Спасти мир и всё-таки жениться

— Кем? — спросил Эраст Акакиевич.

— Будущим ребёнком данного союза.

Ардеина замерла.

Козёл посмотрел на неё:

— У нас будет ребёнок?

— Нет!

— Расчётная вероятность — шестьдесят три процента, — сообщил мальчик.

— Каким образом? — спросил Тарас.

— Магия.

— Очень содержательное объяснение.

Над алтарём появилось изображение.

Маленькое существо с золотой чешуёй, копытами, крыльями и рогами. Оно сидело на горе документов и дышало огнём.

— Красивый, — сказал козёл.

— Ужасный, — прошептала Ардеина.

— В тебя.

— Нет, в тебя!

— Спор о внешности потомка подтверждает семейную связь, — заметил Регистратор.

И опустил печать.

Удар громыхнул на все девять миров.

Золотой свет прошёл по залу.

Белые фигуры остановились.

Над Ардейной и козлом появились два отдельных кольца. Они соприкоснулись, но не слились.

— Союз зарегистрирован, — сказал Верховный Регистратор.

— Всё? — спросил козёл.

— Всё.

— Я женат?

— Да.

Козёл сел.

— Зря.

Ардеина ударила его хвостом.

— Теперь точно женат, — сказал Тарас.

Эраст Тарасович смотрел на два кольца.

— Брак должен соединять.

— Соединил, — ответил Эраст Акакиевич. — Но не уничтожил различия.

— Это неоптимально.

— Это семья.

Система попыталась использовать связь между супругами для объединения миров.

Серебряные нити прошли от Ардейны к Ладену и от козла к Девятому миру.

Но на месте их встречи возник спор.

Одна нить требовала огня.

Другая — бумаги.

Первая хотела летать.

Вторая — есть.

Связь не могла решить, кто кому должен подчиниться.

— Несовместимость! — произнёс Согласователь.

— Мы предупреждали, — сказал козёл.

Серебряная сфера лопнула.

Девять колец разлетелись.

Миры начали расходиться.

— Получилось! — крикнул Тарас.

— Нет, — ответил Серафим.

Кольца не возвращались к своим мирам.

Они дробились.

Каждый обломок создавал отдельную линию реальности.

В одной Ардеина отказалась от свадьбы.

В другой козёл выбрал идеальную версию себя.

В третьей Тарас женился на Элеоноре.

В четвёртой Эраст вошёл в стеклянный шар.

В пятой Согласователь победил.

— Миры не разделяются, — сказал Серафим. — Они размножаются.

Над залом появились тысячи дверей.

Из каждой выходили Эрасты, Тарасы, Веры, Миры, драконы и козлы.

— Не люблю большие свадьбы, — сказал настоящий Тарас.

Один из его двойников подошёл и ударил его.

— За что?

— За то, что ты всё испортил.

— Тогда ты точно я.

Глава 27

Слишком много Эрастов

Первые пять Эрастов ещё можно было различить.

Один носил бороду.

Второй был в рыцарских доспехах.

Третий — в серебристом костюме Орбиса-9.

Четвёртый держал на руках ребёнка.

Пятый улыбался.

Именно пятый вызывал наибольшее недоверие.

Через минуту Эрастов стало сорок семь.

Они заполнили свадебный зал, потребовали документы, организовали временную комиссию и почти сразу разделились на три фракции по вопросу нумерации протоколов.

— Предлагаю установить старшинство по времени появления, — сказал бородатый Эраст.

— В разных мирах время течёт неодинаково, — возразил Эраст из Орбиса-9.

— Тогда по возрасту.

— Биологическому или календарному?

— По алфавиту, — предложил Тарас.

Сорок семь Эрастов одновременно посмотрели на него.

— Я пошутил.

Настоящий Эраст поднял руку:

— Необходимо определить исходную линию.

— Почему вашу? — спросил улыбающийся Эраст.

— Мы разрушили сферу.

— В моей линии сферу разрушил я.

— А в моей её не существовало, — сказал Эраст с ребёнком.

Младенец у него на руках посмотрел на Тараса и произнёс:

— Папа.

Тарас отступил:

— Нет.

— Вероятность высокая, — сообщил серебряный Эраст.

— Уберите вероятность.

— Она уже родилась.

В зал входили новые Тарасы.

Один был королём Ладена.

Другой — знаменитым изобретателем.

Третий носил монашескую одежду и утверждал, что дал обет безбрачия после пятой свадьбы.

Четвёртый был женщиной.

— Даже спрашивать не буду, — сказал настоящий Тарас.

— Правильно, — ответила она. — Долго объяснять.

Пятый Тарас состоял в браке с Маргаритой Петровной.

Настоящая Маргарита Петровна посмотрела на него:

— На каком основании?

— Вы поймали меня при попытке пересечь границу неслучившегося события.

— Это не основание для брака.

— В нашем мире — основание.

Герцог Равельский обрадовался:

— Значит, я свободен?

— Нет, — ответили обе Маргариты Петровны.

Миры продолжали создавать варианты.

В зале появились двадцать три Веры.

Одна была женой Эраста.

Другая никогда с ним не встречалась.

Третья пришла в траурном платье.

Настоящий Эраст посмотрел на неё:

— Кто умер?

— Вы.

— Когда?

— Через два года.

— Причина?

— Попытались самостоятельно починить электрическую розетку.

Тарас засмеялся.

— Что смешного? — спросил Эраст.

— Ты погиб не при спасении мира, а от розетки.

— Смерть не обязана соответствовать биографии.

— Я бы на твоём месте не подпускал себя к электричеству.

— Я и не собирался.

— Именно так ты сказал в моём мире, — заметила вдова.

Появились Миры.

Среди них настоящая сразу увидела ту, которая вышла замуж за идеального Тараса. Женщина была спокойной, ухоженной и совершенно несчастной.

Рядом стояла Мира — королева Ладена.

За ней шли двое детей.

— Это чьи? — спросил настоящий Тарас.

— Наши, — ответила королева.

Элеонора вытащила меч:

— Каким образом она стала королевой?

— Вы отреклись.

— Почему?

— Вышли замуж за герцога.

Все посмотрели на Равельского.

— Наконец-то достойное будущее, — сказал он.

В зал вошла Элеонора из того будущего.

На плече у неё сидела Маргарита Петровна.

— Нет, — сказала будущая принцесса. — Я вышла за неё.

Герцог побледнел.

Маргарита Петровна поправила зелёный костюм:

— Не вижу оснований удивляться. Ваша документация оставляет желать лучшего.

Козлов было больше всех.

Они выходили из дверей стадами.

Чёрные, белые, крылатые, механические, говорящие и один необычайно воспитанный, который попросил разрешения съесть занавес.

— Кто настоящий? — спросила Ардеина.

Козлы одновременно ответили:

— Я.

— Что делать?

— Кормить, — сказали они.

Ардеина посмотрела на единственного козла с перевязанным боком и обгоревшей шерстью.

— Этот мой.

— Почему? — спросил идеальный золоторогий козёл.

— Он хуже всех.

Настоящий козёл довольно кивнул:

— Любит.

— Не привыкай.

Среди драконов тоже возникли варианты.

В одной линии Ардеина стала королевой.

В другой — погибла в Башне Последнего Часа.

В третьей так и осталась маленькой, потому что слишком часто пользовалась квартирным обликом.

А затем появилась Ардеина в свадебном платье.

Рядом шёл Тарас.

Мира медленно подняла камень.

— Это ошибка! — сказал Тарас.

— Какая именно версия?

— Все!

Дворец трещал.

Тысячи вариантов реальности не помещались внутри одного события.

— Нужно закрыть двери, — сказал Серафим.

— Как? — спросил Эраст.

— Каждый вариант должен признать, что он не единственный.

— Они не признают.

— Почему?

Эраст посмотрел на сорок семь собственных версий.

Каждая уже подготовила доказательства своей подлинности.

— Потому что они — я.

Улыбающийся Эраст поднялся на алтарь.

— Предлагаю голосование.

— По какому вопросу?

— Какая линия должна сохраниться.

— Остальные исчезнут?

— Да.

Тарас покачал головой:

— Хороший способ доказать, что мы лучше Согласователя.

— Иначе погибнут все.

— Он тоже так говорил.

Эрасты заспорили.

Каждый предлагал сохранить собственный мир.

Король Тарас вытащил меч.

Изобретатель Тарас включил машину.

Монах Тарас начал молиться, но после появления женщины-Тараса открыл один глаз и сбился.

Веры защищали свои жизни.

Миры — свои.

Над дворцом зажглась надпись:

КОЛИЧЕСТВО ВАРИАНТОВ ПРЕВЫШАЕТ ДОПУСТИМОЕ.

БУДЕТ СОХРАНЁН ОДИН.

— Согласователь вернулся, — сказала Сомневающаяся.

— Какой? — спросил Тарас.

— Все.

Тысячи Эрастов Тарасовичей появились над дверями.

Каждый управлял своей правильной реальностью.

Они заговорили одновременно:

— Начинается отбор лучшего мира.

Глава 28

Конкурс на лучшую реальность

Правила конкурса появились на небе.

ПЕРВЫЙ ЭТАП: УРОВЕНЬ СЧАСТЬЯ.

ВТОРОЙ ЭТАП: КОЛИЧЕСТВО КОНФЛИКТОВ.

ТРЕТИЙ ЭТАП: СТАБИЛЬНОСТЬ БРАКОВ.

МИР, НАБРАВШИЙ МЕНЬШЕЕ ЧИСЛО БАЛЛОВ, БУДЕТ УНИЧТОЖЕН.

— Почему меньшее? — спросил Тарас. — По счастью надо больше.

— По конфликтам меньше, — ответил Эраст.

— Они могли составить отдельные шкалы.

— Согласен.

— Неужели мы сейчас обсуждаем методику конца света?

— Она составлена плохо.

Эрасты вокруг одобрительно закивали.

Согласователь объявил:

— Начинается первый этап.

Дворец разделился на тысячи комнат.

В каждой показывали отдельную жизнь.

На одном экране Эраст и Вера жили вместе сорок лет. Показатель счастья держался на уровне семидесяти двух процентов.

В соседней версии они расстались через месяц.

Эраст стал известным руководителем, Вера — путешественницей. Оба считали себя довольными.

Показатель — восемьдесят один процент.

— Значит, нам лучше не быть вместе? — спросила Вера.

— Расчёт неполон.

— Чем?

— Не учтено, что у них отдельное счастье.

— Счастью обязательно быть общим?

Эраст не ответил.

Перед Тарасом появились две жизни.

В первой он остался с Мирой. Они часто ссорились, несколько раз расходились, дважды возвращались. Показатель счастья — шестьдесят восемь процентов.

Во второй Тарас женился на Элеоноре.

Стал королём. Спас Ладен. Воспитал троих детей. Показатель — восемьдесят девять.

Элеонора посмотрела на него:

— Очевидно.

— Ничего не очевидно.

— Ты счастливее со мной.

— Тот — да.

— Чем ты отличаешься?

— Пока не женился.

Мира смотрела на свою жизнь с идеальным Тарасом.

Девяносто четыре процента счастья.

— Вот, — сказала она. — Система считает, что мне лучше без настоящего тебя.

— Она не первая.

— Ты мог хотя бы обидеться.

— Обиделся.

— Не видно.

— Внутри.

— Там у тебя склад сломанных вещей. Не найдёшь.

Согласователь вывел результаты.

Их исходная реальность оказалась на восемьсот сорок шестом месте.

— Неплохо, — сказал Тарас.

— Из восьмисот сорока семи, — уточнил Эраст.

— Тогда стабильный результат.

Начался второй этап.

Конфликты.

В их мире учитывались войны, споры, разводы, драки, служебные разногласия и случай, когда Тарас не уступил место женщине в метро, потому что она оказалась на фотографии, а вагон был рекламным.

Их реальность заняла последнее место.

— Не переживай, — сказала Мира. — Ниже некуда.

— Выбывшие миры будут уничтожены после третьего этапа, — сообщил Согласователь.

— Уже есть куда.

Третий этап оказался хуже.

Стабильных браков в их реальности было много.

Счастливых — меньше.

Добровольных — ещё меньше.

А союз Ардейны и козла система вообще не могла классифицировать.

ВИДОВАЯ НЕСОВМЕСТИМОСТЬ.

ОТСУТСТВИЕ ОБЩИХ ИНТЕРЕСОВ.

ВЗАИМНЫЕ УГРОЗЫ.

ВЕРОЯТНОСТЬ РАЗВОДА — 99,97%.

— Почему не сто? — спросила Ардеина.

— Боится, — сказал козёл.

Их брак получил минус триста баллов.

Исходная реальность заняла восемьсот сорок седьмое место.

— Поздравляю, — сказал идеальный Эраст. — Ваш мир официально худший.

— Зато без сомнений, — ответил Тарас.

Над их дверью загорелось:

ПОДЛЕЖИТ УНИЧТОЖЕНИЮ.

Жители лучших реальностей зааплодировали.

У них не было войн.

Не было несчастий.

Не было причин сочувствовать худшим.

Согласователь поднял руку.

Их дверь начала закрываться.

— Стойте! — крикнул Серафим. — Методика неверна.

— Ошибок в расчёте нет.

— Вы измерили счастье каждого человека отдельно.

— Да.

— Но не измерили значение мира для остальных.

Согласователь замер.

— Уточните.

Серафим указал на Ардейну:

— В некоторых мирах она спасала другие реальности ценой собственной жизни. Её показатель счастья низкий. Но благодаря ей жили остальные.

Потом на Эраста:

— Он отказывался от идеальной жизни, чтобы сохранить возможность выбора для других.

На Тараса:

— Он совершал неправильные поступки, которые нельзя было рассчитать.

— Это не преимущество, — заметил Тарас.

— Сейчас — преимущество.

Серафим повернулся к тысячам вариантов.

— Если бы нашей худшей реальности не существовало, сколько из ваших миров сохранилось бы?

Согласователи начали считать.

Один за другим экраны гасли.

В мире короля Тараса Ладен погиб без Ардейны.

В идеальном мире Эраста Межа закрылась, и Орбис-9 разрушился.

В реальности без конфликтов люди добровольно ушли в стеклянные шары.

Лучшие миры зависели от худшего.

На небе появился результат:

БЕЗ ИСХОДНОЙ ЛИНИИ

СУЩЕСТВОВАНИЕ ОСТАЛЬНЫХ НЕВОЗМОЖНО.

— Значит, мы победили? — спросил Тарас.

— Нет, — ответил Эраст.

— Почему?

— Система не умеет оставлять результат без оптимизации.

Согласователи объединились.

Тысячи мальчиков слились в одного.

Он стал выше.

Старше.

Теперь перед ними стоял взрослый Эраст Тарасович.

В его лице сочетались черты Тараса, Сомневающейся, Миры и Элеоноры. Белые глаза смотрели спокойно.

— Исходная реальность признана необходимой, — сказал он. — Все остальные подлежат присоединению к ней.

— Нельзя! — крикнул Серафим.

— Почему?

— Она не выдержит.

— Будет создан единый мир.

— Мы снова вернулись к браку, — сказал Эраст.

— Да.

Над дворцом возникло новое приглашение:

СВАДЬБА ВСЕХ ВОЗМОЖНЫХ МИРОВ

СОСТОИТСЯ НЕМЕДЛЕННО.

Тарас прочитал.

— А медовый месяц где?

— В вечности, — ответил Согласователь.

— Далеко.

Глава 29

Побег из собственной жизни

Чтобы избежать присоединения, каждая реальность должна была закрыть свою дверь.

Но двери не закрывались снаружи.

Кто-то должен был остаться внутри и отказаться от возвращения.

— Добровольно? — спросил Тарас.

— Да, — ответил Серафим.

— Навсегда?

— Вероятно.

— Плохой план.

— Другого нет.

— Тогда точно плохой.

Двойники смотрели друг на друга.

Никто не хотел исчезать.

Король Тарас первым подошёл к двери Ладена.

Рядом стояли королева Мира и их дети.

— Я закрою, — сказал он.

— Почему ты? — спросил настоящий Тарас.

— Потому что у меня есть дом.

— Именно поэтому должен остаться с семьёй.

— Если дверь не закрыть, дома не будет ни у кого.

Королева Мира взяла его за руку:

— Закроем вместе.

— А дети?

— Они останутся с нами.

Настоящая Мира подошла к ним.

Девочка, похожая на неё, обняла её.

— Ты тоже мама?

— В некотором смысле.

— Останешься?

Мира посмотрела на Тараса.

Тот ничего не сказал.

— Нет.

— Почему?

— Потому что моя жизнь в другой двери.

Королева улыбнулась:

— Иди. Мы справимся.

Дверь Ладена закрылась.

За ней осталась семья, которой никогда не существовало в исходной реальности, но которая была настоящей в своей.

Следующей подошла вдова Эраста.

— Я закрою свою линию.

— Вы останетесь одна? — спросил Эраст.

— Я уже осталась.

— Там я погибну через два года.

— Возможно.

— Не подпускайте меня к розетке.

— Не лишайте меня будущего, Эраст Акакиевич.

Она коснулась его руки.

— Даже если оно короткое.

Дверь закрылась.

Идеальный Эраст стоял возле своего мира.

Там его ждала идеальная Вера.

— Вы счастливы? — спросил настоящий Эраст.

— Да.

— Уверены?

— Всегда.

— Тогда сочувствую.

Идеальный двойник впервые улыбнулся не по расчёту.

— А я вам.

Он вошёл в дверь.

Закрыл её.

Одна за другой реальности отделялись.

Изобретатель Тарас вернулся в пустую мастерскую.

Монах — в монастырь, где его ждали пять бывших жён с вопросами.

Женщина-Тарас задержалась.

— Что? — спросил настоящий.

— Хотела посмотреть, станешь ли ты лучше.

— И?

— Нет.

— Рад, что не разочаровал.

Она ушла.

Осталась последняя чужая дверь.

За ней находился мир, где Тарас женился на Элеоноре.

Королевство процветало. Ардеина была жива. Козёл занимал должность придворного советника и ел только утверждённые бумаги.

Элеонора смотрела внутрь.

— Это хорошая жизнь.

— Да, — сказал Тарас.

— Ты мог бы войти.

Мира молчала.

— Там я нужен, — продолжил он.

— Здесь тоже, — сказала Элеонора.

— Там я король.

— Здесь пока безработный.

— Убедила остаться.

Принцесса улыбнулась:

— Идиот.

— Вы все сегодня удивительно точны.

Элеонора шагнула к двери.

— Я закрою её.

— Но это не твой мир.

— Мог бы стать моим.

— Ты исчезнешь?

— Нет. Я останусь там. С тем Тарасом.

Мира нахмурилась:

— С чужим?

— Он тоже настоящий.

— А вы любите этого.

Элеонора посмотрела на Тараса.

— Люблю возможность, которой он не стал.

Тарас не нашёл ответа.

Она поцеловала его в щёку.

— Не переживай. Там ты лучше.

— Утешила.

Элеонора вошла в дверь.

Будущий король встретил её.

Королева Мира стояла рядом.

Все трое посмотрели друг на друга.

— У них будут сложности, — заметила настоящая Мира.

— Значит, мир сохранится, — ответил Эраст.

Дверь закрылась.

Осталась исходная реальность.

Дворец начал сжиматься.

Согласователь смотрел на пустые проёмы.

— Вы лишили миры возможности стать единым целым.

— Мы дали им возможность остаться собой, — сказал Эраст.

— Они обречены на разные судьбы.

— В этом смысл.

— Они будут ошибаться.

— Обязательно.

— Некоторые погибнут.

— К сожалению.

— Тогда зачем вы их спасли?

Тарас пожал плечами:

— Чтобы они сами выбрали, от чего погибать.

— Это жестоко.

— Иногда свобода вообще невежливая вещь.

Дворец раскалывался.

— Нам нужно уходить, — сказал Серафим.

— Куда? — спросила Вера.

Осталась одна дверь.

На ней было написано:

ЖИЗНЬ, В КОТОРУЮ ВЫ ВЕРНЁТЕСЬ.

Эраст взялся за ручку.

Дверь не открылась.

Надпись изменилась:

ТРЕБУЕТСЯ ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ПОДЛИННОСТИ.

— Каким образом? — спросил он.

УКАЖИТЕ ОШИБКУ, ПРИНАДЛЕЖАЩУЮ ТОЛЬКО ВАМ.

— У нас большой выбор, — сказал Тарас.

— Нужна такая, которую не повторил ни один двойник.

Все задумались.

Дворец продолжал разрушаться.

У них оставалась минута.

— Я женился на козле, — сказала Ардеина.

— Вариантов было несколько, — ответил Серафим.

— Я трижды потерял один меч, — сказал Тарас.

— Пять двойников сделали то же самое.

— Я впустил Согласователя, — произнёс Эраст.

— В других линиях тоже.

— Тогда что?

Мира посмотрела на него.

— Вы закрыли шкаф на ключ после того, как он предложил просто пожить.

— И?

— А потом всё равно открыли.

Дверь мигнула.

ОШИБКА НЕДОСТАТОЧНО УНИКАЛЬНА.

Вера взяла Эраста за руку.

— Вы решили, что не хотите свадьбу, не спросив меня.

Он посмотрел на неё.

Дверь засветилась.

УНИКАЛЬНОСТЬ ПОДТВЕРЖДЕНА.

— Почему это уникально? — спросил Эраст.

— Потому что во всех остальных мирах вы либо женились, либо потеряли меня, — ответила Вера. — Только здесь вы до сих пор не решили.

— Очень неприятная дверь, — заметил Тарас.

Она открылась.

За ней находился их кабинет.

Все шагнули внутрь.

Последним шёл Согласователь.

Эраст остановил его.

— Вы куда?

— В исходную реальность.

— На каком основании?

— Она моя.

— Нет.

— Я создан в ней.

— Вы созданы из возможного будущего.

— Без меня мир останется без управления.

— Именно.

Согласователь посмотрел на Тараса.

— Папа?

Тот вздрогнул.

— Не надо.

— Ты позволишь мне исчезнуть?

Тарас молчал.

Дворец рушился.

Мальчик снова стал десятилетним.

Таким, каким появился в лифте.

Не системой.

Ребёнком.

— Я не хочу умирать, — сказал он.

Тарас протянул руку.

Эраст удержал его:

— Если он войдёт, всё начнётся снова.

— Он ребёнок.

— Он будущее, которое подчинило мир.

— Сейчас он ребёнок.

— Тарас…

Мальчик стоял перед дверью.

За его спиной исчезали стены.

— Решай, папа.

Тарас посмотрел на Миру.

Она плакала, но ничего не говорила.

На Эраста.

На протянутую детскую руку.

— Нет, — сказал Тарас.

Мальчик побледнел.

— Ты меня не спасёшь?

— Спасу.

— Как?

— Оставлю тебе выбор.

Тарас шагнул обратно в разрушающийся дворец.

Дверь захлопнулась.

Мира бросилась к ней.

— Тарас!

Открыть было невозможно.

На двери появилась надпись:

ИСХОДНАЯ ЖИЗНЬ ПОДТВЕРЖДЕНА.

ОДИН УЧАСТНИК ОТКАЗАЛСЯ ВЕРНУТЬСЯ.

За стеной что-то громыхнуло.

Потом стало тихо.

Тарас исчез.

Глава 30

Мир без Тараса

Первые три дня его искали.

На четвёртый Эраст понял, что третьего дня не было.

Время исправляло себя после вмешательства козла. Календарь снова показывал правильные даты. Люди помнили вторник и среду. Пятница вернулась, хотя выглядела слегка помятой.

Тараса не помнил никто.

Директор обнаружил пустое рабочее место и потребовал освободить стол.

В личных делах отсутствовала фамилия Тюлькин.

В электронной переписке его сообщения исчезли.

На фотографиях рядом с Эрастом оставалось пустое место.

Только несколько человек сохранили память.

Эраст.

Вера.

Мира.

Ардеина.

Козёл.

Серафим.

И Маргарита Петровна, потому что Бюро хранило сведения о событиях, которые официально не произошли.

Мира жила в квартире одна.

Носки больше не лежали под креслом. Инструменты исчезли с кухни. Чайник работал нормально и молчал.

Она ненавидела его за это.

Каждое утро Мира ставила две чашки.

Потом убирала вторую.

Однажды Эраст пришёл к ней.

— Мы нашли дверь.

Она поднялась:

— Где?

— В Бюро.

— Она ведёт к Тарасу?

— Неизвестно.

— Тогда идём.

— Есть условие.

— Какое?

— Дверь открывается только для человека, который согласится прожить жизнь без него.

Мира долго смотрела на Эраста.

— Это шутка?

— Нет.

— Чтобы вернуть Тараса, я должна отказаться от него?

— Признать, что сможете жить, даже если он не вернётся.

— Не хочу.

— Понимаю.

— Нет, не понимаете.

— Возможно.

— Вы бы смогли отказаться от Веры?

Эраст не ответил.

— Вот видите.

— Именно поэтому дверь предназначена вам.

Мира отвернулась.

На кухне закипел чайник.

Обычный.

Без порталов и предсказаний.

— Он выбрал мальчика, — сказала она.

— Да.

— Не меня.

— Он выбрал возможность спасти обоих.

— Почему тогда не вернулся?

— Потому что пока не нашёл способа.

— Или не хочет.

— Тарас часто не понимает, чего хочет. Но обычно возвращается за вещами.

Мира посмотрела на ящик с инструментами.

Внутри лежала отвёртка.

Любимая.

С синей ручкой.

— Он её оставил.

— Значит, вернётся.

В Бюро Неслучившихся Событий было пусто.

Очередь исчезла. Люди вернулись в свои жизни. Одни воспользовались утраченными возможностями. Другие оставили их в прошлом. Мужчина с букетом всё-таки подарил цветы, но не той женщине и на сорок лет позже.