On/off

– Ты вообще нормальный? Что ты называешь уважением? То, что ты выслушаешь меня, но сделаешь по-своему и за моей спиной? А не твои ли это были слова: «Хорошо, работай, занимайся наукой, а как родишь – всё бросишь»? Я могу ещё много чего вспомнить, но не хочу. Оставь меня в покое, Мансур. Я не люблю тебя, пойми это! – совершенно холодно ответила я, не жалея его чувств.

– Зато я люблю тебя, – процедил он сквозь зубы, медленно надвигаясь на меня.

– Джамаль знает, что ты пришёл сюда? – спросила, понимая, что бью сейчас в самое уязвимое место Мансура. – Твой брат дал слово, что ты не прикоснешься ко мне. Ты готов подвести своего старшего брата?

Он мгновенно замер и пристально посмотрел на меня, видимо, складывая в голове последствия своих дальнейших действий. В доме брата он не был хозяином. Оскорбить гостя брата, к тому же после его запрета трогать меня, это значит нанести прямое оскорбление Джамалю.

– Крис, я хочу, чтобы ты знала. То, что тебе нужно находиться у меня. Если ты согласишься стать моей, то я отдам это тебе. Не знаю, что это такое, но, видимо, оно очень ценно для тебя. Поэтому сейчас мы покидаем гостеприимный дом моего брата и едем ко мне. Порог моего дома ты переступишь как хозяйка и украсишь мою жизнь, но у тебя не будет больше права уйти от меня. Никогда. Ты примешь нашу веру, – медленно говорил Мансур, цепко следя за моей реакцией на каждое его слово. Но к этому я была почти готова. – Наукой можешь заниматься. Я даже помогу тебе.

– Интересно. Короткая же будет у меня жизнь. Зато яркая. Да, Мансур? – иронично ответила я.

– Почему короткая? – удивленно спросил он.

– Ну, ты поиграешь со мной пару лет, а потом меня грохнут. По любому грохнут! Никогда твой род не признает этот неравный брак, – серьезно ответила я, растягивая смысл, чтобы он дошел до него.

– Отец раньше был против, но теперь нет. Так ты поэтому ушла от меня? – уверенно ответил Мансур.

– Нет. Просто поняла, что ты не мой человек, – без раздумий я сказала ему правду.

Он нахмурился, его лицо исказила гримаса боли и гнева. Мансур явно не ожидал такой прямоты и нежелания идти на компромисс.

– Ты думаешь, я позволю тебе умереть? Убью любого за тебя. Я сделаю все, чтобы защитить тебя! Твой род не имеет значения, важна лишь моя любовь и желание видеть тебя рядом. Я изменю в своей жизни все ради тебя, Крис. Только скажи «да». Иначе я возьму силой, и ты все равно будешь принадлежать мне, но уже не как жена, – весьма твердо произнес он и сам, видимо, верил в эти слова.

Его намерения стали абсолютно понятными. Непонятно было другое: почему передумал отец Мансура и Джамаля?

– А почему твой отец передумал? – с интересом спросила я.

– Мы с Джамалем рассказали ему, что ты не просто женщина, ты гений в области создания искусственного интеллекта. Он был изумлен тому, что у тебя несколько высших образований из разных стран и научных степеней. Даже такой консервативный человек, как мой отец, проникся уважением к такой образованной и умной женщине, как ты, Крис, – почти с гордостью ответил Мансур.

Я категорично покачала головой.

– Твоя любовь – это клетка, Мансур, пусть и золотая. Я не ищу защиты. Я ищу свободы. Свободы выбирать свой путь. И твоя жизнь – не моя, – уверенно ответила ему, смотря прямо в глаза.

Мансур зарычал от бессилия. Он метался взглядом по комнате, будто ища выход из этой тупиковой ситуации. Внезапно его взгляд остановился на мне, и в нем вновь вспыхнул опасный огонь.

– Хорошо, – яростно прорычал он, приблизившись ко мне вплотную, – ты получишь шанс на свою свободу. Но если ты проиграешь, то будешь моей телом и душой, – пока он говорил, его рука прикоснулась ладонью к моему лицу. – Мы сыграем в твою игру, непокорная моя девочка. Но помни, ставка высока.

– А если я выиграю? – заинтересованно спросила я.

– Только тогда я дам тебе слово, что никогда не буду ни к чему принуждать. В таком случае ты станешь моей только если сама этого захочешь, – почти нехотя ответил он сквозь зубы.

– В твоей природе мира существует вариант, где я не твоя? – злясь на его упрямство, спросила я.

Меня начинало бесить, что он не допускает саму мысль о том, что мы не вместе.

– Я же сказал, что дам слово не принуждать тебя. Но сама ты можешь прийти ко мне, когда захочешь, по своей воле. Желаю тебе проиграть, моя девочка, – проговорил Мансур и стремительно вышел из комнаты.

Эта была отсрочка, полученная дорогой ценой. Я тут же натянула на плечи накидку и неслышно вышла из комнаты. Коридоры были пустынны и освещены лишь мягким светом ламп. Крадучись, я добралась до лестницы и спустилась в сад.

Луна, казалось, специально спряталась за облаками, погружая все вокруг в полумрак. Я старалась ступать как можно тише, прислушиваясь к каждому шороху. Вскоре добралась до дальнего места на территории, где, по моему мнению, связь не должна была блокироваться.

– Ло, ты меня слышишь? – прошептала я в полной темноте, стоя у дальнего забора, но в ответ было лишь молчание. – Подруга, ты там вообще озабочена вопросом, куда я пропала?

В линзе мерцал слабый сигнал передачи данных, но он был – тонкая нить, связующая меня с внешним миром.

– Привет, Крис… Я искала… пропала… помочь… – связь плавала и рассыпалась на обрывки слов.

Я кралась вдоль высокого каменного забора, так сказать, на ощупь выискивая место более стабильного сигнала, как вдруг сквозь помехи прорезался родной голос Ло:

– Я засекла твои координаты. Тебе нужна помощь?

– А ты сама как думаешь? Естественно. Сканируй местность со спутника. Прикинь, на чем я могу отсюда слинять, – процедила я сквозь зубы.

После томительной паузы Ло произнесла:

– В другом конце поместья есть вертолетная площадка. Но она под охраной. Незамеченной тебе не проскользнуть. Шансы, что тебя схватят, стремятся к абсолютному провалу. Бессмысленно даже пробовать.

– Твои бесценные предложения? – пробормотала я, чувствуя, как отчаяние подкрадывается все ближе.

– Вариантов нет, если ты сама что-нибудь не придумаешь, – отрезала Ло, и связь окончательно оборвалась, оставив меня в звенящей тишине ночи.

Луна вынырнула из-за туч, заливая сад призрачным светом. Нужно выбираться отсюда как можно быстрее. Терпение Мансура не безгранично. Я была готова ко всему, но не собиралась жертвовать своей жизнью ради его безумной, навязчивой идеи.

Внезапно, в густой тени раскидистых деревьев, я уловила темный силуэт. Замерла, готовая к худшему, и, стараясь не издавать ни звука, начала отступать в сторону дома, где меня поселили. Едва достигнув спасительной тени, окликнула моего преследователя:

– Кто здесь?

Фигура медленно развернулась ко мне. В бледном лунном свете я узнала Джамаля. В его глазах плескалось необъяснимое сожаление.

– Прости, что напугал тебя, Кристина. Я просто хотел убедиться, что ты в безопасности. Вы говорили с Мансуром? – тихо спросил он.

– Да. Все без изменений. У нас разные дороги, – отрезала я, стараясь звучать как можно увереннее. – Зачем ты позволил ему прийти?

– Он мой брат… Я дал ему возможность поговорить. Позволь проводить тебя до покоев, – ответил Джамаль, на удивление растерянно.

– Зачем? – настаивала я, не доверяя его внезапной заботе.

– Это его последний шанс решить все миром, – сдержанно ответил Джамаль, а в его голосе промелькнуло раздражение моей настойчивостью.

– Мне казалось, я достаточно ясно дала понять, что думаю о твоем брате. И мы договорились с тобой об этом еще год назад, – отрезала я. – Что изменилось, Джамаль?

– Ты недооцениваешь Мансура. Он не из тех, кто отказывается от желаемого. Особенно когда речь идет о тебе, – сухо проговорил он.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Мансур всегда был одержим своими целями, но его страсть ко мне переросла в нездоровую фиксацию, превратившись в угрозу для меня. Именно это заставило меня бежать год назад, надеясь затеряться в другом полушарии, начать новую жизнь. Но его влияние оказалось гораздо сильнее, чем я предполагала.

– Что он задумал? – спросила я, чувствуя, как внутри все сжимается от страха.

Джамаль покачал головой, словно не желая посвящать меня в планы брата.

– Просто возвращайся в свою комнату, Кристина. Я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности, – мягко произнес он. – И не стоит гулять ночью одной. Отвыкай от этой плохой привычки.

Я скептически взглянула на него. Безопасность в этой резиденции была лишь иллюзией, ширмой, за которой скрывались темные мотивы и опасные люди. Мне нужно было бежать, и как можно скорее.

ГЛАВА 4

– Доченька, физмат – это, конечно, мощно, но ты же девочка, и я сомневаюсь, что в жизни тебе это пригодится, – отец слегка побледнел на моем выпускном, как только я озвучила свое желание в качестве награды за отличный диплом.

– Пап, именно поэтому я и прошу такой подарок. Ты же обещал исполнить любое мое желание. Сказал, что я могу получить все, что захочу, – я апеллировала к его же словам, наблюдая, как лицо отца искажает гримаса легкого ужаса.

– Но, милая, это уже перебор! Зачем тебе второе образование, да еще и там… Я буду по тебе скучать, – пролепетал он, нежно обнимая меня за плечи.

– Ну уж нет, папа. Ты всегда держишь свое слово, – твердо отрезала я, понимая, что безжалостно наступила сейчас на его больную мозоль.

– Хорошо, родная. Я все оплачу, – произнес он, сдаваясь мне на милость.

Так я и оказалась в Принстонском университете, где дух будущего витал в воздухе, а факультет компьютерных наук гремел на весь мир. Семь лет пронеслись как один сон, оставив в моих руках диплом бакалавра технических наук и заветную степень выпускника аспирантуры. И, конечно, плеяду друзей и, как мне тогда казалось, любовь всей моей жизни.

С Мансуром наши взгляды встретились едва ли не в первый день в кампусе. Он долго изучал меня исподтишка. Я, признаться, отвечала ему тем же, хотя и от других парней не было отбоя.

Мансур был высоким, статным, с пронзительным, умным взглядом и манерами, достойными галантного джентльмена. Он покорил меня своей целеустремленностью и безграничным интеллектом, а его мужская красота была бесспорна. Долгие ночные беседы о будущем искусственного интеллекта, прогулки под звездным небом кампуса и совместные проекты сплели нас в единое целое. Я свято верила, что нашла родственную душу, человека, с которым смогу построить нечто грандиозное.

После защиты диплома он сделал мне предложение. Я, не раздумывая, отказала, объяснив ему при этом, что пока не готова обременять себя семейными узами. С головой окунулась в практическую работу, оттачивая свои навыки.

Первые годы были настоящим взрывом энтузиазма и вдохновения. Мы, группа единомышленников, работали не покладая рук, жертвуя сном и личной жизнью, но верили в свой триумф.

Однако со временем между мной и Мансуром пробежала трещина. Он становился все более требовательным и контролирующим, ревновал меня к работе, друзьям, даже к моей семье. Наши разговоры превратились в ожесточенные споры, а былое пламя страсти угасло. Я все больше отдалялась от этого человека, которого когда-то безумно любила.

Год назад, вернувшись домой раньше обычного, я застала Мансура в объятиях нашей прислуги. Мой мир рухнул в одно мгновение. Вера в его любовь и преданность разбилась на миллион осколков. Я сама ушла из роскошной жизни Мансура, не проронив ни слова. Он не знал, что я стала невольной свидетельницей этого пикантного момента, и потому спустя несколько дней нам все же пришлось обменяться объяснениями, правда, через электронную почту.

В те же годы я потеряла отца, который предусмотрительно переписал на меня все свое имущество еще до трагического покушения на него. Видимо, он подозревал что-то подобное, но мне не сказал. Отец был единственным родным человеком на всем свете, потому что мама умерла от болезни еще в моем детстве. Для него я всегда была главным смыслом жизни. Он не скупился на образование, и поэтому мое время всегда было загружено учебой. Так я превратилась в весьма образованную и состоятельную молодую женщину, когда однажды утром обнаружила на своих счетах баснословные суммы в сотни миллионов долларов.

Я прекрасно понимала, что мой отец с девяностых годов был повязан с опасным бизнесом, и этот путь рано или поздно должен был закончиться трагически, что и произошло. Но возвращаться в Россию, где я была единственной дочерью человека по прозвищу Ворон, не было никакого смысла.

Год назад я приобрела поместье неподалеку от Парижа, чтобы создать себе идеальное прикрытие для моей истинной деятельности. С того момента моя жизнь разделилась на две параллельные реальности: в одной я стала Кристел Дэвис, владелица и управляющая крупным фермерским хозяйством, а в другой – Кристина Воронова, гений в области технологий искусственного интеллекта и машинного обучения, виртуозно решающая проблемы конфиденциальности данных и отражения кибератак.

Я не просто работала над созданием управляемого искусственного интеллекта, но и стала автором множества новаторских методов защиты данных. Более того, тогда, в группе своих единомышленников я почти завершила разработку квантового компьютера для обработки информации. Его вычислительные возможности были колоссальными, позволяя решать задачи, которые ранее казались неразрешимыми: обработка огромных массивов данных, мгновенное решение задач оптимизации, моделирование и анализ сложных систем, разработка революционно новых материалов, повышение точности прогнозов рынка и инвестиционных стратегий, а также создание принципиально новых криптографических протоколов. Благодаря моим разработкам я приумножала свое наследство на мировых биржах с маниакальной скоростью.

Но самым главным было то, что нам с друзьями удалось создать искусственный интеллект, превосходящий по когнитивным способностям человеческий разум. Если бы мир узнал об этом открытии, оно бы произвело настоящую научную сенсацию и вызвало непредсказуемый резонанс в обществе. И именно тогда, год назад, когда мы стояли на пороге своего триумфа, мои друзья Джордж и Эми бесследно исчезли, а я пустилась в бега, охваченная ужасом и непониманием происходящего.

Я помню тот вечер, как сейчас. Вместо того, чтобы как обычно войти в дом через парадную дверь, я проскользнула по личным делам к своей соседке и оттуда случайно увидела незнакомых людей, рыскающих по моему дому и переворачивающих все вверх дном. Видимо, они что-то отчаянно разыскивали в нем. Но все важные материалы по своей работе я хранила в тайнике, и поэтому их труд был напрасным.

Помню тогда же я получила последнее зашифрованное сообщение от своих друзей, в котором они советовали мне немедленно скрыться. Это стало подтверждением моих опасений: кто-то знает и ищет «Коготь».

Я приняла решение тайно проникнуть на свое рабочее место, чтобы выяснить, что произошло в лаборатории Говарда, и попытаться найти хоть какие-то улики, которые могли бы пролить свет на исчезновение моих друзей. Это был рискованный шаг, но я не могла больше сидеть сложа руки, зная, что под угрозой не только наши жизни, но и судьба изобретения, которое могло попасть не в те руки.

Разработав сложный план проникновения в лабораторию, и используя свои навыки в области кибербезопасности я отправилась в наш исследовательский центр. Мне удалось обойти все системы защиты и проникнуть внутрь, не оставив следов своего присутствия. То, что я увидела, повергло меня в шок: лаборатория была полностью разгромлена, оборудование сломано, а на стенах виднелись следы борьбы. «Коготь» исчез.

Я увидела, что мои худшие опасения подтвердились, и знала, что со временем должна во что бы то ни стало найти и вернуть «Коготь», прежде чем кто-то сможет использовать его в своих целях.

Мое расследование тогда привело к загадочной организации, известной как «Призрачная сеть». Они были заинтересованы в использовании искусственного интеллекта для своих корыстных целей, и я понимала, что они и есть те самые люди, которые охотятся за нашими разработками. Только вот последний год показал, что самая важная часть нашего изобретения находится не у них, иначе бы мировая сеть уже сошла с ума.

Чтобы не вовлекаться в неизвестные проблемы, я тогда покинула страну, прихватив с собой все наши разработки, кроме «Когтя». Но именно за него я переживала меньше всего, ведь он был надежно закодирован. Любая, даже самая профессиональная попытка взлома неминуемо привела бы к его уничтожению. Код был не под силу никому, ведь его безопасное открытие знала только я. Но “Коготь” был той самой недостающей частью, которая требовалась Ло, чтобы завершить конфигурацию.

С тех пор я живу в постоянном напряжении, опасаясь за свою жизнь и разрабатывая новые методы защиты. Моё поместье – не просто ферма, а высокотехнологичная крепость, нашпигованная системами безопасности и наблюдательными устройствами под управлением моего творения – Ло. Ночами, когда ферма засыпает, я погружаюсь в работу в своей секретной лаборатории, пытаясь разгадать тайну исчезновения Джорджа и Эми, и самостоятельно доработать наше изобретение. При этом я знаю, что мои враги где-то рядом, дышат мне в затылок, и рано или поздно попытаются добраться до меня.

И вот теперь на мою голову свалился еще и мой бывший парень – Мансур, от которого мне удавалось прятаться целый год. Но для дальнейшего движения мне были необходимы ответы на мои вопросы. Главный из которых: как он узнал, что «Коготь» у Говарда? И зачем послал эту тень – своего наемника – на его кражу? Эта разработка была за гранью его возможностей. Он должен был понимать, что без меня она – лишь бесполезный кусок кода.

Зато теперь мозаика сложилась: вот он, корыстный интерес Джамаля к моей первой научной работе, к самой сути моих исследований. Его деньги, мои знания… убийственный симбиоз, который мог бы породить искусственный интеллект такой мощи, что мир содрогнулся бы в ужасе.

Воспоминания о прошлой, украденной у меня жизни, о том моменте, когда меня против воли втянули в этот безумный водоворот событий, накатили волной. Я лежала на мягком диване, вглядываясь сквозь решётки в ночное небо, усыпанное холодными звёздами.

Ло сказала искать выход самой. В резиденции Джамаля, этом неприступном дворце, связь глушили, будто что-то прятали от посторонних глаз. Это, конечно, было ожидаемо при его статусе, но в то же время настораживало.

Я понимала, что Мансур – лишь пешка в чужой игре, манипулируемая амбициями Джамаля. Но как они вышли на Говарда? Кто слил информацию о «Когте»? Эти вопросы терзали меня, не давая покоя. Я знала, что действовать нужно быстро и решительно.

Мой побег из резиденции Джамаля был лишь вопросом времени, неизбежностью. Я, знала его системы безопасности, держала в памяти практически каждый изъян. Единственное, чего я не предусмотрела, так это тишину, которую он создал своей беспрецедентной глушилкой, отрезавшей меня от внешнего мира. Но я уберусь отсюда, как тень, только прежде добьюсь ответов на свои вопросы. Узнаю, наконец, кто он для меня – Джамаль. Враг или друг?

ГЛАВА 5

С самого утра тишина в резиденции Джамаля душила меня. Я, человек, привыкший к активному образу жизни, просто подыхала от скуки в этом роскошном доме. Неестественная, зловещая тишина вонзилась контрастом в хаос моих мыслей, мечущихся в голове. Джамаль, его мотивы – темный лабиринт!

– Не можешь победить безумие вокруг тебя, тогда возглавь его! – тихо прошептала я.

Руководствуясь этим циничным принципом, я решила действовать методом исключения. Мансур – первый в списке. Его мотивы банальны и предсказуемы: деньги, власть, признание… и, конечно же, я. Видимо, самолюбие этого властного мужчины было задето тогда моим спонтанным бегством. Но кто дергает за ниточки этой марионетки? Интуиция вопила, что ответ кроется в Джамале, потому что Мансур был близок только с ним. Он доверял своему брату практически всё.

Внутри резиденции я скользила призраком, растворяясь в огромных помещениях и отслеживая камеры наблюдения. Я знала каждый уголок этого золочёного склепа, каждую камеру, каждый датчик. Это была почти моя крепость, пусть и принадлежала другому хозяину.

Я шла в кабинет Джамаля с твёрдым намерением разрубить этот гордиев узел лжи. Хватит загадок, хватит игр в кошки-мышки. Пришло время выложить карты на стол, заглянуть в глаза правде, даже если она окажется уродливой. Но карты будут его, а не мои на этом столе.

У массивной двери ладони предательски дрогнули. Собрав волю в кулак, я без стука вошла. Джамаль сидел за своим столом-островом, поглощенный какими-то бумагами. Он поднял взгляд, и наши глаза встретились. Во них не было ни удивления, ни злости – лишь спокойная, выжидательная позиция, как будто он знал, что я приду.

– Как я и думал, – ровным, безэмоциональным голосом произнёс Джамаль, откладывая бумаги в сторону. – Знал, что ты не из тех, кто будет сидеть в ожидании развязки. Эта современная одежда на тебе меня бесит. Твои обтягивающие джинсы и футболка – это просто плевок на наши традиции. Видимо, ты приняла решение, и оно отражается в твоем внешнем виде.

Подошла ближе, не отводя от него взгляда. Он был прав. Я специально надела свою повседневную одежду, зная, что для него она колоссальный раздражитель, и это поможет мне быстро выводить Джамаля на эмоции.

– У тебя еще есть шанс сохранить нашу дружбу, но я хочу знать правду, Джамаль. Мансур со своей одержимой любовью – всего лишь пешка в твоей игре, верно? Меня интересует, что ты за игрок и на чьей стороне?

Он усмехнулся, и в этом мелькнула усталость, которую я никогда прежде не замечала у него.

– Хочешь правду? А ты уверена, что готова к ней? Иногда незнание – благо, – с налетом иронии ответил Джамаль.

– Я давно не живу иллюзиями. Так кто слил информацию о «Когте» и о том, что он находится у Говарда? И зачем он тебе понадобился?

Джамаль вздохнул и устало провел рукой по лицу.

– Ты всегда была слишком умна, – тихо произнёс он. – Говард… просто жалкая крыса, решившая подзаработать, потому что не смог найти тебя сам, чтобы открыть кейс. Ты исчезла так внезапно, так бесследно, что никто не смог найти. И раз уж теперь ты явилась ко мне вот так, открыто, значит, можешь снова исчезнуть. Я прав?

– Ты прав только в одном – я могу многое. Поэтому хорошо подумай, стоит ли со мной играть. Так кто? – я насмешливо фыркнула.

– Я думаю, ты понимаешь, что мы можем создать вместе, если объединим наши знания и ресурсы. Только представь себе, Кристина! Мы могли бы построить систему, которая обеспечит миру невиданную стабильность. А почему такое странное название – «Коготь»? – спокойно говорил Джамаль, игнорируя мой вопрос, но в его голосе прозвучала фальшь, выдающая неуверенность.

– И как ты собираешься этого добиться? Тестирование не закончено. Это может принести как пользу, так и вред. Ты не специалист в этой области, почему ты решил, что это вообще важно? – я скрестила руки на груди, оценивающе глядя на Джамаля. – Для чего тебе это и от кого ты об этом узнал?

Джамаль замолчал, подбирая слова. В его глазах промелькнула тень, которую я не смогла расшифровать. Он встал и подошел к окну, устремив взгляд в неопределенную даль.

– Мир несовершенен, Кристина. В нем всегда будут войны, голод, несправедливость, болезни. Я просто хочу создать инструмент, который позволит это контролировать. Твой «Коготь» – лишь часть большого плана, позволяющая предвидеть кризисные ситуации и предотвращать их. Но все же какое странное название… – продолжал говорить Джамаль.

– Контролировать? Предотвращать? Ты играешь в Бога, Джамаль. Кто дал тебе право решать, кому жить, а кому умирать, кому страдать, а кому процветать? Не строй из себя мессию, ты просто одержим жаждой власти, – смело отрезала я.

Джамаль резко обернулся, и в его взгляде вспыхнул гнев. Именно в таком состоянии люди показывают свое истинное лицо.

– Ты не понимаешь, Кристина? Но если ты решила не играть по моим правилам, не жди пощады. Я разочарован в тебе. Считал умнее, хоть ты и женщина. И еще, Кристина, не надо меня недооценивать. Я не только финансист со связями. У меня есть все ресурсы для того, чтобы завершить начатое и без тебя, – холодно произнес Джамаль.

Он выдохнул с усилием, и маска дружелюбия с него отвалилась, обнажая ледяную сталь решимости, которой я боялась больше всего. Передо мной стоял чужой Джамаль – опасный и непредсказуемый.

– Попробуй, раз ты в этом уверен, – напуская равнодушия ответила я, зная, что произойдет, если он попытается подобрать код к кейсу.

– Ты давно не встречалась со своими друзьями, – внезапно произнес он, и это было утверждение, а не вопрос.

– Они у тебя? – с надеждой спросила я.

Сердце бешено заколотилось. Холод сковал мои внутренности. Друзья… Моя семья, те, кто остался верен мне, несмотря ни на что. Если с ними что-то случится, я себе этого не прощу.