. За мной шагает Ракс, а замыкает шествие Ланран. Успеваю заметить, как насторожено он вертит головой по сторонам.

Издалека доносится монотонный гул. Никак не могу понять, что это. По мере приближения слух улавливает множество голосов, что сливаются в стройный хор.

— Это песня! — до меня доходит наконец-то.

— Да, Латифия. Мой народ приветствует тебя!

Мурашки бегут по коже, стоит представить, что странное, скрытое ото всех население Изумрудной планеты встречает меня, землянку, с песнями.

Внезапно деревья расступаются, и мы оказываемся в эпицентре событий. Я замираю, пораженная до глубины души открывшейся картиной.

В небольшой низине между огромными вековыми деревьями притаился хрустальный дворец. Тонкие шпили, вычурные украшения, высокие стрельчатые окна… Господи, да это же замок из сказки, не иначе!

А перед ним собралась небольшая толпа прекрасных мужчин и женщин. Все они белокожие, светловолосые, высокие и стройные. Под изящными прическами угадываются острые ушки.

— Саткоорван! — тонкий девичий голосок прерывает мелодичное пение.

К нам подбегает изумительной красоты девушка: хрупкая, будто сотканная из пьянящего лесного воздуха, с пухлыми розовыми губками и зелеными, словно у кошки, глазами.

— Брат! — повисает с радостными возгласами у эльфа на шее. Младшая сестренка?

— Карсинея, позволь тебе представить моих друзей и дарованную Богами пару. И разве пристало королеве народов так пищать?

Орван осторожно отлепляет цепкие ручки от своей шеи и разворачивает сестру к нам лицом. Она мило пунцовеет от щечек до острых ушек. Но это нисколько ее не портит.

— Латифия, душа моя! Это моя старшая сестра. Карсинея из рода Поющих лилий!

Пытаюсь припомнить, но разве род Орвана не иначе звался? Что-то про стрелков…

Эльф тут же считывает отголоски моих мыслей.

— Наши женщины наследует род матери, мужчины — род отца. Поэтому я считаюсь продолжателем рода Великих стрелков, а сестра — Поющих лилий.

От возвышенной поэтичности слегка идет кругом голова, да и мужчины за моей спиной похмыкивают. Поэтому беру на себя смелость и представляю всех Карсинее.

— Это Ракс с Третьей планеты, а это Ланран с Укко. Ну а я… просто Латифия.

— Латифия! — в голосе красавицы неподдельное восхищение. — Безумно рада принимать тебя и твоих мужчин в своем доме.

В ее глазах замечаю некую мудрость, словно накопленный веками опыт проглядывает сквозь пушистые ресницы. А еще чисто девичий интерес, словно она хочет мне сказать: «Я бы послушала эту историю, как ты захомутала сразу трех мужиков». После этого Карсинея больше не кажется мне маленькой девочкой, несмотря на внешний облик.

Орван улыбается, глядя на нас обеих с любовью.

— И спасибо за то, что спасла брата. Мы перед тобой в неоплатном долгу, — эльфийка низко кланяется мне в ноги. Это еще что такое?

Толпа повторяет за своей королевой жест, и на секунду я и мои мужчины оказываемся единственными, кто стоит в полный рост. Неловко, однако.

— Латифия, не смущайся, они от всего сердца, — подсказывает Орван и целует мою руку.

— Да, спасибо! — я киваю собравшимся.

— А теперь все в дом! Будем отмечать возвращение блудного сына! — хлопает в ладоши Карсинея и первой срывается с места.

— Она всегда такая? — тихо спрашиваю у Орвана. Надеюсь, мой вопрос не оскорбит его.