Тайна бездонных глаз

У Лизбет перехватило дыхание, а из груди вырвался задушенный крик. За рулем сидело чудовище. Его силуэт на глазах трансформировался, превращаясь в неестественно гибкое, изящное женское тело, а из-под водительской кепки водопадом хлынули длинные, спутанные рыжие волосы. Тварь оскалилась, обнажая уродливую, усеянную бритвенно-острыми клыками пасть на пол-лица, и издала утробный клекот, от которого заложило уши.

Паника выжгла остатки разума. Лиз навалилась всем телом на ручку двери, та со щелчком распахнулась, и девушка на полной скорости вылетела из салона прямо на жёсткую землю.

Сильный удар вышиб из неё дух. Сдирая в кровь колени и ладони, Лиз кубарем покатилась по гравию, но адреналин заставил её вскочить. Сбросив сломавшиеся туфли, она босиком рванулась в глухую лесную чащу, продираясь сквозь цепкие, бьющие по лицу ветки.

Позади раздался оглушительный, ломающий кусты треск. Рыжеволосая бестия неслась следом с бешеной скоростью. Лиз слышала её свистящее дыхание прямо за спиной. Тварь сделала прыжок, сбивая девушку с ног. Мощные когти полоснули Лиз по лицу, раздирая кожу и закрывая обзор хлынувшей кровью. Лизбет закричала, зажмурившись в ожидании смертельного укуса…

И тут чернильную темноту леса пробила ослепительно-белая вспышка света.

Тварь истошно взвыла. Этот божественный свет сбил монстра с толку, заставив отпрянуть.

Лиз, не веря своему спасению, из последних сил поползла вперёд, а затем поднялась на подкашивающиеся ноги. Не помня себя от ужаса, она вылетела обратно на асфальт трассы. Ей улыбнулась удача — в этот самый момент по шоссе ехал грузовик. Водитель вовремя заметил выскочившую под колеса окровавленную девушку в разорванном красном платье и ударил по тормозам.

Спустя полчаса Лизбет уже везли на каталке по коридорам городской больницы. Её лицо превратилось в сплошное месиво из глубоких ссадин и багровых гематом, правый глаз полностью заплыл, а губы мелко подрагивали. Но она была жива.

***

Дребезжащий звонок на первый урок уже прозвенел, заставив старшеклассников мгновенно притихнуть. Рэй сидел на новом месте, на соседнем ряду, куда в понедельник его бесцеремонно отсадил преподаватель. Его прежнее место за спиной Тони теперь занимала Ана. Девушка сидела идеально ровно, а утренние солнечные лучи подсвечивали ее белоснежные волосы, создавая вокруг нее призрачный ореол.

Мистер Ритц, выглядевший сегодня чуть менее изможденным, неторопливо прохаживался между рядами, раздавая проверенные бланки. Кое-кто из учеников обреченно вздыхал, глядя на свои оценки, кто-то радостно шептался.

Учитель притормозил возле парты Рэя и опустил перед ним лист. На лице мистера Ритца впервые за долгое время появилась одобрительная улыбка.

— Ну что я могу сказать, мистер Фицджеральд, — преподаватель весомо похлопал парня по плечу. — Вы превзошли все мои ожидания. Признаться, я готовился выписать вам направление на принудительные дополнительные часы, но это… это просто феноменально. Браво.

Рэй растерянно кивнул, а когда учитель отошел к следующему столу, заглянул в свой бланк. На самом верху листа красовалась выведенная красными чернилами оценка: «Пять с плюсом».

Парень в недоумении уставился на исписанные строчки, чувствуя, как внутри зарождается неприятный холодок. Он пробежался глазами по тексту письменной части. Почерк на бумаге был точно его — те же резкие, чуть небрежные наклоны букв, к которым он привык. Но сами слова… Термины, сложные грамматические обороты и глубокие метафоры были выстроены в таком безупречном стиле, каким Рэй никогда не владел. Он просто не использовал этих языковых конструкций в обычной жизни. Мозг упрямо отказывался признавать этот текст своим.

Рэй почувствовал, как в висках начинает нарастать знакомая тупая боль. В памяти вспыхнул вчерашний день: пустой бланк, тонкий цветочный аромат, лиловые глаза и вкрадчивый, пугающий шёпот прямо у него в черепной коробке, после которого он начал строчить ответы как безумный.

Парень медленно повернул голову и посмотрела на Ану. Девушка продолжала спокойно смотреть на доску, не обращая на него никакого внимания. В её изящном профиле сквозило умиротворение.

Рэй крепко зажмурился и резко мотнул головой, до боли втирая пальцы в переносицу.

«Хватит. Завязывай, — приказал он сам себе, пытаясь унять бешеный стук сердца. — Это просто паранойя. Тони прав, я медленно схожу с ума».

Он судорожно спрятал идеальный тест в рюкзак, но избавиться от ощущения, что его телом и разумом вчера кто-то нагло воспользовался, так и не смог.

***

Едва прозвенел звонок, школьный коридор мгновенно заполнился привычным оглушительным гулом. Тони пулей вылетел из класса и тут же перехватил Рэя у дверей, победно ухмыляясь:

— Ну что, Рэй, готов сдаваться на милость победителю, если ты понимаешь, о чём я?

Рэй с лёгкой усмешкой поправил лямку рюкзака:

— Пересдача отменяется.

Тони озадаченно округлил глаза:

— В смысле? Ритц пожалел тебя и поставил тройку?

— Вот, сам посмотри, — Рэй выудил из рюкзака бланк и протянул другу.

Тони развернул лист, и его челюсть буквально отвисла. Он пробежался глазами по безупречным строчкам, увенчанным жирным красным плюсом.

— Да ладно… Пять с плюсом?! Ты издеваешься? — Тони вылупился на Рэя, подозрительно прищурившись. — Ты как умудрился так списать?

— В том-то и дело, что я не списывал, — Рэй понизил голос, внимательно следя за реакцией друга. — Посмотри на почерк. Он мой. Но ты почитай, как это написано. Обороты, термины, стилистика… Тебе не кажется, что это слишком заумно для меня? Будто писал совершенно другой человек.

Тони ещё раз внимательно вгляделся в наклон букв, пожал плечами и вернул бланк:

— Слушай, ну почерк сто процентов твой, тут без вариантов. А насчёт заумности… Бро, не хочу признавать, но ты бываешь дико красноречивым, когда захочешь. Просто мозг в кои-то веки выдал максимум на стрессе. Радуйся, чувак, ты чист!

Слова Тони прозвучали настолько уверенно и буднично, что Рэю действительно мгновенно стало легче. Тяжёлый ком, давивший на грудь всё утро, наконец-то рассосался.

Рэй убрал тест обратно в рюкзак и, помолчав несколько секунд, неловко переступил с ноги на ногу:

— Слушай, Тони… Я тут подумал. Может, мне позвать Ану куда-нибудь прогуляться? Ну, в кино сходить или просто посидеть где-нибудь. Хочу узнать её поближе.

Тони аж подпрыгнул на месте от восторга, его глаза азартно блеснули:

— Да ладно! Наш ледяной король созрел для свидания? Наконец-то! Давай, действуй, пока бруклинскую красотку кто-нибудь другой не перехватил! Сегодня же пригласи её куда-нибудь.

Рэй со вздохом осадил его пыл:

— Да подожди ты. Сегодня вообще не вариант. У меня день забит под завязку.

— Это чем же? — удивился Тони.

— Во-первых, мама просила побыть дома после обеда. А во-вторых… чёрт, в пять вечера мне нужно идти к Гилберт. Директриса ведь припахала Эйми подтягивать мою успеваемость.

— Точно-о… — Тони страдальчески скривился, вспомнив вчерашний разговор. — Высшая лига. Хватит сыпать соль на рану, Фицджеральд.

— Рэй! — раздался сбоку звонкий, уверенный голос.

Парни синхронно обернулись. К ним летящей походкой приближалась Эйми Гилберт. Она остановилась рядом, поправляя безупречно уложенные светлые волосы, и строго посмотрела на Рэя:

— Надеюсь, ты помнишь про наш уговор? Мама шутить не будет. Жду тебя у себя ровно в пять. Без опозданий.

Рэй обречённо кивнул:

— Да, я помню. Буду вовремя.

— Вот и хорошо. Тогда до вечера! — Эйми ослепительно улыбнулась и стремительно пошла дальше по коридору, цокая каблучками.

Тони проводил её тоскливым взглядом, а затем сокрушенно повернулся к другу:

— М-да… Везучий ты всё-таки гад, Рэй.

***

В коридорах хирургического отделения стояла гнетущая тишина, нарушаемая лишь редким писком медицинских мониторов. Шериф Гвендолин Данкан уверенным шагом подошла к палате интенсивной терапии. На пороге её перехватила медсестра:

— Шериф, я прошу вас, будьте предельно осторожны, — тихо, но строго предупредила женщина. — Девушка только час назад пришла в сознание. Физически она стабилизирована, но у нее тяжелейшая психологическая травма. Не давите на неё.

— Поняла вас, — Гвендолин сдержанно кивнула и толкнула пластиковую дверь.

В палате пахло физраствором и свежими бинтами. Лизбет лежала на высокой больничной койке. На лице девушки багровели ссадины, а правый глаз полностью заплыл от жуткого отека.

Гвендолин бесшумно подошла к кровати:

— Я шериф Гвендолин Данкан. Мне нужно задать вам пару вопросов, мисс Вудхантер.

Пострадавшая медленно повернула голову, с трудом сфокусировав на ней свой единственный уцелевший глаз. Из её груди вырвался хриплый вздох.

Гвендолин присела на край стула.

— Вы можете говорить? Кто на вас…

— Мой сын… — Лизбет перебила её, судорожно вцепившись пальцами в край больничного одеяла. Глаза девушки округлились от внезапно накатившего ужаса. — Тайлер… Где мой сын?! Ему всего пять, он остался один дома… Господи, он заперт там! С ним… с ним всё в порядке?!

Гвендолин мягко накрыла её дрожащую ладонь своей рукой:

— Успокойтесь, пожалуйста. Мои помощники уже съездили по вашему адресу. Ваш мальчик в полной безопасности, сейчас он под присмотром социальных служб.

Лизбет судорожно сглотнула, и её плечи заметно расслабились. Она обессиленно откинулась на подушки, закрывая глаза. Материнская паника немного отступила.

— Вот и славно, — Гвендолин осторожно вернулась к делу. — А теперь послушайте меня, Лиз. Это очень важно для безопасности всего города. Вы помните, кто на вас напал? Сможете описать?

Лизбет долго молчала, и по её изуродованному лицу покатилась одинокая слёза.

— Всё как в тумане, — едва слышно прошептала она, и её тело снова забила мелкая дрожь. — Водитель… Машина свернула в лес. А потом оно обернулось. Это был… это была… девушка. Нет, то есть… подобие. Но это не человек, шериф! Длинные волосы, огромные клыки… И глаза. Помню глаза. Нечеловеческие глаза. Как два провала…

С каждым словом голос Лизбет становился всё громче, срываясь на истерический крик. В памяти девушки с новой силой ожили жуткие ломающиеся кусты и свистящее дыхание твари за спиной.

— Чудовище!.. — истошно завопила Лизбет, заходясь в глухом кашле и пытаясь спрятать голову под подушку. — Чудовище! Чудовище!

Датчики на приборах бешено запищали, фиксируя критический скачок пульса. Дверь палаты с грохотом распахнулась, и внутрь влетела медсестра, держа наготове заряженный шприц.

— Шериф Данкан, немедленно покиньте палату! — яростно крикнула она, отпихивая Гвендолин от койки. — Вы же видите, у нее психоз! На выход!

Гвендолин торопливо отступила к дверям. Медсестра профессиональным движением ввела лекарство в катетер на руке. Лизбет сделала ещё один судорожный вздох, её безумный крик оборвался на полуслове, и девушка умолкла, погружаясь в глубокий сон под действием мощного транквилизатора.

Шериф Данкан вышла в коридор больницы и тяжело прислонилась спиной к стене. В её голове набатом стучали слова пострадавшей: подобие девушки, длинные волосы, огромные клыки и странные глаза. Это было уже второе жуткое нападение в лесу за сутки.

***

У дома Фицджеральдов пахло бензином и нагретой землей. Ривер, устроившись на траве прямо у крыльца, увлеченно перебирала карбюратор своего байка. Рэй стоял рядом, лениво наблюдая за её точными движениями.

Тихие шаги на дорожке заставили их обернуться. К дому робко приближался Шон Рид. Он испуганно вжал голову в плечи и застенчиво пробормотал:

— Эм… п-привет. Миссис Фицджеральд сказала, что я могу прийти… помочь с садом.

— Привет, Шон. Да, мама нас предупредила, — Рэй дружелюбно улыбнулся парню, пытаясь сгладить его неловкость. — Проходи. Слушай, ты с дежурства? Не голоден?

Шон густо покраснел, готовый соврать по привычке:

— О, нет-нет, спасибо, я…

— Так, отставить скромность! — Ривер бесцеремонно перебила его, отбросив в сторону гаечный ключ. Она поднялась, вытирая испачканные в мазуте руки о старые джинсы, и озорно блеснула глазами. — Мы голодными никого не оставляем. Живо в дом, мама как раз гору кексов напекла, так что погнали истреблять запасы!

Против напора Ривер устоять было невозможно. Спустя полчаса, сытые и довольные, все трое снова выбрались на крыльцо. Шон заметно оттаял, на его лице наконец-то появилась робкая улыбка. Рэй проводил его к старому деревянному сараю у забора:

— Инструменты все здесь: секатор, перчатки, лейка. Вон те кусты роз у крыльца нужно немного подрезать и полить. Справишься?

— Думаю, да, — воодушевляюще кивнул Шон и принялся за работу.

Рэй стоял неподалеку, помогая собирать срезанные ветки, и они весело болтали.

Именно эту картину застал Тони Данкан, который как раз проезжал мимо на своём недавно отремонтированном пикапе. Заметив, как Рэй — обычно скрытный и холодный со всеми — легко и тепло общается с Ридом, Тони почувствовал, как внутри уколом вспыхнула эгоистичная ревность. Он привык быть единственным центром вселенной для своего друга.

Насупившись, Тони заглушил мотор, быстрыми шагами подошёл к парням и хмуро бросил:

— Что здесь происходит?

— А, тут такое дело... Мама попросила Шона поухаживать за нашими цветами. Он такой классный парень, — Рэй увлеченно заговорил, совершенно не замечая, как лицо друга становится всё мрачнее. — Начитанный, он и в живописи разбирается, и в растениях, учёным мечтает стать. И у него золотые руки, честное слово. С ним приятно пообщаться. Нам повезло, что он…

— Да уж, прямо сокровище, — сквозь зубы процедил Тони, скрестив руки на груди. Ему дико не нравилось, что Рэй с таким восторгом говорит о ком-то другом.

Спустя час работа в саду была полностью завершена. Шон аккуратно сложил инструменты обратно в сарай, отряхнул колени и подошел к парням. Рэй, заметив, что юноша собирается уходить, предложил:

— Слушай, Шон, может, останешься у нас? Посмотрим какой-нибудь фильм.

Шон удивленно моргнул, и его глаза радостно блеснули:

— Правда? Ну… если я не помешаю, то с радостью останусь.

— Вот и отлично. Я сейчас на секунду в комнату забегу, переоденусь и захвачу диски, а вы пока устраивайтесь в гостиной, — Рэй весело хлопнул Шона по плечу и скрылся за входной дверью.

Как только Рэй ушёл, атмосфера во дворе мгновенно изменилась, став ледяной. Тони Данкан медленно, с угрожающим видом подошёл вплотную к притихшему Шону. Его взгляд так и сверкал злостью.

— Так, слушай меня внимательно, — тихо, но отчетливо прошипел Тони, буквально впечатывая слова в напуганного парня. — Мы с Рэем дружим больше десяти лет, понял? Мы через такое дерьмо вместе прошли, что тебе и не снилось. И делить своего лучшего друга с кем-то вроде тебя я не собираюсь. Так что мой тебе совет: держись от Рэя подальше. Свои обязанности выполнил — и проваливай. Нам третий лишний не нужен. Усёк?

Шон отшатнулся назад, его лицо мгновенно побледнело, а нижняя губа обиженно задрожала. В глазах юноши вскипели слёзы. Измученный нищетой и одиночеством, он просто не нашёл сил ответить на этот выпад. Шон, не дожидаясь возвращения Рэя, стремительно бросился со двора прочь, давясь беззвучными слезами.

Тони же, пользуясь моментом, преспокойно направился в дом друга.

Через пару минут в гостиную вошел Рэй, держа в руках стопку дисков:

— Так, я готов! Шон, ты какую фантастику пред… — Рэй осекся, оглядывая комнату. — Погоди. А где Шон?

Тони как ни в чем не бывало сидел на диване, ровно крутя на пальце ключи от пикапа, и выдал самую невозмутимую улыбку из своего арсенала:

— Да он… это. Вспомнил, что у него какие-то срочные дела дома образовались. Извинился, просил передать, что вынужден бежать.

Рэй растерянно нахмурился:

— Странно… Он же только что согласился. Ладно, жаль. Придётся смотреть вдвоём.

***

В гостиной Фицджеральдов разгорелась нешуточная баталия. Рэй стоял у телевизора, упрямо сжимая в руке диск со старым научно-фантастическим фильмом, а Тони, развалившись на диване, тряс коробкой с какой-то сопливой историей любви.

— Ты издеваешься? — Рэй закатил глаза. — Мы собирались смотреть кино, а не пускать розовые слюни. Какая к чёрту мелодрама?

— Это не просто мелодрама, Рэй, это шедевр независимого кинематографа! — Тони патетично прижал ладонь к сердцу, его глаза заблестели искренним романтическим восторгом. — Там глубокий психологизм и невероятная химия между актёрами! Короче, у тебя нет выбора, включай.

Против маниакального напора упрямого друга Рэй устоять не смог. Он обречённо вздохнул, затолкнул диск в проигрыватель и опустился на мягкий диван.

Экран загорелся, и в этот момент в гостиную, вытирая руки полотенцем, шумно ввалилась Ривер. С ремонтом байка на сегодня было покончено.

— Так, мальчики, а что это мы тут без меня пристроились? Что за кино? — она деловито окинула их взглядом.

— Да вот… Тони притащил какие-то романтические сопли, — уныло буркнул Рэй.

— О-о, и про что же, интересно? — Ривер бесцеремонно вклинилась прямо между парнями на диван. Она пихнула младшего брата бедром: — Подвинь жопу.

Рэй послушно вжался в подлокотник. Фильм едва успел начаться, на экране пошли первые титры, а Рэй, размарённый тяжёлым учебным днем и тёплом комнаты, уже тихо задышал, проваливаясь в сон. Зато на диване развернулось отдельное зрелище. Ривер не затыкалась ни на минуту.

— Господи, ну что за идиотка! Зачем она туда идёт? — в полный голос комментировала байкерша, яростно критикуя каждый шаг главной героини. — Ну и тупица! Господи, как же бесит меня этот фильм, персонажи просто конченые!

И только Тони Данкан сидел неподвижно, буквально впечатавшись взглядом в экран. Его глаза горели чистым, незамутненным блеском, он ловил каждый вздох актёров и искренне переживал за их судьбу, полностью выпав из реальности.

Два часа пролетели незаметно. Едва по экрану поползли финальные титры, Ривер со всей дури пихнула локтем заснувшего брата под рёбра.

Рэй подскочил, судорожно оглядываясь:

— А? Что? Уже всё?

— Всё, соня, — фыркнула сестра. — Ты хоть что-то видел?

Рэй сонно почесал затылок и честно признался:

— Я, кажется, отключился ещё до их первого поцелуя…

— Ха! А это было на третьей минуте фильма, в самом начале! — расхохоталась Ривер, а затем резко развернулась к Тони и запустила в него диванной подушкой: — Тони, ты получишь иск от моих адвокатов! Это было жестокое осквернение моих глаз и телевизора подобной чушью! Больше чтоб я этого дерьма в нашем доме не видела.

Тони ловко поймал подушку, бережно отложил её в сторону и мечтательно вздохнул, игнорируя её наезды.

Рэй мельком глянул на настенные часы, и его словно током ударило. Сонливость как рукой сняло. На стрелках было без двадцати пять.

— Чёрт! — он вскочил с дивана, лихорадочно хватая свой рюкзак. — Мне же к Гилберт пора.

Тони мгновенно подобрался, его азарт и влюбленность тут же взяли верх. Он вскочил следом:

— Эй, я тоже хочу!

— Нафига? — удивился Рэй.

— Я пойду исключительно ради… эм… моральной поддержки! — Тони лихо закинул рюкзак на плечо и подмигнул. — Не могу же я бросить друга. Погнали на моей тачке!

***

Массивную белую дверь современного особняка Гилбертов распахнула Эйми. На ней был стильный домашний кардиган, но стоило её янтарным глазам зацепиться за стоящего на крыльце Тони, как идеальные брови девушки удивленно поползли вверх.

— Тони?

— Да он просто за компанию увязался, — поспешно оправдался Рэй.

Эйми разочарованно вздохнула и неопределенно махнула рукой, приглашая их войти. На её лице проступила легкая досада — Тони явно ломал её планы на этот вечер.

Внутри дом дышал богатством. Отец Эйми, Дэвид Гилберт, был крупным городским предпринимателем и дневал и ночевал в мэрии Стренджпорта, так что денег на обустройство семейного гнезда не жалели. Весь интерьер был выполнен в изящном современном стиле и светлых тонах, а просторную гостиную украшал целый арсенал дорогих музыкальных инструментов.

Пройдя на второй этаж, парни очутились в комнате Эйми. Здесь безоговорочно доминировали нежно-розовые тона и милые, девчачьи вещицы: ровные ряды коллекционных кукол Барби, плюшевые медведи, стопки глянцевых модных журналов и вместительная гардеробная, забитая брендовой одеждой.

— Ну что, присаживайтесь, начнем с… — Эйми только успела разложить тетради, как дверь в спальню с грохотом распахнулась.

В комнату ураганом влетели двое её младших братьев. Тринадцатилетний Мартин и десятилетний Робин с порога устроили дикий гвалт. Эйми яростно попыталась выставить сорванцов за дверь, но мальчишки её просто проигнорировали. Вместо этого они с радостными воплями кинулись прямо к Рэю, повиснув у него на руках и требуя немедленно с ними поиграть.

Рэй, к удивлению Тони, с энтузиазмом принялся кружить мальчиков на своих руках, как на карусели. Он обожал возиться с детьми и втайне всегда немного сожалел, что судьба обделила его младшими братьями или сестрами. Спустя десять минут безумной возни мальчишкам надоело, и они так же внезапно умчались прочь — крушить остальную часть особняка.

— Прости, обычно они очень тихие, — Эйми тяжело вздохнула, поправляя причёску, и открыла учебник. — Итак, Рэй, садись ближе. Первой у нас математика.

Занятие превратилось в сущий ад. Эйми битых полчаса настойчиво пыталась вдолбить в голову Рэя банальную геометрическую теорему. Она чертила графики, приводила примеры, но парень лишь тупо смотрел на цифры, не понимая вообще ничего. В процесс, не выдержав, подключился даже Тони, пытаясь объяснить правила на пальцах, но всё было безрезультатно. В голове Рэя стоял туман.

— Сложно? — раздался тихий, мелодичный голос.

Рэй испуганно подскочил на стуле. Прямо за его спиной, словно соткавшись из воздуха, стояла Ана Тейлор.

— Ана?! — Рэй округлил глаза, не веря собственному зрению.

— Это я её пригласила, — спокойно пояснила Эйми.

Ана плавно наклонилась к самому уху парня, едва ощутимо коснувшись плеча своей тёплой ладонью. В ту же секунду комнату окутал тот самый едва уловимый, дурманящий аромат диких цветов.

— Посмотри на эту ось, Рэй, — заговорила она. Её голос звучал мягко, плавно, с каким-то странным, почти гипнотическим акцентом. — Не думай о формулах. Представь, что это музыкальный лад. Каждая точка — это нота, которая должна прийти в тональность… Смотри сюда.

Она провела тонким пальцем по чертежу. В ту же секунду в голове Рэя будто щелкнул невидимый переключатель. Пелена тумана мгновенно спала, а сложные математические знаки сами собой выстроились в безупречную логическую цепочку.

— Так просто? — ошарашенно выдохнул Рэй, быстро вписывая правильный ответ в черновик.

Эйми и Тони одновременно обалдели, переводя ошарашенные взгляды с Рэя на новенькую. Они полчаса бились лбом о стену, а Ана решила задачу за тридцать секунд.

Ана мягко отстранилась и тепло улыбнулась Рэю, заглядывая ему в глаза своими лиловыми омутами:

— Ты очень умный на самом деле, Рэй. Не губи свой талант.

В этот самый момент в полумраке коридора, прямо за приоткрытой дверью спальни, неподвижно стояла миссис Гилберт. Мередит замерла, внимательно вслушиваясь в каждое слово. Она мысленно взяла на заметку это занятие.

***

Рэй, Тони и Ана вместе спустились на крыльцо особняка Гилбертов. Тони, внезапно сославшись на неотложные домашние дела, торопливо запрыгнул в свой пикап и уехал, оставив за собой ровный гул мотора. На самом деле он просто решил не мешать другу побыть наедине с новенькой.

Оставшись вдвоем под угасающим небом, Рэй почувствовал, как к горлу подступил неловкий ком. Он переминался с ноги на ногу, пряча ладони в карманы: