Мой наглый гад

Пакета с деньгами в сумке не было.

А вот аккуратный разрез на ее боку – был.

Глава 9. Яромир

Я припарковался возле калитки своей ромашки уже внаглую.

Имею право!

Она моя девушка, как-никак, хоть пока и не подозревает об этом. Вышел из машины, глянул на дом соседки. С-су... Суседка любимая. На первой доске калитки висело металлическое кольцо.

Хм...

Вчера такой штуки не было.

Это что, защитная система против меня, что ли?

Я улыбнулся. Никуда ты не денешься, моя ромашечка. Я все-все вчера запомнил. И твои стоны, и твои губы, и твой вкус. И то, как меня поволокло боком от тебя – тоже.

Этого я никогда, наверное, уже не забуду.

Дом оказался закрытым. Я потряс дверь, вдруг она просто заперлась изнутри после того, как я вчера вломился. Посмотрел в окна, приставляя к стеклам ладони, но нет.

Алисы точно дома не было.

И куда она умчалась, интересно мне знать?

Пока я разбирался с конем, гонял до Москвы, чтобы переодеться и привести себя в порядок, моя барышня куда-то свинтила, оказывается.

Я встал на крыльце, упер ладони в бедра. Оглядел небольшой участок, на котором было только две небольшие грядки с какой-то зеленухой, а все остальное место отвоевали для себя клумбы.

Квадратные, круглые, извилистые. Они были везде, даже вдоль дорожек из старых, местами потрескавшихся бетонных плиток.

Реально ромашки любит, надо же.

Еще и разноцветные какие-то есть.

Я медленно спустился, прошелся до бани. А хорошее место, вообще-то. Я особо нихера не понимаю в загородной жизни, но тут вот прям как-то даже дышится легко. Трасса далеко, никаких дымов нет.

И Лиса тут живет, вот в чем дело.

Я прищурился против солнца. Участок ровный, удобный. Ее домик старый, можно новый поставить. А можно не заморачиваться и забрать ее к себе, да и все. Мастерскую я ей устрою, вообще не проблема.

Между лопаток уткнулось что-то небольшое и твердое.

Кожа на макушке вздыбилась ощущением опасности.

Ствол?

Какого хера?!

– И что ты тут делаешь?

Я медленно закрыл глаза. Ну, трындец...

– Смотрю, куда мангал можно будет поставить.

– Значит, уже планируешь, аферист? – соседка еще сильнее ткнула меня чем-то в спину.

– Да с чего я аферист, скажите, а? – устало вздохнул я. Может, у бабули с головой не все в порядке. Старость все ж...

– А кто ж еще? Мне Алисочка все про тебя рассказала!

Я охренел еще сильнее даже.

– Это Лиса сказала, что я аферист? – я попытался повернуться, но мне не позволили.

– Стой смирно! Правду она сказала, я же вижу. Не успел заявиться, а уже планы тут строит! Небось, еще и дом ее хочешь забрать себе, на себя переписать, да?

– Вы нормальная вообще?

– Стой, сказала! А то сейчас опять полицию вызову, зря они тебя отпустили.

– Бабуля, - все же повернулся.

Попытался ухватить бабкино оружие в виде вчерашней метлы, черенком которой она меня тыкала, но не успел.

– Ах, ты! – по плечу ощутимо прилетело, и я сразу же понял вчерашнюю лошадку. Больно, черт!

– Бабуля, е-мое!

Я отскочил от сумасшедшей старушки, наткнулся на угол бани и заскочил внутрь. Не драться же с бабкой! Она хоть и того, не в себе, но все же женщина, к тому же возраст.

Мое первое в жизни позорное бегство случилось от старушки с метлой!

Тут бы ржать, но пока чот не тянет.

– Попался! – она живенько подскочила к банной двери и захлопнула ее за мной.

Раздался короткий стук и я понял, что меня заперли. Банально подперли дверь с той стороны.

– А я сейчас позвоню в полицию! Выпустили преступника на свободу, ух, я им!

– Бабуля, успокойтесь вы! – я подошел к двери. – Я с твоим участковым полночи разговоры разговаривал, у него ко мне претензий нет.

– А вот я щас и спрошу!

Я покачал головой.

Это полный треш какой-то. Деревенские приключения, мать его, куда я вообще ввязался?

По позвоночнику пробежали колкие искры.

Ладони сами сжались в кулаки, стоило только вспомнить, как вчера дрожала в них Ромашка.

Да не, я еще повоюю.

Есть ради чего.

– Поняла, Петрович. Да в бане он сидит, я его закрыла. Ага, ну ладно, – донесся до меня голос бабки. – Не, пока не отпущу. Алисочке сначала позвоню, спрошу, можно ли. Я похищаю? Петрович, я женщина приличная!

Мне уже хотелось заржать.

А нормальный мужик Петрович оказался. Пробил меня по базам, понял, что я неженатый и никогда не был, на брачного афериста никак не похож. Откуда вообще Лиса это выкопала, интересно?

– Алисочка, детка, а ты где? В Москве? – я навострил уши.

Интер-ресно...

– А почему ты плачешь? – голос бабули напрягся. – Кошелек украли?! Ай-яй!

Она вскрикнула от неожиданности, а мне вот захотелось зарычать. Мою Ромашку кто-то обокрал?!

– И денег нет совсем? И карточки там были?

Я ударил по двери сразу двумя кулаками:

– Бабка, выпускай меня, хорош прикалываться!

– Деточка, что же делать теперь? Как ты домой доберешься?

Она меня не слышала.

А меня уже переклинило, все. Я отступил на шаг, поддернул джинсы, чтобы не стесняли движения. Выдохнул коротко и пнул дверь со всей дури. Хватит, поигрались в преступника и народную дружину.

Доски двери скрипнули.

Что там говорит старушка, я уже не слышал, потому что замахнулся ногой второй раз.

И уже довольно трухлявое старье не выдержало.

Нога от замаха выбила одну из них и провалилась наружу.

– Да, твою мать! – я выдернул ее обратно, нащупал метлу, что упиралась под ручку, и просто отбросил ее. – Дайте мне!

Бабуля так растерялась, что выпустила свой телефон из пальцев:

– Лиса! Где ты? Я за тобой...

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Глава 10. Яромир

Выжать педаль в пол не позволяли частые светофоры и просто гребанный миллион лежачих полицейских.

Я снова набрал номер своей Ромашки:

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Твою ж...

Сто процентов села батарейка у телефона.

Значит, моя девочка сейчас в Москве, без денег, без связи и в слезах. Единственное, что полезного мне сказала бабуля-соседка, так это то, что Алиса была у какого-то магазина.

Но у какого?

Это же Москва! Это город-магазин!

Там продается и покупается все и вся!

Ева! Сестра моей Ромашки, наверняка должна знать, в какие магазины она ходит. Я набрал номер, притормаживая перед очередным искусственным препятствием на дороге.

– Абонент недоступен.

– Да вы сговорились, что ли, все?! – я дал по рулю раскрытой ладонью.

Брат.

Мира я знал. Он сейчас должен пастись рядом с Евой или хотя бы знать, где она находится.

– Абонент недоступен.

Я тихо зарычал от злости. Голубки где-то заныкались, зуб даю. Либо вырубили телефоны, либо свалили куда-то, где нет связи, и спариваются однозначно. А у меня вот такой возможности нет!

Моя катастрофа блондинистая где-то потерялась!

Я резко вывернул руль, отпугивая маневром старенькие Жигули. Менты. Мне нужна полиция. И именно то отделение, куда меня возили ночью. Раз уж местный участковый такой внимательный к нуждам жителей, то и мне он в просьбе не откажет.

Я забежал по ступенькам крылечка, врываясь в полицию.

– Капитан Смирнов у себя?

– Кто? – дежурный поднял на меня соловевшие от дремы глаза. Охренеть, у них тут служба спокойная такая что ли?

– Смирнов!

– А, да. Был у себя. Эй, а вы кто?

Я забил на его вопрос с чистой совестью.

Некогда мне. Мне надо свою детку найти и желательно поскорее, пока она там совсем слезами не умылась.

– Я тебе говорю, что я не могу отследить ее телефон! – капитан, когда я рассказал ему всю суть, тоже разволновался. – Если он выключен, то нужен и-мей, серийник аппарата. У тебя он есть?

– Нет, – я сжал кулак на его столе.

– Без него хер мы ее найдем. Да даже если бы и был, – он зло взъерошил короткие волосы на макушке. – Это небыстрая процедура. Нужно разрешение, то-се.

– Слушай, а ты можешь быстро пробить детализацию ее звонков?

– А зачем? – он вдруг прищурился.

– Надо. Так сможешь или нет?

– Надо разрешение...

– Да, блядь! – выдохнул я. – А без него никак?

Капитан стал будто еще подозрительнее.

Откинулся на спинку своего стула, впился своим натренированным холодным взглядом.

– А тебе Алиса Сергеевна зачем, а? Что ты хочешь-то от нее на самом деле?

– Капитан, ты что, прикалываешься? – я даже опешил. – Тебе что, наших ночных задушевных разговоров мало было?

– Я просто убедиться хочу.

– Влюбился, – я оскалился. – Девчонка там совсем одна. Без гроша в кармане и ревет белугой. Предлагаешь бросить ее?

– Ты ж мажор, Медведев. Нахрена тебе простая художница?

– Я уже ответил. Ты поможешь или нет? – я поднялся с такого же скрипучего стула по другую сторону его стола.

Сука, как люди любят тянуть время!

– Я – нет. Но знаю, кто может, только это не бесплатно.

– Не вопрос. Звони!

Через пять минут я уже снова надавил на газ.

Какой-то неведомый мне товарищ капитана Смирнова быстро вскрыл базы звонков сотового оператора Лисы и прислал нам распечатку ее звонков за сегодня.

– Здравствуйте, – я набрал тот номер, который значился по времени перед тем, как ей позвонила соседка. Ответила женщина. – Вы меня не знаете, я друг Алисы Лисицыной, она вам сегодня звонила.

– Да, Здравствуйте, – голос был глубоким и красивым. И чувствовалось, что женщина не молодая. – Что-то случилось с Алисой?

– Она мне звонила после того, как позвонила вам. У нее украли кошелек и она не может вернуться домой самостоятельно. Но дело в том, что ее телефон разрядился, и она не успела сказать, где находится в Москве, – я прижал телефон к уху плечом, выворачивая на Можайское шоссе. Тут можно было притопить побыстрее. – Может быть, она вам говорила, где она именно была? Мне нужно ее найти.

– А вы...

– Я ее друг, – я угадал вопрос в самом его начале. Хорошие знакомые у моей Лисы, заботливые. – Я вот еду сейчас в Москву, но мне бы хотя бы примерное направление, чтобы найти ее.

– Алиса была в Галерее, – растерянно ответила мне женщина.

– В какой именно галерее? – я переключился, ускоряя машину до максимума и выходя на крайнюю правую полосу.

– Это не выставочная галерея. Это магазин «Галерея». Там продают товары для художников, она хотела пополнить запасы принадлежностей перед новым заказом. А вы уверены, что с ней все хорошо?

– Я попрошу ее, чтобы она вам перезвонила. Спасибо вам!

Я не стал слушать, что мне отвечают, сбросил вызов.

Не до этикета сейчас. Движок гудел, пожирая километры, а я уже забивал в навигатор ту самую «Галерею». Логично же, блин! Как я сам не допер, что художник может пойти в магазин для художников?

С другой стороны, моя Ромашка все же девочка, вдруг она бы пошла по магазинам с одеждой или еще чем?

Москва встретила дождем.

Залила мне лобовуху, заставляя дворники мотаться по стеклу как сумасшедшие, а меня скрипеть зубами.

Одна.

Без денег и связи. Ей даже в кафе не зайти!

Я пробился к сраной «Галерее» через пробку, но Лисы там уже не было. И вокруг тоже, я оббежал улицу в обе стороны метров на двести, но ее не нашел. Вернулся к машине, уперся в крышу двумя руками, не обращая внимания, что рубашка уже насквозь мокрая и прилипла к коже.

Где же ты, моя Ромашка, а?

Что мне еще сделать, как тебя найти?

Глава 11. Яромир

– Да твою же ма-ать!

Бегунок входящего вызова мокрыми пальцами никак не смахивался.

Дождь уже прекратился, но мелкая водная морось еще носилась в воздухе, противно налипая на лицо и на и так мокрую одежду.

Я рывком открыл дверь машины и вытер дисплей телефона и пальцы о чехол сиденья. По натуральной дорогой коже размазались мокрые полоски. Но звонок принять я все равно не успел.

В журнале вызовов незнакомый номер был двойным.

Тот самый, на который я звонил по дороге.

Тот самый, на который звонила Лиса до того, как потерялась.

– Алло! – я набрал повторно сразу же. – Вы звонили, не успел взять трубку.

– Юноша, вы нашли Алису? Ее номер по-прежнему недоступен.

– Пока нет, – я хмыкнул.

Вьюноша, ага.

Со взглядом горящим уже и с жопой тоже.

– В Галерее ее нет, вокруг тоже. Вы не знаете, куда она могла еще пойти без денег и без связи?

– А вы умны. Не знаю точно, но предполагать могу, поэтому вам и позвонила.

Комплимент от незнакомой женщины прозвучал как подкол.

Слишком поставленная речь, слишком интеллигентный голос. Интересно даже уже, кто ты такая. Обязательно поинтересуюсь потом у Ромашки. Как только ее найду, так сразу и поинтересуюсь.

– Так. И куда?

– Рядом с Галереей, буквально через несколько домов, живет ее друг. Они давно и довольно тесно дружат, насколько я знаю.

Друг?

То есть мужик какой-то? Моя Ромашка дружит с каким-то левым мужиком, я не понял?

В глотку толкнулась злость.

Сжала, сдавила, перехватила дыхание.

Да не, я адекватный, я понимаю, что у любой девушки может быть жизнь до встречи со мной. Но я же уже приехал к ней! Принц прискакал, алло! Хорош по друзьям шляться!

– И что это за друг такой? – сдержать иррациональную ревность не удалось все равно. Она прорвалась в голосе.

– Ну, видимо, гораздо более близкий, чем вы, раз вы о нем не знаете.

Мышцы на шее заклинило.

Повело в сторону, скрутило спазмом мышцы на плечах от ее едкого намека. Я отвел трубку в сторону, выдохнул бешенство меж зубов со свистом. И ведь чувствую, что она меня провоцирует специально, но...

Я сейчас не в том положении, чтобы огрызаться.

Вот найду Ромашку, там поглядим, кто кому и насколько близкий друг. Порешаем.

– Адрес?

– Адреса я не знаю, – из женского голоса усмешка пропала, зато появилась деловитость. – Но я вам так расскажу, куда идти, вы найдете.

Дальше по улице я шел, почти бежал среди прохожих с зонтами и без.

Запоминал каждое слово пока неизвестной мне дамочки и разглядывал дома. Нырнул в арку какого-то двора и огляделся. Увидел вывеску какого-то ЖЭКа, отсчитал от него три подъезда вправо и пошел к нужному.

Даже если меня сейчас накололи и ведут по ложному следу, я все равно проверю.

Разбираться, зачем это делают, тоже буду потом.

Хотя, разобраться в женской голове – это примерно как песок в Сахаре подметать. Бесполезное занятие, ветер все равно приносит и приносит новые заебушки.

Раздолбанная дверь открылась без всякого домофона.

Я нырнул в полутемное нутро подъезда. Лиса, Лиса... Что ж за друг у тебя такой тут обитает?

Близкий, твою мать...

Придется проредить твое окружение явно, что ж поделать.

В дверь на третьем этаже я постучал ногой. Не нравится мне все это. Если моя ромашка здесь, она здесь больше никогда не появится. На нормальное жилье это никак не походит, в таком скорее ожидаешь притон какой-нибудь.

– Муза моя, даже не думай одеваться! – это первое, что я услышал, когда дверь начала открываться. – Мы сейчас с тобой продолжим!

На пороге квартиры стоял...

Или стояла?

В общем, живой объект.

Голубоглазый, с длинными блондинистыми кудрями и одухотворенным взглядом. В расстегнутой на впалой, почти синюшной от худобы груди белой рубашке и трусах.

И это... Вот с этим дружит моя Ромашка?!

Я перевел взгляд ниже. Пижонские обтягивающие боксеры отчетливо топорщились спереди. Значит, точно мужик. Но, сука...

Вдохнуть спокойно уже не получилось, получилось с громким бешеным рыком.

Они что, тут трахаются?

Моя Ромашка с ЭТИМ?!

– А вы, собственно, кто? – объект взирал на меня с неприязнью.

А я без пальта, пардон муа, твою мать!

Кулак выбросило вперед на рефлексах. Злость и ревность утопила душу в непроглядной черноте, в которой адекватности места не нашлось. Ярость смешалась с радостью, когда нижняя челюсть мудака поехала в сторону под моими суставами.

– А-а-а! – он картинно, почти кинематографично запрокинул голову назад.

А потом рухнул.

Как столбик.

Спиной назад, прикладываясь затылком о противоположную стену коридора. Разбросил свои худосочные ручонки в стороны и обмяк. Но мне было похер. Мне нужно было увидеть ее...

И я тельце перешагнул.

Вошел в квартиру, отпинывая обувь, стоявшую у двери. По спине прошла судорога. Пронеслась резко, подняла холодом волоски на шее и на загривке. А надо ли мне все это видеть?

Я будто споткнулся.

Моя же Ромашка...

Чистая девочка, которая даже целоваться толком не умеет. Что будет, когда я ее увижу в комнате? Я с шумом выдохнул. Я...

Не хочу.

Я не могу. Мне хреново сейчас так, что дышать уже и не хочется. Была бы какая другая, я бы только поржал, пожал руку этому дрыщу и пожелал им счастливо оставаться. Но вот поймать с другим ее...

Стиснув зубы, я застонал от адской боли внутри.

А потом по плечам ударило током повторно. Встряхнуло меня с головы до ног ее удивленным голосом за спиной:

– Яромир? А ты что здесь делаешь?

Глава 12. Алиса

– Ты ко всем так вламываешься?

Я исподлобья посмотрела на Яромира снизу вверх.

Стоит, руки на груди сложил, плечом к стене привалился, а на лице такое, что... Ведь ни капли раскаяния! Я покачала головой, выдернула новую салфетку из своей пачки и приложила ее к окровавленным губам шипящего от боли Свята.

– Ну, терпи! Ты же мужчина!

Яромир громко и презрительно фыркнул, а я закатила глаза.

Не всем быть такими накачанными красавчиками, что ж поделать. Но это не дает права вот так демонстративно унижать человека.

– Алиса, зачем этот человек здесь? Кто он такой? – старый приятель еще по художке, артистично приложил руку ко лбу.

– Мужчина ее любимый, – рявкнул вдруг Яр.

– Чего?! – я даже осела.

Да он совсем обнаглел?!

Это с какой такой радости?!

– Алиса, ты не говорила, что у тебя появился мужчина, – подергал меня за локоть Святослав.

– У меня никто не появился! – возмутился я, и отпихнула его руки. – Ты вообще, почему в таком виде? И что у вас тут произошло?

Я даже понять ничего не успела, когда поднялась по лестнице.

Увидела только лежащего на полу прихожей без сознания друга и Яра, стоящего над ним со сжатыми кулаками. Понятное дело, я испугалась. Он же не просто наглый, он еще и гад!

За что он избил Свята? Как вообще можно ударить человека, которого впервые видишь, просто так? Оттолкнула его, отхлопала друга по щекам, приводя в чувства.

– Святик?

Дверь в комнату за моей спиной раскрылась и на пороге появилась... Ну, нимфа, не иначе. С кудрями и с неземным кукольным личиком. Только голая. Вот совсем!

Я округлила глаза и моментально отвернулась.

Обалдеть. Разглядывать чужую обнаженную девушку я морально была не готова. Мне друга в трусах хватает и Яра, который каким-то образом тут очутился.

– Муза? Это ты? – Свят под моими руками попытался вытянуть шею и посмотреть, но тут же застонал от боли. Хотя, мне показалось, больше показательно. Он всегда любил устраивать различные перфомансы.

– Святик, у тебя гости?

– Хм, так вот оно что...

Я мельком глянула на Яра. Так, чтобы ни в коем случае не увидеть раздетую девицу, появлению которой, в принципе, была не удивлена.

И гад тоже!

Вот ведь гад! Он вполне себе с интересом разглядывал эту...

Натурщицу!

Свят, в отличие от меня, как раз обнаженку писал. С особо симпатичных натур, которых потом укладывал к себе в койку. Видимо, это как раз одна из них. Но какого черта Яромир на нее пялится?

У него совсем совести нет, что ли?

– Ты почему не сказал, что ты не один? – зашипела я на Свята, пихая ему в руку грязные салфетки.

– А что такого?

Действительно! Что такого-то?!

Я его тут спасаю, кровь ему на губах подтираю, а у него там своя имеется... Эта... Черт, я даже не знаю, как ее назвать, каким цензурным словом?

– Свят, ты же знаешь, как я отношусь к твоим натурщицам! – мне захотелось его придушить. И Яра заодно! Я даже не выдержала, фыркнула на него тоже. – Прекрати на нее смотреть!

Гад опять хмыкнул, но уже с другой интонацией.

А вот девица будто и не стеснялась вовсе того, что в квартире появились посторонние. Хлопнула длиннющими ресницами, сложила губки сердечком:

– Святик, а что происходит?

– Муза, иди в комнату. Сейчас мне скорую вызовут, а потом мы продолжим с тобой.

– Ну, уж нет! – я поднялась на колени, одергивая влажное платье. – Раз уж ты в состоянии разговаривать и продолжать собираешься, то давай уже дальше сам.

– Это тема, – согласился со мной Яр, отлипая от стены. – Умница, Ромашка, хватит сопли подтирать этому...

– А ты! – мне хотелось порезать его взглядом на кусочки. Р-р-ромашку нашел!

– Алиса, ты что, бросишь меня одного?

– Свят, ты не один, не смеши меня! – я схватила с пола свою сумочку и забросила ее на плечо.

Друг, называется!

Даже не спросил, зачем я пришла. Оба хороши!

– Лиса, идем, – Яр протянул ко мне руку, нагло сгребая мою ладонь. – Сами разберутся.

– Эй, а извиниться? Алиса, меня избил твой дружок вообще-то!

Яр развернулся к нему, но я сразу же встала перед ним.

Загородила лежащего на полу Свята собой.

Не надо. Я же чувствую, что если Медведева не остановить, то художнику Святославу Иномирцеву не просто скорая понадобится, а реанимация.

– Яромир, пожалуйста! – я положила руки на сильные широкие плечи.

Давай, среагируй на мои женские хитрости снова. Хватит на эту голую барышню пялиться.

– Поехали, а? Я промокла и замерзла. Увези меня домой.

– Странные у тебя друзья, – в шоколаде его взгляда еще полыхала злость. – Ты в курсе?

– А ты себя в зеркало видел? – тихо сказала я, намекая на то, что он тоже так-то не ангелок.

Он не ответил.

Скрипнул зубами, сгреб мою ладошку снова, выдернул за собой на лестничную клетку. Не дал не то, что попрощаться с другом, а даже оглянуться на него не позволил. Сбежал вниз по лестнице, таща меня за собой.

– Я-ар! – ахнула я, боясь, что вот-вот поскользнусь в мокрых босоножках.

– Кто это, Лиса? – он обернулся так резко, что я просто влетела в его горячие объятия. – Какого хрена ты пришла к нему, а не позвонила мне? Найти зарядку не так уж и сложно, если телефон сел.

– Откуда ты все это знаешь? – я выгнулась в кольце его рук, пытаясь оттолкнуть от себя. – Откуда ты здесь взялся, и зачем мне нужно было звонить тебе?

– Я приехал за тобой.

Жесткость его слов заставила замолкнуть.

Расслабить руки, уронить их ему на предплечья, обвившиеся вокруг меня. За мной.

Я только сейчас заметила, что его одежда тоже мокрая.

Такая же, как у меня, влажная, будто он тоже ходил под недавним дождем без зонта или пристанища.

– Подожди, – я сглотнула накатившую резко слюну. – Ты что, ты все это время меня искал?

– Уже нашел, – рыкнул он вдруг. – И уже не отпущу, мы едем ко мне, поняла? Машина у Галереи стоит, за мной шагай.

Глава 13. Алиса

– Дай свой телефон.

Я посмотрела на его ладонь.

Широкая. Неглубокие морщинки изрезали ее вдоль и поперек, сложились в частый узор. Сломались на натянутых сухожилиях ближе к запястью и около большого пальца, перепутались.

Я даже засмотрелась.

Красиво. Художник эстетику может найти во всем. А уж красоту человеческого тела можно воспевать постоянно, не зря же это делают веками и на картинах, и в текстах, в музыке.

– Лиса. Дай. Телефон.

Я шмыгнула носом.

А что орать-то сразу? Какое он вообще право имеет таким тоном со мной разговаривать? Мы друг другу никто!

– У меня его нет, – послушно ответила я, проигнорировав собственные мысли.

– Как нет? – Яромир еще выше задрал брови.

– Вот, – я сунула руку в сумку, а из нее в дырку на боку. Пошевелила пальцами, демонстрируя отверстие. – Сумку порезали в электричке. Деньги украли, а телефон просто выпал, наверное, где-то.

– Ты положила телефон в драную сумочку?

Я отвернулась в окно машины.