Город без теней

Кристина Семкина

Город без теней

1Застывший город

Визг тормозов. Чей-то крик. Ужас, застывший в глазах водителя. Вытянутые перед собой руки.

— Стой! Нет!

А потом всё превратилось в короткое воспоминание, замкнувшееся в кольцо. Она прокручивала сегодняшний вечер снова и снова. Может быть, если она поймёт…, то всё встанет на свои места.

****

Девушка неспеша задвинула ящик письменного стола: курсовой проект был закончен, и можно, наконец, убрать бумаги до следующего раза.

Лира Вересова никогда не считала себя особенной — разве что немного рассеянной. Как-то однажды даже умудрилась прийти на экзамен по истории на день раньше. К счастью, профессор оказался добродушным и только рассмеялся:

— Видимо, Вы человек будущего, Лира Андреевна. Приходите завтра — мы Вас догоним.

Зимняя сессия протекала неожиданно гладко, и сейчас, довольная результатом, девушка устало взглянула в окно. За окном стоял январь. Мелкие снежинки кружились и мягким покрывалом опускались на запорошенные дорожки двора. Совсем смеркалось, но темнеет сейчас рано — время есть — поэтому Лира запланировала ещё пару мероприятий на вечер. Нужно было поспешить: сначала — заскочить в кафе, передать Маринке флешку с контрольной, потом — к Свете, где будут чай, фильм и обязательные сплетни про однокурсников. Она быстро натянула свитер, джинсы, куртку, сунула флешку в карман и, на ходу крикнув маме:

Я побежала! Вернусь не поздно! — выскочила в январский вечер.

Падающий снег и колкий мороз напомнили о том, что надо завязать поплотнее шарф. Взглянув на часы, Лира почти бегом направилась к дороге. Как обычно, в семь вечера улица была забита сплошным металлическим потоком. Подбежав к переходу, Лира остановилась — и тут заметила собаку. Лохматая, с густой бурой шерстью, она стояла у края дороги, высматривая что-то на другой стороне с явным намерением срочно перейти.

И вдруг всё замерло: машины застыли, водитель в ближайшей «Газели» так и остался с приоткрытым ртом, снежинки зависли в темноте, словно подвешенные на невидимой нити. Собака, не оглядываясь, пробежала вперёд и скрылась за сугробом. Наступила тишина. Всё ещё часто дыша от волнения, Лира убрала руки, её серо-зелёные глаза округлились.

— Этого не может быть, — прошептала она, не понимая, что произошло.

девушка опустила голову, потёрла лицо рукавицей и снова услышала гул машин. Она подняла глаза и осознала, что мир ожил. Подул ветерок, машины продолжили путь, снежинки вновь закружились в морозной темноте.

Лира, словно во сне, пересекла улицу, не чувствуя под собой ног. Она уходила, и всё было прежним, но и иным. Свет фонарей, дуновение ветра — теперь всё имело другой смысл. Какой — она не знала.

Позже, уже сидя у Светы с чашкой сладкого чая и слушая, как та восторженно рассказывает о новом сериале, Лира кивала, улыбалась — но мысли её блуждали где-то далеко.

— Лир, оставайся сегодня у меня, уже поздно, я волнуюсь, когда ты идёшь одна, — предложила подруга.

— Свет, спасибо, но мне надо сегодня домой, всё будет нормально, — извиняясь, ответила Лира.

— Как же! А помнишь пропавших семь лет назад моих родственников — тётю Таню и дядю Вову Ливаненых? Тоже ведь никто не мог предположить, что так случится. И вот… Они просто исчезли, но я всё же думаю — их убили.

Тем не менее Лира отказалась и спустя полчаса вышла на морозную улицу. Она думала только об одном, и мысли роем кружились в её голове: «Может, показалось? Или это был сон?»

Но она точно помнила ту неподвижную тишину. Слишком реальную, слишком осязаемую, чтобы быть воображением. Вернувшись домой, девушка закрылась у себя в комнате и всё пыталась осмыслить, что же произошло там, у дороги, на тёмной, замороженной улице.

Утро возвестило о себе звоном колоколов находившейся неподалёку церкви, которая стояла на территории старинного мужского монастыря, основанного очень давно — в 1605 году. Лира быстро позавтракала, стараясь не думать о вчерашнем дне, собрала сумку со спортивной одеждой для фитнеса, поцеловала маму и вышла на улицу.

Красивый трёхэтажный кирпичный дом, равно как и территория монастыря, располагались на возвышенности. Короткий путь в спортзал лежал по самому краю горы, вдоль старинной, потемневшей от времени кирпичной стены, принадлежавшей монастырю. Лира шла быстро, но взгляд её то и дело скользил вдоль ровной кладки — привычка с детства.

Вот она минует деревянную дверь, которая, как рассказывали люди, вела в подземные монастырские помещения. А старушки на скамейках говаривали — там некогда обитали монахи отшельники, а после, как водится, нечистая сила. Сколько Лира себя помнила, эта дверь всегда была закрыта и, казалось, приросла к стене. Томск вообще любил тайны и был богат загадочными историями о катакомбах, проложенных под городом. Многие вспоминали, что, когда строился соседний роддом, на дне котлована нашли зияющий проход, уходящий вглубь в неизвестном направлении. Его быстро засыпали, а рассказы о нём — нет, оставив жителям Томска пищу для толкований.

Лира почти прошла мимо двери, как вдруг остановилась. Она не поверила своим глазам: дверь, всегда запертая, приоткрылась. Из щели сочился мягкий зеленоватый свет, похожий на болотное сияние. Лира заколебалась: с одной стороны, было бы разумно пройти дальше, с другой — любопытство подталкивало её посмотреть, что внутри. В иное время девушка может быть и не задержалась бы, но сейчас, после вчерашних событий, она замерла, не в силах отвести взгляд. Любопытство, как это часто бывает, победило осторожность. Лира сделала несколько несмелых шагов к двери и вдруг почувствовала, что тело увлекается внутрь проёма. Она попробовала отступить, но не смогла. И, как в дурном сне, её мягко, но неотвратимо втягивало в помещение. Она пыталась затормозить ногами, но ничего не вышло, и через пару секунд Лира стояла посреди кирпичного коридора, вглядываясь в чёрную глубину. Она сделала поспешное движение и рванулась назад к двери, но та захлопнулась, оставив девушку в подземелье.

— Прекрасно, — отчаянно сказала она вслух, — здесь и встречу весну!

Лира вытащила телефон, но почему-то связи не было. Когда глаза привыкли, она увидела перед собой длинный коридор, уходящий во мрак. Кирпичные стены, влажные и неровные, отражали слабый зелёный свет, льющийся из невидимого источника, но заметно светлее от этого не становилось. Сколько ни пыталась Лира стучать и дёргать ручку двери — ничего не выходило. Тогда, обессиленная от переживаний, она опёрлась спиной о кирпичную кладку и сползла на землю.

Как долго она сидела на камнях — девушка не уловила, но спустя некоторое время в глубине коридора возникло какое-то движение. Послышался тихий, но отчётливый звук: кто-то приближался. Лира прижалась к стене, сердце колотилось в груди, дыхание прерывалось. Страх — бесконечный, животный, поднимающийся из-под рёбер, заполнил всё тело. От ужаса девушка даже не могла кричать. Из глубины подземного коридора на неё надвигалась человеческая фигура. Лира судорожно закрыла руками глаза.

— Ну и что расселась? — прозвучал ворчливый голос. — Смотри — холодно, грязно, а она сидит.

Лира медленно отняла руки от лица и опасливо взглянула на незнакомца. Тот стоял перед ней — невысокого роста, полноватый, в тёмном, почти чёрном плаще. На голове возвышался какой-то невероятный головной убор — то ли цилиндр, то ли шлем. Человек был не страшен, он выглядел скорее комично.

Лира моргнула. Незнакомец опирался на трость и смотрел с тем выражением лица, с которым дворник смотрит на нерадивую студентку, наступившую в свежевычищенный снег.

— Ну что? Так и будем сидеть и молчать? — поинтересовался он. — Зима, мороз, а ты тут экскурсию устроила. Чего сюда пришла?

Лира сглотнула и слегка осипшим от только что пережитого страха голосом проговорила:

— Я просто шла мимо, дверь открылась и...

— И ты вошла, — торжественно закончил он. — Люди всегда так делают. Сначала заходят, а потом удивляются, куда попали.

— Да, но дверь сама открылась..., — всё ещё пыталась оправдаться Лира.

— Двери сами не открываются, — строго заключил незнакомец, — их открывают.

— Но эта открылась сама!

— Нет, ты её открыла.

Последовала длительная пауза.

— Вставай, — наконец сказал он. — Пойдём.

— Куда? — в голосе девушки снова прозвучал страх.

— Ну, куда шла, туда и пойдём. Только вместе, — пояснил он. — Нас уже ждут, — внезапно добавил мужчина.

— Но я... Вы понимаете, вчера — собака, а сегодня я иду, а тут дверь, я заглянула и оказалась здесь, она захлопнулась, я не могу выйти... Помогите..., — прошептала она, почти плача.

Незнакомец посмотрел на неё в упор:

— Вот об этом и поговорим. А теперь — шагай. — И двинулся вперёд. — Можешь, конечно, остаться, — бросил он через плечо. — Только здесь холодно и дверь назад не откроется.

Лира поколебалась ещё секунду, всё-таки встала и последовала за человеком в плаще.

Они шли долго — минут двадцать, может, больше. Тёмный туннель, кое-где освещённый тусклыми фонарями в форме факелов, вёл под уклоном вниз, иногда поворачивая, упираясь в перекрёстки и снова убегая вперёд. Коридор тянулся бесконечно. Камень глотал звуки шагов. Где-то капала вода. Зелёный свет то угасал, то усиливался, словно уходил за облако и вновь появлялся. Лира пыталась запоминать дорогу, считала повороты, но потом сбилась — всё перемешалось: стены, развилки, запах сырости. Наконец впереди открылось пространство — круглый зал, освещённый изнутри мягким сиянием. В центре стояла большая золотая чаша, заполненная странной малахитовой субстанцией, излучающей как раз тот самый зелёный свет. Спутник девушки остановился — судя по всему, цель их похода была достигнута.

— Подойди, — сказал мужчина. — Возьми за края и смотри вглубь. Пусть Сила определит, кто ты.

Слова его прозвучали как заклинание, хотя и произнесены были просто. Выбор у Лиры был небогат. Она проследовала к центру зала и обхватила с двух сторон золотистый металл. Как ни странно, он оказался на ощупь тёплым. Девушка наклонилась вперёд и заглянула в зелёную глубину. Внутри чаши свет шевелился, собираясь в спираль. Движение ускорилось и превратилось в водоворот, а затем — в воронку. Изумрудный луч мощным столбом ударил в лицо, она зажмурилась — и всё исчезло.

Лира открыла глаза: снег, холод, кирпичная стена. Та самая дверь опять закрыта, будто никогда не открывалась.

Потрясённая, она сидела в примятом сугробе, голова слегка кружилась. Лира с небольшим усилием поднялась на ноги и огляделась. На улице по-прежнему стоял пасмурный зимний день, с неба обильно падал крупный снег, вокруг никого не было. Постояв ещё пару минут на месте, соображая, что же произошло, Лира сделала несколько шагов к двери и, на всякий случай, толкнула её. Пальцы почувствовали замёрзшее, шершавое дерево. Дверь не шевельнулась.

— Ну и ну, — тихо проговорила она, и голос её затерялся в снегопаде.

Всё было до смешного обыкновенно: звуки города, хрустящие шаги по снегу, запах холода. Но где-то внутри неё, на самой глубине, осталась зелёная нота, как свет из чаши, и от неё веяло чем-то большим, чем просто тайной.

Забросив на плечо спортивную сумку, Лира двинулась по обычному маршруту в спортзал, прокручивая в голове события. Постепенно обыденность отвлекла её, и дальнейший день ничем не отличался от любого другого субботнего дня.

Жизнь вошла в привычное русло, оставив в памяти глубокий, мерцающий след о невероятном приключении, произошедшем с девушкой в морозное утро.

2Страннаявстреча

Минула неделя, заполненная семинарами, зачётами и подготовкой к экзаменам. Томск, как всегда, жил своей холодной жизнью, пахнущей дымом и хвойным снегом. Время пролетело быстро, и наступили долгожданные выходные. Конечно, позволить себе потратить их на отдых Лира не могла — впереди маячили четыре сложных экзамена, — но всё же воскресным зимним вечером девушка с подружками отправились на каток.

Каток был прекрасен — блестящий лёд, музыка из городских динамиков, смех, звон коньков. Двадцатиградусный мороз колол щёки, а горячий чай из бумажных стаканчиков казался самым вкусным напитком в мире. Деревья центрального парка стояли, покрытые снежной шубой, лёд, чуть припорошенный снегом, блестел, и десятки довольных посетителей выписывали фигуры — кто какие мог — на застывшем полотне. Повсюду виднелась раскрасневшаяся, весёлая молодёжь.

Внезапно кто-то окликнул Лиру по имени. Девушка резко затормозила острием лезвия и легко повернулась на голос. У края катка стояла знакомая фигура.

— Миша! — удивлённо воскликнула она, и пар заклубился у её пухлых губ.

Аккуратно лавируя среди посетителей, она быстро приблизилась к краю ледяной площадки. Миша был её другом детства, настолько давним, что она воспринимала его как неотъемлемую часть своей жизни. Их родители дружили с молодости и, как это водится, дети с рождения росли вместе.

— Он тебе практически брат, — говорили подруги, и Лира не спорила, но в душе не соглашалась.

Миша был не красавец, но было в нём что-то очень мужское, надёжное и поэтому привлекательное, хотя она чётко отдавала себе отчёт, что не влюблена в него. Но когда по стечению обстоятельств он оказался с ней на одном курсе, она посчитала это удачей.

— Ты тут откуда? — улыбаясь, спросила она. — Ты один?

Миша почему-то смущённо кивнул.

— Был у ребят в общаге и на обратном пути решил заскочить сюда — ты же говорила, что собиралась на каток. Вот и думаю — а вдруг тебя подсеку.

Лира молча с вопросом смотрела на парня, ожидая продолжения. Очевидно, что это было не всё. Миша переступил с ноги на ногу.

— Слушай, может, сможешь мне кое-что по вышке подсказать? Я по математике последнюю тему совсем не понимаю, через неделю экзамен — утону я.

Лира с облегчением вздохнула. Всё объяснилось банально, и это даже лучше. Она знала, что нравится ему, но переступить границу отношений дружбы было страшновато. Да сейчас и некогда.

— Ладно, давай на неделе заходи ко мне и попробуем как-то решить твою проблему. Хотя за день нормально подготовиться нельзя, надеюсь, ты это понимаешь.

Миша тяжело вздохнул.

— Конечно, понимаю, я же не пингвин. Я учу, но натыкаюсь на некоторые моменты, которые сам никак не вытягиваю.

Лира поняла, что он уже готов углубиться в технические подробности, однако обсуждение высшей математике здесь и сейчас в её планы никак не входило.

— Слушай, Мих, у меня уже пальцы в коньках отмёрзли. Давай, позвони мне завтра вечерком и что-нибудь придумаем.

Парень опустил глаза на белые фигурные ботинки и понимающе кивнул.

— Ладно, тогда до связи, Лира. Долго не катайся — простынешь.

Он потрепал её по плечу и спортивной, но немного тяжеловатой походкой направился к дороге. Девушка несколько секунд смотрела ему вслед, пытаясь увидеть, где он припарковал машину, на которой приехал. Дело в том, что у него было явное преимущество перед однокурсниками: у него была машина. Родители подарили ему подержанную Хонду на восемнадцатилетие, и уже третий год в университете он был королём положения. Лира отвернулась и поспешила к подругам, докатывать оставшееся время.

Часам к восьми вечера девочки подмёрзли и, уставшие, но довольные, разбрелись по тёплым квартирам. Лира, с коньками и спортивной сумкой через плечо, быстро шла по заснеженному городу, направляясь в сторону дома. Конечно, можно было доехать на трамвае, но сказочная атмосфера зимнего вечера манила прогуляться пешком, тем более идти было не так далеко — минут двадцать пять. Свернув с проспекта на тихую улицу, она замедлила шаг: вокруг — ни души. Только снег, снег и еле заметная тропа, ведущая в сторону монастырской стены. Поравнявшись с группой развесистых деревьев, Лира притормозила. Может, ей показалось, что смутно знакомый голос окликнул её по имени? Она оглянулась. По узкой тропинке со стороны мужского монастыря с загадочно белеющей церковью к ней приближался человек — кругленький, в тёмном пальто, напоминающем плащ, и в меховой шапке с опущенными вниз ушами. Сердце подпрыгнуло к горлу: она узнала незнакомца из подземных коридоров. Поравнявшись с ней, он серьёзно произнёс:

— Лира, не спеши, есть разговор.

Девушка остановилась. Противоречивые чувства нахлынули на неё: страх заёрзал мурашками по спине, торопя убежать, но ощущение тайны захватило дух, побуждая к новому безрассудству. Она сделала шаг навстречу.

— Добрый вечер, — сказал мужчина, улыбнувшись одними глазами. — Не ожидала, что мы так скоро встретимся? — и повторил: — Надо поговорить.

Он сделал паузу.

— Сначала хочу представиться: моё имя — ТэйНор. Для тебя — просто Тэй. Мы готовы для разговора. А ты?

Он задал этот странный вопрос быстро, тоном, не подразумевающим отказ.

— В общем-то, да, — на секунду задумавшись, ответила Лира, — а вы — это кто?

— Тогда пойдём, — коротко сказал он, не отвечая на вопрос и, повернувшись, зашагал по заснеженной тропинке в сторону монастыря.

Ни одна девушка в здравом уме никогда бы не пошла за незнакомым мужчиной тёмным зимним вечером в безлюдное место. Но обстоятельства их знакомства были столь необычны, что Лира, не задумываясь, последовала за ним. Они подошли к знакомой деревянной двери. Тэй не сказал ни слова — просто приложил ладонь к поверхности, — и дверь, не скрипнув, открылась внутрь, как будто ждала именно их. Внутри всё было так же, как прежде: запах сырости, бесконечный тёмный коридор. Но теперь Лира шла сознательно, как приглашённая, и потому страх её казался меньше. Вот и знакомый девушке зал, в центре которого стояла удивительная золотая чаша. Однако сейчас она не светилась, а лишь чуть тлела мутным зеленоватым блеском. Тэй прошёл вперёд к дальней арке, где виднелся новый тоннель.

— Сегодня ты получишь кое-какие ответы, — сказал он, — но не все.

Лира пересекла помещение, и они зашагали по спускающемуся вниз коридору. Он был темнее предыдущих и вскоре упёрся в каменную стену со странной металлической рамкой, похожей на пустую картину. Тэй наклонился, коснулся пальцами внутреннего края — воздух внутри заколебался, и в раме возникла зыбкая, будто ртутная, поверхность. Призывно махнув рукой, мужчина переступил порог и оказался в тёмной нише.

— Сюда, — сказал он просто.

После недолгого колебания Лира шагнула вперёд. На несколько секунд их окружила тьма — настолько плотная, что казалась материальной. Однако в следующее мгновение она вспыхнула приглушённым жёлтым светом, на Лиру дохнуло теплом, она ощутила запах камня, озона и, почему-то, скошенной травы. Тэй обернулся к девушке и впервые по-настоящему улыбнулся — улыбка у него была хорошая.

— Пойдём, — сказал он, взял спутницу за запястье и, развернув, вывел из ниши.

— Добро пожаловать в наш мир, — торжественно произнёс он.

3Дэларис

Подземный город открылся внезапно, завладев сразу всеми органами чувств. Перед глазами девушки предстала невероятная картина. Огромное, бесконечное пространство не было пещерой — мир простирался до самого конца видимого горизонта. Город был не похож ни на одно человеческое поселение: никакой геометрии, никаких прямых улиц. Арки, мосты, колонны, сплетённые с кристаллами и светящимися лианами, — город будто вырос из камня, а не был построен.

Лира и Тэй стояли в верхней части поселения. Над головами — метрах в трёхстах от них — виднелись высокие своды, покрытые сталактитами, между которыми струились золотисто-зеленоватые потоки света. Внизу огромными, замысловато закрученными столбами поднимались могучие каменные колонны, испещрённые окнами, входами и террасами. Казалось, они находятся в лесу из могучих, невероятно древних окаменевших деревьев. Многие стволы имели мощные ветви, стремящиеся вверх, которые тоже были заселены.

Дна видно не было — колонны уходили в глубину и заканчивались на границе видимости туманом. Но самым поразительным было не это: вокруг, насколько хватало глаз, двигалось множество человеческих фигур с прозрачными, как дым, крыльями за спиной. Между ними летели сотни небольших летательных аппаратов, напоминающих необычные площадки с сиденьями, обрамлённые маленькими, словно пчелиными, крылышками. Частота движения крыльев создавала ощущение зыбкого контура лодок.

— Это наш город, — гордо произнёс Тэй, — мы называем его Дэларис — город без теней. Свет в нём вечен.

Лира онемела от удивления. Наконец, она очнулась.

— Вы — эльфы? — спросила девушка несмело.

— Эльфы? — переспросил Тэй с притворным возмущением. — О, нет! Мы гораздо старше. Хотя, признаюсь, у нас был общий предок… очень тщеславный тип, любивший блестящие плащи.

Лира не поняла, о ком он, но рассмеялась, и смех её эхом отразился от ближайших колонн.

— На самом деле, мы очень древняя раса. Имя нашему народу — Каэрны. Тысячелетия… да, мы жили на просторах Сибири. Здесь, внизу, у нас были города, развивались наука и искусство, ан наверху мы соединялись с Солнцем и звёздами, сливались с лесами, выращивали урожаи.

Он на мгновение замолк, словно прислушиваясь к чему-то далёкому.

— Но пришли люди и стали занимать территорию. Появились первые поселения, возникли первые конфликты за землю. Мы не воюем. Мы просто ушли вниз — туда, где не бывает ветра и где свет не нуждается в солнце. Ушли насовсем.

Он обернулся и посмотрел на Лиру.

— С тех пор мы живём здесь.

Тэй помолчал.

— Сейчас мы находимся на глубине двух километров от земной поверхности. Тут всегда тепло и есть условия для комфортной жизни.

Лира стояла, как заворожённая. Всё дышало мягким светом. Казалось, будто каждая капля воздуха была частью какой-то древней гармонии. То, что она видела вокруг, было прекрасно и в то же время совершенно невозможно.

— Мы полетим на средний ярус, — деловым тоном распорядился Тэй, — там нас ждёт Старейшина.

— Полетим? — переспросила Лира, не скрывая растерянности. — Но у меня же нет крыльев.

Она неловко взглянула на спутника.

— Мы древняя раса, но не глупая, — безнадёжно взглянув на девушку, сказал Тэй. — Я знаю, что у тебя нет крыльев, и мы к этому готовы.

Он достал из плаща небольшой серебристый предмет, коснулся его — и перед ними плавно опустилась летающая платформа: тонкая, изогнутая, как лист, с мягким сиянием по контуру.

— Садись, коньки пока можешь оставить здесь, потом заберёшь, — сказал он.

Лира положила их на камень, осторожно перебралась через пропасть на сиденье и крепко вцепилась руками в поручни. Над лодкой поднялась почти невидимая сеть и образовала прочный купол.

— Я полечу рядом, — констатировал Тэй, — а когда прибудем, помогу тебе выйти.

Он нажал что-то у себя на шее — и плащ на спине разошёлся, обнажая светло-серые, полупрозрачные крылья. Мужчина поднялся в воздух и завис рядом, глядя на Лиру с лёгкой насмешкой.

— Готова?

Она кивнула. Как отходят корабли от причала, воздушная лодка двинулась вперёд и, встроившись в городской поток, заскользила широкими спиралями вниз. Лира обратила внимание, что всё движение подчинено строгим правилам. Никто не летел наперерез, одни безоговорочно пропускали других. Иногда летящие пришвартовывались ко входам на выступах колонн. Девушка с любопытством заглядывала в окна. К своему удивлению, внутри она видела то жилые квартиры, то какие-то учреждения, заполненные работниками, то явно пищевые заведения, напоминающие рестораны; то лавки, то мастерские. Вдалеке мелькали рынки, где торговали странными плодами, переливавшимися всеми цветами радуги. Некоторые жители гуляли с питомцами всех мастей, похожими на кроликов, но побольше. Около террас дети с маленькими прозрачными крылышками, смеясь, катались по воздуху, оставляя за собой следы света.

— Это правда? — спросила себя Лира шёпотом. — Или я сплю?

Толщина колонн была разная: где-то могла уместиться двухкомнатная квартира, а где-то — легко расположился бы крупный торговый центр.

Было светло, но освещение оставалось неярким, немного приглушённым, поэтому почти все входы и воздушные мосты между колоннами были оснащены дополнительной подсветкой. Внешний свет лился сразу отовсюду и ниоткуда. Он просто был — без источника, без Солнца. Просто был.