Предатель. Измена мужа

В тот день, когда уехал Владик, я решила пораньше забрать Костика из сада, так как с работой у меня не заладилось и я снова взяла отгул сославшись на плохое самочувствие. Директор Слава Богу, мужчина у нас был понимающий и не гнобил за частые отлучки. Да и девчонки, зная мою ситуацию и проблему, относились благосклонно, за что была им весьма признательна и благодарна.

Придя в садик, зашла тихонько в раздевалку, так как у деток уже начался тихий час и неожиданно услышала плачь. Я сразу узнала Костика. Подлетев к двери резко дернула на себя. Картину которую увидела, была кошмарной. Молодая няня, отчитывая моего сына, который стоял перед ней смотря в пол, стучала ему в макушку пальцем.

В тот момент мне кажется у меня на какое-то мгновение помутилось сознание. Я влетела в игровую и чуть не сломала этой девчонке ее гребаный палец.

Она орала не своим голосом пока я ей его выкручивала приговаривая какие-то угрозы. Сейчас и не вспомнить.

Естественно, на крик выбежала воспитательница. Женщина попыталась нас разнять, но получилось это сделать только у охранника.

Долгий разговор сначала с воспитательницей. Мои гневные вопли и плачь няни ни к чему не привели, к общему знаменателю нам удалось прийти только в кабинете заведующей. Няню уволили, а воспитателя, Зинаиду Захаровну, попросили написать заявление по собственному желанию.Разборок в прокуратуре, которыми я пригрозила заведующей никому оказались не нужны. Проще было уволить некомпетентных сотрудников, нежели попытаться доказать свою правоту, как брызжа слюной пыталась мне доказать нянька, которая стуча по голове Костика костяшкой указательного пальца, решила таким образом объяснить ребенку, что тарелки ронять на пол нельзя, а уж не доесть вкусную кашу, которая оказалась на полу, так и вообще настоящее преступление.

– Не волнуйтесь, Альбина Викторовна. Больше эта девушка няней не сможет устроиться ни в один приличный детский сад, – заверила меня заведующая выводя из кабинета.

– Приличный?! – переспросила.

– Ну вы же понимаете, что есть сады и с более так сказать скромным бюджетом чем наш, и не каждая женщина там согласится работать за гроши.

Конечно я это понимала, от того становилось все гаже на душе.

Значит, рано или поздно эта няня сможет себе найти работу в детском учреждении. Главное быть настойчивой в этом деле.

Из-за этого инцидента, Костик вот уже несколько дней наотрез отказывается идти в детский сад. И даже уговоры и обещания Владика привезти сынишке большую игрушку не увенчались успехом. Костик словно орешек закрылся в своей скорлупке и не хотел идти на контакт.

Владик тут же нашел выход из положения и посоветовал мне уволиться с работы. Я наотрез отказалась. И мы даже на этом фоне немного повздорили с мужем, а спустя несколько дней я поняла, что он совершенно прав.

А пришедшие анализы, которые я все же сдала по рекомендации Людмилы Сергеевны, правда в другой клинике, стали решающим для меня аргументом. Сверяя показания крови с прошлых беременностей, я поняла только одно: на чудо надеяться не стоит, беременность будет тяжелой.

Раздумывать над сложившейся ситуацией я долго не стала.

На следующее утро проснувшись, мы с Костиком плотно позавтракали и отправились ко мне на работу.

В офисе нас ждали. О том, что я приеду, девочек предупредила заранее, чтобы не было для них мое появление сюрпризом.

– Алька, ну что ты торопишься, а? Ну зачем сразу увольняться? – усадив меня на мое рабочее место, Лидия Витальевна присела на край стола, внимательно рассматривая мое бледное лицо. – Ну, а как ты без денег будешь жить? Если уволишься: декретных тебе не видать! Ты же знаешь?

– Да, я в курсе, Лидия Витальевна. Ну, а что мне делать? Мне Костика некуда девать. Да…– я замолкаю, не знаю, стоит ли ссылаться на беременность.

– Что? – Оля подъезжает ко мне на кресле, а Лена щебечет с Костиком, изредка кидая на нас любопытные взгляды. Девушка совсем новая в нашем коллективе, молоденькая, она сразу понравилась Константину и он не раздумывая согласился на ее предложение поиграть с ней. – Что у тебя опять случилось?

– Беременность подтвердилась и, я совершенно растеряна. Не знаю как поступить, – мне внезапно вдруг так себя жалко стало. То ли от чрезмерного проявления заботы в голосах коллег, то ли от накопившегося и так и не высказанного наружу стресса, я беззвучно расплакалась.

– Аля, деточка, – Лидия Витальевна, подсаживается ко мне ближе ласково обнимает за плечи. – Ну, что, совсем тяжко?

Киваю головой. А у самой изо рта ни звука не выскакивает.

Я не хочу плакать вслух. Не хочу, чтобы Костик пугался.

– И куда ты собралась тогда?

– Домой, – натужным от сдерживаемого рыдания голосом отвечаю.

– Домой – это понятно, но без денег?!

– Владик мне деньги будет давать.

– Владик… Только и разговоров о твоем Владике много, а на деле что? Вечно в командировках. Вот не верю я, Аля, что он в командировки ездит так часто, лишь из-за денег. Не верю. Вторая женщина у него есть. Хоть убей, но вот чувство есть у меня такое…

С запалом произносит бухгалтер и думает наверное, что это ее открытие облегчило мне жизнь, но она ошиблась. Мне и без того было горько от того, что Владик уехал, а после ее слов, так и вообще, хотелось броситься бежать на вокзал, чтобы успеть купить билет и полететь вслед за мужем.

– Лидь Витальна, ну что вы говорите такое?! Але и так плохо, а вы еще ситуацию нагнетаете.

– Нет-нет, – успокаиваю Олю, так как слова девушки были чересчер дерзкими, а Лидия Витальевна все же была нашим начальником. – Да я и сама об этом задумываюсь в последнее время если честно. Боюсь просто себе признаться. Не хочу рушить тот хрупкие домик который возведен вокруг нас за эти годы. Ведь если дом рухнет, я потеряю все. А я не хочу. Боюсь остаться одна.

– Алька. Глупышка ты еще совсем, – выпускает меня из объятий Лидия Витальевна поднимается на ноги. – Толку-то жить в иллюзии? Рано или поздно будет прорыв. И поверь мне на слово, моя дорогая Аля, лучше первый шаг сделать самой, нежели дождаться того, что тебя бросят.

– Я знаю-знаю, все умом понимаю. Но сердце, оно как будто с ума сходит, как только представлю, что придется с мужем разводиться.

– А не надо представлять, Аль, – Оля отталкивается от стола и отъезжает за свой стол. – Мужа тебе нужно на чистую воду вывести, и только потом подумать о беременности. Не дай Бог, бросит. И что ты будешь делать одна с двумя детьми?

– Я не знаю, – пожимая плечами признаюсь девушкам. – Может… уеду.

– И куда же вы собрались, Альбина Викторовна?

Низким басом прокатился по кабинету голос нашего директора Озимкова Романа Александровича.

От неожиданности, а больше от страха мы как один вскочили на ноги вытянулись по струнке. Да, безусловно, Роман Александрович, был замечательным человеком: добрым, отзывчивым, понимающим, но халатности во время рабочего времени он не любил. Все должно быть четко и по графику.

– Здравствуйте, шеф. Извините, за непринужденную обстановку, но Альбине Викторовне, – начала оправдательную речь Лидия Витальевна, – необходимо была моральная поддержка.

– Для этого есть законные пятнадцать минут перекура, – сухо заметил директор. – Альбина Викторовна – это ваш ребенок?

Кивает на Костика, как будто на лишнюю деталь в этом кабинете директор, сурово смотрит на меня.

– Да, извините, Роман Александрович, мы зашли на минутку. Сейчас уходим.

Я взвилась на месте, торопливо подошла к сыну. Взяла его за руку. И тут же направилась к стеклянным дверям…

– Зайдите ко мне, Альбина Викторовна. Если у вас возникли проблемы, может просто стоит их нормально обсудить?

Сглотнула застрявший в горле сухой комок.

– Роман Александрович, я не хочу вас напрягать, но я уже все решила, сейчас забегу в отдел кадров напишу заявление…

– Ко мне в кабинет, – сурово перебивает меня директор.

Я не смотрю на мужчину, но четко чувству, с каким холодом он смотрит на меня, а косым взглядом замечаю, как активно жестикулирует за спиной директора Лидия Витальевна, пытаясь указать мне на мой сумасшедший дерзкий поступок крутя у виска.

– Извините, – мяукнув в ответ на приказ директора, я последовала за ним, волоча за собой упирающегося Костика.

Как только мы оказываемся в кабинете, Роман Александрович подходит к своему столу и достает оттуда маленькую модельку машинки, возвращается, присаживается на корточки перед Костиком, протягивает ему машинку.

– Смотри, какая модная, – мужчина словно забыв о том, что я стою рядом, все свое внимание переключил на Костика. – У нее даже капот открывается. Нравится?

Костик нахмурив бровки, поджимает губы, прячется за меня. Дергает за руку.

– Извините, Роман Александрович, но Костик не любит контактировать с чужими людьми, – оправдываюсь и мне отчего-то становится не по себе, потому как приходится отказывать директору, а он этого терпеть не может.

– Я не против. Тогда попробуйте вы.

Передает мне машинку, отходит на несколько шагов, но глаз не спускает, пристально следит за моими действиями.

Я тяжело вздохнув поворачиваюсь к сынишке:

– Костюш, родной. Иди на диванчике посиди, поиграй с машинкой, а я пока с дядей о работе поговорю. Хорошо.

Костик упрямо качает головой: мол нет.

– Зайчонок – это важно. Пожалуйста, послушай маму. Хорошо?! – настаиваю.

Костик несколько минут гипнотизирует меня взглядом своих голубых глаз. Я же уже готова сдаться. Но вдруг…

– Спроси, а он мне ее подарит или просто даст поиграть? – бормочет под нос еле слышно Костик, но его слова конечно же слышат все.

– Подарю, если будешь вести себя молодцом, – минуя меня, отвечает тут же Роман Александрович.

Костик на него даже не взглянул. Упрямец выдвинул подбородок вперед, крутанул белобрысой головой, забрал машинку и молча пошел на диван.

– Ох уж эти детки, – извиняюще улыбаюсь. – У нас Костик с новоровом.

– Заметно. В мужа наверное, – кидает директор на ходу и круто развернувшись садится в кожаное кресло. – Ну, что ж рассказывайте, что случилось? Почему хотите уволиться?

Пронизывающие синие глаза директора, превращаются в щелки. Жесткие. Алчные.

Я знаю, что такого циника как Роман Александрович в столице днем с огнем не сыщешь и каким бы он заботливым не прикидывался, он настоящая акула бизнеса, хищник, стоит только зазеваться сожрет и не подавится.

Вот и сейчас: сидит смотрит на меня, с красивым мужественным лицом, с легкой улыбкой на губах, в расслабленной позе, но меня так просто не обмануть, по тому как двигаются крылья его носа, как ходят сухожилия на скулах сразу понимаю, что директор далек от радужного настроения. В нем скорее всего свербит злость и злится он ни какого нибудь, а на меня.

– Роман Александрович, – начинаю, но голос предательски срывается и мне приходится на мгновение остановится, чтобы собраться и заодно сделать вдох. – У меня нет выбора. Садик в который ходил Костик… Это… Понимаете…

– Альбина Викторовна, – рявкает шеф так, что у меня в ушах зазвенело.

– Я с заведующей немного повздорила из-за няни в группе Костика. Она обижала сына и теперь Костик на отрез отказывается идти в этот детский сад. Оставить мне его не с кем. Мама далеко. Да и не может она приехать. За бабулей ухаживает…

– Стоп.

Поднимая ладонь прерывает мой поток слов директор. В этот самый миг, в меня сзади врезается детское тельце. Костик обнимает меня сзади, за талию. Крепко прижимается. Дроджит. Таки напугал его директор.

– Извините, Роман Александрович, что посвящаю вас в свои проблемы, но мне и правда…

– Альбина Викторовна, да помолчите уже. Дайте немного подумать, – сново обрывает меня директор. Бесит.

Стою пыхчу, прожигаю директора злобным взглядом. Вот надо же таким быть. Сначала просит рассказать, а потом затыкает.

– Так, – прерывает поток злобных мыслей директор. – Допустим, проблема с детским садиком решаема. Я могу рассмотреть как вариант, место для вашего сына в коммерческом детском саду…

– Роман Александрович, вы что! Мы с мужем не потянем… Да в этот сад вся моя зарплата будет уходить…

– Альбина Викторовна, вы плохо слушаете. Я же вам сказал, что рассмотрю этот вариант я, и не предлагаю рассмотреть его вам. У меня на попечительстве есть одно такое заведение и думаю, мне там как одному из спонсоров могут сделать неплохую скидку.

– Я не могу вас об этом просить, Роман Александрович – это слишком. Вам проще и дешевле будет подписать мое заявление…

– Альбина Викторовна, – директор поднимается, а я вдруг бессознательно отступаю назад. Мне отчего становится страшно.

– Что?! – пищу в ответ, подхватываю Костика на руки, прижимаю к себе и уже в голове прокручиваю побег.

– Где ваш муж?

– В командировке, – не задумываясь ляпнула правду и тут же пожалев прикусила язык, – приедет сегодня вечером, – добавила, но эффекта это никакого не произвело на мужчину.

– Значит, вы сыном пока одна занимаетесь? – директор неумолимо приближается ко мне.

– Зачем вы это спрашивает? С какой целью интересуетесь? – мои голос дрожит, волнение уже скрыть невозможно.

Шеф подходит ко мне вплотную. У меня аж от его близости кожа мурашками покрылась. Волосы на голове зашевелились, я столько лет работаю у Романа Александровича и это первый раз, когда осталась с ним наедине, да еще и в такой близости.

– Пойдемте. Я вас подброшу до дома, – мужчина кладет мне ладонь на поясницу подталкивает к выходу. – Чего вы так трясетесь? У вас температура?

Директор неожиданно кладет мне на лоб вторую руку и мне кажется на короткий миг, я лишилась сознание, но быстро пришла в себя, так как на руках закопошился Костик, сыну явно не понравилась такая близость чужого человека.

– Господи, Боже мой! Роман Александрович, что вы делаете? – дергаю головой и пытаюсь отступить от директора. – Сейчас же прекратите. Вы пугаете ребенка, – шиплю сквозь зубы, так, чтобы не напугать еще сильнее Костика.

– Я?! – искренне удивляется мужчина. – Я, просто волнуюсь, за ваше здоровье. Давайте мне ребенка. Я его донесу до машины.

– Мама, – Костик мгновенно сжимает на шее руки, словно удавка.

У меня аж дыхание перехватило.

– Сынок, – вырывается хрипло. – Ты так маму задушишь. Не волнуйся, у меня тебя никто не заберет, – заверяю сына и только тогда хватка становится слабее, директор отступает.

– Извините, Альбина Викторовна. Я уже и забыл, что дети бывают такими ревнивцами. Мой оболтус уже здоровенный лоб, а детей нет до сих пор…

В голосе директора скользит сожаление и какие-то внутренняя тоска. Мне становится не по себе.

– Я уверена, Роман Александрович, что Аркадий Романович, вас обязательно порадует. Он у вас жених видный. Девушек вокруг него наверное слишком много. Никак не выберет ту единственную.

Стараясь абстрагироваться от своих проблем, я моментально подхватываю ту тему, которую предлагает директор. Тем более знаю, что Аркадий для Романа Александровича больная тема.

– Девушки, – мы выходим из кабинета, взгляды моих коллег прикованы к нам.

Оля, Лена и Лидия Витальевна сгорают от любопытства, но я лишь отвожу взгляд, потому как рассказать мне им нечего.

– Да, Роман Александрович, – Лидия Витальевн встает со своего места, так как она главная, расправляет плечи.

– Я сейчас отъеду по делам. Вернусь после обеда. Если кто будет спрашивать, перенесите встречи на завтра.

– Да, Роман Александрович, – кивает женщина и делая вид что что-то черкает в блокноте.

– И вот еще что?! – с серьезным видом и строгим голосом произносит директор. – Завтра придет на стажировку, новая секретарша, только попробуйте запугать ее. Оставлю всех без премии. Поняли меня?

У девчонок от удивления вытянусь лица. Таки подловил их директор.

– Да, о чем вы вообще Роман Александрович! – возмущенно пищит Оля.

– Я все сказал. Пойдем, – кивая на выход, подталкивает меня.

Я чувствую, как девчонки прожигают мне своими взглядами спину, ну ничего я не могу им сказать. Ничего.

По дороге на парковку мы с директором не обмолвились ни словечком. Да и неудобно было мне вести светские беседы. У меня дыхание то и дело сбивалось из-за быстрого шага. Я шла торопливо, не отставая от директора, а у того ноги были значительно длиннее моих.

– Так, что вы там про мужа говорили? – открывая передо мной дверь интересуется директор.

– Он в командировке, – повторяюсь.

– Надолго? – продолжает давить директор.

– На месяц, – решаю, что врать шефу уже бессмысленно.

– Хм, – задумчиво поджимает губы, смотрит сквозь меня. – Значит, оставил вас одну с ребенком?!

– Так получилось. Работа у него такая, – оправдываю мужа зачем-то.

– Допустим. Но это неважно.Деньги есть?

– Есть. Муж оставил.

– Хорошо. Тогда напишите без содержания на несколько дней, пока будете устраивать сына в детский сад. Все ясно? – хмурясь уточняет, я только открываю рот, чтобы высказаться против, как директор не церемонясь, просто захлопывает перед мои лицом дверь, оставляя меня сидеть с открытым ртом.

– И да. Можете просто поблагодарить меня, а не ломаться, Альбина Викторовна, – говорит директор, забираясь в салон автомобиля, усаживаясь на водительское сиденье.

– Я бы поблагодарила, Роман Александрович, только мне не нужна ваша помощь. Мне нужно уволиться, – не прошу, а уже умоляю. – Я беременна, Роман Александрович, – наконец-то произношу это вслух.

– Вот как?! – мужчина кидает на меня задумчивый взгляд.

– Да, и мне нужно больше времени чем два дня без содержания, Роман Александрович.

Мужчина заводит машину. Выезжает с подземной парковки. Молчит. И я молчу. Я не знаю что сказать. Я признавшись директору, как будто опустела. Чувства. Эмоции. Все превратилось в тлен. Осталась только тактильная чувствительность и связь с сыном. Его я чувствую, им дышу.

– Тогда предлагаю отпраздновать ваше увольнение в кафе, – растягивает губы в улыбке мужчина, а я подкатываю глаза под лоб, тяжело вздыхаю.

Что директору от меня нужно? Этот вопрос остается для меня загадкой.

Директор привозит нас в одно из самых известных в столице кафе-мороженое “Стойн”. Знаю это потому, как мы здесь уже однажды были. Больше не возвращались, так как для нас это слишком дорогое кафе. Но конечно же не для Романа Александровича.

Понимая что уже не откажешься, а любые препирательства – это только бестолковая трата времени, мы с Костиком молча следуем за мужчиной. Сынишка в предвкушении.

Еще бы. На самом входе установлены фигурки супер-героев, которые так хорошо известны малышам по современным мультфильмам, здесь же, есть и небольшие электрические машинки, на которых дети с удовольствием гоняют на специальной площадке.

– Я отойду на минуту, а вы пока делайте заказ. На цену не смотрите, – строго предупреждает директор. – Возьмите все, что понравится Костику и вам. Договорились?

Молча киваю в ответ. Как только Роман Александрович исчезает из виду, к нам тут подходит свободный официант, предлагает пройти к свободному столику и конечно же подает для Кости свободную машинку.

Сынишка понимая, что машинка для него, недолго думая усаживает в красный кабриолет и растягивая пухленькие губки в улыбке поднимает глаза на меня. Счастье в огромных зрачках плескается бескрайнее.

Официант отвозит машину на площадку, я же усаживаюсь напротив так, чтобы можно было наблюдать за ребенком.

– Ну, что тут у вас? – раздается над головой голос директора, от неожиданности вздрогнув поднимаю на него взгляд.

– Все отлично, Роман Александрович, – сухо отвечаю, пока мужчина усаживается рядом. – Так вы объясните мне, для чего сюда привезли? Ведь не ради того, чтобы накормить мороженым, я правильно понимаю?

Мужчина на какое-то время делает вид, что внимательно наблюдает за Костей. От его пристального взгляда у меня начинается внутренняя дрожь.

– Знаете, Альбина, я за вами уже давно наблюдаю, – мужчина переводит взгляд на меня, и теперь внимательно оглядывает с головы до той части туловища, что находится над столом, у меня потеют ладони. – И с каждым разом чувствую, что вы нуждаетесь в помощи или… защите.

Боже! О чем это он? У меня от его слов округляются глаза. Во рту мгновенно пересыхает.

– Что вы имеете ввиду, Роман Александрович? Какая помощь? Я вас не понимаю?!

С губ срывается нервный смешок и тут же растворяется под проницательным взглядом мужчины.

Я вся покрываюсь потом. Мне кажется, я догадываюсь о чем сейчас будет наш разговор. И я… я не хочу его продолжать. Не хочу слышать то, что у мужчины крутиться на языке. Я не готова к такому повороту событий.

– Мне нужно в туалет, – резко встаю из-за стола.

– Хорошо. Сами найдете? Или… вас проводить?

– Не надо! – вырывается эмоционально. – Я знаю сама.

– Ладно. Ступайте. Вернетесь, обсудим одну важную деталь.

На негнущихся ногах, захожу на площадку по которой Костик скользит на машинке. Склоняюсь к сыну, предупреждаю о том, что мне нужно отлучиться ненадолго. Показываю пальцем на Романа Александровича, давая понять Косте, что он остается не один и как только сынишка кивая головкой, отпускает меня, торопливо покидаю пределы видимости директора, прячась в коридоре с тусклым освещением.

– Аля!? Аля – это ты?

Знакомый голос доносится до моих ушей откуда-то справа. Оглядываюсь.

– Денис? – хлопаю глазами. Вот это встреча.

Парень, отталкивается от стены и в несколько широких шагов преодолевает расстояние разделяющее нас.

– Ага, привет. А я все смотрел, смотрел. Думаю ты или не ты. Рядом же мужик какой-то, не Влад?! – в глазах парня вижу блеснувшее лукавство.

– О, чем ты? Это директор мой, – ударяю Денчика по руке. – Сто лет тебя не видела! А ты тут с кем?

– С дочкой. Вот вытянула меня, пока Аня на работе, решили мороженка поесть.

– Дорого тут, – жалуюсь. – Но на халяву можно и гульнуть, – нервно усмехаюсь.

Денис оглядывает меня цепким взглядом. С коллегой мужа, мы уже давно не встречались и если раньше, Владик меня звал с собой на все корпоративы, что были у них на работе, то в последний год, как-то не срасталось у нас.

– Как сама-то, Аль? – не спуская глаз, спрашивает парень.

Я же под его пристальным взглядом начинаю тушеваться. Что он так смотрит? Плохо выгляжу?

– Не поверишь. Ничего не изменилось. Все как обычно: дом, работа, сын. Владик постоянно в разъездах. Ваше начальство совсем обнаглело. Загоняло его. Разве нет у вас свободных мужчин? – возмущаюсь шутливо, но по тому как меняется взгляд Дениса, я понимаю, что что-то ляпнула не то.

– Аль, какое начальство? Какие командировки? Влад полгода назад уволился?! Ты что-то путаешь, – пожимает плечами Денис. – Да и в командировки если у нас кто и ездит, так это вышка. Директора. Начальство одним словом. Эй, Алька. Тебе чего там Владька наговорил?

А я после его слов, как будто оглохла. Уши заложило, в затылке заломило. Уволился пол года назад?! Этого не может быть! Он бы мне сказал!

Но… яркой вспышкой пронизывает сознание факт того, что муж этого не сделал.

– Не может этого быть?! – отступаю на шаг, глупо ухмыляюсь. – Не может быть!?

– Аль, я не знаю, что там у вас происходит с Владом, а точнее что происходит у него, но он уволился. И давно, – сухо, четко констатирует факт, друг мужа.

– Ты врешь, Денис! Зачем? – мое лицо застывает в изумлении. – Ты хочешь нас поссорить? Мстишь за то, что я тебе не дала? Не стала изменять Владику?

– Господи! Ты дура, Аль! Уже давно остыл к тебе. И забыл те глупости.

– Тогда зачем ты мне врешь? Наговариваешь на друга своего?

– Папа, я все, – прерывает наш разговор, звонкий детский голосок. – А кто эта тетя?

Опускаю взгляд. На меня смотрят два угольно черных глаза на маленьком детском личике, в обрамлении пушистых ресниц.

– Это, тетя Аля. Забыла? – Денис подхватывает дочку на руки. – Мы как то в парке встречались, у них еще ребеночек с белыми кудряшками, Костик.

– А, тетя Аля. Вспомнила. Я помню тетю. А где ваш ребенок? – задает тут же мне вопрос дочка Дениса.

– Катается на машинке, – отвечаю хриплым, севшим от бушующих во мне эмоций, голосом.

– Папа, я тоже хочу на машинки! – девочка болтает ножками, призывая Дениса к действиям.

– Сейчас идем, зайка. Прости, Аль. Я не думал, что у вас настолько все плохо. Ладно. Извини. Я наверное пойду?! – то ли спрашивает, то ли ставит перед фактом меня Денис, но так как он продолжает стоять на месте, я понимаю, что он все таки спрашивал.

– Иди, конечно, Денис.

Парень уходит, оставляя меня в полной растерянности. У меня внутри все горит. Сердце словно кусок железа плавится в горячей печи, разливается смертоносной лавой по внутренностям.

Я стою и не знаю что делать! Как себя повести?! Горло дерет немой крик. Душу разрывает на части. До осознания очень медленно, но неумолимо доходит вся суть, сказанных Денисом слов. Значит. Владик обманывает меня уже полгода… или если учесть то, что у дочери его нового начальника достаточно большой живот, семь или восемь месяцев.