Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2

– Цышань выплеснул светлую ци, – прошептала она. – Мое ядро… оно не справляется.

Стоило этим словам слететь с губ Хуанъянь, как все внутри Мин Ханя похолодело. Подхватив ее на руки, он поспешил к краю веток, не решаясь воспользоваться быстрым перемещением.

– Дао рядом?

Ян Юмэй кивнула, прижалась к его груди и накрыла голову тканью – лишь бы он не смотрел на ее быстро стареющее лицо.

Добежав до края Цышань, Мин Хань без раздумий прыгнул вниз, зажмурив глаза от ударившего в лицо воздуха. Прошли долгие секунды, прежде чем его ноги ступили на спину подхватившего их Дао. Как только небожитель устроился между его крыльями, он с клекотом устремился вниз.

– В Нижнем Мире есть темные источники? – спросил Мин Хань, прижимая Ян Юмэй к себе.

– В резиденции Черной Крови, – раздался хриплый ответ.

От мысли, что, скорее всего, придется встретиться с Ян Лю, Мин Хань поморщился, но спорить не стал. Сейчас было важнее как можно быстрее доставить Хуанъянь вниз, пока она не стала высохшей старухой.

Прорвавшись через расщелину Среднего Мира в Нижний, Дао устремился в Ланжэнь. От количества темной ци Ян Юмэй с облегчением вздохнула, а вот Мин Хань закашлялся, повязав на нос платок.

Мин Ханю не пришлось направлять Дао – тот либо слушал мысленные приказы Ян Юмэй, либо сам запомнил дорогу к дому Черной Крови. Приземлившись на крыше одного из зданий, он опустил крыло, по которому Мин Хань с Ян Юмэй на руках соскользнул вниз. Обернувшись, небожитель замер, увидев абсолютно черные глаза главы клана Черной Крови. Тот стоял в паре шагов от него, словно все это время только и ждал их появления.

– Глава Ян, Юмэй…

– Дай ее мне, – велел Ян Лю.

С неохотой подчинившись, Мин Хань бережно передал ему демоницу. Даже не взглянув на небожителя, Ян Лю скрылся в одном из коридоров, оставив после себя неприятный холод и тревогу.

– Ты все правильно сделал, не стоит переживать, – произнесла стоявшая до этого за спиной Ян Лю демоница с зелеными лентами в волосах – Мин Хань вспомнил про тетушку Ло. – Мэймэй должна была прийти только завтра, но мы почувствовали резкий прилив ци в Цышань. Иди за мной.

Помедлив, Мин Хань послушно направился за тетушкой Ло, что проводила его в гостевую комнату. Дышать там стало легче, и он снял с лица платок. Присмотревшись, небожитель заметил очищающие печати из нефрита под самым потолком.

Внутри комнаты стоял столик с расставленными на нем чашками, чайником и закусками.

– Вы не прогоните меня?

– Зачем же? – удивилась демоница. – Я вижу, как ты волнуешься за Мэймэй, так что можешь остаться здесь, пока она не придет в себя. Если бы она была тебе безразлична, стал бы ты ее спасать?

Мин Хань кивнул и сел за стол.

– Ее ядро выдержит?

– Да, оно закалено в тысячах битв. Мэймэй избрала путь демона и должна платить за это своим телом. Это не первый раз, когда такое происходит, но навряд ли она хотела, чтобы ты увидел ее в таком состоянии.

– Цышань ведь никогда себя так не вело, так почему же?..

– Кто знает, – пожала плечами тетушка Ло. – Здесь, в Нижнем Мире, тоже случился всплеск темной ци. Видимо, что-то спровоцировало его.

Мин Хань сжал чашку, стараясь унять тревогу в сердце.

– Знаешь, думаю, глава Ян проникся твоим поступком.

– Разве? – удивился Мин Хань, вспомнив холодное лицо демона.

– По нему это, правда, не скажешь, – грустно улыбнулась тетушка Ло. – Тебе известно, почему он покинул Небеса?

– Знаю, что он хотел защитить Юнь, за что его и прогнали.

– Почти так и есть. А ты знал, что он любил одну из Юнь?

Увидев лицо Мин Ханя, тетушка Ло рассмеялась:

– Не только он, но и генерал Юнь Ин. Они влюбились в одну Юнь, которая их покорила. Но после поселение, где она жила, вырезали за неповиновение Верхнему Миру. Если Юнь Ин проглотил обиду и остался на Небесах, то глава Ян не смог этого стерпеть и ушел. Думаю, он видит себя в тебе, Мин Хань. И боится, что ты, как и он, потеряешь свою Юнь.

Глава 31

Не потеряй свою Юнь

Ей понадобилось три дня, чтобы прийти в себя. Еще бы немного, и демоническое ядро треснуло бы. Кто знает, сколько бы прожила после такого Ян Юмэй?

– Тебе повезло с мужем, – приветствовала ее тетушка Ло, войдя в комнату. – Промедли он немного, ты бы сгорела.

Сев к ней на кровать, демоница приложила пальцы к запястью Хуанъянь, слушая ее пульс. Удовлетворенно кивнув спустя время, она подала ей пиалу с целебным отваром.

– А-Хань ушел? – тихо спросила та.

– Нет, хотя я предлагала несколько раз.

– Отец не причинил ему вреда? – осторожно поинтересовалась Ян Юмэй, выпив горький отвар, но не поморщившись.

– Ты ведь знаешь – он не трогает твои вещи. Я сделала все, чтобы небожитель чувствовал себя комфортно и темная ци не навредила его телу. Если бы ему было все равно, он не стал бы здесь ждать. И тем более не стал бы тебя спасать.

– Знаю.

Отчего же ее все еще удивляла забота со стороны Мин Ханя? Она привыкла полагаться только на тетушку Ло и главу Ян, вдобавок Мин Хань не так силен, чтобы ее защитить. Но он это сделал уже в который раз.

– Можешь рассказать, что произошло? – попросила тетушка Ло.

– Мы веселились, танцевали, и я почувствовала, как Цышань наливается светлой ци, – призналась Ян Юмэй. – Это было так внезапно… впервые такое вижу.

– Не ты одна, – призналась демоница. – Мы с главой Ян опросили нескольких старых демонов, но и они не помнят, чтобы такое было. Ты не замечала за Цышань ничего странного в последнее время?

Ян Юмэй помедлила с ответом. Тетушка Ло не та, перед кем стоит скрывать правду, ей известно очень много тайн всех трех Миров.

– В последнее время, находясь на Цышань, я слышу голос. Он приходит, когда светлая ци заполняет мое тело, а демоническое ядро слабеет. Я думала, это кто-то из небожителей решил так поразвлечься, но поняла, что это не так. Голос просит, чтобы я его услышала, говорит, что никому больше это не под силу.

Тетушка Ло вздрогнула, внимательно смотря на Ян Юмэй, и от этого взгляда той стало неуютно. Возникло чувство, словно Хуанъянь сказала, что у нее за спиной выросли крылья или она отыскала живого дракона.

– Возможно, я просто начала слышать души, – криво улыбнулась она, спеша сменить тему. – Слышала, многие небожители порой слышат души, а раз я из Юнь, то…

– С тобой заговорило Цышань, – негромко перебила тетушка Ло.

Удивленно взглянув на нее, Ян Юмэй с неверием переспросила:

– Со мной? Проклятой Юнь с демоническим ядром? Цышань ведь разговаривает только с владыкой Небес, так почему оно стало говорить со мной?

– Но не ты ли сказала, что его никто не слышит, – заметила демоница. – Значит, Цзюньфэнь перестала слышать Цышань. Владыка Верхнего Мира сделала то, что заставило Цышань закрыться от нее и найти того, кто вновь его услышит.

– Но что Цзюньфэнь могла…

Ян Юмэй замолкла, поймав взгляд тетушки Ло. Они подумали об одном и том же – убийство Юнь.

Пусть и не своими руками, но Цзюньфэнь продолжает это делать, надеясь подчинить их натуру и выведать обо всем, что сокрыто в Хранилище. Видимо, смертей стало так много, что даже Цышань не смогло выдержать и закрылось от нее.

– Я не самый лучший вариант для того, чтобы слушать какое-то дерево, – пробормотала Ян Юмэй.

– Но оно ведь выбрало тебя не просто так. Цышань – это мощная душа, обретшая вид древа, не стоит недооценивать ее. Прислушайся к тому, что хочет сказать тебе голос, может, в этом и кроется ответ?

Хуанъянь не ответила. Видимо, Цышань слишком глупо, раз думает, что сможет воспользоваться Ян Юмэй, как куклой, и диктовать свои правила.

– Я хочу найти А-Ханя, – сменила она тему, поднявшись с кровати. – Отведи меня к нему.

Кивнув, тетушка Ло проводила Ян Юмэй в гостевой дом, где Мин Хань играл в вэйци[7] с кровавым мотыльком. Стоило ему увидеть демоницу, как он поспешил подняться и подойти к ней.

– Как ты?

– Как видишь, мое прекрасное лицо восстановилось, – преувеличенно бодро произнесла та, позволив ему коснуться своей щеки. – Или ты хотел, чтобы я так и осталась старухой?

– Если бы хотел, то не спешил бы сюда, – вздохнул небожитель. – Ты уверена, что тебе можно на Небеса?

– Цышань пришло в норму, волноваться не о чем, – произнесла тетушка Ло. – Однако все же будьте внимательнее: ситуация может повториться. И, Мэймэй, не жди до последнего – следующего раза твое ядро может не выдержать.

– Знаю, знаю.

Взяв Мин Ханя за руку, Ян Юмэй потащила его на улицу, но остановилась, увидев Ян Лю. Небожитель крепко сжал ее ладонь, настороженно смотря на мужчину с непроглядно черными глазами.

– Еще не успела прийти в себя, а уже в Верхний Мир рвешься? – сухо спросил Ян Лю.

– Отец, не всегда же мне быть рядом с вами, муж будет скучать без меня.

– Тогда избавься от него.

Хуанъянь почувствовала, как крепко, почти с отчаянием сжались пальцы на ее руке. Неужели Мин Хань и правда думает, что она так поступит? Что за глупость.

– Отец, не шутите так, – улыбнулась Ян Юмэй. – А-Хань уже стал нашей семьей, это все равно что приказать мне избавиться от тетушки Ло. Вы знаете, что я так никогда не сделаю.

– Смеешь не слушаться меня?

– Я лишь взываю к вашей мудрости.

– Он не защитит тебя.

– Значит, нас защищу я, – спокойно ответила Хуанъянь. – Глава Ян, вы слишком меня опекаете. Что бы ни случилось, я все еще ваша верная слуга и дочь, и это никогда не изменится.

Он усмехнулся, словно ждал этого ответа. Поклонившись ему на прощание, Ян Юмэй свистнула, призывая Дао. Вместе с Мин Ханем они запрыгнули на его спину и поднялись над Нижним Миром, сквозь одну из трещин вырвавшись в Средний, освещенный нежным сиянием Цышань. Дерево развернуло над их головами свою крону, словно стремясь дотянуться ветвями до самого края земли. У Ян Юмэй невольно екнуло сердце, и она вспомнила слова тетушки Ло.

Нужно выяснить, что Цышань хочет от нее.

Дао никогда не долетал до кроны Цышань, будто что-то останавливало его. Обратившись стайкой мотыльков, Ян Юмэй и Мин Хань перенеслись на нижние ветви, по которым добрались до ближайшего моста.

Листья зашелестели, словно приветствуя вернувшихся, и демоница услышала слабый внутренний оклик. Цышань пыталось с ней связаться, но пока не могло из-за демонического ядра Хуанъянь. Стоит ей стать послабее, как она вновь услышит голос.

Звон наполнил тишину, и перед Мин Ханем и Ян Юмэй появились два светлых духа в переливающейся, подобно чешуе, броне.

– Демоница Хуанъянь, тебя вызывают на совет, – одновременно произнесли они.

– Для чего? – вмешался Мин Хань.

– Она обвиняется в убийстве.

* * *

Ян Юмэй и Мин Хань стояли на коленях в главном зале дворца Цзюньфэнь. Он прилегал к стволу Цышань, в котором был вырезан трон, где и восседала главная богиня. У ступеней трона стояли Юнь Ин и Ши Цин (последний нервно поглядывал на друга), а вдоль стен собрались небожители, ожидавшие увидеть представление.

– Мы пришли сюда, как только Цзюньфэнь позвала нас, – произнес Мин Хань, держа перед собой руки.

Юнь Ин взглянул на Ма Лян, и та кивнула, позволив ему говорить. Ее глаза внимательно следили за небожителем и демоницей, словно стараясь прорваться через их кожу и кости и оголить душу.

– Демоница Хуанъянь обвиняется в убийстве целого клана Юнь из шестидесяти духов.

Зрачки Ян Юмэй сузились, и она сухо спросила:

– Зачем мне уничтожать собственный род, генерал Юнь? Если бы я хотела это сделать, от Юнь давно бы ничего не осталось.

– Разве кто-то способен предсказать твои шаги? – раздался надменный голос Лу Янь. – Ты творишь, что желаешь, никто тебе не указ.

– Убийства Юнь совершаются давно. Какие у вас есть доказательства, что в этом виновна я?

Ян Юмэй пристально взглянула на Цзюньфэнь:

– Вы можете обвинить меня даже в том, чего я не совершала, только потому, что я демоница, разве не так?

Небожители неуверенно переглянулись, невольно подтверждая ее слова.

– У нас есть свидетель, – произнес Юнь Ин, жестом веля кому-то подойти. – Он видел, как демоница Хуанъянь убивает Юнь.

К генералу, испуганно посматривая на демоницу, подошел дух рыбки с ушами-плавниками и золотистыми волосами.

– Рассказывай, что ты видел, – велела Ма Лян.

– Я-я р-р-раньше доставлял в п-поселение Юнь рис, – запинаясь, начал дух, сминая в руках одежду. – В-в этот раз я нем-м-много оп-поздал. Когда я п-пришел, то ув-в-видел… Юнь. Много м-мертвых Юнь. И т-там была девушка. В к-красном, с б-белыми в-в-волосами.

– Ши Цин? – приподняла бровь верховная богиня.

– Он говорит правду, – подтвердил тот.

– Когда ты это увидел? – спросил Юнь Ин.

– Д-два дня назад.

– Ваше превосходительство, это невозможно, – вмешался до этого молчавший Мин Хань. – Во время празднования Хуанъянь стало плохо, я лично проводил ее в Нижний Мир и все три дня был там.

– Небожитель Мин, ты видел, как она восстанавливается? – подавшись вперед, поинтересовалась Ма Лян.

– Я… нет, – вынужден был признаться Мин Хань.

– Значит, ты не был рядом с ней все три дня, что Хуанъянь восстанавливалась, и не можешь подтвердить, что она никуда не уходила, – заключила Цзюньфэнь.

На скулах небожителя заиграли желваки, но он промолчал. Однако Ян Юмэй молчать не собиралась. Взглянув на духа рыбы, она спросила:

– Ты видел мое лицо?

– Ч-что? – испуганно переспросил тот.

– Ты видел мое лицо, когда я напала на Юнь?

Он замешкался, прежде чем признаться:

– Н-нет. Не видел.

Ян Юмэй усмехнулась, взглянув на главу Небес:

– Если он не видел моего лица, то как может утверждать, что там была я? Все эти три дня я восстанавливалась, и глава Ян может подтвердить это. Видимо, кто-то решил приписать мне лишние убийства. Ши Цин, ты ведь бог правды, так поймай меня на лжи; я никогда не убивала Юнь.

Все в зале замерли, напряженно смотря на Ши Цина. Тот молчал, прежде чем негромко произнести:

– Хуанъянь не убивала Юнь. Она не нарушала договор.

Его слова заставили всех присутствующих вздрогнуть, а Ян Юмэй – победно улыбнуться. Хоть что-то полезное в этом трусливом божке есть.

– Тогда советую поймать того, кто порочит твое имя.

– Как будто оно уже не опорочено, – тихо усмехнулась Хуанъянь, уже громче добавив: – Цзюньфэнь не стоит волноваться. Я обязательно найду его и заставлю ответить за свои действия.

Глава 32

Назревающая беда

– Не понимаю. Тот дух не лгал, но и в твоих словах не было лжи! – удрученно воскликнул Ши Цин, массируя переносицу. – Я ведь не могу ошибаться.

– Ты как спасение Небес, так и их проклятие, – заметила Ян Юмэй, постукивая пальцами по столу.

– Но если это не ты, то кто? Неужели существует еще одна демоница в красном?

– Нет, – хором произнесли Мин Хань и Ян Юмэй.

– Видимо, Цзюньфэнь надоело видеть меня на Небесах, раз она прибегла к такому, – усмехнулась демоница.

– При чем тут она? – не понял Ши Цин.

Мин Хань и Ян Юмэй переглянулись, и демоница все же произнесла:

– Цзюньфэнь уничтожает Юнь, чтобы завладеть Хранилищем.

– Что ты такое говоришь? – ужаснулся Ши Цин, вскочив на ноги. – Да она бы никогда такого не сделала! Чтобы глава Небес убивала – разве это может быть правдой?

– Вот только убивает она чужими руками, а не своими. Ну что, опровергнешь мои слова, бог правды?

Он попытался, но не смог, от бессилия бросив веер на стол.

– Но разве это Хранилище Юнь не открывается при помощи ключа?

– Да, но Юнь знают иные способы в него попасть, – кивнул Мин Хань.

– Раньше она убивала Юнь, перекладывая вину на меня, а теперь не получается, – фыркнула Ян Юмэй.

– Мы можем доказать, что она в этом замешана? – спросил Мин Хань.

– Как? Если она не убивает Юнь своими руками, то даже Ши Цин не может ничего сделать. Нет доказательств, что Ма Лян стоит за этим, только наши предположения. Все, что остается, – это быть внимательнее.

Ма Лян слишком осторожна в своих действиях, даже Ян Юмэй не знала, как к ней лучше подступиться. Этой богине далеко за тысячу лет: она жила еще задолго до рождения того же Ян Лю или Юнь Ина.

– Будем ждать, – решила Хуанъянь. – Рано или поздно она сделает свой ход, нам же остается быть готовыми к нему.

– Чувствую, недолго продлится договоренность между Нижним и Верхним Мирами, – с тоской заметил Ши Цин. – А жаль, мне нравилось, что никто никого не убивает.

Ян Юмэй оказалась права. Спустя пару дней Цзюньфэнь вызвала Мин Ханя в главный дворец под предлогом обсуждения насущных вопросов. Она, словно специально, дождалась, когда Ши Цин спустится к верующим в Средний Мир, а Хуанъянь отправится помогать Ян Лю усмирить один из демонических кланов.

Мин Хань нашел Ма Лян в чайной комнате с видом на плывущие облака, укутывающие ветки и листья Цышань. Верховная небожительница разливала по пиалам чай. Кивком головы приветствовав Мин Ханя, она произнесла:

– Присаживайся, мне бы хотелось с тобой поговорить.

Все внутри Мин Ханя сжалось, но он послушно опустился напротив. Цзюньфэнь поставила перед ним чай, от которого пахло грушей и карамелью. Помедлив, он сделал глоток, почувствовав сладость на языке. Похоже, в этот чай добавили ягоды Цышань.

– Владыка столь внезапно вызвала меня. Могу узнать, что послужило причиной?

– Слышала, у тебя храмов стало больше, чем у Мин Ли. Прими мои поздравления.

– Они ни к чему, я не делаю ничего такого, что может привлечь последователей, – покачал головой Мин Хань. – Не думал, что у бога цветов и живописи может быть больше храмов, чем у бога войны.

Ма Лян улыбнулась, подлила ему чай и предложила закуски.

– С тех пор, как два Мира заключили между собой соглашение, стало значительно спокойнее. Ты проделал хорошую работу, небожитель Мин. Небеса в долгу перед тобой, как и каждый небожитель на Цышань. Скажи мне, удается ли держать демоницу под контролем?

– Да, она слушается меня, – осторожно кивнул Мин Хань. – У нее были мысли причинить вред небожителям, но я их пресек. Вы и сами видели, что, кроме мелких шалостей, она не доставляет проблем.

– Верно, и это может меня успокаивать. Однако есть то, что меня волнует.

Мин Хань вопросительно взглянул на Цзюньфэнь. Ему с трудом удалось унять сердце, чтобы его удары не заглушали слова верховной богини.

Цзюньфэнь неторопливо поднялась, обошла стол и встала за спиной небожителя. Она не смотрела на него, повернув голову к окну и разглядывая плывущие среди веток облака.

– Юнь – удивительные существа. Они способны жить вечно, а их мудрость не знает границ. Однако, создавая изумительные вещи, они совершенно не заботятся о том, что будет с ними самими. Они привыкли жить в безопасности, привыкли, что все обходят их стороной, и совершенно не задумываются, что когда-нибудь их не станет.

Ма Лян вздохнула, и в ее глазах появилась печаль.

– Знаешь, раньше у меня была старшая сестра, я любила ее всем сердцем, но, увы, не смогла защитить.

– Ее убили? – догадался Мин Хань.

– Да, и отчасти я тому виной. Думала, раз она старше, то знает все лучше меня, доверяла ей без оглядки, но ошибалась.

– Разве ее душа не должна была переродиться?

– Возможно, этого я уже не знаю. Мне известно, что ее сгубил демон, унесший множество жизней. Я не хочу такой судьбы и для тебя, Мин Хань. Не хочу, чтобы какая-то демоница заставила тебя выбирать между собой и тремя Мирами, это нечестно. Но, возможно, тебе и не придется выбирать.

Ма Лян повернулась к нему, и на мгновение Мин Ханю показалось, что ее глаза окрасились голубым, но то была лишь иллюзия, исчезнувшая так быстро, что он не придал ей значения.

Сердце резко сжалось, и все внутри вспыхнуло огнем. От неожиданности Мин Хань ахнул и, тяжело дыша, уперся руками в пол. Холодный пот выступил на лице, крупными каплями срываясь с подбородка и кончика носа. Казалось, кто-то разрывает ему внутренности, в горле встала кровь. Она полилась сквозь стиснутые зубы, кляксами падая на пол и заставляя небожителя стонать от боли.

– Мне жаль, что я втянула тебя в это, Мин Хань, – присела напротив Ма Лян и почти по-матерински погладила его по голове. – Ты лишний в этой истории – не должен был даже возвышаться, но оказался рядом с Хуанъянь, и мне придется тебя использовать. Видишь ли, я подозреваю, что ее душа принадлежит тому демону, который погубил мою старшую сестру, и я не собираюсь отпускать ее просто так.

– Поэтому… вы одобрили наш союз?.. – прохрипел Мин Хань, с трудом выталкивая из себя слова. – Хотели… чтобы она… была рядом?

– Верно. Жаль, что ты не понимаешь всей опасности, которая исходит от нее. В Хуанъянь не осталось ничего от светлого духа – лишь тьма, которая пожирает все, что ее окружает. Я хочу, чтобы ты помог мне от нее избавиться, Мин Хань.

Он через силу усмехнулся, плюнув на ее протянутую ладонь:

– Нет, лучше убейте сейчас.

– Я подозревала, что так будет. Неужели ты не боишься смерти? Не боишься впасть в забвение? – поинтересовалась Ма Лян, взяв его за подбородок и заставив взглянуть на себя.

– Рано или поздно это и так бы произошло, разве нет?

Она усмехнулась, достала из рукава белоснежную пилюлю и протолкнула ее в рот Мин Ханя. Тот попытался выплюнуть, но Цзюньфэнь так сильно сжала его челюсти, что он не смог открыть рот. Ему оставалось только давиться, чувствуя, как пилюля сладостью рассасывается на языке и стекает в горло. Убедившись, что он ее проглотил, Ма Лян отпустила его и поднялась.

– Я думала, с тобой удастся договориться. Увы, ты не хочешь видеть истинную сущность этой демоницы. Видишь ли, пока я занимаю пост владыки, мои руки не должны быть в крови, такое условие мне поставило Цышань.

Мин Хань закашлял, пытаясь отплеваться, но пилюля уже проникла внутрь и холодом разливалась в желудке.

– Что ты мне скормила?

– Всего лишь пилюлю, которая подавит чары этой демоницы и обезопасит тебя.

– Зачем? – хрипло спросил он.

Взглянув на него, Ма Лян улыбнулась и протянула руку со сжатыми пальцами. Повинуясь неведомой силе, Мин Хань поднялся, тяжело дыша и исподлобья смотря на верховную богиню. Не спеша подойдя к нему, она поправила его воротник и растрепавшиеся волосы.

– Ты окажешь мне услугу, благодаря которой возвысишься в глазах людей. Ты станешь тем, кто убьет Хуанъянь.

– Нет, – прошептал Мин Хань, и его сердце болезненно сжалось. – Никогда.

– Это трудно, я знаю. Ее колокольчик слишком сильно околдовал тебя, и ты не первый, с кем она так играет. Но ты можешь стать последним, тем, кто закончит ее игру.

– Я не стану этого делать, – прохрипел Мин Хань.

– Станешь, – спокойно ответила Ма Лян, коснувшись пальцем его метки бога между бровями. Ту пронзила яркая нестерпимая боль, и небожитель закричал. – Слушай меня, Мин Хань. Твои чувства – обман, ты мой меч, который встанет на защиту своего хозяина. Хуанъянь играла с тобой, заставляя поверить себе. Повтори!

– Она… не играла со мной! – прошипел Мин Хань, и боль наполнила все его тело.

– Повтори, что я сказала. – В голове небожителя раздался голос Цзюньфэнь, столь могущественный, что подавил его волю. – Повтори!

– Она… играла… со мной, – словно издалека услышал Мин Хань свой голос.

– Ты не любишь ее.

– Я… не люблю ее, – повторил он, и боль ослабла.

– Ты убьешь Хуанъянь.

– Я убью Хуанъянь.

Метку перестало жечь, и, довольно улыбнувшись, Цзюньфэнь отступила на пару шагов назад.

Мин Хань сидел на полу, и его дыхание постепенно выравнивалось. Мысли успокоились, и он не мог понять, почему был так встревожен пару секунд назад. Что заставило его волноваться?

– Ты устал, Мин Хань, – раздался заботливый голос Ма Лян. – Иди к себе и отдохни.

– Да, прошу прощения, что причинил вам неудобство, – пробормотал он.

Покинув дворец, небожитель неторопливо зашагал к себе, пытаясь разобраться с новым странным чувством. Он словно что-то забыл, но не знал, что именно. Это вещь? Или человек? Стоило напрячь память, как метка между бровями начинала болеть.

Дойдя до дома, Мин Хань неуверенно замер, словно ждал кого-то. Он перешагнул порог и занялся тем, что у него получалось лучше всего, – рисованием. Стоило взять кисть, как на душе стало спокойнее и тревога ушла. Он рисовал несколько дней, забывшись в красках и фантазии, пока его не отвлек голос над ухом:

– До чего же мой А-Хань талантлив.

Кисть дрогнула в руке, оставив кляксу, и Мин Хань резко обернулся. Рядом с ним, подперев ладонью подбородок, сидела Хуанъянь. Она не заметила его взгляда, полного взявшихся из ниоткуда ужаса и ненависти, и с интересом рассматривала картину.

Чувства наполнили Мин Ханя. Он смотрел на демоницу и не понимал, как мог хоть что-то испытывать к ней. Как мог дарить любовь и ласку, как мог шептать признания и распивать вместе вино. Перед ним сидело чудовище в человеческом облике, коварное и жаждущее крови. Сколько жизней она отняла? И сколько еще отнимет? Как долго Небеса должны бояться ее?