Порхает мотылек в презренных небесах. Том 2

– У меня есть к вам личное дело: я пришел вернуть давний долг. Если позволите, этот Достопочтенный весьма устал с дороги – не так-то просто добраться до этого места.

Хоть Шань Ло и сказал так, он не выглядел уставшим или запыхавшимся. Его одежды не растрепал ветер, а волосы не выбились из прически. Но он был прав – Юнь Цы не могла позволить ему остаться стоять среди остальных Юнь.

– Прошу за мной.

– Но сестра Цы!.. – возмутилась было Юнь Фагуан, но умолкла, поймав взгляд главы.

– Достопочтенный Ло – мой гость, – громко произнесла Юнь Цы, – никто из Юнь не смеет тронуть его без моего приказа. Раз мы все уладили – прошу всех заняться своими делами.

Не глядя больше ни на кого, Юнь Цы вошла в дом, и Шань Ло, довольно усмехнувшись, последовал за ней. Дверь закрылась за его спиной, отрезав их от взволнованного шепота остальных.

– Они не доверяют мне, – заметил Шань Ло, сев за стол.

– Да. Никто раньше не приходил в это место – все думали, это невозможно, – ответила Юнь Цы, опустившись напротив.

– Вы, Юнь, и правда странные. Живете вдали от всех, мастерите что-то и не спешите делиться своими знаниями с остальными.

– Такова наша природа. Темные духи сеют хаос, мы же приводим все в порядок.

– Да, знаю, но я тут не для того, чтобы об этом слушать. Я пришел вернуть долг.

Шань Ло достал из рукава две белые косточки и положил их перед Юнь Цы. Одна кость была совсем небольшой, видимо, кончик мизинца, другая же – позвонок. От них веяло силой: стоило Юнь Цы прикоснуться к костям, как по ее венам потекла чужая ци, но, не задержавшись, вернулась обратно.

– Почему этот Достопочтенный принес мне две кости?

– Ты спасла мой дух, дала мне тело и первую кость, а также показала лицо врага. Я посчитал, что отплатить тебе всего одной костью будет мало, – пожал плечами Шань Ло. – Мне все равно, как ты ими распорядишься, главное, я вернул свой долг.

– Эта Юнь благодарна Достопочтенному Шаню. Если позволишь, я бы хотела тебе кое-что показать.

Шань Ло удивленно склонил голову, прежде чем с улыбкой поинтересоваться:

– Неужели эта порядочная Юнь не хочет, чтобы столь порочное существо, как я, покинуло ее раньше времени?

– Если тебе будет проще, то можешь считать так, – не стала оправдываться Юнь Цы. – Иди за мной.

Она знала, что Шань Ло не сможет сдержать любопытства. Этот демон стар, но от его поступков все еще веет ребячеством.

Поднявшись с места, Шань Ло проследовал за Юнь Цы на балкон, выступающий над пропастью, в глубине которой клубился синий туман. Небольшое поселение Юнь озаряли фонари, но из-за плотного тумана, окружающего горы, никто снизу не мог видеть этот свет.

– Что замыслила глава Юнь?

– Достопочтенный Шань, не мог бы ты взять меня за руку?

Помедлив, он послушно сжал ее пальцы, и Юнь Цы поднялась на перила. Ветер подхватил ее голубые одежды и рукава, напоминающие широкие крылья бабочки, начав трепать их. Казалось, еще мгновение, и Юнь Цы взлетит, подобно птице, но вместо этого она шагнула вперед.

– Юнь Цы! – воскликнул от неожиданности Шань Ло, разжав пальцы.

Не медля, он перепрыгнул через ограждение и устремился за Старейшиной. Его верхний халат взметнулся за спиной, развернувшись черными крыльями. Увидев их, Юнь Цы не сдержала улыбки – раз Шань Ло может преображать предметы по своему желанию, то уже смог восстановить часть своих сил. Всего год прошел с их расставания, Достопочтенный Шань действительно удивительный дух.

Протянув руки, Шань Ло подхватил Юнь Цы и замер в воздухе, нечитаемым взглядом смотря на Старейшину.

– Глава Юнь…

– Как я и думала – этот Достопочтенный Шань действительно преуспел в поисках своих костей, – перебила его Юнь Цы, – но неужели ты и правда думал, что я позволю себе разбиться?

Он с непониманием склонил голову, и Старейшина указала вниз. В чжане от них клубился густой туман, в котором скользнуло что-то темное и большое. Раздался хлопок, и оно вырвалось из тумана, расправив широкие металлические крылья и издав клекот. От неожиданности Шань Ло отпрянул: перед ним был Дао, летавший рядом и не сводивший с него своих белых глаз. Словно преданный пес, он не мог не прийти на помощь хозяйке.

– Достопочтенный Шань не против опустить меня на Дао?

– В который раз убеждаюсь, что у главы Юнь все схвачено, – вздохнул Шань Ло.

Опустив Юнь Цы на Дао, он встал рядом. Его крылья с шелестом опустились, вновь став верхним халатом.

– И куда мы летим?

– Хочу показать тебе одно место, – туманно ответила Юнь Цы. – Держись крепче.

Стоило Шань Ло схватиться за длинные перья, как Дао, сложив крылья, устремился вниз, нырнув в туман. Прижавшись к его шее, Юнь Цы закрыла глаза. Направляя тешоу, она видела все то, что видит он. В такие моменты ее тело оставалось где-то там, далеко, а разум сливался с машиной. Это единство – то, к чему так стремились все Юнь и чего могли достичь лишь единицы».

Глава 29

Демоница умеет готовить?

Зажмурившись, Ян Юмэй открыла глаза. Тело неприятно покалывало, а голова была столь тяжелой, словно весила тысячу цзиней[6]. Поморщившись и убрав пелену перед глазами, она осмотрелась, заметив нависший над головой корень Цышань. В паре шагов от нее, скрестив ноги и закрыв глаза, медитировал Мин Хань. Между его бровями пролегла складка, а губы побелели. Сложно было в таком месте не дать темной ци запачкать божественное тело.

– А-Хань… – Тихий шепот сорвался с губ демоницы.

Открыв глаза, небожитель взглянул на Ян Юмэй, и складка между его бровями разгладилась. Он поспешил помочь ей удобнее сесть.

– Как ты?

– Тело неприятно ломит, – призналась она. – Человек бы не подобрался ко мне так близко, а демоны слишком боятся, чтобы нападать…

– Ты поняла, кто это был? – нахмурился Мин Хань.

– Темный дух, и, видимо, из старейших. Он что-то сделал тебе?

– Сказал, что мы встречались ранее, но я его не помню. И передал осколок ключа.

– Что? – удивилась Ян Юмэй, поймав встревоженный взгляд небожителя.

– Я не знаю, кто он. Мы могли видеться в прошлой жизни.

– Возможно… так и есть, – устало предположила Хуанъянь, гладя обернувшуюся вокруг запястья ткань. – Тогда он знает, что мы с тобой связаны. Но почему решил явить себя только сейчас?

– Может, он был и раньше, но мы не замечали?

Ян Юмэй промолчала, смотря в пустоту перед собой. Они не знают, какой была их прошлая жизнь, но если этот темный дух оттуда… то что он хочет? Помочь им собрать остатки осколков ключа, чтобы открыть Хранилище? Но зачем ему это? Ради собственной выгоды?

– Он явно близок с родом Юнь, – заметила Хуанъянь. – Может, глава Ян или генерал Юнь что-то слышали о нем?

– Хочешь узнать?

Ян Юмэй кивнула и со вздохом поднялась, отряхнув платье от травы.

– Мы тут задержались, особенно ты. Я узнаю у главы Ян, слышал ли он о темном духе, способном повелевать тешоу, а ты узнай об этом у генерала Юнь, – предложила демоница.

– Хорошо.

В Нижнем Мире силы Хуанъянь восстановились меньше чем за два кэ. Отправив Мин Ханя в Средний Мир, сама она направилась в резиденцию Черной Крови.

Идя по пустым коридорам, в которых раздавался лишь перезвон ее украшений, Ян Юмэй мысленно негодовала. Она давно не проигрывала никому в сражениях, а здесь какой-то неизвестный дух смог застать ее врасплох! Если бы не Мин Хань, кто знает, что бы с ней сделали?

Ян Лю сидел в беседке, держа в руке курительную трубку и рассматривая бамбуковый свиток. Услышав тихий перезвон, он поднял непроглядно черные глаза на Хуанъянь и выдохнул облако дыма.

– Приветствую главу Ян, – поклонилась она.

– Что привело тебя на этот раз?

– Разве я не могу навестить отца просто так? – опустившись рядом, ослепительно улыбнулась Ян Юмэй.

– Если ты хочешь кому-то навредить, не стоит спрашивать у меня. Ты знаешь, кого нужно трогать, а кого нет.

Он вернулся к чтению бамбукового свитка. Кровавый мотылек, что сидел на плече мужчины, перелетел на голову Ян Юмэй и замер, подобно заколке. Та не стала его прогонять и, всматриваясь в лицо Ян Лю, осторожно произнесла:

– Отец, ты ведь прожил долго, дольше, чем многие небожители.

– И что с того?

– Ты встречал темных духов первой эпохи в Нижнем Мире?

– Не так много, меньше, чем живых Юнь.

– Тогда, может, тебе встречался темный дух, который подчинил себе тешоу?

Стоило Ян Лю услышать ее слова, как он замер, так и не поднеся трубку к губам. Его глаза чуть прикрылись: он вспомнил что-то и медленно кивнул.

– Да, я припоминаю подобного духа. Не знаю, насколько он стар, но родом он еще из первой эпохи и когда-то был весьма дружен с Юнь. Я слышал, что они называли его братом У, но это все, что я знаю.

– Брат У? – задумчиво повторила Ян Юмэй.

Старейший темный дух еще из первой эпохи, которому доверяли даже Юнь. Брат У. Линь У. Может ли он быть частью воспоминаний, запертых в осколках ключа?

– Ты встретила его? – заметив взгляд Ян Юмэй, спросил Ян Лю.

– Да, но отцу не стоит беспокоиться.

– Раз ты так говоришь, хорошо, – кивнул Ян Лю. – Постарайся только не слишком долго пропадать в Верхнем Мире. От тебя уже пахнет божками.

– Может, мне лучше сделать из А-Ханя демона и привести его в Нижний Мир?

– Боюсь, его душа не переживет подобного. Он не настолько силен, как мы с тобой.

Ян Юмэй вздохнула, но спорить не стала. Мин Хань навряд ли переживет замену божественного ядра на демоническое. Это все равно что наживую вырезать сердце и заменить на новое.

Покинув резиденцию клана Черной Крови, Хуанъянь решила пройтись по рынку: она с интересом разглядывала выложенные на прилавки демонические фрукты и овощи, а также пропитанные темной ци куски мяса. В голове возникла шальная мысль, и, подойдя к одному из продавцов, что застыл от ужаса, она с улыбкой указала на его товары:

– Заверните мне все, что здесь есть.

* * *

– Ты встретил всадника на тешоу? – переспросил Юнь Ин.

Бог войны даже перестал чистить свое гуань дао, внимательно посмотрев на Мин Ханя.

– Да. Может, генерал Юнь знает, кто это, раз он может пользоваться тешоу?

Он нахмурился, переведя взгляд на лезвие оружия, и кивнул:

– Я знаю, о ком ты говоришь. Среди темных духов и правда есть один, что раньше был весьма дружен с родом Юнь.

– Не могли бы вы рассказать подробнее, если можете, – попросил Мин Хань.

– Думаю, что могу, хотя и навряд ли все, – признался Юнь Ин, смотря на свое отражение в металле. – Род Юнь не любит сближаться с чужаками, предпочитая вести дела между собой, однако в первой эпохе был один дух, которому Юнь доверяли. Не знаю, чем он их очаровал, но он был частым гостем у них. Кажется, он был одним из тех, кто приложил руку к убийству самого первого темного духа.

Мин Хань почувствовал, как сердце неприятно сжалось. Он не смел прервать Юнь Ина, продолжал слушать и старался ничего не упустить.

– В отличие от других темных духов, он не нес хаос, а жил вполне мирно, даже помогал. Юнь доверяли ему, посвящали в некоторые свои тайны, подарили тешоу. Однако в начале второй эпохи между Юнь произошел разлад, и они разбились на кланы, постепенно утрачивая связь друг с другом. Видимо, тогда тот дух и покинул их. Я застал лишь слухи о нем, но не его самого. Не думал, что он еще жив.

– Генерал Юнь помнит, как его звали?

Юнь Ин задумчиво почесал подбородок, уже не так уверенно произнеся:

– Кажется, Линь… У?

Тот самый темный дух из воспоминаний Шань Ло. Это ведь он нанес последний удар и вынул его сердце, став вторым по силе темным духом. Тогда он мог бы спокойно убить и Хуанъянь, и Мин Ханя, но вместо этого отдал им осколок ключа. Для чего? Чтобы они приблизились к разгадке тайны Юнь Цы и Шань Ло? Узнали, что же произошло между ними в первую эпоху?

– Благодарю за помощь, – поклонился Мин Хань.

Покинув дом Юнь Ина, небожитель неторопливо зашагал к себе, погруженный в мысли настолько, что даже не заметил хмурых взглядов богов. Пускай он не был виновен в том, что они так и не поучаствовали в охоте на небесных рыб, однако небожители не могли не злиться. Для многих это был шанс возвыситься! И теперь им придется ждать еще сто лет, надеясь, что демоница Хуанъянь не задержится на Небесах.

– А-Хань, тебе бы следовало следить за своей демоницей, – раздался рядом тяжелый вздох Ши Цина, озвучившего то, что у всех было на уме. – Многие теперь винят тебя в том, что не смогли толком поохотиться на небесных рыб.

– Решили, что я в ответе за все деяния Хуанъянь? – уточнил Мин Хань.

– И да и нет. Кто-то слух пустил в Среднем Мире, что небесные рыбы в этот раз оказались нетронуты благодаря тебе. Если так дальше пойдет, то ты и Мин Ли обгонишь по количеству храмов и верующих, – не сдержал усмешки Ши Цин. – Люди даже придумали тебе прозвище – Ляньцин.

Мин Хань не сомневался, что к этому приложила руку Ян Юмэй, желая в очередной раз позлить небожителей. Стоит ему попросить, и Хуанъянь новым владыкой Верхнего Мира его сделает. Но нужна ли такая слава? Ему и так прибавилось забот: отвечать на молитвы, даровать благословения – а заведовать целыми Небесами он не стремился вовсе.

– А где же Хуанъянь? – удивился Ши Цин, не застав в доме Мин Ханя демоницу.

– Отправилась в Нижний Мир решать одно дело. – Мин Хань не стал вдаваться в подробности, незаметно спрятав один из осколков ключа в мешочек. – Что сказала Цзюньфэнь насчет охоты?

– Что, раз так произошло, нет смысла теперь переживать. Она ведь и сама никогда не участвовала в охоте на небесных рыб, впрочем, я не слышал, чтобы запрещала это делать другим небожителям. Порой мне кажется, ей безразлично то, чем мы занимаемся.

Мин Хань не ответил. Его привлек влетевший в окно кроваво-красный мотылек, которого не заметил Ши Цин. Протянув руку, небожитель подставил ладонь, куда мотылек приземлился, сложив свои крылышки.

– Ты бы видел лицо Мин Ли, – продолжил говорить Ши Цин, с интересом разглядывая кисточки. – Я думал, он либо от злости прямо там умрет, либо погонится за вами, когда освободится. Юнь Ин еле сдержал его! Давно не видел, чтобы Мин Ли так на кого-то злился, у вас с Хуанъянь талант выводить его из себя.

Ши Цин не сдержался и рассмеялся. Повернувшись к Мин Ханю, он увидел сидевшую за столом Ян Юмэй.

– Т-ты к-когда тут появилась?! – запинаясь, воскликнул небожитель, указав на нее веером.

– А может, я была тут с самого начала? – улыбнулась она, и Ши Цин побледнел, с мольбой взглянув на Мин Ханя.

– Я ведь уже давно не молод, чтобы меня так пугать!

– Ты младше меня всего лишь на пару столетий, – вскинула бровь Хуанъянь и вдруг добавила: – А ну, сядь.

– Ты…

Она цыкнула, и бог правды вмиг опустился за стол, покрывшись холодной испариной. Мин Хань с интересом взглянул на Ян Юмэй, которая и ему взглядом велела сесть.

Стол заполонили белоснежные мотыльки. Улетая, они оставляли после себя тарелки с горячей едой, от которой поднимался пар. В комнате запахло тушеным мясом, овощами, кисло-сладкими подливками и соусами.

– Что это? – с опаской спросил Ши Цин.

– А на что похоже?

– На еду, – тихо пробормотал бог правды.

– Ну так ешь, – сухо приказала демоница.

Вся краска вмиг сползла с лица Ши Цина, сделав его белым полотном. Он пораженно смотрел на Ян Юмэй, и что-то в его взгляде подсказывало Мин Ханю, что он готов был выпить яд или расколоть собственное ядро, лишь бы ничего не есть.

Вздохнув, Мин Хань взял палочки и отведал первым. Мясо получилось сочным, с легкой остринкой, от него чувствовалось покалывание на языке. Овощи же хрустели, а грибы вобрали в себя сок мяса и соуса.

Ши Цин сглотнул и тоже съел маленький кусочек мяса.

– Странный вкус… что это? Курица? Говядина? – нахмурился бог правды.

– Хвост шестилапой ящерицы, приправленной насекомыми из леса Слез.

Мужчины замерли. Мин Хань успел проглотить мясо до того, как Ян Юмэй рассказала о нем, но Ши Цин нет. Из бледного он стал зеленым и, вскочив из-за стола, бросился к ближайшей вазе опустошать желудок.

– Что это с ним? – удивилась Хуанъянь.

– И часто вы питаетесь… подобным? – осторожно спросил Мин Хань.

– Постоянно, разве это не вкусно?

– Вкусно, но…

– Отвратительно… какая же гадость… я ел насекомых! – захлебываясь рыданиями, прохрипел Ши Цин. – Я ведь даже не переступал тебе дорогу, коварная ты демоница!

Ян Юмэй вскинула бровь, и над ее головой вспыхнуло несколько кровавых мотыльков. Поняв, что Ши Цин в опасной близости от смерти, Мин Хань поспешил произнести:

– Это ведь ты приготовила?

– Да.

– Мне нравится вкус, но я чувствую темную ци от этого мяса. Боюсь, не смогу все съесть.

– Я думала, что очистила его лучше, – пробормотала Хуанъянь, и кровавые мотыльки пропали. – Можешь выкинуть, раз несъедобно.

– Я… съем еще немного.

– А-Хань! – удивился Ши Цин, но пресек себя.

Мин Хань съел столько, сколько мог, пока не почувствовал, что от темной ци начинают гореть меридианы. Ему будет достаточно один раз сходить на источники, чтобы от нее избавиться. Так что стоило немного помучиться, лишь бы не расстраивать Хуанъянь.

– Ну что за глупый небожитель? – вздохнула Ян Юмэй при виде пустых тарелок, однако ради мелькнувшей на ее губах улыбки Мин Хань готов был съесть еще немного. – В следующий раз я постараюсь очистить мясо лучше.

– Будет и следующий раз? – в ужасе прошептал Ши Цин, отступив к двери. – О нет, нет-нет-нет! Больше вы меня здесь не увидите!

Он быстро выскользнул за дверь, спеша уйти от их дома как можно дальше.

– Только в следующий раз давай без насекомых.

– Попроси меня об этом получше, – подперев ладонью подбородок, хитро улыбнулась Хуанъянь. – И тогда, возможно, я даже избавлю тебя от темной ци внутри.

– Юмэй…

Глава 30

Старческое лицо

Мин Хань не мог точно сказать, сколько времени прошло после свадьбы с Хуанъянь. Год? Пять? Десять лет? Время текло незаметно, особенно когда демоница была рядом и уходила лишь на пару дней, чтобы восстановить свои силы в Нижнем Мире. Тогда становилось так тихо, что Мин Ханю было не по себе. Он привык всегда быть один, полагаться только на самого себя, а сейчас от одиночества становилось неуютно, словно в его жизни чего-то не хватало. Когда Ян Юмэй возвращалась, принося с собой то, что успела приготовить, становилось легче. Спокойнее.

Страх перед злой демоницей, способной убить любого на Небесах, пропал давно, остались лишь интерес и нежность, которую Мин Хань готов был дарить только ей. Его не волновали слухи, не волновало причитание людей и негодование богов. Ему не дали выбора, однако он продолжал жить так, как ему хотелось.

Но спокойствие не могло длиться вечно.

Шум дождя наполнил комнату, а прохладный ветер заставил огонь на свечах колыхаться в испуганном танце. Войдя в спальню, Мин Хань застал сидящую у бронзового зеркала Ян Юмэй. На ее плечах лежал полупрозрачный халат, а гребень замер в волосах. Пустой взгляд был направлен перед собой, брови слегка хмурились.

– Юмэй? – осторожно позвал Мин Хань, подойдя к ней и коснувшись плеча. – Что случилось?

Она моргнула, прогоняя туман перед глазами, и растерянно взглянула на небожителя.

– Я, кажется, слышала кого-то, – неуверенно прошептала она, коснувшись виска. – Нет, разве это возможно? Я ведь не богиня…

– Юмэй, кого ты слышала? – присев перед ней и взяв ее за руки, спросил Мин Хань. – Здесь кто-то был?

Она нахмурилась и помолчала некоторое время, прежде чем сжать пальцами переносицу и вздохнуть.

– Возможно, я слишком долго нахожусь в Верхнем Мире, вот и слышится… разное.

– И что же ты слышишь?

– Голос, – с неохотой призналась Ян Юмэй. – Он порой раздается в голове, когда светлой ци во мне становится много. Я не знаю, кому он принадлежит, раньше думала, что это кто-то из богов так забавляется. Но этот голос говорит разное…

– Разное? И что же?

Ян Юмэй сжала губы, словно не зная, стоит ли рассказывать все, но все же произнесла:

– Что, кроме меня, его больше никто не слышит… не припомню, чтобы на Цышань была тюрьма.

– Ее здесь нет, всех провинившихся богов изгоняют в Средний Мир, – подтвердил Мин Хань, задумавшись над ее словами.

На Цышань нет богов, которые смогли бы проникнуть в разум другого бога или демона, и нет тех, кто потерял всех своих последователей. Кого же могла слышать Ян Юмэй?

– Неважно, – покачала она головой, закрепив волосы шпильками. – Мы разве не опаздываем?

Халат на демонице оживился, став алым платьем с золотыми цветами и черными лентами. От растерянности не осталось и следа, напротив Мин Ханя стояла уже та самая самоуверенная демоница с озорными золотыми глазами.

Подхватив небожителя под руку, она повела его за собой.

Дождь барабанил по листьям, но те не давали ему попасть на небожителей, что спешили добраться до центра Цышань. Там, под навесом из легкой ткани, напоминающей переливающуюся рыбью чешую, собрались боги, праздновавшие рождение древа. Почти две тысячи лет назад оно проросло из земли, соединив Нижний и Средний Миры и не дав им обратиться в руины. Тогда же, стоило его свету развеять тьму, появились и первые небожители, прогнавшие демонов вниз.

Вместо того чтобы присоединиться к небожителям, Ян Юмэй отвела Мин Ханя на ветки, нависающие над тканью. Отсюда они видели бо́льшую часть гостей, а сами были скрыты листьями, и их никто не замечал. До них не долетали разговоры и смех, лишь музыка.

– Не собираешься присоединяться к другим? – удивился небожитель.

– Даже демоны празднуют рождение Цышань, так зачем мне портить божкам праздник? – пожала плечами Ян Юмэй. – Пускай развлекаются.

Она достала из широкого рукава белый кувшин с рисовым вином и две пиалы и разлила прозрачный напиток по ним. От вина шел терпкий аромат цветов, хватило вдоха, чтобы он уже опьянил. Мин Хань закашлялся и прикрыл рукавом нос, с удивлением смотря, как Ян Юмэй осушает пиалу.

– Неужели слишком крепкое для тебя? – удивилась Хуанъянь. – Мне казалось, я взяла самое легкое, что было у главы Ян.

– Я редко пью алкоголь, так что собутыльник из меня плохой, – с неохотой признался Мин Хань, давая вину немного выветриться. – Ты слишком долго на Небесах.

– Неужели хочешь меня прогнать, А-Хань? – склонив голову набок, с улыбкой поинтересовалась та. – Не забывай, пусть во мне и демоническое ядро, я все еще светлый дух. Будь я полноценным демоном, сгорела бы за пару дней.

– Ты уже ослабла. Когда закончится праздник, я провожу тебя в Нижний Мир, – решил Мин Хань, наконец сделав крохотный глоток вина.

– Ах, А-Хань, ты слишком за меня переживаешь, – рассмеялась Ян Юмэй, прильнув к нему и опустив голову на плечо. – Я знаю свои пределы, просто хочу еще немного полюбоваться твоим прекрасным лицом.

Уши Мин Ханя охватил жар, и он отвел взгляд. В такие моменты он был просто беззащитен перед этой демоницей.

Слушая музыку, они не торопясь допили вино. Мин Ханю хватило одной пиалы, чтобы сознание затуманилось. Он запомнил только, как Ян Юмэй рассмеялась, когда он потянулся поцеловать ее, и ее теплые руки, тянущие его наверх.

Они танцевали среди серебряных листьев и мотыльков, среди капель дождя и музыки, кружась на ветке шириной в чжан. Мин Хань никак не мог отвести взгляда от Ян Юмэй, от ее сияющих радостью глаз, от озаряющей лицо улыбки… Он чувствовал, будто ему в руки попала невероятно ценная картина, которую он готов рассматривать на протяжении следующих столетий.

Словно слыша их радость, Цышань сияло ярче обычного, окрашивая часть листьев в золотой и прогоняя тьму, отчего только наступившая ночь грозилась перейти в утро. Боги с удивлением смотрели на столь странное поведение древа, не понимая, празднует оно с ними или же о чем-то предупреждает.

Хуанъянь вдруг запнулась, упав на колени, и Мин Хань поспешил помочь ей. В голове было до странности легко и пусто: дело было то ли в вине, то ли в их скрытой от всех радости.

– А-Хань, – тихо пробормотала демоница.

– Боюсь, больше вина я не выпью, – вздохнул Мин Хань. – В следующий раз позволь мне выбрать вино и…

– А-Хань, – прервала его Ян Юмэй, и что-то в ее голосе заставило небожителя смолкнуть.

Прогнав пелену перед глазами, он вгляделся в обеспокоенную Ян Юмэй, увидев, как правая ее сторона начинает стремительно стареть, а ладони покрываются морщинами.

– Что происходит? – встревоженно спросил Мин Хань.

Алкоголь вмиг покинул его голову.