Мой наглый гад

Там, за ним, уже не так торопливо, как во время дождя, шли люди. Я натянула на коленки подол сырого платья, расправила, как смогла. Папа тоже всегда говорил, что я не от мира сего.

А мама расстраивалась.

Горевала, что мне с моей забывчивостью и оторванностью от реальности может быть сложно в жизни.

– Алис, – Яр взял меня за руку.

– Ну, затупила! – я выдернула пальцы и фыркнула. – Что ты хочешь услышать? Мне, знаешь ли, никогда раньше сумки не резали. Я просто не подумала! Не было у меня дырявых вещей раньше никогда, понимаешь?

На красивом мужском лице что-то неуловимо изменилось.

Нет, Яромир все так же сердился на меня. Протащил за собой от дома Свята до машины, запихнул в нее и даже сам пристегнул. Я не сопротивлялась, потому что даже и не смогла бы. Это как Моське на слона лаять.

Да и страшно мне было, если честно.

У меня ведь действительно ни денег, ни телефона. До дома добраться как я не представляла. А он – единственный знакомый, кто мог бы мне помочь сейчас.

И вот только сейчас холод в его глазах стал таять.

Когда я призналась, что сглупила.

Они снова стали теплыми. С золотистыми искрами на донышке, что могли или согреть, или отчаянно обжечь в момент страсти.

– Ромашка, ты прелесть, – он вдруг покачал головой, отворачиваясь от меня.

– Ага-а-апч-хи-и!

Судорожное чихание бросило тело вперед. Но лбом я ударилась в быстро выставленную перед моим лицом руку.

Отпрянула, посмотрела на него испуганно.

– Ты как? Зачем?

– Иначе ты бы ударилась о панель, – Яр уже улыбался.

– А. А-а! Спасибо, – я могла только моргать.

Как он так все способен предусмотреть, а?

Так только папа мог!

– Поехали, Ромаша-растеряша, – машина загудела мотором от нажатия кнопки. Дворники радостно махнули по стеклу, сгоняя капли дождевой воды. – Уже чихать начала, надо тебя согреть. Хер с ним, с телефоном, разберемся.

– А можно печку включить? – меня на самом деле немного знобило. Я-то с потерей своего смартфона смирилась еще перед домом Свята.

Яромир молча потыкал в кнопки, в ноги и на грудь подуло теплым воздухом. Обхватив себя за плечи, я просто наблюдала за дорогой. Не очень люблю Москву, тут для меня слишком шумно.

Дом, у которого припарковался Яр – тоже не впечатлил.

Камень, стекло и металл. Что красивого? В нем нет жизни. Это место для отбывания времени, не иначе. Несколько часов между утренними сборами на работу и тем, как ты устало приползешь в эту коробку вечером.

Я мельком глянула на Яромира, открывшего мне дверь в подъезд.

Интересно, кем он работает все же? Или действительно только на папины деньги существует в таких хоромах? Он же младший сыночек олигарха, начальника моей сестры.

– Проходи, чувствуй себя как дома, – он от души улыбнулся, едва за нами закрылась входная дверь его квартиры.

– Спасибо.

Это вряд ли получится, но хозяев обижать не принято.

Я стянула мокрые босоножки с ног. Фу-э-э... Хотелось пошевелить пальцами, расправить и уставшие, и замерзшие ступни. Но я постеснялась, честно. Похожа, наверное, на мокрого цыпленка сейчас. Это Яру дождь оказался нипочем. Только волосы чуть закудрявились, и рубашка очертила все мускулы.

А я сейчас не ромашка. Я одуван!

– Вот там ванная, – он прошел чуть дальше по коридору. – Давай, раздевайся и забирайся. Тебе надо согреться нормально.

– Как в душ? – я растерялась.

– Ногами обычно ходят, – он ухмыльнулся. – А одежду давай свою, я закину в стиралку, она и постирает, и посушит за час.

– А этот час мне в ванной сидеть?

– Сейчас сообразим. Шагай, давай.

От шлепка по попе я взвизгнула.

– Гад!

– Какой есть, Ромашка, какой есть...

В его ванную я заскочила. Хлопнула дверью показательно и уже оттуда показала ему язык. Сейчас сниму платье, аккуратненько выкину ему в коридор, а сама замотаюсь в полотенце. Благо, они тут были! Я придирчиво развернула махровую ткань.

Надо же.

И как будто чистые даже.

В моем понимании одинокий парень, живущий отдельно должен зарасти грязью до макушки. Даже если одет он чисто и аккуратно. Дома явно должен быть бардак!

Но в ванной его не было.

Тут в принципе вещей не было почти что. Одна банка с шампунем, одна с гелем. Жесткая щетка на длинной ручке вместо привычной мне мочалки. Электрическая зубная щетка с тюбиком пасты и...

Все.

Он что, тут не живет, что ли? Где все?!

– Алиса, – Яр, как истинный джентльмен, даже постучал, прежде чем войти. – А чего одетая до сих пор?

Он серьезно?

Или настолько вжился в роль моего «любимого мужчины»? Ну, так, а я-то нет. Голая перед ним скакать не буду.

– Снимай, давай, – он повесил рядом с полотенцем мужскую теплую футболку с длинным рукавом.

– Выйди, я сниму.

– И белье тоже давай, – он будто меня не слышал.

– Яромир! – возмутилась я окончательно. – Нет!

– Что значит, нет? Ты мокрое будешь обратно надевать? – он снова заломил свои аристократичные брови. – Не дури, снимай, я все высушу.

– Яр, нет! – процедила я, начиная отчетливо краснеть.

Вот еще я бы трусики свои отдала незнакомому почти парню!

Да я со стыда сгорю.

А вот он только вздохнул. Спокойно начал расстегивать свою рубашку, и я от этого даже отступила. Уперлась ягодицами в раковину, стараясь не смотреть на атлетичное тело, обнажавшееся передо мной.

– Раздеваться не страшно, как видишь, - влажная ткань его рубашки шлепнулась на пол комком. - Лиса, я жду. Снимай.

– Выйди, – я упрямо смотрела на матовое стекло душевой кабины.

– Считаю до трех.

– Яр! – возмутилась я.

– Раз... Два...

Глава 14. Яромир

– Как ты меня нашел?

Я ухмыльнулся.

Хитрая лиса...

– Ты мне зубы не заговаривай, давай. Снимай или я сам сниму, когда скажу «три».

– Что значит – сам снимешь? – Алиса даже ладошки вперед выставила в попытке меня будто отодвинуть.

– То и значит. Говорю?

Она даже запрыгала на месте.

Запрокинула голову наверх, простонала что-то на границе русского культурного и матерного. А потом обожгла меня зеленющим взглядом, как бритвой по сердцу дала:

– Выйди!

– Разденешься сама?

– Да!

Эх...

Я сделал невозмутимую морду лица. Подхватил свою рубашку и вышел из ванной. А так хотелось ее пощупать! Чего сопротивляется, я ж бы только приятное сделал.

Нам обоим было бы хорошо, в чем проблема?

Неожиданная мысль ударила по мозгам с такой силой, что теперь застонать захотелось уже мне. А что, если она еще ни разу? Твою мать, там же такая ромашка реально, она даже целоваться не умеет!

– Вот! – в узенькую щелочку из-за двери высунулось тонкая девичья рука с рулончиком из платья и белья. – Я-ар?

По шкуре метнулось стадо острых мурашек.

Как она меня зовет, а... Кончить только от этого можно, как пацан прям. Но первым делом я ухватился за запястье. Зафиксировал ее, чтобы не удрала:

– Ромашка, а ты у меня не девственница случайно?

– Что?!

Ручка попыталась дернуться назад, да только кто ж ее отпустит?

Вот проясним вопросец, тогда и... Перестанем орать.

– На поставленный вопрос отвечай.

– Яромир, это уже наглость, тебе не кажется? – Алиса за дверью посерьезнела.

– Мне? Нет. Учитывая, что я могу сейчас открыть дверь и спросить это все, глядя тебе в лицо или проверить самостоятельно, заметь, что я еще дико корректен.

А дверь открыть хотелось!

Так хотелось, что я даже лбом уткнулся в стену рядом с ней, чтобы сдержаться. Она ж там обнаженная... Я ее изгибы помню. Вкус поцелуя ее помню. Вздохи эти все.

Ур-р-р...

– Я не собираюсь обсуждать с тобой свой сексуальный опыт, – отбрила Алиса.

Твою мать, так сложно сказать, а?

Да или нет, всего лишь! От этого же многое зависит, а тут придется теперь лавировать. Попробуй, пойми этих женщин, блин!

– Пусти. Мне больно.

Я разжал пальцы в ту же секунду.

Рука спряталась, а замок в двери ванной щелкнул. А потом грохнуло от всей души. Я кулаком по стене долбанул так, что хрустнула декоративная штукатурка.

Придурок!

Вот она, девушка, которую ты хочешь, Яр. В твоей квартире, нуждается в твоей помощи! А ты, дебил, только испортил все! Я мучительно замычал, снова бодая стену.

Вот теперь она точно имеет право меня послать, собраться и уйти.

Я посмотрел на ее вещи, что держал в руке. Может, не стирать? Пусть остается мокрым и грязным, куда она денется без одежды? Я глубоко вдохнул и...

Выдохнул.

Нет, Яр.

Нет.

Пусть она зовет меня наглым гадом, пусть.Я, может и наглый, но не гад.

Я отлепился от стены и пошел на кухню. Закинул вещи Алисы и свою рубашку в стиральную машину, бросил туда же капсулу геля, зарядил и постираться, и посушиться. В спальне надел сухие спортивные штаны, а мокрые бросил рядом с дверью в ванную. Там уже шумела вода.

Это хорошо.

Значит, моя ромашка не в таком уж сильном шоке. Сейчас отмокнет, отойдет. Поговорим. Я даже извинюсь!

В прихожей зазвенел сотовый.

– Юноша? Вы нашли Алису?

– Э-э, да, – я охренел от настойчивости тетечки. – Она не может вам позвонить, так как потеряла телефон.

– А где она сама, я могу ее услышать?

– Нет, - честно сказал я. – Она в душе. Но я передам, что вы звонили.

– А как вас зовут?

Я вздохнул.

Нет, все ж с одной стороны хорошая тетка, бдительная. Будь на моем месте какой-нибудь засранец, еще неизвестно, что бы случилось с Ромашкой.

Но я же я!

– Яромир меня зовут, – я запрокинул голову, стоически терпя этот допрос. – Фамилия моя Медведев. Двадцать пять лет. Холост, детей нет. Предыдущую ночь провел в полицейском участке из-за бдительной соседки Алисы, кстати. Там тоже... Проверяли.

– Хм... Очевидно, вы настроены решительно в отношении моей бывшей ученицы?

– А вы против? – я зажал телефон ухом и стал наливать в чайник воду из фильтра.

– Что вы, нет! – отперлась она. – Алиса хорошая девочка, отличный художник. У нее большое будущее. Только...

– Что только?

Почему-то с этой теткой мне разговаривать неожиданно понравилось.

Такая она... Тоже художница, как оказалось. Но в ней чувствовалась сталь. Стержень. Явно не дура, вон как намеками поигрывает.

– Посочувствовать вам хотела.

– Чего? – я даже подавился. – Вы ж сказали, что Алиса – чудо!

– И не откажусь от своих слов. Но по вам слышно, что вы человек дела, а художники, особенно молодые, они... Чуть-чуть воздушные.

Я хмыкнул.

Ага. Я заметил. Положить телефон в дырявую сумку это, конечно, надо догадаться. Воздушная моя...

Черт, телефон!

– Мне очень нравится, что Алиса такая, – заверил я тетечку. – Надышаться этим воздухом не могу, честное слово. Но мне уже пора, извините.

– До свидания, юноша, – теперь уже хмыкнула понимающе и тетушка. – Пусть Алиса мне перезвонит.

– Обязательно!

Спасибо тебе, женщина!

Я опять дошел до шкафа, натянул чистую футболку и дернул ручку ванной. Заперто. Звать бесполезно, вода шумит громко, не услышит. Я достал сухие кроссовки и надел.

Ладно. Выйдет – сюрприз будет.

Глава 15. Алиса

Я потрогала тюрбан из полотенца на голове.

Держится вроде крепко. И вроде все хорошо. На плечах – футболка Яромира. Я критично оглядела себя: да нет, все, правда, хорошо. Длина такая, что почти до колен доходит, рукава опять же. Даже если вокруг себя еще и полотенце замотать, выглядеть будет совсем уж по-идиотски.

Ну, не будет же он на меня накидываться сходу?

Хотя, «любимые мужчины» они такие... Непредсказуемые.

Я скорчила себе рожицу в зеркало ванной. Даже в страшном сне я не могла бы представить, чтобы у меня был бы такой мужчина, как Яр. У него достоинства есть и весьма ощутимые, не спорю.

Но – нет.

Я вздернула голову и вышла из ванной.

– Яромир, я все.

Тишина.

Я нахмурилась. Не поняла. А где он? Может, уснул?

Бродить по незнакомой чужой квартире было не совсем удобно, но выбирать не приходилось. Вот только моего спасителя все равно нигде не было. Мокрые штаны возле ванной лежали и только.

Где-то громко запищала стиральная машина, и я двинулась на звук.

В просторной светлой кухне стоял здоровенный, под потолок гарнитур. Ровные лакированные поверхности шкафов без ручек. Я растерялась.

А где тут что?

Я визуально могу только раковину, плиту определить и вытяжку над ней. Все остальное спрятано, встроено внутрь. Ну, что ж, Алиса... Отринь, как говорится, сомнения и иди шариться по чужим шкафам.

Первой попалась посудомоечная машина.

Слава Богу, не забитая грязной посудой. Чистая, пустая. И сухая. Ручками, что ли, моет тарелки за собой? Я хмыкнула. Скорее всего, просто не ест ничего тут. Почему-то мне эта квартира все больше казалась нежилой. Стерильной слишком.

Повезло на второй попытке.

Дверца открылась, но сам люк стиральной машины был заблокирован. В баке стояла вода, а на широком дисплее мигали красные буквы. Ошибка? А какая? И что делать-то? Трогать ее я боюсь, сломаю еще что-нибудь или потоп устрою.

Я медленно прикрыла дверцу обратно.

Ладно, спокойненько подождем хозяина. Он же не на сутки уехал, правда?

Записка, прилепленная на дверь ванной обычным пластырем, меня в этом разубедила за секунду.

«Ромашка, отлучусь по делам до вечера. Я заказал продукты, у курьера забери и приготовь что-нибудь поесть на ужин. Целую, Яр»

– Охрене-е-еть...

Я держала листочек в руках, а в душе поднималась волна злости. Целует он меня!

Гад!!!

А толку злиться? Руки опустились. Одежда моя в машинке, надеть нечего. Уйти - не в чем, да и ключей нет, чтоб открыть и закрыть дверь. Надеюсь, он додумался хотя бы за продукты заплатить, потому что у меня денег нет вообще!

Я вернулась на кухню и присела за стол.

Психологи советуют искать плюсы в любой ситуации. Я выпрямила спину и сложила ладони на прохладной гладкой поверхности. Я не на улице. Я в доме человека, которого хотя бы насколько-то знаю. И он не маньяк.

Надеюсь.

Он брачный аферист. Губы невольно разъехались в улыбке. Откуда такая фантазия, Алиска, как можно было такое придумать? Время растянулось как жвачка.

Через полчаса ожидания приехал курьер.

– Спасибо! - я забрала два пакета с фирменным логотипом и уточнила. – Скажите, а покупки оплачены?

– Да, конечно. Хорошего дня!

– И вам.

Мне-то хорошесть точно пригодится сегодня. И Яру. Ему скандал обеспечен будет стопроцентно. А вот что насчет ужина...

В пакетах обнаружился довольно неплохой набор.

Говядина, лук с морковью, два небольших хлебца в индивидуальных упаковках. Рис в пакетиках для варки, яблоки и две бутылки минеральной воды. Интересно, а соль-то у него тут хотя бы есть?

Кушать я тоже хочу.

В дверь снова позвонили.

Пришел?!

Я бросилась к двери, придерживая рукой уже сползающий с волос тюрбан. Повернула защелку, успевая понять в самый последний момент, что Яромир бы звонить не стал. У него ж ключи есть!

– О, здрасте, – яркая блондинка оглядела меня с ног до головы, а потом, входя, решительно отодвинула в сторону.

– Вы, – я только руками развела. – А вы кто?

– Хах, – она сбросила с плеча небольшую розовую спортивную сумку на пол и повернулась. Отбросила длинные волосы за спину и поморщилась. – Уборщицам положено знать хозяев дома в лицо, дорогуша!

Глава 16. Алиса

Я медленно размотала полотенце на голове.

Откинула влажные волосы на спину, расчесывая их пальцами. Такого я не ожидала, честно. Даже немножко растерялась в первый момент. А потом стало обидно.

Я своему гаду никто. Не подружка, не любовница, прости Господи.

Но оскорблять-то зачем? Я ведь и ответить могу.

– Да? Ну, вам виднее, наверное, что нужно знать уборщицам. Я вот не в курсе, например.

Блондинка, уже шагающая в сторону кухни, резко замерла.

Обернулась, оглядела меня оценивающим взглядом с головы до ног.

– А ты кто? – она, наконец, заметила мою одежду и мокрые волосы. – Ты что, влезла в нашу ванную? Ты офигела?

– В чью, в вашу? – я решила держать лицо до упора, хотя коленочки, если честно, тряслись.

Встретить девушку Яромира прямо у него дома в таком положении и одеянии я готова точно не была.

Обижать себя не дам, унижать тоже. Но делать-то что?

– Тебя Яр приволок? – блондинка подозрительно прищурилась. – Пока я, значит, ради него по спортзалам и салонам красоты мотаюсь, он какую-то замарашку привез к нам домой?

Не к нам.

Вот в чем я была точно уверена, так это в том, что она здесь не живет. Может, это действительно, его девушка, но она здесь не живет.

Здесь же вообще, будто никто не живет!

– И что, не помогает? – я хмыкнула.

– Что не помогает?

– Спортзалы с салонами, – я спокойно продолжила разбирать пряди руками. Фен бы мне, но похоже, не получится уже.

– Ты, – блондинка задохнулась от возмущения. – Как ты смеешь? Ты кто такая, отвечай! И где Яр?

Я пожала плечами.

Без понятия, где этот гад. Сама была бы рада на него сейчас полюбоваться. А еще лучше, что-нибудь приличное надеть и каким-то образом попасть домой. Но я даже сестре позвонить сейчас не могу, не с чего.

На кухне снова громко запищала стиральная машина.

– Что? – блондинка подскочила. – Это что?

– Стиральная машина, – я пожала плечами.

– Опять зависла?

Она пошла на кухню, а я нахмурилась. Опять, значит... Значит, она здесь все же бывала. И расположение комнат знает, и как с техникой управляться.

Душу зацепило черным острым когтем.

– Ты что, еще и постираться тут решила? – донесся до меня возмущенный голос.

– Ага. Поставьте на сушку, пожалуйста, а то я не знаю, как.

– Да ты издеваешься! Где Яр?

На стене ожил монитор видеозвонка.

Небольшой квадрат расцвел красками, показывая мне незнакомого мужчину в возрасте, стоящего у подъезда.

– Да? – я потянулась к кнопке на автомате.

– Кхм..,- он будто не ожидал услышать женский голос. – Мне нужен Яромир.

– А его нет...

– Дура! – возмутилась блондинка, подбегая ко мне и нажимая на кнопку открытия дверей. – Это же Михаил Михайлович! Отец Яра!

Господи...

Вот только с самим олигархом мне познакомиться сейчас и не хватает. В таком виде и в такой компании. Да еще и в таком месте!

– Сама дура, – буркнула я просто, чтобы не смолчать на оскорбление.

– Ура! Михаил Михайлович гораздо лучше сейчас, чем Яр!

Блондиночка даже дверь распахнула и приплясывала на пороге, ожидая гостя.

А я смотрела на ее волосы. Блондиночек он любит... Заметно, гад. Я сжала губы крепко-крепко. Засопела даже, но поймала себя на этом и отпустила.

Спокойно, Алис.

Он тебе ничего не обещал. Вел себя как придурок, меня в неловкую ситуацию поставил. Мне даже врать из-за него пришлось! Но осталось потерпеть совсем немного, досушится одежда, и я удеру отсюда со скоростью кометы.

– Михаил Михайлович!

Я обернулась к двери.

Незнакомый мужчина, входящий в дверь, был жутко похож на своего сына. То есть сын на него, наоборот.

– Алена? – кажется, он тоже растерялся, увидев в квартире сына сразу двух девушек. И вот ее он знал, а на меня смотрел с легким недоумением.

– Михаил Михайлович, а вам Яр говорил, что сменил уборщицу? – прыгала вокруг него девица. – Я пришла, а эта нахалка мало того, что хозяйской ванной пользуется, так она еще и голая и одежду свою тут стирает!

Я только задрала бровь на вопросительный мужской взгляд.

Я не голая. Я в футболке.

– А! Она еще и в шкафу у Яра пошарилась! – дошло до блондинки. – Михаил Михайлович, давайте полицию вызовем? Может, она воровка?

– Алена, не трещи! – тот поморщился.

Поток бреда моментально иссяк. А я восхитилась. Точно отец и сын. Даже интонации одинаковые, командирские. Привычные к тому, что по любому приказу люди будут делать то, что им хочется.

Класс!

Но не мое. Слишком бесит.

– Девушка...

– Алиса, – я вежливо улыбнулась. – Меня зовут Алиса. А Яромир уехал, только я не знаю, куда. В записке написал, что вернется вечером.

– Понятно. А ты, – мужчина перевел взгляд на блондинку.

– А у меня воду горячую отключили, – послушно ответила Алена. – Я приехала к Яру, думала, он обрадуется. Поговорить хотела.

– Вы же расстались вроде бы?

О-о-о...

Так это бывшая подружка гада? Заня-яатно... Вот чего она так фыркает. Я тряхнула головой, убирая волосы за спину. Как же фен-то хочется, а.

– Так вот я и это, – забубнила она себе под нос, но видя, что ее отец Яра совсем не слушает, я ее перебила.

– Извините, пожалуйста, – в голову пришла шикарнейшая идея. – Вы же знаете Еву Лисицыну?

– А вы ее откуда знаете? – Михаил Михайлович за секунду превратился в напряженного зверя.

Уперся в меня темно-шоколадным взглядом, от него будто заискрило электричеством. Теперь нервничающая блондинка его не интересовала совсем.

– Она моя старшая сестра, – я улыбнулась. А жизнь-то, кажется, будет налаживаться! – И я бы хотела чтобы вы позволили с ней связаться.

– У вас проблемы с этим?

– Телефон потеряла, – я пожала плечами. – Долгая история. Если бы вы позвонили ей и дали знать, что я здесь, я была бы вам очень благодарна.

– Михаил Михайлович, вы же видите, что она врет! – возмутилась капризная бывшая Яра. – Надо полицию, она воровка, точно!

Он на нее даже не взглянул.

А вот на меня – да. Просто глаз не отводил. И было там такое... Такое же, как у Яромира. Такое темное и тягучее, что я даже отступила на половинку шажочка.

– Михаил Михалович!

– Свари нам кофе, Алена, быстро, – оборвал он ее сразу же. – Кажется, все складывается прекрасно.

Глава 17. Яромир

– А она вам цену не говорила? Ну, общую стоимость?

Я махнул рукой оператору на заправке и сам начал откручивать крышку бака. Вставил пистолет в горловину и набрал на колонке нужное количество литров. Хлопнул себя по карману ладонью.

Черт, карточка в машине...

– Молодой человек, такие вещи обычно не рассказывают никому. Тем более, я вас даже не знаю.

– Мне кажется, что нам с вами уже пора познакомиться, – хмыкнул я, ныряя в салон машины и выцарапывая банковскую карту из бумажника.

– А вы настойчивый. Хорошо, меня зовут Евгения Викторовна.

– Очень приятно, – мне показалось, что женщина улыбнулась в трубку. – Ну, вам я уже представлялся.

– Я помню, Яромир. Мне тоже очень приятно.

– Значит, Ромашка, то есть Алиса вам стоимость заказа не назвала, да? – я мазнул картой по терминалу на колонке и толстый шланг сразу же дернулся. Бензин потек в уже почти опустевший бак.

Накатался я вчера-сегодня знатно.

– Ромашка... Как поэтично. А вы романтик, Яромир!

– Спасибо, – меня потянуло заржать.

Еще какой!

Я и на коне, я и в ментовке, даже под дождем за своей воздушной побегал уже. Но цель оправдывает средства. Попка ее в белых трусиках до сих пор перед глазами стоит и давление мне повышает раз за разом.

– Нет, не сказала. Единственное, сказала, что аванс ей дали в размере двухсот тысяч. Это все, что я знаю.

– Значит, у нее украли двести косарей, – я задумчиво смотрел, как сменяются цифры на табло колонки, но не осознавал их.

– У нее и эти деньги украли? – ужаснулась Евгения Викторовна. Мой жаргон ее даже не смутил, привыкла к студентам, наверное. – Я подумала, что только карточки.

– И эти. А телефон потом она уже сама потеряла.

Я скрипнул зубами от злости на ублюдков.

Для меня двести тысяч сумма нормальная, но не критичная. А вот для одинокой художницы, живущей в Подмосковье, она может стать фатальной. Учитывая, что это предоплата, на которую она должна закупить все необходимые материалы для работы и еще и жить какое-то время.

Понятно, чего она была такая убитая и злая.

На ее месте любой бы впал в истерику, а Ромашка моя еще огонек!

– Какой кошмар.

– Евгения Викторовна, а она вам не говорила, кто ей сделал заказ?

– Нет, что вы! – сразу же будто отмахнулась от меня собеседница. – Вот такие вещи никто никогда не рассказывает, это неэтично.