Полная версия
— Каждый день.
Она внимательно посмотрела ему в глаза. В них не было ни капли сомнения. Именно это оказалось самым убедительным. Не титул. Не сила. Не рассказ Алекса. А этот короткий ответ.
— Простите, — неожиданно произнесла она после долгой паузы. — Наверное, это ужасно звучит, но я совершенно не знаю, как должна сейчас себя вести.
Турен медленно приблизился, однако остановился на таком расстоянии, чтобы не нарушить ее личного пространства.
— Никак не должна.
Она вопросительно подняла голову.
— Мы оба слишком многое потеряли, чтобы пытаться наверстать все за один разговор. Мне не нужно, чтобы ты называла меня отцом уже сегодня. Не нужно заставлять себя чувствовать то, чего пока нет. Единственное, чего я хочу, — чтобы у нас появилась возможность узнать друг друга.
Глаза Ирис неожиданно защипало. Она вовсе не собиралась плакать. Наоборот, еще несколько минут назад твердо решила, что сумеет сохранить привычное самообладание, однако именно отсутствие давления, требований и громких слов оказалось сильнее любых признаний.
— Спасибо...
Турен лишь слегка склонил голову.
— За что?
— За то, что не пытаетесь заменить двадцать лет одной беседой.
Он тихо усмехнулся.
— Поверь, если бы существовал способ вернуть тебе все эти годы, я бы сделал это не задумываясь.
Она тоже улыбнулась. Совсем немного. Но уже совершенно искренне.
И именно в этот момент в дверь осторожно постучали.
— Войдите, — спокойно произнес Турен.
Дверь открылась почти сразу. На пороге появился Джексон.
Он остановился лишь на мгновение, словно невольно опасаясь нарушить разговор, свидетелем которого не должен был стать, однако Ирис первой избавила его от этого чувства, приветливо улыбнувшись так естественно, будто они были знакомы уже очень давно.
— Лорд Джексон, кажется, теперь мне наконец представилась возможность поблагодарить человека, который спас мне жизнь дважды.
— Не преувеличивайте мои заслуги.
— Даже не собираюсь, — весело возразила она. — Мне уже рассказали, что если бы не вы, разговаривать сейчас было бы некому.
Джексон подошел ближе. Теперь, когда тревога за ее жизнь наконец отступила, он впервые позволил себе внимательно рассмотреть девушку, из-за которой за последние несколько дней привычный порядок его жизни оказался перевернут с ног на голову.
Ему давно приходилось встречать красивых женщин. Некоторые обладали безупречной внешностью, другие покоряли умом, третьи — происхождением или воспитанием, однако Ирис производила совершенно иное впечатление.
Красота была лишь первой вещью, которую замечал человек. Гораздо опаснее оказывалось другое.
Она каким-то необъяснимым образом заставляла окружающих чувствовать себя рядом с ней спокойнее, словно одним своим присутствием рассеивала накопившуюся усталость, и даже сейчас, после покушения, после бессонной ночи и разговора, который перевернул всю ее жизнь, находила в себе силы улыбаться так искренне, что невольно улыбались и остальные.
Джексон неожиданно поймал себя на том, что уже несколько секунд просто смотрит на нее, совершенно забыв ответить. И именно в этот момент его взгляд случайно встретился со взглядом Турена. Между ними не прозвучало ни одного слова. Однако совершенно неожиданно внутри Джексона возникло странное, почти болезненное чувство, смысл которого он не смог бы объяснить даже самому себе.
Ему вдруг не понравилось, что Турен стоит рядом с Ирис. Не потому, что опасался за девушку. Не потому, что сомневался в намерениях ведьмака. А потому, что совершенно необъяснимое внутреннее чувство настойчиво шептало, будто она... уже находится под его защитой. И это открытие настолько поразило самого Джексона, что на одно короткое мгновение он даже перестал слышать разговор, пытаясь понять, когда именно успело родиться ощущение, которого еще вчера просто не существовало.
Несколько долгих мгновений никто не нарушал воцарившегося молчания, и лишь тогда Турен, словно окончательно приняв решение, которое не собирался больше откладывать, спокойно перевел взгляд с Ирис на Джексона.
— Думаю, задерживаться здесь больше нет смысла. Ирис достаточно окрепла, чтобы продолжить путь, а значит, сегодня же она отправится со мной.
Эти слова прозвучали без нажима, однако в них чувствовалась привычка человека, чьи решения почти никогда не подвергались сомнению. Для Турена это было настолько естественным, что ему даже не пришло в голову облечь свое намерение в форму просьбы. После ночного покушения мысль оставить дочь там, где неизвестные убийцы сумели проникнуть почти к самой ее постели, казалась ему невозможной.
Ирис растерянно посмотрела сначала на Турена, затем на Джексона, словно пытаясь понять, почему в комнате вдруг стало ощутимо холоднее.
Глава Дома Риона ответил не сразу. Он медленно сцепил руки за спиной, позволяя себе еще несколько мгновений привести мысли в порядок, после чего произнес тем ровным, спокойным голосом, которым обычно объявлял самые неприятные решения.
— Боюсь, я не могу этого позволить.
В комнате вновь наступила тишина. Ирис почувствовала, что произошло нечто важное, хотя еще не понимала истинного значения этих слов.
Турен смотрел на Джексона совершенно спокойно.
— Объясните.
— Сегодня ночью на территории Великого Дома Риона было совершено покушение на жизнь человека, находившегося под моей защитой. Более того, нападавшие незаконно пересекли границы моих земель, и проникли в гостевые покои крепости. Подобное преступление касается уже не только моей семьи, но и всех Великих Домов Империи, поэтому еще до вашего прибытия я направил официальное сообщение в Совет.
Турен едва заметно прищурился.
— Что именно вы сообщили?
— Все, что мне известно.
Джексон выдержал короткую паузу.
— Я указал, что считаю организатором нападения Мира.
Имя младшего брата покойного императора прозвучало настолько спокойно, будто речь шла о совершенно постороннем человеке, однако именно эта сдержанность производила куда более сильное впечатление, чем любые обвинения.
— Вы понимаете серьезность своих слов? — негромко спросил Турен.
— Именно поэтому я не стал делать голословных заявлений. Я подробно изложил обстоятельства нападения, приложил показания свидетелей и наемников, направил собственные выводы, основанные на известных мне фактах. Теперь решение остается за Советом.
Турен внимательно изучал лицо молодого главы Дома. Ни тени страха. Ни желания произвести впечатление. Перед ним стоял человек, прекрасно понимающий, что обвинение одного из самых влиятельных лордов Империи способно положить начало войне между Великими Домами, и все же сознательно взявший эту ответственность на себя.
— Каким образом это связано с Ирис? — наконец спросил Турен.
— Самым непосредственным.
Джексон посмотрел на девушку.
— Леди Ирис является потерпевшей и главным свидетелем нападения. Если она покинет земли моего Дома до начала разбирательства, у Совета неизбежно возникнет вопрос, почему глава Дома Риона позволил исчезнуть человеку, на которого было совершено покушение. Более того, мои противники немедленно воспользуются этим, чтобы объявить обвинения против Мира бездоказательными.
Он сделал небольшую паузу и уже значительно мягче добавил:
— Я не прошу оставить ее здесь навсегда. Лишь до того момента, пока Совет не примет решение и не направит своих представителей.
Турен медленно перевел взгляд к окну. Любое промедление вызывало у него внутренний протест. Каждая минута, проведенная Ирис вне его защиты, казалась неоправданным риском. И все же Джексон был прав. Если сейчас забрать девушку силой, последствия могут оказаться значительно опаснее, чем несколько дней ожидания.
Совет обязательно задаст вопросы. Мир воспользуется этим. А значит, вместо справедливого расследования начнется очередная политическая игра.
— Сколько времени потребуется Совету? — наконец спросил Турен.
— Если мое предположение верно и в дело действительно замешан Мир, они не станут медлить. Думаю, ответ придет в течение нескольких дней.
Турен ненадолго задумался.
— Хорошо.
Роз облегченно выдохнула. Даже Ирис словно перестала так напряженно сжимать край покрывала.
— В таком случае, — продолжил Джексон, — прошу воспользоваться гостеприимством Дома Риона. Пока вы находитесь здесь, безопасность ваших людей станет моей обязанностью.
Турен молча кивнул. На этом разговор можно было считать законченным. Однако Джексон не спешил уходить. Его взгляд неожиданно остановился на Алексе. Теперь, когда все детали наконец сложились воедино, он уже не понимал, как мог не увидеть очевидного раньше. Неожиданное возвращение юноши именно после смерти императора.
Появление Турена. Покушение. Имя Мира. Завещание. Все части одной мозаики наконец заняли свои места. Перед ним стоял не просто молодой человек, случайно оказавшийся в центре чужих интриг. Перед ним находился законный наследник императорского престола. Именно ради его смерти Мир был готов нарушить границы Великого Дома, рискнуть столкновением с Советом и поставить под удар собственное имя. Эта мысль заставила Джексона посмотреть на Алекса совершенно иначе.
Не как на гостя. Не как на юношу, которого судьба случайно привела в его крепость. А как на человека, от решений которого очень скоро может зависеть будущее всей Империи.
— Алекс,— произнес он после недолгой паузы, — если вы не слишком устали после всего пережитого, я был бы признателен, если бы позже вы уделили мне немного времени. Думаю, нам необходимо познакомиться значительно ближе.
Алекс вопросительно посмотрел сначала на Турена, затем вновь на Джексона и спокойно кивнул.
— Разумеется.
Джексон ответил таким же коротким кивком, однако, покидая комнату, неожиданно поймал себя на мысли, что идет значительно медленнее, чем обычно. Ему не хотелось признаваться даже самому себе, что причиной этого была вовсе не необходимость обдумать предстоящий разговор с наследником престола. Гораздо сильнее его беспокоило другое обстоятельство.
Он впервые в жизни уходил от женщины, которую уже совершенно не хотел оставлять одну.
❤️ Дорогие читатели!
Если вам нравятся истории, в которых за семейными тайнами прячутся древние силы, драконы просыпаются совсем не там, где их ожидали, а сильным мужчинам приходится обнаруживать, что сердце плохо подчиняется приказам, — подписывайтесь на мою страницу.
Я собираю свой клуб постоянных читателей и буду очень рада видеть вас среди тех, кто первым узнаёт о новых книгах, продолжениях, скидках и розыгрышах.
🎁 В последний день месяца в моём блоге проходят розыгрыши книг.
Спасибо, что разгадываете тайны Ирис и Джексона вместе со мной ❤️
Глава 15. Союзники поневоле
Столица встретила Родера совсем не так, как он ожидал.
За долгие годы странствий он успел привыкнуть к городам, где жизнь текла размеренно и неторопливо, где люди больше интересовались урожаем, ценами на зерно или очередным праздником, чем делами правителей, однако здесь воздух словно был пропитан тревогой. Даже на главных улицах, где обычно царили шум торговли и привычная суета, разговоры неизменно сводились к одной и той же новости, а стоило кому-нибудь произнести имя покойного императора, как рядом тут же находился десяток желающих поделиться собственной версией происходящего.
Родер не задавал вопросов. Он никогда этого не делал. Люди охотнее раскрывали чужие тайны тогда, когда были уверены, что их никто не слушает. Именно поэтому, оставив магов устраиваться в богатом постоялом дворе неподалеку от дворцового квартала, он занял место за самым неприметным столиком в общем зале, заказал вино и приготовился ждать. Ожидание никогда не было для него потерей времени. Очень скоро рядом за соседним столом расположились двое купцов, громко обсуждавших последние новости столицы.
— Не верю я во все это, — с усмешкой заявил один из них. — Откуда вдруг мог взяться наследник? Всем известно, что после смерти императора род оборвался.
— Значит, не оборвался, — уверенно возразил второй. — Говорят, завещание вскрыли при Совете, и там черным по белому указано имя законного наследника.
Родер медленно поднял бокал.
— Чье?
— Внука Турена.
Первая действительно важная новость. Родер не изменился в лице, однако пальцы, державшие кубок, едва заметно сжались. Внук Турена. Он не ошибся. Кровь ведьмаков не исчезла.
— Странно только, — продолжал купец, — что самого Турена никто так и не видел.
— Да его вообще уже много лет никто не видел.
— После смерти старшей дочери он словно исчез.
— Одни говорят, ушел в свои владения.
— Другие уверяют, будто он давно умер.
— Ведьмаки вообще странный народ.
— Да и какая теперь разница? Осталась только леди Роз, которую он воспитал после смерти сестры. Все думали, что она и станет последней из его семьи.
— А оказалось, где-то скрывался еще и внук...
Разговор постепенно перешел на цены, налоги и слухи о предстоящем заседании Совета, однако Родер уже не слышал ни единого слова. Он спокойно поставил кубок на стол и медленно прикрыл глаза. Все оказалось значительно хуже, чем он предполагал.
До сегодняшнего дня он был почти уверен, что род Турена постепенно угасает так же неумолимо, как и род Туфана, а значит, проклятие Синея продолжит пожирать потомков его хозяина до самого конца времен. Но теперь ситуация изменилась. Появился внук. Последний известный потомок Турена. А вместе с ним появилась и кровь, способная разрушить проклятие.
Многие годы маги рода Туфана безуспешно искали способ пробудить спящую драконью сущность, заключенную глубоко внутри каждого наследника, однако проклятие, наложенное Синеем после гибели Лиа, не позволяло завершить превращение. Оно раз за разом уничтожало любую попытку вернуть утраченную силу, словно сама кровь отказывалась принимать собственную природу.
Лишь одна древняя запись, дошедшая до Родера от первых хранителей рода, упоминала возможный выход. Кровь потомка Турена. Или кровь самого Турена. Только она могла разрушить проклятие, наложенное богом. Раньше эта легенда казалась почти бесполезной. Добраться до Турена было невозможно. После смерти старшей дочери Турена, возлюбленной императора все думали, что род Турена угас. Теперь же судьба сама вывела одного из них на свет.
Родер медленно улыбнулся. Совсем немного.Ровно настолько, насколько улыбается охотник, неожиданно обнаруживший, что добыча сама вышла из леса на открытое место.
— Значит, ты все-таки существуешь... — едва слышно произнес он. — И, если слухи не лгут, ты еще слишком молод, чтобы понимать, какое сокровище течет в твоих венах.
Он поднялся из-за стола и направился к выходу, где его уже ожидали двое магов. Самый старший вопросительно посмотрел на него.
— Мы продолжаем поиски?
Родер отрицательно покачал головой.
— Нет.
— Тогда что изменилось?
Он остановился на ступенях, откуда открывался вид на дворец, возвышавшийся над городом подобно огромной каменной крепости.
— Мы приехали вовремя.
Маги переглянулись. Они слишком давно служили Родеру, чтобы не заметить опасного блеска, появившегося в его глазах. Так он смотрел лишь тогда, когда понимал, что партия, казавшаяся проигранной, неожиданно открывает совершенно новые возможности.
— Наследник нужен не только тем, кто мечтает увидеть его мертвым, — негромко произнес Родер. — Некоторым он гораздо ценнее живым.
Он ненадолго замолчал, словно мысленно переставляя фигуры на огромной шахматной доске, после чего спокойно закончил:
— Думаю, пришло время познакомиться с Миром. У меня есть предложение, отказаться от которого ему будет очень трудно.
К полудню имя Родера уже было известно во дворце.
Человек, прибывший в столицу вместе с двумя магами, не пытался скрывать свои силы, поэтому известие о неожиданном госте достигло Мира значительно раньше, чем сам Родер переступил порог императорской резиденции.
В другое время подобная настойчивость могла бы вызвать раздражение, однако последние дни превратили жизнь младшего брата покойного императора в бесконечную череду неприятных известий, каждое из которых оказывалось тяжелее предыдущего. Сначала завещание, перечеркнувшее все его планы, затем слухи о внезапно объявившемся наследнике, а теперь еще и донесение главы Дома Риона, открыто обвинявшего его в нападении на землях Великого Дома.
Поэтому, когда дворецкий сообщил о прибытии Родера, Мир приказал немедленно проводить гостя в свой кабинет.
Высокие окна выходили в дворцовый сад, однако хозяин кабинета даже не взглянул в их сторону. Он стоял возле массивного письменного стола, положив ладони на темную столешницу, и внимательно наблюдал за человеком, который неторопливо вошел в комнату, словно находился не в императорском дворце, а в собственном доме.
Родер не поклонился. Лишь слегка склонил голову, отдавая дань скорее правилам приличия, чем положению собеседника. Мир отметил это сразу.
— Мне сообщили, что вы хотели меня видеть.
— Именно так.
— В таком случае говорите.
Родер не торопился. Несколько секунд он молча рассматривал человека, которого совсем недавно вся Империя уже почти привыкла считать будущим императором, и чем дольше длилось это молчание, тем отчетливее понимал, что слухи не ошиблись.
Перед ним стоял честолюбивый человек. Умный. Осторожный. И достаточно самолюбивый, чтобы ради трона переступить через кровь собственной семьи. Именно такие люди были особенно удобны. Они редко задумывались, кто на самом деле управляет игрой.
— Позвольте начать с поздравлений, — наконец произнес Родер.
Мир удивленно приподнял бровь.
— Не припомню повода.
— Его действительно больше нет.
После этих слов на губах Родера появилась едва заметная улыбка.
— Еще несколько дней назад вы почти стали императором.
Теперь же у вас появился соперник. Мир не изменился в лице. Лишь взгляд стал заметно холоднее.
— Вы приехали обсуждать слухи?
— Нет.
Я приехал обсуждать человека, который может лишить вас трона. Короткая пауза повисла между ними подобно натянутой тетиве.
— Вы знаете, кто он?
— Теперь знаю.
— Тогда вы должны понимать, что он всего лишь мальчишка.
— Ошибаетесь.
Родер спокойно покачал головой.
— Меня совершенно не интересует его возраст. Меня интересует его кровь.
В кабинете стало необычайно тихо.
— Объяснитесь.
— Наследник — потомок Турена. Именно это делает его опасным.
Мир непонимающе нахмурился.
— Он всего лишь внук ведьмака.
— Именно поэтому.
Родер медленно подошел к окну.
— Вам известно, почему ваш брат никогда не пытался открыто воевать с Туреном?
Мир промолчал.
— Потому что ведьмаков невозможно оценивать так же, как остальных людей. Пока их сила спит, они кажутся обычными смертными. Но стоит ей пробудиться...
Он не договорил. Продолжение не требовалось.
— Вы полагаете, этот юноша способен пробудить дар?
— Я полагаю, что никто не имеет права исключать такую возможность.
Родер повернулся к собеседнику. Теперь в его голосе не осталось даже намека на любезность.
— Если это произойдет, вы проиграете еще до того, как начнется борьба за трон.
Мир долго молчал. Он не любил признавать чужую правоту, однако слишком хорошо понимал, что человек напротив говорит вовсе не для того, чтобы его напугать. Он пришел с готовым решением.
— Чего вы хотите?
Именно этого вопроса Родер и ждал.
— Союза.
— На каких условиях?
— Моим людям нужен наследник. Живым.
Мир резко выпрямился.
— Зачем?
На этот вопрос Родер отвечать не собирался.
Истинную цель — снять древнее проклятие рода Туфана, пробудив драконью сущность с помощью крови потомка Турена, — не должен был знать никто за пределами его круга.
Поэтому он лишь спокойно произнес:
— Причины вас не касаются. Когда он окажется в моих руках, мы получим то, за чем пришли. После этого наследник перестанет существовать. Никаких свидетелей. Никаких вопросов. Никаких обвинений в вашу сторону. Императором станете вы.
Мир медленно подошел ближе.
— И вы действительно готовы оказать мне такую услугу?
Родер позволил себе едва заметную улыбку.
— Я не оказываю услуг. Я заключаю сделки.
Несколько долгих мгновений они молча смотрели друг другу в глаза, прекрасно понимая, что ни один из них не доверяет собеседнику и никогда не станет доверять, однако сейчас их интересы удивительным образом совпадали.
Мир первым протянул руку.
— Значит, договорились.
Родер ответил рукопожатием, уже зная, что человек напротив ошибается в самом главном. Он считал, будто заключил союз. На самом деле стал всего лишь еще одной фигурой на доске, которую Родер расставил задолго до своего появления в столице.
Глава 16. Оружейная
Крепость Дома Риона впервые за последние несколько дней погрузилась в непривычную тишину, словно сами каменные стены, уставшие от тревожных криков, звона оружия и запаха крови, наконец позволили себе короткую передышку, однако для Ирис это спокойствие оказалось настоящим испытанием, потому что лежать в комнате, когда за окном кипела чужая жизнь, было почти невыносимо.
Роз несколько раз повторила, что ей необходим отдых. Турен поддержал ее. Даже Алекс, прекрасно знавший характер сестры, попросил хотя бы сегодняшний день провести без приключений. Ирис честно собиралась последовать этому совету. По крайней мере, первые десять минут. Потом ей стало скучно.
Она некоторое время пыталась читать толстую книгу, обнаруженную на прикроватном столике, но после третьей страницы окончательно запуталась в именах каких-то древних лордов, закрыла ее с таким видом, словно именно книга была виновата в собственной невероятной занудности, подошла к окну, постояла там ровно столько, сколько понадобилось, чтобы окончательно убедиться: смотреть на внутренний двор значительно менее интересно, чем ходить по нему самой, после чего без всяких угрызений совести набросила легкую накидку и выскользнула из комнаты.
— Немножко прогуляюсь, — тихо сообщила она пустому коридору.
Совесть попыталась напомнить, что это плохая идея. Ирис великодушно решила ее не слушать. Поначалу все складывалось удивительно удачно. Стражники почтительно склоняли головы. Служанки улыбались. Никто не пытался вернуть ее обратно.
Даже сама крепость постепенно переставала казаться мрачной. При дневном свете она выглядела совсем иначе, чем ночью, когда Ирис впервые увидела ее сквозь боль и жар после нападения. Серый камень оказался теплого медового оттенка, высокие окна пропускали столько солнца, что длинные галереи казались наполненными золотистой дымкой, а во внутреннем дворе тренировались молодые воины, и звон сталкивающихся клинков разносился далеко под сводами.
Ирис остановилась у перил, наблюдая за поединком.
— Красиво…
Один из бойцов ловко выбил меч из рук противника.
— Хотя если честно, — пробормотала она себе под нос, — я бы уже давно кого-нибудь случайно ударила рукоятью по голове.
Эта мысль показалась ей настолько правдоподобной, что она тихо рассмеялась и пошла дальше, позволяя любопытству вести себя по бесконечным переходам крепости. Именно любопытство и стало причиной очередной катастрофы. Одна из тяжелых дубовых дверей оказалась приоткрыта. Изнутри тянуло запахом масла, стали и старого дерева. Ирис остановилась.
— Нет…
Она выразительно посмотрела на дверь.
— Мы туда не пойдем.
Дверь продолжала молчать.
— Вообще не пойдем.
Она сделала еще один шаг.
— Совершенно точно не…
Через несколько секунд дверь за ее спиной тихо закрылась. Оружейная оказалась огромной.
Солнечные лучи проникали сквозь узкие высокие окна и ложились на бесконечные ряды мечей, копий, алебард, луков и тяжелых доспехов, отчего казалось, будто весь зал наполнен холодным серебристым светом. На стенах висели знамена Дома Риона, а вдоль дальней стены располагались стойки с оружием, каждая из которых выглядела скорее произведением искусства, чем местом хранения.
Ирис медленно шла между ними, с искренним восхищением рассматривая искусную работу кузнецов.
— Да здесь оружия хватит, чтобы вооружить небольшую армию…
Ее взгляд остановился на огромном двуручном мече. Она даже замерла.
— Вот это…
Клинок был почти с нее ростом. Темная рукоять оплетена черной кожей. Гарда напоминала расправленные драконьи крылья. Он казался настолько красивым, что удержаться было невозможно.
— Ну неужели он настолько тяжелый?
Она осторожно обхватила рукоять обеими руками. Потянула. Меч неожиданно легко сдвинулся с креплений.
— О…
