Флешбэк

— Здравствуйте, доброе утро! Приятно вас снова увидеть, Николай, Лена! How do you do, Harry!

— Правда?! Thank you! (Знал бы ты, что мне пришлось пережить, чтобы добраться сюда из Лианозова! Лучше твоей утренней пробежки в Лужниках! Сам-то пешком сюда пришёл из соседней высотки? Вот поездишь с моё по городу-герою и тоже будешь так замечательно выглядеть, лицемер, — из-за тебя на английском презентовать придётся, а оно и без того непросто!)

Стараясь унять разогнавшийся пульс, Алина прошла вслед за представителями клиента в переговорную и поспешила оборудовать себе удобное место, так чтобы отрезвляющий ветерок из кондиционера хоть немного остудил её разыгравшийся румянец. Гости расселись напротив, коллеги устроились по левую руку, оставив рядом с Алиной место для начальства. Алина ещё раз чертыхнулась про себя, потом мысленно сложила в молитве ручки и возвела глаза к небу — навесному потолку с вмонтированными в ниши светильниками: «Господи, помоги мне ещё разок! Последний за сегодня, честное слово!»

Алине не хватило оставшейся неполной минуты, чтобы отдышаться, когда в переговорной появилось вечно недовольное, с поджатыми в неодобрении губами, начальство: Александра Игоревна Шенгелия, Алекс, как она себя разрешала называть некоторым приближенным, а за глаза все подчиненные называли её Снежной королевой за удивительную безэмоциональность и холодный разум, не подводящий ее никогда. Александра пронзила подчиненных насквозь осуждающим взглядом, проигнорировав их вялые приветствия, за руку поздоровалась с гостями. Некстати бросило в жар — Алина чувствовала, как все сильнее горят её щеки и, готовясь сказать первое слово, уже обреченно осознавала, что сейчас её голос будет позорно дрожать.

— Доброе утро всем ещё раз, — выдавила она из себя. — Давайте начнем. Мы подготовили отчет о проведённой кампании... и готовы вам сейчас... э... показать, что у нас получилось. Let’s start. — Она усиленно щёлкала мышкой, но упрямый компьютер никак не хотел выводить на экран первый слайд. Повисла неловкая густая тишина, Алина слышала только своё неровное дыхание и противно-нетерпеливое жужжание проектора. Левой щекой она ощущала сверлящий взгляд Снежной королевы, от которого уже немела рука и начинал дёргаться в нервном тике глаз.

Наконец Алина совладала с техникой, загрузила презентацию и чуть ли не со вздохом облегчения, сразу взбодрившись и уже не обращая внимания на помехи слева, стала рассказывать о деталях кампании, правда, периодически сбиваясь с английского на русский, но каждый раз спохватываясь и повторяя всё специально для Гарри.

Алина увлеклась рассказом и почти успокоилась: видела довольную ухмылку Николая, мысленно подсчитывающего размер своего годового бонуса; ещё немного нервное, но уже улыбающееся миловидное личико Лены; несильно изменившееся внешне, но слегка порозовевшее от удовольствия чопорное лицо Гарри. Коллеги с энтузиазмом кивали головами, и если бы не присутствие Снежной королевы, то, наверное, уже начали бы отпускать какие-нибудь шуточки, и обстановка стала бы, как часто бывало на встрече с этим клиентом, абсолютно раскованной и неформальной.

Даже сноб Гарри обычно поддавался общему настроению и хотя и продолжал задавать свои дотошные вопросы, но переходил с английского на жутко ломаный русский, что было признаком его необыкновенного расположения к окружающей обстановке.

Познания Гарри в великом и могучем сводились к великолепному владению всеми видами вопросительных и вводных слов, отдельных наречий, а также междометий и не всегда цензурных ругательств. Остальная часть русской лексики ему была неведома и, надо сказать, абсолютно не нужна: Гарри не имел совершенно никакого языкового барьера, активно использовал жестикуляцию, добавлял английский и польский, и получалось всё очень понятно. Его коллеги говорили, что в гневе он страшен, жутко ругается чуть ли не матом, причём совершенно без акцента, и никто из сослуживцев не решается рассказать ему об истинном назначении используемых им выражений, источником которых явно был какой-то криминальный сериал. На встречах же Алина видела только аристократичного и немного чопорного, моложавого ухоженного мужчину с прекрасным мужским маникюром, в сшитом на заказ точно по фигуре костюме и всегда в наполированных до блеска ботинках. По слухам, Гарри подыскивал себе русскую жену, что подстёгивало его женское окружение к активным привораживающим действиям. Видимо, в этих постоянных внимании и заботе со стороны женщин и была причина того, что Гарри вот уже пятнадцать лет жил в России и даже и не собирался возвращаться на родину.

Алина старалась скрыть улыбку всякий раз, когда замечала, как Леночка стреляет глазками в сторону своего импозантного начальника и сияет, как от комплимента, всякий раз, когда он перебивает её восторженные восклицания своим очередным каверзным вопросом. Алина чуть было снова не сбилась, да, Гарри харизматичен, впрочем, это не мой типаж, подумала тут же она.

Слева веяло холодом неодобрения, градусов уже где-нибудь на минус пятьдесят. Алина чувствовала, что, как только закончатся милые и безобидные вопросы Гарри и клиенты, довольные результатами, уедут готовить отчет для своих боссов, Алину и команду ждут дополнительные разбирательства с, несомненно, более суровым судьей. Краем глаза Алина наблюдала, как растет длинный перечень комментариев, которые Снежная королева бисерным нечитаемым почерком аккуратно выводит в своем блокноте. Каждый раз, когда Снежная королева подчёркивала двумя жирными чертами написанное или ставила острый, как копьё, восклицательный знак, у Алины сводило спазмом желудок и перебивало дыхание. «Господи, сделай так, чтобы я сейчас же умерла и воскресла, только когда всё это мучение закончится!» — отчаянно думала Алина, собирая бумаги дрожащими, непослушными бескровными руками.

Прощаясь, Гарри, старательно поджимал губы, не давал им расплыться в довольной ухмылке и ещё раз высказал сдержанное одобрение хорошо проделанной работе (вчера он получил первые отчёты по продажам, и это, на самом деле, было более весомым подтверждением успеха, чем Алинина презентация); Николай все ещё проводил в уме калькуляцию будущей премии и прикидывал, сможет ли он заменить свой потрёпанный седан на какой-нибудь более достойный джип; и лишь только Леночка с её женской проницательностью сочувственно сжала Алине локоть и прошептала: «Держись, всё ведь вышло круто, придраться практически не к чему!»

Вот именно это словечко — практически — и пугало. «Талантливый руководитель всегда найдёт, к чему придраться!» — в шутку любит говорить Эдик. Вся команда проекта, Алина, Эдик, Юра и Оксана, точно знала, что Снежная королева не одобряет их действий. Они рисковали и не всегда ставили Алекс в известность обо всех деталях кампании, нарушили большую часть регламентов, которые всем сотрудникам агентства пришлось подписать после ознакомления, и отдельные подписи поставили под разделом с санкциями за нарушение вышеизложенного; но не всегда было время на соблюдение формальностей, поэтому Алина самоуверенно взяла ответственность на себя. Возможно, слишком самоуверенно, но практически все, включая представителей клиента, были уверены в успехе. Так и случилось, но разве это может быть аргументом для Снежной королевы? И сейчас, проводив гостей и возвращаясь назад, в переговорку, ребята не спешили радоваться, разумно полагая, что у руководителя есть претензии к их работе.

***

Проект был сложным, проект был сумасшедшим, Алина с командой, уговорив клиента рискнуть, попробовали реализовать оригинальную концепцию, но и предположить не могли, во что выльется вроде бы простая промоакция по продвижению полезного снека. Хотели подключить больше молодежи, а запустили настоящее социальное движение. К такому масштабу оказались не готовы, но нельзя было бросить начатое на полпути, пришлось разрабатывать новый план. По пять раз на дню приходилось принимать оперативные решения, включать в работу пиарщиков, блогеров, инфлюенсеров, работать со СМИ, отражать атаки троллей и чёрный пиар от конкурентов. И отвечать на бесконечные звонки от представителей компании-клиента, звонили все — от самого младшего специалиста до вице-президента. Алина и команда, находясь в эпицентре запущенного ими же водоворота, отчаянно пытались контролировать ситуацию.

В общем, эмоции начальства были вполне оправданны — с учётом многочисленных нарушений регламента проекта, перерасхода бюджета и полного непонимания, как теперь оформить дополнительные услуги агентства и переработку команды в сто человек по всей России в течение двух месяцев. Ну и с учётом характера начальства…

Трусливая мыслишка написать заявление об уходе и попроситься «на сторону клиента», в тихий офис, где время протекает незаметно за разговорами в курилке и неспешной вёрсткой однообразных презентаций, где есть возможность поручить любую рутинную задачу безропотному аккаунту агентства, а при желании и выплеснуть на него все свои негативные эмоции — такая мысль была у каждого. Но ледяной взгляд Снежной королевы был однозначен: никто не уйдёт отсюда, пока не разгребёт этот бардак. А потом она сама всех уволит.

Алина до боли в скулах широко улыбалась, а дрожь постепенно охватывала всё тело, вот уже колени стали стучать одно о другое; отчаянно хотелось пить, но она не могла позволить себе дезертирство, чувствуя нетерпеливо-неодобрительный взгляд Снежной королевы, замораживающий ей спину. «Теперь уже поздно бояться!» — вспомнила Алина замечательную фразу из детского фильма, разворачиваясь и решительно направляясь навстречу ледяному айсбергу неодобрения в образе Managing Director агентства.

Через полчаса всем четверым членам группы, чувствующим себя слегка забродившим овощным миксом, пришлось переждать, пока дар речи и двигательная активность восстановятся, прежде чем они смогли, абсолютно молча, выйти из переговорки.

Теперь они должны были быть уверены, что их постигла великая удача, потому что у таких неорганизованных, недисциплинированных и непрофессиональных лузеров, допустивших огромное количество ошибок и промахов, не умеющих работать с клиентом и начисто лишённых презентационных навыков, в принципе не должно было ничего получиться. Нет-нет, Снежная королева не опускалась до оскорблений и не переходила на оценку личных качеств — такой вывод каждый сделал самостоятельно, после того как им были зачитаны все восемнадцать пунктов из списка ошибок и недочётов. И ни одного упоминания про первые данные роста продаж и хвалебные отзывы клиента.

— Вот я думаю, прямо сейчас пойти сделать себе харакири или удавиться дома, в спокойной обстановке? — грустно пошутил Эдик и, не сбавляя скорости перед едва успевшими раскрыться стеклянными дверями, вышел без верхней одежды на улицу. Алина, Оксана и Юра прошли в кафетерий, чтобы выпить горячего кофе и попытаться немного отогреться.

— Вас можно поздравить? Говорят, у вас сумасшедший успех по «печенькам»? — Рустам, директор по развитию, осёкся, вглядевшись в их траурные лица.

— Да, мы чертовски везучие дармоеды! — съязвил Юра, жадно отхлебывая восхитительно пахнущий дымящийся напиток, и даже не поправил Рустама, который, как и все, назвал инновационный продукт уничижительно «печеньками». — В конце концов мы выжили, а это уже положительный результат, так что можно считать это большой удачей, не так ли, коллеги?

— Не знаю, как вы, ребята, — наконец прорезался голос у Оксаны, — но ещё одно такое утро я могу не пережить... Какой смысл надрываться, чтобы потом получить вот такое? В... такую жизнь! — неожиданно грубо выругалась она, и бухгалтерия за соседним столиком озадаченно притихла.

— Тише, тише, — начал успокаивать её Юра, понимая, что сейчас может разразиться позорная прилюдная истерика. — Всё уже позади. Хочешь шоколадку? Съешь, от неё, говорят, серотонин вырабатывается, и жизнь становится восхитительной и беззаботной! Заметь, это нормальная шоколадка с сахаром и какао-маслом!

Оксана злобно стрельнула на него полными слёз глазами, но вцепилась зубами в предложенный шоколад.

Алина не смотрела на них: сейчас её главной задачей было поднять неимоверно тяжёлый стаканчик кофе и отхлебнуть живительного напитка. Сделать это никак не удавалось — как только она пыталась поднять двумя пальцами щедро наполненный до краёв стаканчик, руки начинали дрожать сильнее и горячая жидкость ошпаривала кожу.

— Чёрт! — вырвалось у неё, и коллеги примолкли, вспомнив о том, что ей, наверное, тяжелее всех далось сегодняшнее утро.

— Алинка, ты как? — Оксана попыталась заглянуть в её опущенное и прикрытое так кстати растрепавшимися волосами лицо. — Не переживай! Ты же знаешь, что так всегда бывает! Но клиенты довольны, это же главное! А остальные все пусть идут... далеко, в общем! — прошептала она, косясь на шпионов из бухгалтерии.

— Я в порядке. — Алина откинула волосы с вновь порозовевшего лица. — Просто не выспалась. До двух часов ночи учила презентацию, чтобы сегодня всё сразу же забыть! Вот почему так бывает?! Хотя я знаю почему: все из-за нее! — Алина добавила это шёпотом, но ребята поняли, кого она имела в виду. В агентстве все без исключения робели перед руководителем, Снежная королева умудрялась заморозить душу каждого, даже не делая никаких замечаний и внешне оставаясь вроде бы равнодушной.

— Я так надеялась, всю дорогу молилась всем богам вселенной, только бы… (пауза, Алина огляделась, вроде никто не слышит) только бы она не пришла на встречу!

— Когда это ты видела, чтобы она не пришла? Она же как глобальная сеть, с ней ничего не может случиться, она контролирует всё, даже наше сознание, даже когда мы спим! — так же тихо прошептал присоединившийся к группе Эдик.

Чем больше Алина узнавала своего руководителя, тем больше ужасалась. Снежная королева была просто киношным монстром, в лучших традициях Диснея. Она действительно держала всё и всех под контролем, у нее в агентстве была жесткая дисциплина и дресс-код: «Ах, где мои любимые шорты и шлёпки!» — часто вздыхал Юра, вспоминая времена, когда все креативщики наряжались в офис более чем неформально. Сейчас действия рабочих групп регулировались кучей инструкций, каждая презентация была стандартизирована, выверялась и отшлифовывалась по пятнадцать кругов правок, пока не удовлетворяла Александру. Алина не ожидала такого формата работы в агентстве, занимающемся креативными и нестандартными рекламными проектами.

— Ну ладно, проехали! Юра, где твоя шоколадка? — Алина ужасно устала, хорошо бы сегодняшний день не принес более никаких сюрпризов! Самое обидное, что после «промывки» у начальства Алинины коллеги через некоторое время, требующееся на восстановление, смогут вновь спокойно вернуться к работе и заняться новыми проектами, а вот она, Алина, вынуждена ждать ещё более неприятных разборок.

***

Алина прошла на чёрную лестницу и поднялась наверх. Сюда, к круглому мансардному окошку, она сбегала, когда было необходимо подумать или прийти в чувство после очередной неудачи. Здесь она делилась переживаниями с редеющими кронами старых лип, мужественным строем защищающими их маленький уютный особняк от многоэтажных гигантов Сити, блестящих полированным гранитом и тонированными стёклами окон. Алине казалось, что деревья смогут защитить и её, такую маленькую и слабую, ведь они, такие высокие, мощные, мудрые, мускулистыми ветвями сдерживали урбанистический хаос, бушующий снаружи. Алина прижалась горячим лбом к прохладному, забрызганному дождём стеклу и попыталась успокоиться.

«Я все могу, я справлюсь. Я сильная, я мудрая, я спокойная!» — шептала она и чувствовала, как теплеет от ее разгоряченного лба стекло, дрожь постепенно отпускает, в голове проясняется. Правда, не прояснялась ситуация в целом.

От этого проекта зависело будущее Алины, ее карьера. Но после разговора со Снежной королевой Алина не могла понять, считать проект провальным или всё же успешным? Только их замечательный руководитель может вот так запутать ситуацию! Александра вроде бы не отрицала позитивные результаты кампании, но совершенно беспощадно разгромила все действия команды.

«Ну почему у меня всё всегда так? Вот, в голове порядка нет, так и в жизни — сплошной бардак! — самокритично подумала Алина. — Почему другим людям всё в жизни удается, причём легко и весело, а мне приходится нечеловеческими усилиями выбивать у судьбы каждую незначительную мелочь?

Вот, например, Снежная королева: прекрасная должность, высокая зарплата и всякие там годовые бонусы (говорят, апартаменты в Черногории себе купила!), а ведь мы, кажется, ровесники. Кто бы мог подумать! Но ей нет необходимости сломя голову лететь домой, чтобы забрать ребёнка из детского сада, выгадывать каждый рубль, чтобы позволить себе поездку на море в отпуск или полночи сушить феном детские сапоги, потому что пришлось незапланированно стирать их, настолько были грязные. Прекрасный юный принц заезжает за Снежной королевой на роскошной машине, они ужинают в пафосном ресторане на Тверском бульваре, а утром водитель подгоняет её джип к подъезду. Александра не тратит время на магазины и очереди, она закончила МГИМО или что-то подобное, имеет степень MBA (Прим.:Master of Business Administration — бизнес-образование для менеджеров среднего и высшего звена), дружит с олигархами и звёздами шоу-бизнеса. Её приглашают на церемонию вручения ТЭФИ в Кремлевский дворец и на Тенерифе с Cosmopolitan. У неё отменное здоровье, прекрасная фигура, и она никогда не мучается угрызениями совести, позволив себе неприлично калорийный десерт...

А я три раза пыталась поступить на журфак МГУ, потом три года работала промоутером чтобы оплачивать учёбу в малоизвестном коммерческом вузе, а теперь стесняюсь показать кому-либо свой непрестижный диплом. Десять лет пробегала корреспондентом сразу нескольких изданий, но так и не смогла заработать тёплое место автора какой-нибудь самой маленькой рубрики. Просто такой дуре, как я, потребовалось целых десять лет, чтобы понять, что не каждую стену можно пробить лбом. И что мой лоб недостаточно талантлив, чтобы ее пробить. И что другие журналисты обходятся без этого, находят потайные дверки и прекрасно себе существуют с авторскими колонками и стабильной официальной зарплатой в дополнение к повышенному гонорару... Я поздно это поняла.

А чего мне стоили двенадцать месяцев работы в пиаре крупной французской компании дистанционной торговли? Забыть, забыть, чур меня, чур!»

И тут же Алина вспомнила о самом главном своем провале: об Олеге. О невыносимо длительной и бесплодной попытке создать с ним семью, со взрослым, успешным мужчиной, таким харизматичным, а ведь он обратил внимание именно на нее, это так льстило.

«Ну и получила ты за свою наивность! Думала, что ребенком сможешь его привязать? Привязала?» И тут же сама себе отвечала: «А ну и ладно, и отлично, что избавилась от него вовремя, зато у меня есть Илья!» Хотя нет, не избавилась: Олег не желал отпускать ее, время от времени неожиданно возникал, кажется, просто чтобы позлить. Да еще его мамаша вызывала опасения: она явно присматривалась к Илье, просто, как поняла Алина, ждала, когда мальчик вырастет и не будет доставлять много хлопот. А все потому, что сообразила: других внуков ждать не стоит.

«Ничего, я справлюсь! У меня все получится, вот увидите! — угрожала Алина, и липы ободряюще покачивали корявыми ветвями. — Я и так уже многого достигла, я ведь руковожу группой! Несмотря на все бесконечные и унизительные собеседования, через которые я прошла, когда приходилось доказывать, что я чего-то стою! Везде требуются только специалисты с опытом работы. Желательно от трёх лет. Доходит до абсурда: даже на позицию ассистента требуется человек с опытом работы не менее года! Можете представить себе работничка, который и через год работы претендует только на позицию ассистента?» — Алина уже перестала жалеть себя, сейчас она чувствовала нечеловеческую злость. Вспомнила, как пыталась убедить бестолковую девицу, HR-менеджера агентства, что её опыт в журналистике нельзя сбрасывать со счетов. Но девица была обучена по западным стандартам: она упрямо твердила про стаж работы в маркетинге, желательно в сетевых агентствах и предлагала начать с позиции помощника. Алина тогда не выдержала и достаточно агрессивно привела ей пять доказательств своей правоты, собрала папку с портфолио и на выходе наткнулась на свою будущую начальницу, которая с интересом наблюдала за торгом, стоя в дверях за её спиной.

Наверное, тогда в первый и последний раз Алина видела, как Снежная королева улыбалась, но в тот момент она сама была настолько разъярена, что не могла с позитивом воспринимать ситуацию. Результат оказался поразительным — её приняли, причём на должность group head, правда, с оговоркой «и.о.», но также с обещанием снять эту унизительную приставку после первого успешного проекта. Или уволить в случае его провала...

Определить же, успешным или провальным был проект, Алина не могла. Никто не мог, кроме Снежной королевы.

«Ладно, подождём. Посмотрим, что будет... Если сегодня меня не вызовут — то до понедельника Александра будет занята более важными встречами, значит, есть целых пять дней, чтобы подготовиться к худшему», — философски изрекла Алина, с трудом оторвавшись от умиротворяюще-прохладного окна, и заставила себя спуститься вниз и принять свой привычный деловито-энергичный облик.

***

«Верочка окажется права... Придётся отдать машину и опять ездить на работу на метро. Вопрос ещё, на какую работу. В центр «Мои документы», вероятно, можно будет устроиться… Или в парикмахерскую на ресепшен… А вдруг я там кого-нибудь знакомого встречу? Вот позор будет!» — Энергично щелкая клавишами, пролистывая почту, открывая-закрывая файлы, Алина только изображала бурную деятельность, а на самом деле ловила себя на том, что, уставившись невидящими глазами в монитор, мысленно просчитывает все возможные последствия своего позорного увольнения. Ей придется водить ребёнка в детский сад пешком. Вернее, носить на руках, потому что утром он отказывался идти сам, оттого что ещё не проснулся, а вечером — оттого что слишком устал, бегая на площадке.

«Да, кстати, Илью придётся перевести в муниципальный детский сад — за этот нечем будет платить... Но у нас такой хороший садик, Илюшке там нравится! А уж мне как нравится... Бассейн, психолог, логопед и, главное — режим работы до 20:00, а в старших группах обещают летние смены...»

— Ну так как, Алинка, ты согласна? Алина?! Эй! — Оксана пощёлкала пальцами перед её лицом. Алина с трудом вышла из своих мыслей и не сразу нашлась, что ответить.

— Прости, я задумалась! Никак не могу решить, чем в первую очередь заняться, — оправдалась Алина, пытаясь сообразить, чего от неё хотят.

— Я насчет пойти и напиться в пятницу вечером — нужно снять стресс и всё такое!.. У нас там был в обед запланирован командный тимбилдинг, так, может, ну его, этот кулинарный мастер-класс, нам всё равно не дадут расслабиться в рабочее время? Просто вечером напьёмся?

— Да, напиться и снять стресс — звучит заманчиво! Чертовски заманчиво! Только Илюху надо пристроить... — Алине вдруг безумно захотелось пойти с ребятами в бар и расслабиться как следует. В конце концов, несмотря ни на что, она это заслужила!

— Ну позвони вашей, как там… Верочке! Ты же говорила, она сама предлагала помощь с ребенком!

— Предлагала… только я отказалась…

Зря, конечно, она так сделала. Верочка имела необыкновенное свойство: звонить в самый неподходящий момент. Например, когда Алина тащила на руках сына, рюкзак с его грязными вещами из сада и пакет с продуктами, тяжелый и с оторванной ручкой; от машины, которую не удалось припарковать рядом с подъездом. Поэтому Алина была немного на взводе, в лифте написала, что занята, говорить не может, а если Верочке срочно что-то нужно, то пусть напишет. Ну та и написала, как всегда кратко, она, кажется, до сих пор считала, что в мессенджерах нужно, как в смс, платить за каждое слово и ее сообщения больше были похожи на телеграммы. В своей телеграмме Верочка предлагала забрать Илью из сада «если не справляешься».

«Это я не справляюсь?! — возмутилась Алина. — Я справляюсь лучше всех! Нет, даже лучше лучше всех! И мне не нужна ваша помощь! У меня вообще все круто, и скоро вы все поймете, чего я добилась!» Конечно, она ответила не так, намного суше, но все равно теперь не сможет просить Верочку о помощи, точно не так быстро. И точно не после недавней нотации Верочки о том, какая она, Алина, плохая мать: желание пойти и напиться не будет аргументом в её пользу.

— А няня? — не теряла надежды Оксана.

— С нянями покончено! — Но Алина уже не могла, ни за что не могла отказаться от похода в бар с коллегами. — Есть еще, конечно, вариант… не уверена…