Твой трудный возраст

…

Переоделся. Зашел к ней в комнату. Сидит в кресле. На тебя не смотрит. «Показное безразличие», отсутствие контакта глаза-в-глаза – еще одна мамина «классика»… Твой внутренний «инфракрасный Терминатор» такие ее позы считывает мгновенно – буквально за доли секунды.

– Мам, послушай… Я понимаю: ты права… Да, сорвался… Прости, бывает… Все, дальше не продолжаю: «честное комсомольское»! – Приобнимаешь. Говоришь что-то еще в таком духе…

Сколько раз она слышала такое за последние годы? Сколько раз говорила в ответ то же, что говорит сейчас? Про твою наследственность, про «неужели нельзя без этого веселиться?», про «разве я многого от тебя прошу?», про «мало ли что ты натворишь: кошелек, телефон…»? Сколько раз ты обнимал ее в конце еще сильнее, и выражение ее лица становилось уже как будто не таким «колючим», как минутами ранее? Но по-прежнему – крайне тревожным… «Отрепетировано», кажется, уже многократно… Можете с ней, наверное, подобную «сценку» в любительских театрах отыгрывать…

…

Наряд ГБР приехал, кажется, в третьем часу ночи. В ушах все время стоял какой-то звон. То ли от громкой музыки, то ли от «отрезвляющих» ударов-пощечин, которые активно наносила одна из дамочек, то ли от всего этого сразу… Или по какой-то другой причине…

Два здоровенных парня. Совсем «немногословные». Но «правильные» слова подобрать умеют. Спокойные. Если бы ты был женщиной, то сейчас, может, хотелось бы полежать на голой волосатой груди у кого-нибудь из них… И пусть все бушующие волны этого мира разобьются о скалы его уверенности и уюта вашего общего домашнего очага! Но… Увы.. Пора спуститься с небес на землю. И хотя бы взять в ладонь охапку снега, немного оттереть кусочки блевотины со своей рубашки…

Кажется, это тебе по силам. Пятен, конечно, останется много, но… «Ради приличия»…

Снаружи, на улице, куда они тебя выводят, жутко холодно. К тому моменту ты уже, в целом, способен стоять на ногах и даже что-то соображать, давать ответы на каком-то специальном «алко-диалекте» великого и богатого русского языка… На сколько там, как говорят, работает наш мозг от своего потенциала? Процентов десять? Ну, поделим, допустим, еще на десять… В общем, немного «в сознании»… На уровне, может, трехлетнего ребенка. Или своей собаки…

…

– Что, опять уходишь? – Удивленно спросила мама. Уже темнело. Темное время суток за окном, естественно, пробуждает в тебе дополнительную тоску… А в тебе тогда и «пробуждать» ее особенно не стоило. «Ткни – и рассыплется»…

Немного полежал, много – поел, поделал что-то еще… А делать совсем ничего не хотелось. Весь наполнен какой-то съедающей тебя пустотой, которую – одно желание – заливать бы и дальше…

Редкими минутами словно возникали сомнения, но быстро рассеивались. Тебя одолевала эта слабость. Слабость «похмельно-обреченной пустоты долгого отпуска»… Привычные занятия свободного времени – книги, например – кажутся тебе сейчас совершенно лишенными всякого смысла. Тебе больно. Одиноко. «Одиноко»… Вот мудак! А мама – здесь, совсем рядом? Да какая там мама! Тут и с друзьями-то делиться – сил уже нет… Ты им даже не звонишь и не пишешь. Нет, так ты больше не можешь…

…

Ты снова идешь пить. Зачем-то еще раз открываешь переписку с ней, видишь «вот это все»… Откидываешь телефон и щуришь глаза, словно закусил целым лимоном бутылку уксуса – и начинаешь одеваться. «Выход» сейчас один - бутылка…

Ты снимаешь ту же квартиру, в которой пару дней назад кричал с балкона, что влюбился в нее. Покупаешь большую бутылку виски. Пока идешь – снова чувствуешь какую-то «тянуще-сосущую» боль внизу живота.. Но сейчас не до нее - куда хуже другое...

Да и, выпивая, как будто «излечиваешься» – куда-то эта боль внизу живота временно пропадает. Эта – пропадает, а другая… Черт ее знает… Она не пропадает, она «притупляется»… Как и ты сам…

…

– Да, у друзей сегодня останусь… – Отвечаешь ранее маме. – Все хорошо будет, не переживай! Пить не буду точно! Так, посидим, кино посмотрим, в «настолки» поиграем…

«Извини, мам… Еще вот и тебе – опять соврал»…

Это тебя, признаться, сейчас волнует меньше, чем другие вещи, но и оно – своего «добавляет»… Прячешь от нее свой алкоголизм, как соседский дед в деревне, который сбегал от жены в малиновые кусты – туда, где уже «заныкано»… Вот, сейчас хотя бы за маму выпьешь… Приятный вискарь… «Отдыхай там, мам, люблю»…

…

Глоток за другим, сигареты. Вот и полбутылки – как не было… И ты уже пьян… Сидишь, смотришь куда-то. То ли на стенку кухни, то ли на пустой стул напротив. Поднимаешься, подходишь к тому самому балкону.

На улице – почти никого, хотя квартира в самом центре. Неторопливо проезжают несколько машин в минуту, продавщица закрывает овощной киоск, нечто обсуждают, громко смеясь, идущие куда-то зуммеры, поддатые дамочки на высоких каблуках плывут в сторону местечка, где и ты вскоре припаркуешь свой «толстый крейсер»… А взгляд твой, как будто, не направлен даже на какие-то конкретные объекты… Он смотрит на все это и не видит ничего… И внутри, кажется, ничего нет…

О чем-то стонут на большой громкости из твоего телефона сначала Мэтью Беллами, затем Том Йорк… Английского не знаешь – и, может, к лучшему… «Зато красиво!» Окружающей обстановке, спиртному и виду снаружи больше, правда, соответствует Розенбаум… Который и запел следующим, почему-то попавшись в рекомендациях к такой компании… Но для вящей «кино-эстетичности» хотелось бы все равно оставить только Беллами и Йорка… Договорились?

Дальше точно была песня, под которую Патрик Суэйзи с невестой чувственно «месили глину» в «Приведении»… А остаток «пьяного плейлиста» ты уже и не помнишь – бутылка подходила к концу…

…

Выходил ты на улицу с какой-то «четкой целью»? Хотя бы «приблизительно», «на отдалении» «четкой»? Не установить. Субъект находился уже «в состоянии аффекта» - и четких показаний на этот счет дать был не способен… Так или иначе, еще до полуночи ты оказался в первом подвернувшемся тебе кабаке.

Раньше здесь никогда не был. Обстановка – «очень даже»… Как и цены… Но тебе, разумеется, было плевать. Лимит виски на сегодня «исчерпан». Так что – теперь водка… Еще – какие-то «забористые» коктейли… Чем-то даже – пожалел себя, однако – закусывал…

Большой соседний стол занимает компания дамочек разных возрастов. Одна из них – или твоя одноклассница, или твоя однокурсница, или еще кто-то… Ты целовался с ней на «День знаний» в девятом классе, когда вы выпили почти залпом по бутылке шампанского… Или еще раньше, классе в восьмом, ты победил ее в серии карточных игр во дворе во время летних каникул. А потом – она битый час слушала в свой адрес: «покажи сиськи, заебала! Карточный долг - дело чести!» И показала же в итоге… Очень, правда, быстро, они лишь «промелькнули» у тебя перед глазами… Но ты все равно остался доволен… Сейчас она, вроде бы, уже мама… А для тебя – Кристина «первые сиськи»… Для своего ребенка, кстати, получается тоже… Превратности женской судьбы…

Или ты давал ей списать в ВУЗе – и потом думал, что она тоже… Ну, что-нибудь тебе «даст»… А дала другому. Он у тебя, кстати, тоже списывал… И все – за бесплатно, даже пивом после пар не угостили! Наверное, списали у тебя – и сразу, довольные, убежали трахаться! Со словами: «вот идиот, ахах!» Наверняка так и было… В общем, ты ее знаешь - одну из этих дамочек…

…

– Чего пьешь-то столько? Еще и в одиночку… – Улыбаясь, спрашивает тебя мама этой твоей знакомой. Или тетя. Или подруга, которая по возрасту годится в маму или тетю… Ты к тому моменту уже «перетекаешь» к их компании, выпиваешь и танцуешь вместе со всеми.

– А у меня сегодня «третье января – день прощания»! Вот за это, кстати, и предлагаю следующий тост! Только «не чокаясь»…

– Ооо, понятно! – Дальше следуют, кажется, классические в такой ситуации вопросы: «что, с девочкой расстался?» Твои ответы про «и не сходился»… Дополнения про «дурак просто». Попытки как будто неравнодушных, снисходительно-успокаивающих пьяных реплик про «не переживай, не страшно, будут у тебя еще девочки, лучше найдешь!» Опять же, классические, с твоей стороны возражения про «лучше не найду. Да и кому я, дурак, нужен!» Примеры из своей – куда длиннее, чем у тебя – жизни… Чей-то бывший. Чей-то муж. Чья-то свекровь. Чьи-то измены кому-то. Детали этих бесед уже не помнишь… Да и, признаться, не так был в них «вовлечен»… Просто сидел рядом – и кивал из вежливости. В общем, ничего нового под луной и потолком темного, с разноцветными вкраплениями у танцпола, кабака…

Опять пьете. Выходите курить. Говоришь то с одной, то с другой. С третьей просто танцуешь. Вскоре уже знаешь, как зовут официантку и стоящего рядом администратора. Вскоре «забористые» – такие же, как у тебя – коктейли на столе у дамочек. У каждой из них. Еще какие-то бутылки с шампанским. Все, как потом окажется, за твой счет… И с твоего, очень даже добровольного, согласия… Администратор у тебя еще несколько раз переспрашивал, уверен ли ты, что хочешь за них всех заплатить… А ты отвечал, что «не надо задавать лишних глупых вопросов!»

…

Знаете это ощущение, когда из глубоко сна до тебя пытаются достучаться, а ты не можешь проснуться и слышишь это все это как-то «совсем отдаленно»? Как будто на голову надели – один на другой, «матрешечным принципом» – несколько аквариумов… Говорят, что так происходит после операций с общим наркозом. Тебе – еще не делали, так что видел только в кино…

Дамочки много раз называют твое имя – безуспешно… Похлопывают – сначала нежно, затем посильнее… Одна из них распаляется и начинает лупить тебя по щекам прямо таки «со всей дури»… Обливают водой. Персонал задействует припасенный на случай нашатырный…

В итоге – неизвестно, сколько точно длилась эта «операция подъем»… Может, полчаса… Но как-то ты оклимался.

Снаружи – уже сильно хочется курить, пока «токсично-мускуллиный» ГБРовец говорит тебе:

– Братух, как, живой? На ногах держишься? Ага, ну, смотри… Видно, что не «синебот» какой-то… Напиздился – ну, с кем не бывает… Там к тебе вопросы какие только? На диван наблевал – надо, конечно, химчистку им оплатить... Плюс весь счет закрыть. Сам справишься? Мы не нужны уже? Все, давай, чтоб без эксцессов только больше, окей? - Несколько раз киваешь головой. – Ну, мы тогда поехали…

…

В баре – уже никого, хотя до утра еще несколько часов. Надо полагать, твое состояние и все сопутствующее окружающих тоже немного спугнуло… Отправились восвояси, конечно, и дамочки. Оставив после себя приятный запах парфюма и незакрытый счет, который ты теперь должен полностью оплатить. Вдобавок к тому, что «напил» и «назакусывал» сам… Вдобавок к химчистке дивана… Когда официантка и по-прежнему стоящий рядом администратор продемонстрировали итоговую сумму… Никогда бы не подумал, что Кристина –«первые сиськи» у вас, оказывается, предпочитает такие редкие и дорогие сорта шампанского! Сперва подумал, что один нолик спьяну все-таки показался лишним… Хотя и без него – было бы недешево… Но нет…

– Молодой человек! Картой, наличными? – Недовольно спрашивает, кажется, в третий раз, официантка, возвращая тебя из очередного «смыслового нокдауна»… Картой, картой.. Лезешь в карман и тут же себя одергиваешь: зачем? Какой, на хрен, картой… У тебя сейчас и пятой части того, что требуется, нет…

Да, Вадик, залетел ты… Смотришь на их усталые лица, просишь пару минут, чтобы выйти и «сделать один звонок». Кивают, но добавляют, что скоро им нужно закрываться. Идешь в туалет. Где-то раз десять умываешься холодной водой, как будто просто хочешь потянуть время. Что делать? Ходишь туда-сюда, думаешь… Хотя думать особенно не о чем. Ну, допустим, займешь… У кого? Ну, ладно, у того, этого и еще, наверное, можно у третьего… Хорошо, а остальную половину? Да и все спят сейчас, посреди ночи даже трубку вряд ли кто-то возьмет…

Русский мат – все-таки удивительно многогранен, соответствует всей сложности и «нелинейности» нашей общей цивилизационной судьбы. Вот взять, например, «блядь»… Тут и полный, и сокращенный вариант, и всевозможные «ответвления»… Связка слов, описание женщины, выражение недовольства… А еще нечто «финишное», «экзистенциально-тупиковое»… Тогда, в туалете, с возрастающей тональностью повторяется раз пятьдесят…

Дальше «блядь» идет немного передохнуть – и на замену выходит «пиздец»…

Все эти ужасные минуты, пока перебирал варианты, где-то «в глубине» думал об одном… Сначала отгонял ту мысль, но чем дальше, тем больше понимал, что альтернатив, кажется, нет….

Здесь стоит ненадолго вернуться к тому, что ты написал о своей семье. Многое, но далеко не все… Забыл упомянуть, что за долгие годы у семьи – ничего удивительного – образовались некоторые финансовые накопления… Так вот, по, ни хрена не счастливой, случайности, часть этих накоплений – находится и у тебя… «На черный день», «вдруг что»…

Да, если бы семья – в результате – узнала про это твое «что»…

Достаешь телефон, находишь свой банковский счет. Вот, да, «можно снять в любой момент»… Уже тогда захотелось ударить кулаком об стену – но сдержался, подумав, что после, вероятно, придется платить еще и за это… Да и «повторного диалога» с серьезными ребятами из ГБР, пожалуй, стоило все-таки избегать…

…

Расплатившись, взял из бара напоследок пол-литровую баночку энергетика. На улице – выпил ее почти залпом. Закурил. Постоял еще немного. Дышал морозным воздухом, харкнул кровью. Двинулся куда-то в неизвестном направлении, плетясь напротив одиноко-неторопливой снегоуборочной. Короткими отрезками сознание то как будто трезвело, то – ты снова чувствовал себя ужасно пьяным, насвистывая какие-то мелодии… Спросил себя вслух:

– Как себя чувствуешь, Вадь?

– Хреново! А утром будет вообще невыносимо! И ты даже сейчас – это прекрасно понимаешь…

– И что будем делать?

– Слушай, а с чего эрекция-то сейчас? Вот, да, нащупай в кармане… Ага, ага… – Твой «странный диалог с самим собой» продолжался…

– Придумал! Давай остановимся и передернем прямо здесь! А еще будем улыбаться и махать ручкой! Да вон – хотя бы водиле снегоуборочной! Как в ужастиках! Круто же! В первый раз так сделаем! Что еще надо, чтобы ощутить себя законченным мудаком и ублюдком?

– А ведь ты идею сейчас подкинул! Нет, не про «передернуть». Про другое… Есть ведь еще кое-что, чего ты пока ни разу не делал… Может, самое время попробовать? Ты же, дерьма кусок, зачем-то все равно вынул со счета денег чуть больше, чем надо было, чтобы за столики расплатиться? Давай! Давай, мразь, давай! Гулять так гулять, сука! Возьми же, падла, от этой ночи максимум! Ты же этого хочешь!

…

Присел на остановке. Снова курил. Смотрел на свет в зашторенных окнах, кажется, единственной «не спящей квартиры» многоэтажки напротив. «Кстати, заодно согреешься»… «Блин, что я делаю! Фу, блядь, фу!» Проходит еще чуть времени… «Ладно, делай уже!» Открываешь поисковик. Набираешь: «Купить любовь. Адреса»…

…

– Это, если что, я… – Немного, даже, смущенно (что для ее «сферы деятельности» все же, согласитесь, странновато) говорит сразу на пороге встретившая тебя «любовь».

Маркетинг, знаете ли, и в наши дни бывает весьма «агрессивным». И не надо здесь про «защиту прав потребителей», «клиент всегда прав!», «правило возврата с гарантией» и прочее… Мог же развернуться – и поехать обратно… Наверное, кто угодно, но не ты… И не тогда…

Почему-то там, на остановке, пятнадцатью минутами ранее, ты не стал затруднять себя долгим поиском, выбирать что-то «по вкусу»… «Схватил», или, вернее, «нажал», буквально на первую попавшуюся… Или решил сэкономить в эту ночь хотя бы на таком? Что – у транжиры неожиданно проснулась совесть? Или просто хотел уже скорее «присунуть», ой, простите, «любить»… Или дело опять в алкашке? Неважно…

Лицо «любви» на фотографиях в анкете было замазано – такое часто… Фигура? Да, блин, фигура как фигура! В общем, через пять минут ты уже был в такси – и ехать оттуда было совсем недолго…

Телефон. Еще один звонок. Подробно-вежливая инструкция, как пройти к подъезду, домофон, код, все – ты на месте… «Это, если что, я»… Приветливо кивнул: «здрасьте!»

– Разувайся и проходи. Сначала вон туда, до конца коридора, направо, там кухня… А я тебя тогда буду в комнате ждать.

…

«Работа кипела»… Дверь в одну из комнат открылась, оттуда – с очень довольным видом – вышел лысый толстый мужик, за ним – только что, очевидно, поднявшая ему настроение, другая «любовь»… Причем намного лучше той, что выбрал ты… И моложе. Можно было, наверное, и здесь «изменить траекторию» – взять и заплатить за нее. Но… Раз выбор уже сделан… Да и этой, скорее всего, нужно хотя бы немного «перевести дух» – тем более, после такого противного…

Кухня – место труда той, которую время от времени, ни хера не политкорректно, (видимо, что-то из «буржуазного» англо-американского) называют «мамкой»… Планшет, листочек – на нем большими цифрами номер телефона некого Станислава Вячеславовича Л., куда нужно перевести небольшую, в твоем случае, сумму за час «любви»…

Полная окурков пепельница. Обходительная и вежливая, улыбчиво-позитивная, как твоя школьная повариха, «мамка», пока набирает что-то в планшете (может, заполняет какие-то графики и таблицы, как никак – «цифровой век»), предлагает закурить. Соглашаешься. Затем, понурив взгляд, словно в кабинете у директора в десятом классе, смущенно произносишь:

– Вы извините только… У меня, это, ну… Презервативов с собой нет.

– Ахах, сынок! – «Сынок»… «Материнские инстинкты», видимо… – Этого «добра» у нас навалом! Не переживай! – Кивает на подоконник. Там, и вправду, целая «рассада»… – Да и Иришка уже захватила все! Обслуживаем «по первому разряду»! – А это уже, кажется, что-то из нашего, «советского»… «На пересечении эпох и стилей»… Дальше – еще что-то про «обработанных девочек», «санитарию», «условия»… Может, в благословенных восьмидесятых эта тетя на самом деле была кем-то вроде «Беллы Бородкиной местного разлива» – кто знает… Предлагает выпить - снова киваешь. Стакан вина - залпом.

– Ну, хорошего отдыха! – Говорит, как дойти до комнаты.

…

– Слушай, тебе же телевизор не помешает? – уточняет, отпивая вина из горла, «любовь», пока ты стягиваешь с себя одежду.

– Нет. Совсем нет… – Отвечаешь по-прежнему чуть смущенно, словно ты не в борделе, а в филармонии… Минут через двадцать пять, когда, вопреки сюжету старой песни, не везти тебе будет ни в «любви», ни в деньгах, ты, в поиске повода для недовольства хоть чем-нибудь вокруг, все же попросишь ее выключить, она парирует:

– Да прекрати! Люблю этот сериал… И он тебе на самом деле не мешает… – Любит же «любовь» идущую сейчас какую-нибудь одна тысяча двести восемьдесят девятую серию знаменитой «саги» о непростых, как у самой «любви», трудовых буднях следователей-криминалистов в их современно-навороченной лаборатории…

А пока – говорит ложиться на спину. Как раз под заставку новой серии. Повинуешься. Проводит некую небольшую «дезинфекцию» – ответственная за все и всех, аки советский министр, «Белла Бородкина» с кухни совсем тебе не врала… Надевает, как всегда, чуть прохладное (да еще и подоконник) «изделие» и, сделав еще один подготовительный глоток – «за дело»…

Скучно, монотонно, без доли «творчества», одним ухом слушая завязку сюжета о том, кто именно убил какую-то бабку ради хорошей квартиры в центре… Словом, именно так, как почти все мы и почти всегда делаем то, что является нашей – неважно, любимой или нет – работой… Минута. Вторая. Третья. Телевизор ярко отсвечивает в потолке…

Подумать бы еще о чем-то возбуждающем… Алена? Нет, только не сейчас и только не она! Кристина «первые сиськи»? Может быть, может быть… Сюжет становится уже интереснее – появляются, кроме сиделки и соседей, какие-то внуки и правнуки… Скоро будет рекламная пауза. Кажется, он готов. Кажется, «любовь»-Иришка говорит тебе об этом вслух. Итак…

…

Вряд ли стоит обвинять «любовь» в непрофессионализме… У нее, вероятно, такой «стаж», что скоро можно и на пенсию… Чуть раньше положенного – «за выслугу лет»… Да и внешний вид «любви», прямо скажем, уже наводит на какие-то мысли о пенсии… Может, проблема как раз в том, что ты стал на нее слишком много смотреть... Лучше бы и дальше думал про Кристину «первые сиськи», уткнувшись в потолок, или глядел на экран телевизора… Кстати, та милфа, которая, вроде бы, главный криминалист в лаборатории, кажется, еще ничего…

Или дело – в количестве выпитого… Или, как в какой-то момент говорит тебе Иришка:

– Послушай, мальчик! Мне что-то кажется, что проблемы тут совсем не в алкоголе… – В этот момент захотелось сделать с ней то, что делать с женщинами не принято… Даже с женщинами Иришкиного «социального статуса»… Помните тот ролик с Киркоровым?

Но на эту ее реплику – ты же воспитанный – никак не отреагировал. А с «покупателями» так, конечно, нельзя! Слышала бы «Белла Бородкина»… Наверняка провела бы потом для сотрудников назидательную лекцию о надлежащих правилах отечественного «сервиса»…

В любом случае, это все, как будто, особого значения не имеет… А вот то, что, спустя еще пару минут ее, лишенных всякого энтузиазма, движений «вверх-вниз» ты зачем-то спрашиваешь:

– Можно тебя поцеловать? – Для твоего будущего лечащего психиатра значение иметь, наверное, уже будет… Ты же ему расскажешь?

– С клиентами – не целуюсь! – Сказала, «как отрезала», «любовь», взглянув в твои наивные глаза. Размечтался, уебок! Какой-то сплошной сегодня – вспомнилась другая культовая песня соответствующей эпохи – «остров невезения»…

…

В общем… «А вы, подруги, как ни садитесь»… Хотя «садилась» «любовь» не то чтобы по-разному… Так, один «финт» в наборе – как у не слишком одаренного вингера-футболиста. «Эффекта» – почти никакого… «Видно - не судьба… Видно - нет "любви"…

– Время – истекло! – холодно царапает твою душу Иришка, слезая и прислонясь к бутылке. Кстати, брехня! Откуда-то ты знаешь, что серия про криминалистов длится ровно полчаса… А она только заканчивалась! Убийца, если кому интересно, внучка – крашеная стерва замужем за прилизанным альфонсом. «Заказала», значит, свою бабку… Но не на тех нарвалась, потаскуха! Вычислили ее – и без особого труда. И не такое видывали… - Продлевать – будешь? – Отрицательно качаешь головой. Нет, здесь как-то совсем «не атмосферно» и «не эстетично»…

Быстро одеваешься, выходите. Надо отдать должное «любви» – проводила до двери, предложила обувную ложку. Напоследок – снова запишем для лечащего психиатра – зачем-то жмешь ей руку… «Прощай-прощай»…

…

На улице – снова куришь. Садишься на заборчик. Думаешь где-то минуту. Да что тут думать… Место это – хочется поскорее забыть. Омерзительный бордель! И где его забыть? Правильно: где, как не в другом борделе? Только, разумеется, получше. Денег уже снова – совсем не жаль…

Вот – блондинка, фигура «точеная», предыдущей «любви» по возрасту годится если не в дочери, то уж точно в младшие сестры… Стоит, правда, в пять раз дороже… Да плевать! Позвонил, договорились, докурил - и в такси…

…

Здесь, действительно, все куда как лучше… Красивая, спортивная и улыбчивая «любовь номер два» – Анастасия – с очаровательным голосом, встречает тебя в прозрачной сорочке, из-под которой просвечивают розовые соски ее небольшой (все, как ты и предпочитаешь) груди.

На низкой громкости – расслабляющая музыка, приятный современный стиль интерьера, много выпивки на разный градус и вкус. На кухне наливает тебе пол-стакана виски, себе – вина, пока ты вновь вбиваешь номер телефона в банковском приложении.

На этот раз переводишь уже самой Анастасии, без «посредников». Здесь и структура «малого предпринимательства» выглядит, таким образом, иначе – «ИП»… Одна проблема – осуществить «транзакцию» сразу как-то не выходит… «Подозрительный контакт, возможно, это мошенники!» Интересно, какой ты по счету за ночь… От взгляда на свою новую «любовь» в тесных джинсах при этом встал уже так, как и не думал вставать ни на мгновение в месте твоей предыдущей дислокации… Поэтому ты – с максимально чистым сердцем и добрыми намерениями – говоришь:

– Да не проблема – давай потом переведу! Ты не подумай – я не…

– Нет, извини… – Вежливо-нежно парирует Настя. – Я понимаю, да, ты, может, хороший человек, но так нельзя… Если у тебя нет наличных… Но ты не беспокойся – тут совсем недалеко банкомат. Вызовешь такси, там круглосуточно все открыто…

Не прокатило – ожидаемо… Что поделать… Пока ждал машину, допил виски. Знаешь, Вадим… Тебе не кажется, что в твоей жизни столько препятствий к сексу… Даже с… Что… Ладно, проехали…

…

– Братух, дай угадаю! – Начинает «диалог короткой поездки» с тобой таксист с ухмылкой на лице. – От бляди этой? Да, я тут вас часто таких вожу, до банкомата, знакомо, ахах! – Хотелось ответить ему: «не говори так про Настю, она милашка!» – или что-нибудь в таком духе… Но вместо этого – попросил никакой новый заказ не брать: «сейчас вот только сниму наличных и снова меня подбросишь»…