Исход Мира. Момент Истины

В моем мире главная Цитадель Создателей называлась Храм Судьбы. Много тысячелетий назад она уютно устроилась в сердце горы Кайлас и была абсолютно неприступна для всех существ. Люди веками трепетали перед этим местом, и не без оснований, потому что внутри священной для них горы были созданы накопители энергии планеты, о которых человечество даже не догадывалось.

Наступила глубокая ночь, и лишь редкие звезды пронзали небо ярким светом. Я остался один на вершине Кайласа, погружённый в медитацию. Снаружи Храма Судьбы царила невообразимая энергетика – мощь созидания и разрушения сливались воедино, создавая чувственность, способную потрясти даже самых стойких. Я всей своей сутью ощущал, как древние истоки силы пронизывают меня.

Неожиданно из тишины раздался тихий шепот, как будто сама гора начала говорить. Слова причудливо переплетались с энергией, и я вдруг осознал, что это не просто звук – это был зов, который исходил из самого сердца Храма. Я открыл глаза и увидел, как ко мне тянется нить, наполненная сиянием. Это был не просто свет, а поток жизни, который приглашал к взаимодействию. Я шагнул вперед, протягивая к нему свою силу, словно лучом. Ощущение потока вспыхнуло с новой волной, и шепот Вселенной, сотканный из звездной пыли, провозгласил: «Сильнейших духом призвали Вехи Мира».

– Всевидящий! Почему ты здесь? – неожиданный голос Девы, уверенный и властный, как удар колокола, разорвал тишину.

– Дева, знаешь ли ты, что потомки Эридана бежали в мир людей, чтобы жить простой жизнью? – спросил я, задумчиво глядя на горизонт.

– Знаю. И это непостижимо! Как мужчины рода могли пасть так низко? Ладно еще муж Элени. Он простой смертный, не ведающий о другой стороне мира. Но Дмитрий? Как он мог оттолкнуть Натали из-за беременности? – негодовала Дева, словно грозовая туча, нависшая над вершиной горы. – И почему ты спрашиваешь о них? Почему покинул свою подземную цитадель, Всевидящий?

– Я обрел форму, чтобы защитить свой мир. Пришло время Великого Сдвига. Вехи Мира призвали достойнейших, – ответил я, представителю вселенской расы Создателей.

– Мне ничего не известно об этом, – растерянно произнесла Дева, а в ее голосе прозвучала непривычная нотка сомнения.

– Это неудивительно. Вехи призвали не вас, Создатели. Натали, Элени и Райна должны войти в Храм Вех и воззвать к силе, чтобы защитить миры, – произнес я, погружаясь в водоворот предвидений.

– Всевидящий, ты никогда не отличался безумием! Они же дети! Они не смогут выстоять против темной материи прародителя демонов и искушения его слуг. Их разорвут на части! – в голосе Девы зазвучал неприкрытый ужас.

– Сгущаясь в тенях межзвездной пыли, они скоро придут, неся с собой невообразимый холод и отчаяние, – начал говорить я то, что вижу в грядущем будущем. – Первыми признаками приближения будут катаклизмы, что начнутся из-за столкновения сил темных и светлых. Землетрясения чудовищной силы, цунами, сметающие целые города, извержения вулканов, выбрасывающих в небо столбы пепла и лавы. Атмосфера наполнится зловещим шепотом, сводящим с ума тех, кто решит прислушаться к ним. И потом из своего мира придут они, девять древних детей прародителя Тьмы. Не как вторжение армии, а как всепоглощающая тень, высасывающая из всего живого свет и тепло. В городах, погрузившихся в вечную ночь, начнут бродить кошмарные существа, порожденные самой изнанкой реальности. Демоны, древние и могущественные, выйдут из всех глубин мироздания, готовые пожрать души человечества и силу светлых. И только Вехи Мира, признавшие достойных своей силы, способны будут противостоять темным.

– Да уж, порадовал ты нас, – за спиной Девы возник ее мужчина Иван. – А что они здесь забыли? Зачем идут?

– Им нужна сила, скрытая в Храме Вех, – своим ответом я признал эту невыносимую и неизбежную правду.

– Сила? Но зачем она им, сила нашего мира? – Иван сжал кулаки, словно пытаясь удержать ускользающую реальность.

– Не только нашего, Иван, – ответил я, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на плечи. – Это сила, что способна испепелить или возродить целые вселенные. Прародитель Тьмы алчет поглотить свет мироздания, низвергнуть все сущее в бездну вечной ночи. И Храм Вех… он – оплот, краеугольный камень победы или сокрушительного падения.

На лице Девы пролегла тень беспокойства, в глазах вспыхнул холодный огонь осознания масштаба надвигающейся катастрофы.

– Но почему именно они? Натали, Элени и Райна? Что в них такого особенного? Почему не мы, те, в чьих руках находится сила Создателей? – в голосе ее звучала сталь и горькое разочарование.

– Потому что их дух сейчас – ярче, чище, сильнее всех светлых. Лишь они способны пробудить энергию Вех. Вы, Создатели, неразрывно связаны с этой землей, со всей вселенной. Вы вдыхаете жизнь в миры. Но сила Вех – иная. Она выкована в горниле бесчисленных битв Света и Тьмы, что бушевали на протяжении миллионов лет. Вехи – это и есть баланс мироздания, его хрупкое равновесие, – ответил я, стараясь говорить с предельной ясностью и прямотой.

– Значит… мы должны защитить их. Помочь нашим девочкам, – твердо произнес Иван, встретившись взглядом с Девой.

Она коротко кивнула, и в ее взоре вновь зажглась непоколебимая решимость.

– Да, это наш долг. Если мир призвал их, мы поможем им исполнить предначертанное, – Дева посмотрела на меня с надеждой. – Всевидящий, укажи нам, где они сейчас. Открой путь к ним.

– Не могу. Они противятся этому, – с тенью укора ответил я двум сильнейшим существам этого мира, оказавшимся, увы, не достойными доверия Вех. – Идите к Эридану. И хорошенько подумайте, что будете делать дальше. Ему будет больно принять эту новость. Будьте осторожны. В веках он потерял всю свою семью. Кроме этих двух девочек у него больше никого нет. Грядущая битва может забрать у него последнее – дочь и внучку.

Иван тяжело вздохнул, обнимая Деву за плечи. Чувствовалось, как напряжение сковывает его мышцы. Он понимал, что Всевидящий сказал правду. Эридан будет раздавлен. Потеряв за вечную жизнь всех жен, старших детей, внуков, он жил лишь надеждой на счастье Элени и Натали. А предстоящее испытание ставило под угрозу их жизни.

– Пойдем, любимая. Нужно готовиться, – Иван нежно коснулся ее щеки. – И нам предстоит тяжелый разговор с Эриданом. Нужно убедить его, что наша поддержка, это единственный шанс на спасение девочек.

Дева кивнула, сцепив пальцы. Теперь она понимала, почему ее интуиция била тревогу последние дни. Над миром нависла смертельная опасность, и от их действий зависело будущее не только Земли, но и множества других измерений. Они – Создатели, стражи этого мира, и не могут позволить Тьме поглотить его. Пусть даже Вехи обратились не к ним, они должны помочь, направить и защитить трех девушек, которым суждено стать последней надеждой.

Я молча наблюдал за их уходом с вершины горы. Знал, что путь, который им предстоит пройти, будет полон испытаний и сомнений. Но я верю, что Создатели смогут исполнить свою роль и поддержат избранных. Их всех ждет долгий путь к Храму Вех, туда, где уже начинают собираться первые признаки надвигающейся бури. Там, где Тьма и Свет столкнутся в смертельной схватке, и где определится судьба всего сущего.

ГЛАВА 7

В покоях властителя подземного мира призрачным светом горели кристаллы, освещая его могучую фигуру, погруженную в мрачные мысли. Повелитель сидел в широком кресле и подбрасывал в камин сухие поленья, а в глазах его плескались тоска и неутолимая ярость. Каям был бессилен перед собственной участью. И это бессилие касалось лишь одной-единственной, непостижимой для него женщины.

Он любил Элени давно, безумно, но одна роковая ошибка, минутная слабость, перечеркнула все его надежды на будущее. Отвергнув гордого полуэльфа, полусоздателя, Элени ушла. В последующем она вышла замуж за смертного, за простого человека, недостойного, как считал Каям, даже касаться края ее платья.

Ярость сжигала его изнутри, превращаясь жизнь в пепел. Он, повелитель всего подземного мира нашей планеты, дрожал от невозможности обладать ею. Власть над мириадами душ казалась ему ничтожной, а способность управлять реальностью – бесполезной, когда речь заходила о ней. Каям готов был отдать все свои владения за один ее взгляд, за улыбку, предназначенную только ему. Но Элени сделала свой выбор, перечеркнув все его надежды.

Сквозь призму времени он снова и снова переживал тот злополучный день. Слова, сорвавшиеся с губ в порыве гнева, словно отравленные стрелы, поразили ее сердце. Он раскаялся, но было слишком поздно. Ее взгляд, прежде наполненный любовью и доверием, погас, сменившись ледяным презрением за нанесенное оскорбление и проявленное неуважение к ней.

Время не лечило. Годы лишь углубляли его рану. Он следил за ней издалека, наблюдая за ее счастьем с другим. Видел, как она смеется, как ее глаза сияют. И каждый раз это причиняло ему невыносимую боль. Каям знал, что никогда не сможет предложить ей подобное, потому что она не примет его.

Каям поднялся с кресла, отбросив ненужную жалость к себе и повернулся в мою сторону, пристально смотря на меня.

– Говори, с чем явился, – отрезал он, и в голосе его звенела сталь.

– Элени, Натали и Райну призвали Вехи мира. Им предстоит путь, полный смертельных опасностей, битва, из которой они могут не вернуться, – ровно произнес я, стараясь сохранить невозмутимость.

– Что еще за Вехи мира? – изумленно выдохнул Каям.

– Храм, где миллионы лет покоится сила Тьмы и Света. Лишь с ее помощью они смогут противостоять девяти сынам прародителя Тьмы, – коротко пояснил я, чувствуя, как нарастает его гнев.

– Да вы обезумели! – взревел Каям. – Кому из вас пришло в голову бросить трех юных девчонок против девяти древнейших отродий тьмы?!

– Их выбрали сами Вехи, – пояснил я.

Гнев Каяма обрушился на меня подобно лавине. Подземный мир содрогнулся, почувствовав ярость своего повелителя. Темные кристаллы запульсировали, испуская всполохи зловещего света.

– Да плевать я хотел, кого они выбрали! Она никуда не пойдет! – прорычал правитель Каям. – Всегда плетутся интриги, играя жизнями смертных и бессмертных. И теперь хотите использовать мою Элени? Не позволю!

Он стремительно подошел ко мне, испепеляя взглядом. Я стоял неподвижно, зная, что сопротивление бесполезно. Его боль застилала ему глаза. Необходимо было ждать, когда гнев схлынет.

– Скажи мне, где они сейчас, – потребовал Каям, – и я сам…

Он не закончил фразу, но я понял, что он собирается сделать. Каям хотел вмешаться, попытаться защитить Элени от надвигающейся опасности, бросив все свои силы на ее спасение. Его любовь, несмотря на годы и боль, оставалась всепоглощающей.

– Они против того, чтобы кто-либо к ним приходил, – ответил я. – Остановить их невозможно. Судьба мира в их руках. А вмешательство… может лишь все усугубить. Единственное, что ты можешь сделать, – это отправиться к ее отцу и попытаться незримо защитить девушек.

– Незримо? – закричал Каям. – Да я запру ее в своем дворце!

Он замер, в его глазах боролись ярость и отчаяние. Он метался между желанием защитить Элени любой ценой и осознанием, что любое его вмешательство может лишь навредить. Его гордость вопила о том, чтобы он силой забрал ее, спрятал от всех бед в своем подземном царстве. Но разум подсказывал, что это лишь разрушит ее, отнимет свободу выбора, сделает несчастной, чего она ему никогда не простит.

Он опустился обратно в кресло, тяжело дыша. Власть подземного мира казалась сейчас ему бременем, клеткой, сковывающей его. Он, повелитель, оказался бессилен перед волей судьбы, перед выбором женщины, которую любил больше всего на свете.

– К ее отцу, говоришь? – прохрипел он, словно очнувшись. – Что ж, возможно. Защитить издалека, не мешая ей идти своим путем, значит.

В голосе его появилась сталь, но сталь смирения, принятия. Он понимал, что не может изменить прошлое, не может вернуть утраченную любовь. Но он мог попытаться защитить ее будущее, пусть даже это будет стоить ему невыносимой боли.

– Иди, – приказал он, махнув рукой. – Сообщай мне обо всем, что будет происходить. И молитесь, чтобы ваши Вехи мира сделали правильный выбор. Ибо, если с Элени что-то случится, я обрушу всю свою ярость не только на врагов, но и на тех, кто допустил эту ошибку.

Я лишь едва заметно кивнул, хотя внутри меня уже разыгралась буря. Каям проявил немыслимое неуважение ко мне. Но сейчас такое время, что одно неверное слово, один неверный жест – и хрупкое равновесие рухнет, погребая нас под обломками этого мира.

Покинул его царство, чувствуя, как давит на плечи груз ответственности. Ярость Каяма была понятна, но его слепая любовь могла сослужить плохую службу. Ему сложно принять тот факт, что Элени не та слабая девушка, которую он когда-то потерял, раз ее выбрали Вехи. Теперь она один их трех Воином Мира. С его поведением нужно было что-то делать, иначе, рано или поздно он наломает дров. Пара минут и я был уже в покоях отца Элени.

Эридан встретил меня мрачным взглядом, прекрасно понимая, зачем я пришел. Дева рассказала ему о Вехах Мира, о девяти сыновьях прародителя Тьмы и о надвигающейся битве. В отличие от Каяма, он воспринял новость со стоическим спокойствием, хотя я видел, как сжались его кулаки.

– Они знают, на что идут? – спросил Эридан, глядя в окно, за которым побагровело закатное солнце.

– Да, – ответил я. – Райна пришла к ним сама.

– Тогда я должен быть рядом с ними. Постараюсь защитить, насколько это в моих силах, – в его словах звучала не только отцовская любовь, но и мудрость Создателя, понимающего, что иногда лучшее, что можно сделать – это не мешать судьбе.

– Правитель Каям... Тебе, Эридан, необходимо его усмирить. Возьми его с собой. И еще! Созовите Совет народов. Нужен представитель от человечества, – пояснил я и растворился в воздухе.

Теперь мой путь лежал к трем юным девам, от которых зависела судьба всего мироздания. Станут ли все миры принадлежать темным силам или сохранится равновесие, зависело только от их выбора.

ГЛАВА 8

Я вновь возник в уютном домике среди холмов и леса, где Элени, Натали и Райна обсуждали предстоящее путешествие. Их лица были сосредоточенными, в глазах горел огонь решимости. Они уже облачились в кожаные дорожные доспехи, украшенные защитными рунами цвета лунного серебра.

– Каям в ярости, – произнес я, не нуждаясь в приветствиях. – Он намерен вмешаться. Эридан отправится с ним, чтобы хоть как-то сдерживать его порывы. Но они будут вас искать, чтобы защитить. Это родительское право Эридана. Он переживает за вас.

Элени, услышав имя Каяма, слегка побледнела, но не отвела взгляда. Натали, сжав кулаки, прорычала:

– Мы справимся сами. Их помощь нам не нужна. Если уж Вехи решили выбрать своим воином беременную получеловека, полусоздателя, тогда хотя бы не мешайте. Хотела пожить для себя, для своего ребенка! Пожила, вашу мать! Всевидящий, я сразу говорю, что иду в этот поход ради будущего мира для своего дитя.

– Не зарекайтесь, – возразил я. – Сила сыновей темного прародителя невообразима. Думаю, Райна уже вам все рассказала. Любая помощь может оказаться решающей. Совет народов уже созван. Вам нужен представитель из мира людей, кто-то, кто сможет понять человеческую природу и привнести в ваш союз человеческую стойкость и отвагу.

Райна, до этого молчавшая, подняла голову.

– Когда мои родители узнают, во что я ввязалась, они мне оторвут голову, – тихо произнесла она.

Я кивнул, соглашаясь с ней. Судьба миров зависела от этой тройки. От их жизненных сил, духовных ценностей и способности действовать сообща, несмотря на прошлое, обиды и личные чувства. Мне оставалось лишь наблюдать и надеяться, что они сделают правильный выбор, когда придет час Великого Сдвига всех миров.

– Райна, почему ты скрыла от Джанасара и Шалин свой поход? – внезапно прозвучал вопрос Натали, нарушив тишину дома. – Я слышала, им не занимать мудрости и силы. К ним за помощью тянутся обитатели разных вселенных.

– Они щедры на помощь ко всем, но меня под удар не поставят, – с тихой грустью ответила Райна. – Мои родители… они оберегают свою единственную дочь с маниакальным рвением, готовые на любую жертву. Сны показали мне один из возможных исходов грядущей битвы, где в пламени сражения гибнут все наши сторонники, включая моих родителей. Я не могла допустить такого. Поэтому выбрала иной путь.

– А меня терзает любопытство насчет наших незваных гостей, – протянула Элени, лукаво блеснув глазами. – Что за диковинные звери эти девять сыновей? Вдруг они окажутся красавчиками, и мы сумеем найти общий язык?

Заливистый смех подруг разорвал напряженную атмосферу, но мне было не до веселья. В словах Элени промелькнула зловещая ирония. «Договор»… Именно к этому будут стремиться Тёмные в первую очередь, если мои опасения верны. Но смогут ли три юные девы устоять перед чарами темных, не предать свою духовность, взращенную в их сердцах мудростью предков, когда коварное дыхание древних искушений коснется их душ? Эта тревога терзала меня, ведь каждой предстояло пройти свой путь, сделать свой выбор, от которого зависело, куда склонится чаша весов – во тьму или к свету.

– Всевидящий, рассказывай, кто те девять сыновей. Чтобы мы хотя бы знали с кем будем иметь дело, – попросила Элени.

– Итак, слушайте. Асмодей предстанет во всем блеске порока, облаченный в шелка похоти, увенчанный короной роскоши, веющий ветром мщения. Он прекрасен, но слеп к красоте души, алчен лишь до золота. Римон, демон жажды, князь искушения, – само олицетворение гордыни, не терпящий соперников на своем пути к власти. Вельзевул, архитектор лжи и высокомерия, постоянно плетет сети обмана, сокрушая волю слабых и неустойчивых. Аввадон – воплощение разрушения и гнева, его приход – предвестник гибели всего. Велиал, опаснейший из них, – бездонный колодец всех пороков, ядовитое дыхание разврата. Мерихим – жнец жизней, сеятель болезней, его прикосновение оставляет лишь тлен. Астарот, палач праведников, инквизитор светлых душ, выносит приговоры, запятнанные кровью невинных. Карро окутывает сердца ледяной броней жестокости и высокомерия, превращая их в камень. И, наконец, Самаэль, старший брат всех темных, – он уничтожает сами корни добра, сеет семена безжалостности и вседозволенности, обращая духовный свет в пепел, – кратко обрисовал я портреты девяти темных созданий, надвигающихся на нас.

– Ты сейчас серьезно? – неожиданно, после долгого молчания спросила Натали.

– И за что нам такая честь? – продолжила Элени. – Я даже никогда не слышала про этих темных!

– Ты забыл, что с ними ещё придёт Лилит. Я видела ее в одном из снов вечности, – добавила Райна.

– Да вы издеваетесь над нами?! – воскликнула Элени. – Вот этой сучки только и не хватало! Чего ей не сидится в своем мире?

– Лилит – не просто угроза, Элени, – ответил я, чувствуя, как тяжесть надвигающейся тьмы сгущается в доме. – Она – мать всех демонов, воплощение соблазна и первородного хаоса. Ее власть над сердцами смертных мужчин огромна, а ее ненависть к роду человеческому – безгранична. Она будет использовать все свои чары, чтобы сломить вас, посеять раздор и утопить мир в крови.

Тишина вновь воцарилась в доме, прерываемая лишь треском поленьев в камине. В лицах девушек, еще недавно озаренных смехом, теперь читалась тревога и страх. Они понимали, что надвигающаяся опасность куда серьезнее, чем они могли себе представить.

– Что нам делать? – тихо спросила Натали, нарушая затянувшееся молчание.

– Готовиться, – ответил я, глядя им в глаза. – Укрепить свой дух, отбросить сомнения и страхи, найти в себе духовные силы, чтобы противостоять детям Тьмы. Вы – последняя надежда, и у нас нет права на ошибку. Помните о том, за что сражаетесь, и не позволяйте Тьме проникнуть в ваши сердца.

Я знал, что мои слова – лишь капля в море, но верил, что они смогут посеять семена надежды в их душах. Впереди их ждали неимоверные испытания, предательства и потери. Но если они смогут сохранить верность своим идеалам и друг другу, у них появится шанс победить. Ведь даже в самой темной ночи всегда есть место для света.

– Из-за этой сучки Лилит, мужчин не берем с собой. Они и так слабы в своей верности, а при ее вмешательстве поплывет любой из них, – строго произнесла Элени.

– Я понимаю, как тебя ранила измена мужа, но не стоит клеймить всех мужчин одним клеймом, – попытался я смягчить ее гнев.

– Согласна. Мужчин к себе не подпускаем. Если Дева и Лира откликнутся на наш зов и придут на помощь, примем их с благодарностью, – поддержала Райна, примиряюще разведя руками.

– Нам нужно сходить в мир Лады. У нее хранится Венец и Кулон Мироздания – сила, без которых нам не обойтись, – произнесла Элени, и в ее взгляде вспыхнуло решительное пламя.

– Натали, собирай всё необходимое в дорогу. Мы с Райной смотаемся к Ладе. Венец и Кулон – ключи к пониманию баланса сил, к управлению мирозданием. Храм Вех обязан считаться с ними, – произнесла Элени с непоколебимой уверенностью в голосе.

Натали кивнула в знак согласия и скрылась в лабиринте шкафов, наполненных вещами и припасами. Райна и Элени вышли под открытое небо. Рыжеволосая красавица закрыла глаза, и тихий шепот древних слов сорвался с её губ. Пространство задрожало, словно охваченное огненной рябью, и перед ней начал разверзаться портал в мир Драгона, цитадель Лады. Створки межмирья раздвигались, являя взору бушующий вихрь энергии. Сила Райны поразила даже меня. Никогда прежде я не видел ничего подобного. У каждого существа свой способ перемещения между мирами, своя уникальная дверь в иные реальности, но портал, сотворённый Райной, говорил о ее поистине великой силе. Силе дочери темного Джансара.

Когда Райна и Элени исчезли в портале, я остался в домике с Натали. Напряжение висело в воздухе, словно натянутая струна. Я чувствовал, как ее тревога растет с каждой секундой.

– Ты веришь в нас, Всевидящий? – внезапно спросила она, не поворачиваясь ко мне. Ее голос был тих, но в нем звучала неприкрытая тревога.

– Я верю в вашу решимость и в силу вашего духа, – ответил я искренне. – Но вера – это лишь один из компонентов победы. Главное – это выбор, который вы сделаете, когда придет время. Путь, который выберет каждая из вас.

Натали обернулась ко мне, в ее глазах плескалась усталость и она произнесла:

– Я не знаю, что нас ждет. Я всего лишь хочу защитить своего ребенка, подарить ему мир, в котором не придется сражаться за свою жизнь.

– Тогда сражайся, Натали, – произнес я, глядя ей прямо в глаза. – Сражайся за него и за весь мир. Твоя любовь к нему – самая мощная сила, которая у тебя есть. Не дай Тьме ее погасить.

Вскоре Райна и Элени вернулись, сияющие, с Венцом и Кулоном Мироздания. Воздух вокруг них наполнился могущественной энергией.

– А где Лада? – удивленно спросила Натали.

– Ой, что там началось! Драгон только что огнем не плевался, а так все было. Лада хотела оставить на него маленького сына и отправиться в путешествие. Но как только ее муж-дракон услышал о том, кто идет к нам в гости, там такое началось! Я думала, что он ее прибьет за желание пойти с нами. Короче, Лада беременна вторым ребенком, и Драгон ее не отпустил. Это официальная версия, она же по сути и правда. Но Лада передала Венец Райне, а мне Кулон, – вкратце рассказала Элени. – Еще она попросила Драгона нам помочь, но как только услышала про Лилит, то сразу передумала.

– Лилит способна свести с ума даже дракона, – вздохнул я. – Ее чары – оружие массового поражения для разума мужчин. Так что я понимаю Ладу. Зачем ей рисковать мужем?

Натали закончила собирать вещи. Кожаные сумки наполнились провизией, ножами и магическими артефактами. Вскоре три девы стояли готовые к отправке в опасное путешествие. Элени надела на шею Кулон Мироздания, Райна спрятала Венец в рюкзак, а Натали на пояс повесила свой меч силы.

– Всевидящий, присмотри за нашим домом, – попросила Натали. – И если Эридан появится, скажи ему, чтобы не волновался. Больше ничего не говори.

– Одним глазом посмотрю за вами, а другим за домом, всё как всегда – усмехнувшись ответил я.

Девушки кивнули и, взявшись за руки, растворились в портале, открытом Райной в глубину нашей планеты. Начиналась их битва против темных сил вселенной, битва за будущее мира и судьбы их потомков. Впереди была неизвестность, полная опасностей, но я верил в их силу, в их дружбу и в свет, который они несли в своих сердцах. Потому что видел, как решимость наполняет их сердца, как сомнения отступают перед необходимостью действовать. Они – три разные женщины, с разными судьбами и характерами, но объединенные общей целью. И в этот момент я верил, что они смогут выстоять, пройти через все испытания и спасти мир от надвигающейся Тьмы. Ведь в их руках – не только судьба миров, но и их собственное будущее.

ГЛАВА 9