Злодеи выбирают себя. Том 3

– Полагаю, отговорить её никто не смог.

– Фэй пытался, но… получилось так себе. Шицзе даже ударила его, сказав, что он ребёнок, который ничего не понимает. Поэтому Фэй сейчас берёт много заданий, надеется найти её.

– Понятно. Спасибо, что сообщил.

Учитывая, что миновало два месяца, Шани могла уйти куда угодно, причём забраться в такие дали, о которых Чэнь Син и не догадывалась. Она потеряла свою ученицу, Тонхон вновь стал обычным лисом, Система оказалась призраком матери Сого, Гуан Шэн погубил свою ученицу ради воскрешения сестры, – и как здесь не начать сходить с ума?

Стоило подумать о Тонхоне, как он сразу же подбежал к ним и начал бегать туда-сюда, причём не только подле Чэнь Син, но и рядом с Хиро. В недоумении наблюдая, как тот пытался цапнуть его за штанину, она почувствовала себя немного нервозно.

– Что он делает? – спросила Чэнь Син, нахмурившись.

– Просит есть, – с трудом пряча неловкость, ответил Хиро. Потянувшись к Тонхону, он заставил того отпрыгнуть и игриво замахать хвостом. Вздохнув, он пояснил: – Как учитель и просила, я присматривал за ним.

– И подкармливал?

– Да.

– Всё нормально?

Немного помедлив, Хиро кивнул:

– Да, никаких проблем не возникало. Почему учитель спрашивает?

– Потому что ты нервничаешь.

– Ну. – Не решаясь взглянуть на собеседницу, Хиро сцепил руки в замок у живота и пояснил: – Простите, как ваш ученик я не смог ничем помочь. Даже своей шицзе. Всё, на что я оказался способен, это присматривать за Тонхоном.

– Кто, если не ты?

– Мм?

– Имею в виду: полагаешь, кроме тебя до Тонхона было бы кому-то дело?

– Он же ваш зверь-хранитель. Мастеру Гуан, думаю, было бы дело.

– Кто-нибудь, кроме тебя, присматривал за ним?

– Фэй… ещё, – искренне признался Хиро, хотя и так стало понятно, что второй ученик беспокоился в первую очередь далеко не о лисе. – Но да, в основном за Тонхоном присматривал я. Поначалу он не очень это… кхм, то есть поначалу он сторонился меня, но несколько недель назад стал привыкать.

От цепкого взора Чэнь Син не укрылась нервозность Хиро, которую она, правда, могла спутать и с обычным расстройством. Помня, что он достаточно восприимчивый юноша, зачастую желающий доказать свою полезность и силу, она не стала забегать вперёд с выводами.

– Возвращайся к работе с учениками, – обернувшись к детям, у которых явно затянулся перерыв, попросила Чэнь Син. – А вечером загляните ко мне с Фэем. Нужно кое-что решить.

– Хорошо, учитель.

Ушедшая ученица, потерявший сознание лис – какие ещё трудности лягут на её плечи?

Так и прошло несколько дней. Чэнь Син погружалась в дела минувших месяцев, но чем дольше она вчитывалась в отчёты, тем сильнее чувствовала, что занималась бессмысленной работой. Так что, отложив бумаги в сторону, она отважилась сходить к Сого, который не сказать что встретил её с особым радушием, но всё же обошёлся без драматических выпадов. Они даже выпили чай, и Чэнь Син смиренно выслушала все упрёки, едва сдерживая печальную улыбку. Всё же он переживал за неё, и это грело душу.

Солнце уже клонилось к горизонту, хотя до глубокого вечера оставалось несколько часов. Наблюдая за тем, как Гуан Шэн зажигал лампы, Чэнь Син отмечала некую скованность в его движениях. Если он не нервничал, то пытался утаить недовольство.

Обойдя стол и усевшись за рабочее место, Гуан Шэн утомлённо вздохнул и с сожалением прошептал:

– Ты ведь понимаешь, что это бесполезно и прошлого не вернуть, так?

Смекнув, что он имел в виду попытку восстановления родственных связей матери и сына, Чэнь Син оставалось только пожать плечами. В отличие от Гуан Син, которая почти всю обратную дорогу угрожала ей расправой, если она посмеет дурно обойтись с Сого, Чэнь Син не собиралась поддаваться совести. Поначалу не собиралась.

Потупив виноватый взгляд, она постаралась выглядеть обиженной, уязвлённой и в то же время слегка бунтующей:

– Это не значит, что мне стоит вовсе перестать с ним видеться и общаться.

– Ох… – Лишь разведя руками, словно не зная, что ещё добавить, Гуан Шэн явно ощущал себя не в своей тарелке. – Ну, знаешь… Сого весьма хрупкий в душе, и, если он к тебе будет относиться, ну, не как к подруге, а почувствует что-то большее… Мне кажется, тебе будет от этого не очень приятно, разве нет?

Что ж, о таком, конечно, Чэнь Син порой задумывалась, однако не придавала настолько большого значения. Но, глядя на Гуан Шэна, быстро сообразила, на какой тонкий лёд ступила. Её отношение к Сого могло стать первым шагом к разоблачению её личности со стороны Гуан Шэна.

[А я говорила пользователю. Что, появился стимул держать себя в руках рядом с Сого?]

Чэнь Син на этот едкий комментарий нервно хмыкнула, качнув головой. Видимо, не имея иных рычагов давления, Гуан Син осторожно водила её по краю между тем, чтобы скрывать личность, либо оступиться на ровном месте. Её тоже можно понять. С одной стороны, она не хотела оставаться голосом в чужой голове, однако у неё не имелось возможности сообщить Гуан Шэну о своём присутствии. Если тот поймёт, что телом его ученицы управляет не Гуан Син, может и убить её.

«Либо посадить на короткий поводок, чтобы найти способ вернуть Гуан Син в моё тело. В любом случае я в дерьме…» – рассудила Чэнь Син.

– Мастер Гуан, за минувшие дни я о многом думала. Ваша ученица чувствует себя недостаточно сильной и стабильной в контроле духовной энергии, к тому же, чтобы умело использовать силу ивовой лозы, этой ученице требуется стать сильнее. Поэтому… эта ученица желает уйти в долгую медитацию.

– Медитацию? – удивился Гуан Шэн. – Речь ведь не о паре месяцев, так?

– Понимаю, что решение довольно серьёзное, и подобным поступком я обременяю учителя управлять усадьбой Чёрной черепахи единолично. Однако старейшины расскажут, что к чему, я смогла…

– Нет-нет, я не об этом. То есть… зачем?

– Зачем? – в недоумении повторила Чэнь Син. – Как я и сказала, ради стабилизации духовной энергии и улучшения культивационных способностей.

Казалось, пояснение Чэнь Син только сильнее ввергло Гуан Шэна в смятение. Он выглядел несколько растерянным и даже озадаченным.

Подавшись вперёд и сложив руки в замок на столе, Гуан Шэн осторожно уточнил:

– Чэнь Син, зачем прибегать к таким радикальным методам? Для чего так усложнять, если ты можешь одной стрелой убить двух ястребов?[8] К тому же этот мастер не просто так рисковал и накладывал оберегающее заклинание.

Чэнь Син моргнула, напряжённо смотря на Гуан Шэна, – до последнего предпочла молчать и делать вид, словно не понимала, о чём шла речь.

– Скажу прямо. Я настаиваю, чтобы ты приняла предложение главы Тэ о совместной культивации. Это куда более действенный вариант, который поможет тебе стать сильнее, и не придётся покидать усадьбу на несколько лет. К тому же, уж не знаю как, но ты побудила его задуматься о том, чтобы заключить брак. Да, знаю, ты не готова… и не любишь его, но подумай! Это ведь не только сделает тебя сильнее, но и укрепит твои позиции. Защитит, если вдруг со мной что-то случится.

Вот кто бы мог подумать, что ей вновь придётся столкнуться с подобным предложением. Получается, Гуан Шэн изначально планировал сблизить Гуан Син с Тэ Синем, чтобы наложенное им заклятие обезопасило её. Как минимум в случае реальной опасности эмоциональная привязанность Тэ Синя могла бы поспособствовать её спасению.

Чэнь Син и сама не раз об этом думала, только в последний момент банально струсила, решив не наступать на горло своей гордости и упрямству.

Будь у Тэ Синя чуть более мягкий характер, она бы согласилась стать и его партнёром, и, возможно, женой. Однако, будучи свободолюбивой девушкой, не лишённой любви к доминированию, она рисковала превратить возможные отношения с Тэ Синем если не в бесконечную вражду, то в настоящую Бездну. Видимо, из-за своей строгой мачехи он теперь видел в любой сильной женщине угрозу.

– Почему мастер Гуан так стремится подложить меня под главу Тэ? – сохраняя спокойствие, спросила Чэнь Син.

Она не злилась и не повышала голос, однако мрачный проблеск во взгляде наверняка не пришёлся Гуан Шэну по душе.

Нахмурившись, он произнёс:

– Син. Не перечь мне. Чем ты ближе к нему, тем сильнее влияние заклинания. Я многим рисковал, накладывая его. Сильный партнёр не только улучшит твои культивационные способности. Подобного рода близость сделает тебя той единственной, кого он будет защищать даже ценой своей жизни. Но для этого требуется время. Ты это понимаешь?

– Понимаю. И всё же предпочту глубокую медитацию в горах со своим зверем-хранителем.

– Лисом, да? – устало вздохнул Гуан Шэн. Подперев голову рукой, он измученно посмотрел на собеседницу и вновь вздохнул. – Я же стараюсь для твоего блага… Ты и так много лет упустила, проведя в небытии, зачем ещё терять годы, когда можно просто жить?

– Вот именно, жить. Если эта достопочтенная выйдет замуж за главу Тэ, пути обратно не будет. Вам ли не знать, сколь суров глава Тэ по отношению к тем, кто перечит ему?

– Так будь с ним помягче, – измученно улыбнулся Гуан Шэн, хотя не верил своим же словам. – Ты будто другой человек, Син. Меня не было рядом несколько лет, а ты так изменилась. Кажется, что я упустил очень многое, не хочу, чтобы ты испытала то же самое.

– А разве я не испытала? – тихо прошептала Чэнь Син, отведя взгляд и с отрешённостью произнеся: – Мастер Гуан заметил изменение только в моём поведении. Угадайте, каково было обнаружить того же Му Ина, внезапно ставшего взрослым мужчиной.

Она надеялась, что слова пришлись к месту. Вообще Чэнь Син действительно с трудом представляла, что испытала Гуан Син, увидев своего сына уже не мальчишкой, а сформировавшимся мужчиной. Что чувствовала мать, не способная выразить радость от долгожданной встречи, не способная утешить своего ребёнка.

Но если так подумать… то и не хотела. Если прислушиваться к горю каждого человека, можно и с ума сойти. В текущей ситуации, какие бы чувства ни мучили Чэнь Син, на первом месте стояла её безопасность, а сочувствие могло лишь навредить. Как бы там ни было тяжело Гуан Син, Сого, Гуан Шэну и прочим, в первую очередь ей следовало позаботиться о себе.

– В своё отсутствие эта достопочтенная попросит мастера присмотреть за её учениками. Вы исполните мою просьбу?

Во взгляде Гуан Шэна проскользнуло почти что умоляющее выражение. Однако, как бы он ни уговаривал её, ничего не получилось. Чэнь Син решила для себя, что не будет способствовать никаким переговорам, лишь поставит перед фактом.

– Разумеется, я присмотрю за твоими учениками. Куда я денусь.

Вернувшись в свой дом, Чэнь Син заперлась в кабинете и попыталась разобраться с накопившейся работой. Её не было больше двух месяцев, и по тому, как обстояли дела, она с трудом понимала, выдержит ли усадьба ещё более долгое её отсутствие. Чэнь Син не хотела оставлять всё на Гуан Шэна, на неё наползало плохое предчувствие.

«Тем не менее я не знаю, как сохранить прежнюю власть в усадьбе, при этом уйдя в долгую медитацию. Лишь за счёт этой медитации мне удастся не только повысить свои силы, но и попробовать вернуть Тонхону сознание. А ещё…»

Она старалась много не думать об этом, чтобы ненароком не открыть свои мысли для Гуан Син. Однако глубокая медитация вполне могла бы поспособствовать тому, чтобы отыскать духовный след Гуан Син и избавиться от неё. Для начала Чэнь Син хотела попробовать заглянуть в её «голову», залезть в воспоминания и увидеть если не то, что грядёт, то хотя бы события, которые привели к её возрождению.

Раздался стук в дверь.

Оторвавшись от размышлений, Чэнь Син обнаружила, что в кабинете стало совсем темно и даже одинокая лампа плохо справлялась с тем, чтобы разгонять мрак.

Поднявшись с места и занявшись освещением, она сказала:

– Войдите.

– Учитель…

Затушив лучину и прикрыв створку лампы, Чэнь Син обернулась и увидела Фэя и Хиро. Ей стало немного неловко. Она ведь просила их заглянуть к ней вечером, но до того затерялась в бумажных делах, что позабыла о своих учениках.

– Ученики приветствуют учителя, – произнёс Хиро и сдержанно поклонился.

На его губах виднелась спокойная улыбка, весь его образ выражал невозмутимость.

В отличие от Фэя. Тот, похоже, из последних сил сдерживался, чтобы не дать эмоциям вырваться наружу. Плотно сжав губы, он поклонился, но вся его фигура так и кричала о напряжении. Только Чэнь Син не поняла, что это означало, – он хотел раскричаться или же, будучи довольно тактильным, накинуться на неё с объятиями.

«Уж лучше пусть закричит», – решила для себя Чэнь Син.

Баловать эту парочку она не хотела и тем не менее, понимая, что эти недели прошли для них в довольно стрессовой обстановке, решила начать беседу с лёгкой ноты. Указав на стулья перед своим столом, она разместилась за рабочим местом. Юноши, не говоря ни слова, приняли её приглашение.

– Фэй, если хочешь что-то сказать, говори.

Потупив взгляд, он упрямо замотал головой, да так быстро, что стало очевидно – у него имелось что сказать.

– Учитель, – пришёл на помощь Хиро, – боюсь, если шисюн что-то скажет, он уже не сможет замолчать.

– Это он тебе сказал?

– Верно.

– Знаете, порой мне кажется, что это Хиро следует называть старшим учеником, ему и по возрасту положено. Но как шиди[9] здесь ведёшь себя только ты, Фэй. Неужели за годы обучения под моим надзором ты всё ещё не научился лаконично выражать свои мысли? Своим поведением ты будто говоришь, что я плохой учитель. Либо так, либо ты сделаешь над собой усилие и адекватно выразишь свою мысль.

Сделав медленный глубокий вдох, словно готовясь к выступлению перед публикой, Фэй несколько раз пытался начать говорить, но то и дело прерывался. Чэнь Син даже стало его немного жаль.

– Учитель… вы… я… я хотел, то есть этот ученик хотел сказать, что рад вашему возвращению, но… Я пытался отыскать шицзе, но ничего не получилось, кхм… вы… Я правда пытался, клянусь! – не выдержав, в сердцах воскликнул Фэй, с уверенностью и долей отчаяния посмотрев на Чэнь Син, которая сразу поняла – далее последует тирада. – Мы… я надеялся, я хотел, чтобы мы вместе отыскали Шани, и в то же время я стремился отыскать её первым, однако ничего не получилось. Этому ученику стыдно, ему нет прощения, что он не сумел защитить шицзе, он… я…

С трудом поборов нахлынувший поток чувств, Фэй плотно сжал губы и склонил голову, уперевшись руками в бёдра. Чэнь Син и не знала, как правильно реагировать на такую тираду. Что именно хотел донести до неё Фэй? Злость и разочарование в своём учителе, обиду на несправедливость по отношению к Шани или ещё что-то? Может, всё сразу?

Она спокойно выслушала его и перевела невозмутимый взгляд на Хиро.

– Учитель, Фэй хотел сказать, что он переживает из-за ухода Шани, ощущая вину.

– … – Фэй лишь ниже склонил голову, заливаясь краской до кончиков ушей.

– Хорошо, я поняла. Ну а ты что думаешь, Хиро?

Несколько удивившись её вопросу, Хиро попытался подавить вспыхнувшую на краткий миг растерянность. Он умел справляться с эмоциями куда лучше Фэя, что, признаться, не только восхищало, но и слегка напрягало.

– Нам очень стыдно, что мы не смогли помочь своей шицзе. Нам следовало проявить настойчивость, чтобы удержать её, но… мы струсили. Простите нас за столь эгоистичное поведение, учитель. Тем не менее мы очень рады вашему возвращению.

«А пацан действительно научился красиво говорить», – отметила Чэнь Син, терзая молчанием своих учеников. Она устало и тихо выдохнула, опустив взгляд.

Единственная причина, которая не давала ей смело уйти в продолжительную медитацию, – это Шани. Стоило ли ей отложить эгоистичный порыв позаботиться о своих благах, пожертвовав благополучием ученицы? Или уже неправильно называть Шани своей ученицей, если та отказалась от места в школе Небесного дао?

«Нет… Шани моя ученица, и то, что с ней произошло, – отчасти моя вина как учителя. Но если я отправлюсь искать её сейчас… Зная Шани, думаю, она вряд ли захочет возвращаться, слишком свежи воспоминания. К тому же мне нужно разобраться с Гуан Син и Тонхоном. Обезопасить себя и разобраться в деяниях Гуан Шэна и Гуан Син, чтобы не вляпаться в очередную историю. Если не я, то кто потом о ней позаботится? Фэй? Да он, скорее, шею свернёт, чем найдёт Шани».

– Тогда у меня для вас не очень хорошая новость, – обмолвилась Чэнь Син, вернув внимание ученикам, которые заведомо напряглись. – После двух месяцев заточения ваш учитель понял, что ослаб духом. К тому же за последние годы я уделяла куда больше времени управлению усадьбой, чем культивации. Поэтому, чтобы укрепить и приумножить силы, ваш учитель вынужден уйти в горы для продолжительной медитации.

Дав словам повисеть в воздухе, Чэнь Син наблюдала, как юноши рассеянно переглянулись. Но ни один из них не осмелился выразить своё истинное мнение на этот счёт.

– А, – тихо обмолвился Хиро, – верно ли ученик понимает, что продолжительная медитация продлится… продолжительно?

– Я точно не знаю, – решила отпустить официальный тон Чэнь Син. – Может, несколько месяцев, может, дойдёт и до нескольких лет. Конечно, вы не ожидали услышать такое после моего возвращения. Однако рассчитываю на ваше понимание. Вы оба уже взрослые юноши, хорошие заклинатели. Я обучила вас всему, что знаю, и дальше вы вольны развиваться по тому пути, который изберёте для себя как наиболее приемлемый. Ваша духовная энергия берёт начало от первоэлемента воды.

Обернувшись к Фэю, она подметила:

– Но несмотря на это, Фэй, ты научился применять главенство инь для создания прямых атакующих техник, используя свой меч. Зная твой темперамент, я бы посоветовала всё же рассматривать путь одиночного совершенствования, чтобы чужая энергия, особенно с перевесом в инь, не перегрузила твои меридианы.

– Да я как-то и не думал… – с долей неловкости пробормотал Фэй.

– Это сейчас ты не думаешь. А у тебя, Хиро, противоположная ситуация. Учитывая, что ты делаешь больший упор на работу с оружием, тебе, наоборот, может пойти только на пользу присутствие другого типа духовной энергии. Выберешь ты путь одиночного или совместного совершенствования – это твоё решение. Только будь аккуратен с представителями первоэлемента огня и дерева. Они могут дать баланс, но более сильный партнёр способен подавить твоё начало. В моё отсутствие вы спокойно можете обращаться за советом к мастеру Гуан Шэну. Поскольку в нашей усадьбе заклинатели и ученики преобладающе имеют духовное начало от первоэлементов металла и воды, мастер Гуан Шэн может подобрать для вас партнёра из другой усадьбы. В остальных вопросах вы просвещены.

Чэнь Син ожидала, что последуют вопросы или замечания, однако оба ученика сидели, словно замёрзшие цикады, потупив взгляды и стараясь даже не дышать. Глядя то на одного, то на другого, она напряжённо выдохнула, с трудом удерживаясь, чтобы не закатить глаза.

– Вам уже почти по восемнадцать лет, а вы до сих пор краснеете при одном только упоминании парной культивации? Мне вам урок полового воспитания провести и рассказать, как и что делается?

– …

– …

В душе Чэнь Син злорадно посмеялась над тем, как Фэй и Хиро уже хотели провалиться под землю от смущения. Хиро так и вовсе раскраснелся, словно праздничный фонарь. Всё-таки она действительно любила издеваться над детьми.

– Ладно, мои нежные лотосы, учитель не хотела вас смущать. Тем не менее, как только вернусь из медитации, я ожидаю от вас результатов.

– Результатов? – переспросил Фэй.

– Если я буду находиться в медитации больше полутора лет, к моему возвращению вы должны достичь уровня старших заклинателей. На вашем счету должно быть хотя бы по пятьдесят удачно выполненных миссий у каждого. Также отыщите хотя бы по одному артефакту. Это минимум, который от вас требуется.

– Минимум?..

– Что такое, Фэй, ожидал, что будешь замачивать дыни и сливы в холодной воде каждый день[10], пока твой учитель не будет за тобой присматривать? – прищурившись, с долей недовольства полюбопытствовала Чэнь Син.

– Нет, конечно нет!

– И да, это минимум, мальчики. К моему возвращению тот, у кого окажется больше всего выполненных миссий и найденных артефактов, будет волен выбрать абсолютно любое оружие из нашего хранилища, а также сменит ученическое имя на полноценное. А ещё… я выполню любое ваше желание.

– Что значит любое? – насторожился Фэй.

– То и значит. Приготовить вам ужин, дать официальный титул при усадьбе, выдать деньги на реализацию некой задумки, выбить для вас место рядом с главой школы… да хоть станцевать позорный танец при всём народе. Это и значит любое.

– А…

– Рано становиться жабой, желающей отведать лебяжьего мяса[11]. По возвращении из медитации я досконально проверю, чем вы занимались в моё отсутствие. В случае выполнения всего лишь минимума из моих поручений вы оба пожалеете. Если я решу, что ваши усилия ничтожны, как и достигнутые результаты, вам не видать статуса старших заклинателей ближайшие десять лет. Вы будете делать всё, что я пожелаю, а если посмеете перечить, то откажусь от вас как от учеников.

Энтузиазм значительно поубавился.

– Какие-то суровые правила… – пробормотал Фэй.

– Но так и награда будет высокой, – напомнила Чэнь Син. – Поймите одно, мальчики, вы не только мои ученики, но и моя опора. Сколь бы суровы ни были мои требования, я делаю это, чтобы вы стали сильнее. В конечном итоге я рассчитываю, что один из вас станет мастером усадьбы Чёрной черепахи, а впоследствии, возможно, главой школы.

– Главой?.. – Одно только слово, вылетевшее из уст Хиро, повысило градус напряжения в кабинете. Он с опаской уточнил: – Но… учитель. Говорить о подобном, да при живых главе и мастерах, очень…

– Неуважительно? Бестактно? Оскорбительно? – перебрала варианты Чэнь Син, сухо хмыкнув. – Что такое уважение и бестактность в сравнении с достигнутой целью? Вы должны стремиться к большему, чтобы иметь хотя бы меньшее.

– Учитель, вы… говорите довольно пугающие вещи, – осторожно подметил Хиро.

– Меня куда сильнее пугает не отсутствие уважения к кому-то, а то, что я оказалась недостаточно сильна, чтобы защитить хотя бы своих учеников.

Безмолвие красноречиво подчёркивало, о ком зашла речь, поэтому никто не решился нарушить долгую паузу. Чэнь Син отчасти понимала, что настраивать Хиро и Фэя ступать по головам в школе, где пропагандировались уважение к старшим и послушание, – плохая затея. Но она уже успела насмотреться на этот мир, чтобы понять, как он устроен.

– Как бы грубо ни звучало, правда в этом мире всегда одна: кто сильнее, тот и прав. Вспомните своё детство, мальчики, и сразу поймёте, что к чему. Конечно, в духовной школе важно следовать правилам. Но эти правила задают те, кто сильнее… однако тот, кто сильнее, должен нести ответственность за тех, кто слабее, должен их защищать. Это в случае, если вы хотите сохранить людей вокруг себя, некую общину, а в нашем случае – духовную школу. Люди ценят безопасность. А её может дать только сильный человек. Либо вам самим придётся стать сильными. Как видите… я оказалась недостаточно сильной, чтобы защитить если не Шани, то хотя бы её честь и достоинство.

Вздохнув, Чэнь Син подалась вперёд и протянула руки, опустив их на стол ладонями вверх. Жестом попросив учеников податься ближе, одна дождалась, пока они, минуя лёгкую растерянность, возьмут её за руки.

Сжав их пальцы в своих ладонях, Чэнь Син сказала:

– Только вы будете друг у друга во время моего отсутствия. Хоть я и попросила мастера Гуан Шэна присматривать за вами, всегда помните одно: никто, кроме вашего учителя и вас самих, не позаботится о вас. Я бы хотела сказать, что найду Шани, чего бы мне это ни стоило, но это случится явно не в ближайшее время. Однако, если вам всё же удастся отыскать её… хотя бы передайте, что я найду её и что я люблю её. Мне жаль. Очень жаль.

«Жаль, что в итоге я поставила свою жизнь выше того, чтобы бросить всё и побежать искать её… Мне нужно спасти себя. Если не спасу себя, то как спасу Шани? Звучит, конечно, как ничтожное оправдание», – с разочарованием в себе подумала Чэнь Син.

– Учитель, не беспокойтесь о нас, – сжав её ладонь, отозвался Фэй. – Мы найдём шицзе и станем сильнее. Сделаем всё, чтобы вы в нас не разочаровались.

– Вам не стоит взваливать всю вину на себя, учитель, – сказал Хиро. – Вы многое сделали для нас и для усадьбы. Думаю, это правильно, что вы решили сделать что-то для себя. Этот ученик дождётся вас и сделает всё, чтобы вы им гордились.

Тепло их рук, а также уверенные слова немного успокоили Чэнь Син и воодушевили. Если так подумать, только её ученики и вызывали в её сердце хоть что-то похожее на любовь и привязанность. Даже несмотря на то, что Шани покинула школу, в каком-то смысле, возможно, это к лучшему, – так она стала дальше от Гуан Шэна и Гуан Син, чья тайна висела над Чэнь Син дамокловым мечом, грозящим задеть и её учеников.