Мой наглый гад

– Я понял, – я выдернул пистолет колонки из бака и закрыл его. Упал за руль снова. – Можно я вас попрошу?

– О чем?

– Побудьте моим консультантом, пожалуйста. Алиса должна была закупиться перед работой, я так понимаю, но теперь ей не на что. Деньги она у меня точно не возьмет, а вот принадлежности...

– Яромир, вы меня поражаете, – Евгения Викторовна щедро полила мое эго восхищением.

Знала бы ты, добрая женщина, зачем я это делаю!

Может, и не зря меня Ромашка гадом прозвала. Этот цветочек я точно затащу к себе в койку, иначе нахрена я уже так вложился в этот проект?

Инвестиции я люблю и практикую везде, где могу.

Через полчаса я уже был на месте.

Зачитывал продавцу-консультанту перечень необходимого, но сам половину из умных специализированных названий не понял даже. Муштабель? Что это за хрень?

Я повертел в руках деревянную ерундовину.

А просто подставкой нельзя было обозвать?

– Это все? – продавец на меня поверх узеньких очков.

– Вроде бы да, – я пожал плечами. – Сколько с меня?

– Шестьдесят одна тысяча триста сорок восемь рублей.

Ах-хху...

Мне стало еще понятнее, почему моя Ромашка рыдала в трубку бабуле-соседке. Да из ее двух сотен аванса только вот сюда сотка ушла!

Теперь понятно, почему картины так дорого стоят.

Это же сколько вложений, а потом еще многодневная кропотливая работа над полотном!

Работа Ромашки заиграла совсем другими красками в моем понимании.

Я дождался, пока мне упакуют все нужные штуки, оттащил их в машину, сгрузил на заднее сиденье. В салоне запахло как в Ромашкином доме. И это натягивало мне на лицо улыбку.

Бешеная.

Только такая, как она, могла выбрать такую работу. Совершенно непредсказуемая.

Как она мне сопротивляется! Подчеркивает, что мы несовместимы всячески, при каждом удобном случае. Как будто я проникнусь и соглашусь, ага. Черта с два!

Я вырулил с парковки магазина и помчал в сторону торгового центра.

Теперь – нужно обеспечить этой вкусной попке связь. В салоне связи я купил новую сим-карту на свое имя. Можно было бы восстановить ее номер, но это время, а его у меня сейчас нет. Да и еще причины имеются, так-то.

А дальше настал самый трудный момент.

– Оранжевый или белый? – паренек в цветной футболке магазина смотрел на меня с вопросом.

А я вот знаю?

У меня все телефоны черные, я же не девочка. И какой цвет любит Ромашка, я тоже не знаю.

– А какие чаще покупают?

– Разные, поровну примерно, – он пожал плечами. – Характеристики-то у них одинаковые, разница только в цвете корпуса.

– Мля-я-ать...

Я почти застонал.

Мне еще надо будет придумать, как ей его всучить, а я тут на цвете застрял. Мне ж хочется, чтоб ей понравилось, мне ж не просто так. Чтобы в руки брала и обо мне думала каждый раз.

Мне нужно в ее голову влезть.

– А какие цветы любит ваша девушка? – вдруг спросил парень.

– Ромашки. Белый!

– Белый, – мы сказали это одновременно и даже ухмыльнулись друг другу.

Как все просто оказалось!

Новый аппарат упаковали как подарок, нацепив на коробку красную ленточку. Я расплатился, пожал продавцу руку в благодарность за помощь и вернулся в машину.

Будет визжать или не будет?

По-любому будет. Но где она сейчас возьмет эти хрени для работы и деньги на телефон? Нигде. И карт нет...

Я стал пролистывать в записной книге список номеров.

Где-то у меня был его номер. Охеренный чувак, с которым мы когда-то пересеклись совершенно случайно на ночных улицах. Не самый простой, не самый законопослушный, как раз-таки наоборот все.

Но мы подружились, и я знал, что он может мне сейчас помочь.

– Слушаю.

– Лихач? Рус, здорово, – я расслабился в водительском кресле. Вспомнил наши гонки и адреналин, гудящий в венах. Руслан был старше, у него уже тогда была жена.

– Здорово. Помощь нужна?

– Как узнал? – я хмыкнул.

– Чуйка. Что надо?

Я рассказал ему, о чем думал, и он сразу же согласился. Спецы у него есть, я точно знал это.

– К утру сделают, забегай.

– Спасибо, друг! Как семья?

– Хорошо, – его голос вдруг потеплел. – Второго сына ждем уже, Лапа моя умничка.

– Поздравляю!

Пальцы стиснули уже замолкший телефон.

Второй сын у человека. Я вспомнил его жену. Лапуля, так он ее всегда звал. Хрупкая блондинка с сияющими глазами. Она тоже каталась с нами иногда, была с мужем на одной волне.

– Блондинка, блондинка, – я раздраженно ткнул в кнопку запуска двигателя. – Что там моя блондинка вытворяет, интересно? Придумывает, как меня на ужин приготовить, по-любому.

Телефон задребезжал на панели, поехал в сторону от вибрации.

– Да? – я рявкнул, даже не глянув на дисплей.

Вот какого хрена у Руса есть жена-блондинка, а у меня нет? Пальцы сжали руль до побелевших костяшек.

– Здравствуй, сын. Знаешь, где я?

Глава 18. Алиса

– Спасибо, – я воспитанно поблагодарила Алену за кофе, хотя поставила она его передо мной с таким стуком, что у меня зубы заныли.

Бывшая или настоящая Яра, кто ж их разберет, откровенно бесилась.

И я ее даже в какой-то мере понимала. Придти к своему молодому человеку домой, а там не то что его нет, так еще и его отец с какой-то незнакомкой беседуют.

Так себе удовольствие.

– Алена, ты вроде бы говорила, что у тебя дома горячую воду отключили? – слишком жирно намекнул Михаил Михайлович.

– Почему вы с ней кофе пьете, а со мной не-ет? – капризно протянула она, надув губы. – Ни разу!

– Тебе не понять, – вздохнул отец Яра.

Я поднесла чашку к губам и спрятала за ней улыбку.

Алиска, грешно! Не будь такой эгоисткой! Я отпила глоток напитка, надеясь, что эта девица не подмешала туда чего-нибудь гадкого. В конце концов, она с моим гадом сколько-то времени провела вместе.

Вдруг гадство заразно?

– Ну и ладно! – Аленка сверкнула глазами. – Вот приедет Ярик, я ему все расскажу! И вы тоже обалдеете!

– Да я уже, – Михаил Михайлович мельком посмотрел ей вслед, а потом обернулся ко мне. – Не пей это.

– Почему? – я чуть не подавилась.

Дверь в ванную грохнула громко и показательно.

Отец Яромира протянул ко мне руку и забрал чашку. Встал, сам вылил в раковину. Ткнул чайник и достал из шкафа коробку с кофейными дрип-пакетами.

– Это кофе из кофемашины, а она у сына хреновая. Дорогая, но хреновая, – он поставил пакеты на чистые чашки и стал проливать их кипятком. – Расскажешь, как с Яром познакомились?

– В больнице, – я не понимала, почему он со мной так разговаривает и что он имел в виду, когда сказал, что все складывается. Что складывается? Настороженность никак не отпускала. – Я была там с сестрой, когда ваши сыновья там лежали.

– С Евой? А потом?

– А потом случайно встретились. Я сегодня приехала в Москву, попала под дождь и потеряла телефон. Яромир предложил помочь.

Врать взрослому человеку было стыдно.

Даже еще стыднее, чем соседке до этого. И этот грешок я точно так же повешаю на Яра. Он во всем виноват.

Ну, не расскажешь же, что он прискакал ко мне на коне!

А потом ночевал ночь в полиции. Сомневаюсь, что доброе расположение ко мне после таких откровений сохранится. Во всяком случае, я этого опасаюсь.

– То есть ты не его девушка?

– Что вы, нет, – я спокойно приняла от Михаила Михайловича чашку с новой порцией кофе. – Просто так сложились обстоятельства, а он не отказал в человеческой поддержке. Мне бы только сестру известить и добраться до дома поскорее, мне еще на электричке ехать.

– Откуда ты?

– Из Можайска, – мы отпили кофе вместе.

– Хм, – отец Яра заинтересовался. – Интересно. А занимаешься чем?

– Я художница.

– Еще интереснее. Кстати, я как раз собираюсь в ваш город завтра. Могу подвезти.

– Завтра? – я удивленно подняла на него взгляд. – Спасибо, но я доберусь сама. Мне нужно домой попасть сегодня.

– Переночевать у Яра не хочешь? Думаю, он не откажет.

По спине пробежал холодок.

Переночевать у гада? Не-е-эт... Такого приключения я точно не перенесу. Мне бы домой. Посидеть на своем крыльце, подумать, как теперь выкрутиться из ситуации.

Скоро ведь приступать к заказу, а денег нет. Придется влезать в долги.

– Я думаю, что это не совсем хорошая идея, – я поджала губы. – К тому же, приглашать остаться в доме может только хозяин этого дома.

Михаил Михайлович откинулся на спинку кухонного стула.

Нет, ну почему они так похожи? Та же заинтересованность в глазах, тот же оценивающий взгляд. Я надеялась, что немного остужу его своей фразой, а ему как будто только интереснее стало.

Он не стал отвечать.

Достал телефон, набрал чей-то номер и завис на мне взглядом, пока ждал гудка.

– Здравствуй, сын, – я расслабилась после этих слов. Яру звонит, какое счастье. Убраться из этой квартиры хотелось отчаянно, до писка. Меня тут все нервирует. – Знаешь, где я?

Нам с сестрой всегда говорили, что мы похожи.

Мимикой, жестами, реакциями на одни и те же события. А вот отец и сын Медведевы похожи и внешне, и умением манипулировать другими людьми.

– Ну, давай, давай. Педальку не сломай, летун, – Михаил Михайлович, посмеиваясь, отбил звонок и положил телефон на стол перед собой. – Алиса, у меня есть к тебе предложение.

– Какое предложение? – я отпила еще кофе. А этот, действительно, вкуснее.

– Ты не хочешь поработать на меня? В Можайске, тебе не придется никуда ездить даже. И за хорошую зарплату.

Зарплата.

Я никогда не работала за зарплату.

– Что за работа? – деньги нужны были мне как воздух сейчас, поэтому отказываться сходу я не стала.

– Мне нужно, чтобы ты удержала Яромира в Можайске.

– В каком смысле? – я даже чашку отставила в сторону. Уставилась на мужчину круглыми глазами.

– Он привез тебя сюда. Я знаю своего сына, он никогда не приведет домой девушку, если она ему не важна. Логику улавливаешь?

– Пока не всю, – честно призналась я.

– Ты ему нужна. А мне он нужен в Можайске, чтобы помочь в одном деле.

– Вы хотите платить мне, чтобы я заставила его делать то, что вам нужно собой?

– Да.

Я медленно встала из-за стола.

Вот спасибо. Сыночка в папочку, это уж точно. Привычка покупать людей у них одна на двоих.

– Ой, Ярчик идет! – я была в таком шоке от предложения отца гада, что даже не услышала, как пискнул открытием домофон и не заметила, что Алена уже вышла из ванной.

Увидела ее в точно такой же футболке как у меня и остолбенела. Это она специально?!

Нет, надо уезжать срочно же.

Уходить! Денег-то у меня нет.

– Ромашка! – в прихожей грохнула дверь, и веселый голос Яромира прокатился по квартире. – Ты где?

– Любимый! – Алена кинулась ему навстречу. – Это мне?! Спасибо!

– Твою ж мать! Ты откуда тут?

С лица Яромира можно было писать картину «Ошеломление».

Одной рукой он отодвигал от себя бывшую девушку, а в другой держал белую коробочку, перевязанную красной лентой.

– Батя, это чо за хрень?

– Ты мне скажи, – Михаил Михайлович хладнокровно выпрямился и засунул руки в карманы.

– Любимый! – я прикрыла глаза рукой, чтобы не видеть, как Алена вешается Яру на шею с выражением счастья на лице.

Два часа назад он искал меня по Москве под дождем.

Он избил моего друга и сказал, что он мой любимый мужчина. А теперь его отец хочет, чтобы я согласилась сыграть с ним в любовь за деньги.

И эта его бывшая со своим «любимый»!

Спрятав лицо в ладони окончательно, я начала тихо, но нервно смеяться.

– Да не трогай ты меня! – взорвался Яромир на Алену. – Ты какого хера тут вообще делаешь, я же сказал между нами все кончено!

– Любимый! Но я ведь беременна от тебя!

Гл