Хроники Равновесия — Осколок Нарушения. Том 3

Лут едва заметно изменился в лице.

Для местных это были легенды.

Для него — нет.

Старик указал тростью на глаза Антара.

— Сейчас часть одной из них лежит у него на лице.

Антар поднял руку, но вспомнил предупреждение Лута и не коснулся пелены.

— Звучит впечатляюще.

— Тебе всё впечатляюще, пока не пытается тебя убить, — пробормотал Орн.

— Иногда и после.

Лут посмотрел на лоскуты Тьмы.

— Это моя сила. Она подчиняется мне.

— Пока, — мгновенно ответил старик.

Лут поднял взгляд. Охрана напряглась ещё сильнее, но старик не отступил.

— Ты молод.

— Смотря с чем сравнивать.

— Достаточно молод, чтобы говорить «моя сила».

Он повернулся к городу.

— Здесь живут тысячи людей. Если способен покрыть Тьмой хотя бы этот ярус, не делай этого. Даже чтобы проверить.

— Я не собирался.

— Мне уже рассказали, как ты дал зрение спутникам, просто решив попробовать.

Орн усмехнулся.

— Быстро у них новости ходят.

Старик не оценил перевода.

— Поэтому предупреждаю: ничего не пробуй на городе.

— Хорошо.

— Ни Тьму, ни Свет.

Лут приподнял бровь.

— Свет тоже?

На этот раз вздрогнул не только старик.

— Ты владеешь и Светом? — резко спросила женщина.

Проводник медленно повернул голову к Луту.

— Да.

Тишина стала почти физической.

— Обоими? — спросил старик.

— Да.

— Светом и Тьмой?

— Именно.

Женщина отступила. Один из старших что-то едва слышно произнёс себе под нос.

Проводник смотрел на Лута так, будто за время пути несколько раз пересмотрел представление о том, кого привёл домой, а теперь окончательно сдался.

— Ты мог сказать раньше.

— Ты не спрашивал.

Мужчина помолчал.

— Начинаю понимать твоих друзей.

Орн повернулся к Эйнару.

— Что он сказал?

Получив перевод, довольно кивнул.

— Умный человек.

Старшие не смеялись.

Для Лута Свет и Тьма давно стали силами, которыми он пользовался почти инстинктивно. Для людей перед ним они оставались словами из древнейших легенд.

Теперь носитель обеих стоял посреди их города.

Старик с тростью нахмурился.

— Пока находишься среди людей, веди себя как человек.

Лут медленно поднял голову.

— А я похож на человека?

За его спиной раскрылись шесть крыльев.

Пещеру залило золотым Светом.

По городу прокатились крики. Люди закрывали глаза, отступали и хватались за стены.

— Убери Свет!

Лут не посмотрел на старших.

Чёрные крылья поглощали сияние золотых. Между ними двигалась пара, сотканная из живой Тени. Следом развернулся чёрный плащ с золотыми узорами. В его складках один за другим открывались алые глаза.

Над головой появился серый шпиль. Вокруг него проступили более тонкие — золотые и абсолютно чёрные.

Камень под ногами дрогнул.

Лут смотрел на старика.

— Ну?

Тот молчал.

И только тогда Лут заметил, что вокруг стало подозрительно тихо.

Жители смотрели не на него.

На город.

Кто-то поднял перед лицом собственные руки. Женщина провела пальцами по лицу мужчины рядом и тут же посмотрела на ладонь. Ребёнок задрал голову, пытаясь увидеть потолок пещеры.

Они знали город лучше любого зрячего чужака.

Но никогда его не видели.

Под мостом дёрнулась Тень. Она едва успела отделиться от камня, прежде чем начала плавиться. Другая возникла возле лестницы и тут же выгорела.

Старик заметил это. Посмотрел на Тень, затем на Лута.

Страх на его лице изменился.

— Ты...

— Лут.

Орн подошёл ближе.

— Что?

— Хватит.

— Он сам спросил.

— Нет. Он сказал глупость. Это другое.

Эйнар посмотрел на осыпавшуюся с потолка пыль.

— И лучше закончить до того, как гора тоже выскажет своё мнение.

Лут молчал.

Орн смотрел на него уже без улыбки.

— Мне не понравился твой вопрос.

— Какой?

— Ты знаешь.

Лут прищурился.

— Орн.

— Потом поговорим.

На этот раз Лут спорить не стал.

Дрожь прекратилась. Плащ втянулся, алые глаза закрылись. Исчезли тонкие шпили, следом — центральный серый. Шесть крыльев погасли почти одновременно.

Город снова провалился во Тьму.

Несколько мгновений никто не говорил.

Затем снизу донёсся растерянный голос:

— Я видел.

Ему ответил другой:

— Я тоже.

Орн повернул голову на звук.

— Кажется, ты создал им ещё одну проблему.

Лут мрачно посмотрел в темноту.

— Эта планета уже создала достаточно проблем мне.

— Это не ответ.

— Другого пока нет.

Эйнар вздохнул.

— Вот теперь узнаю тебя.

Лут посмотрел на старших.

— Продолжим?

Никто больше не напоминал ему, как должен вести себя человек.

Старшие переглянулись, но отвечать не спешили.

Лут подождал.

— Понятно.

Он развернулся к выходу.

— Эй, — окликнул Орн.

— Что?

— Ты сам предложил продолжить.

— Передумал.

— Быстро.

— Мне не нравится эта планета.

— Мы заметили.

Лут махнул рукой.

— Тогда разговаривай сам.

— Хорошо.

Орн повернулся к старшим.

— Начнём сначала. Мы не собираемся вам вредить.

Ответом стало молчание.

— Вы вообще меня понимаете?

Один из стариков что-то произнёс.

— Приму это за «нет». Эйнар.

— Нет.

— Я ещё ничего не сказал.

— Поэтому отвечаю заранее.

Орн подошёл к нему.

— Даже не думай.

Через мгновение старик уже тащил его за ворот.

— Отпусти!

— Переводить будешь.

— Можно было попросить.

— Я попросил.

— Ты произнёс моё имя!

— Вежливо.

Орн отпустил его перед старшими. Эйнар поправил ворот.

— Когда-нибудь ты доиграешься.

— Переводи.

Лут тем временем дошёл до выхода.

— Лут, — произнёс Антар.

— Не начинай.

— Не собирался.

Лут остановился.

— Тогда что?

— Куда идём?

— Подальше отсюда.

— А потом?

Лут не ответил.

— Снова попробуешь покинуть планету? Тем же способом, который уже не сработал?

Лут медленно повернул голову.

— У тебя сегодня слишком много разумных вопросов.

— Кто-то же должен.

Лут раздражённо выдохнул.

— Я не собираюсь решать их проблемы.

— Не решай.

— И в их войну лезть не буду.

— Не лезь. Просто узнай, где мы оказались. Потом уйдём.

Лут посмотрел на Орна, который уже объяснял Эйнару первый вопрос и периодически вмешивался в перевод.

— Пять минут.

— Хватит.

Лут остался у выхода.

— Спроси, сколько существует их народ, — сказал Орн.

Эйнар перевёл и выслушал ответ.

— Не знают. Старейшие записи уже говорят о подземных поселениях.

— А Тени?

Ответ последовал сразу.

— То же самое. Для них они существовали всегда.

Лут чуть повернул голову. Орн заметил, но промолчал.

— Почему тогда они ушли так глубоко?

После следующего ответа Эйнар перевёл:

— Не сразу. Первые города находились ближе к поверхности. Население росло, поселения расширялись, защищаться от Теней становилось сложнее. Они уходили глубже, пока не достигли мест, куда свет не проникает вообще.

Орн оглядел тёмный зал.

— И проблема исчезла.

— Тени исчезли. Проблемы остались.

— Народ Света?

Реакция старших изменилась мгновенно.

Орн усмехнулся.

— Судя по голосам, угадал.

— Их предки выбрали противоположный путь, — перевёл Эйнар. — Создали постоянное освещение и со временем научились освещать города так, чтобы почти нигде не оставалось устойчивых теней.

— Когда началась война? — спросил Антар.

После перевода старшие заговорили одновременно.

Эйнар поморщился.

— Это надолго.

— Коротко, — потребовал Орн.

Эйнар выслушал ещё несколько фраз.

— Территории, ресурсы, пути на поверхность, источники энергии, старые нападения, ответы на нападения и ответы на ответы.

— Кто начал?

— Народ Света.

Орн хмыкнул.

— Даже не задумались.

— Ни секунды.

— Значит, у народа Света спросим то же самое.

Один из старших резко что-то добавил.

— Он уверен, что они соврут, — перевёл Эйнар.

— Разумеется.

Антар тихо усмехнулся.

— Осталась минута, — напомнил Лут.

Орн повернулся к нему.

— Последний вопрос.

Он снова посмотрел на старших.

— Что они знают о происхождении Теней?

После перевода никто не ответил сразу. Старшие переглянулись.

Наконец один произнёс несколько фраз.

Эйнар нахмурился.

— Ничего.

Лут посмотрел в их сторону.

— Совсем?

Эйнар уточнил и получил короткий ответ.

— Они были всегда. По крайней мере, насколько хватает их истории.

Лут больше не смотрел на выход.

— Значит, остаёмся.

Орн медленно повернулся к нему.

— Минута закончилась.

— Я знаю.

— И ты только что собирался уйти.

— Передумал.

Эйнар усмехнулся.

— Удивительно насыщенная минута.

Лут проигнорировал его.

— Мне нужны их записи о Тенях. Все, которые сохранились.

Эйнар перевёл. Старшие снова переглянулись. Один из них ответил не сразу.

— Часть покажут. Остальное сначала должны обсудить.

— Пусть обсуждают.

Антар посмотрел на Лута.

— Что именно тебя заинтересовало?

— То, что они не знают.

— Очень конкретно.

— Этого достаточно.

Один из старших снова заговорил, теперь обращаясь прямо к Луту. Тот выслушал и коротко кивнул.

Орн посмотрел на Эйнара.

— А нам?

— Разрешают остаться в городе на несколько дней. Выделят помещение и кого-нибудь приставят.

— Проводника?

— Именно так они это называют.

Антар усмехнулся.

— А ты?

— Надзирателем.

Лут первым направился к выходу.

— Мне всё равно, как он называется.

На этот раз никто его не остановил.

Из зала их вывели тем же путём. За дверями ждал знакомый мужчина, встретивший их на поверхности. Узнав о решении старших, он недовольно произнёс несколько слов.

Орн посмотрел на Эйнара.

— Что?

— Поздравляет с прибытием.

Мужчина резко повернул голову.

— Врёшь.

— Уже одно слово выучил.

— Несложное.

Проводник продолжил.

— Теперь просит ничего не трогать, никуда не уходить без него и не использовать Свет.

Орн повернулся к Луту.

— Последнее тебе.

— Я понял.

Они миновали несколько переходов и спустились на уровень ниже. Здесь было тише: вместо широких улиц между пещерами расходились короткие тоннели, а жители встречались всё реже.

Проводник остановился возле просторной боковой пещеры. Внутри находились высеченные в камне ниши, низкий стол и сложенные у стены лежанки. Для местных помещение было большим. Для Орна, Эйнара и Антара — тоже. Луту пришлось пригнуть голову у входа.

— Здесь можем остаться, — перевёл Эйнар для Орна. — Он будет неподалёку. Если захотим выйти, должны предупредить.

— Всё-таки надзиратель.

— Проводник.

Мужчина кивнул, узнав последнее слово.

— Хоть в чём-то договорились, — усмехнулся Орн.

Лут прошёл к дальней стене.

— Ты куда? — спросил Антар.

— Домой.

Орн повернулся.

— В смысле?

Лут поднял руку. Пространство перед стеной дрогнуло, тонкая вертикальная линия разошлась в стороны, раскрывая проход. Врата поднялись почти до свода и расширились достаточно, чтобы Лут мог пройти, не сгибаясь.

По другую сторону лежал его мир.

— Мы же остаёмся здесь, — сказал Орн.

— Вы остаётесь здесь.

— А ты?

— Я тоже.

Орн посмотрел на врата.

— Это называется немного иначе.

— Дверь останется открытой.

Лут шагнул к порогу.

— Ты потерял интерес? — спросил Антар.

— Пока да.

— Пять минут назад ты передумал уходить.

— С планеты.

Эйнар хмыкнул.

— Технически не придерёшься.

Лут остановился перед проходом.

— Узнайте всё, что сможете: записи, Тени, народ Света, что здесь происходило и что происходит сейчас.

Он посмотрел на Орна.

— Заодно выучи язык.

— За несколько дней?

— Постарайся.

— Очень полезный совет.

— Эйнар поможет.

Эйнар поднял голову.

— Почему сразу я?

— Потому что Антар умеет вовремя молчать.

Антар отвернулся, скрывая усмешку.

— Предатель, — пробормотал Эйнар.

— Если найдёте что-нибудь действительно важное, позовите.

Лут переступил порог и исчез.

Орн посмотрел ему вслед.

— И это существо недавно возмущалось, что его не считают человеком.

— Здесь как раз всё по-человечески, — ответил Эйнар. — Свалил и оставил работу другим.

Проводник всё это время стоял у входа. Наконец любопытство победило, и он осторожно приблизился к вратам.

— Не советую, — произнёс Антар.

Мужчина не понял и сделал ещё шаг.

По поверхности врат прошла рябь. Из тёмного узора проступил алый глаз. Рядом открылся второй, затем третий. Через несколько мгновений на незнакомца смотрели уже десятки глаз.

Он попятился.

Врата тихо скрипнули, и между створками появилась узкая пасть.

Проводник отскочил к стене.

— Прекратите, — сказал Орн.

Пасть закрылась. Несколько глаз лениво повернулись к нему и исчезли.

Орн подошёл к вратам и положил ладонь на створку. Никакой реакции. На приближение Эйнара они тоже не ответили.

Проводник задал вопрос, не отходя от стены.

— Хочет знать, что это было, — перевёл Эйнар.

— Скажи, что они не любят чужих.

После перевода мужчина спросил снова.

— Теперь интересуется, безопасно ли здесь находиться.

— Для нас?

— Для себя.

Орн посмотрел на врата. Один алый глаз медленно открылся.

— Пусть не подходит к двери.

Проводник после перевода отступил ещё на шаг.

— Быстро учится, — заметил Антар.

— Надеюсь, он не единственный. Мне теперь язык учить.

Эйнар посмотрел на Орна.

— Начнём с полезного: «не трогай».

Орн покосился на врата.

— Думаю, это он понял без перевода.

На Пике Мира было тихо.

Лут сидел на троне, откинувшись на спинку. Рядом стоял Реми, а между ними висел маленький сгусток Тени — всё, что осталось от существа, напавшего на Орна. Он едва удерживал форму, то растягивался, то сжимался и постоянно пытался отползти в сторону.

Лут протянул руку.

— Ты меня понимаешь?

Тень дёрнулась.

— Если понимаешь, измени форму.

Вместо ответа сгусток снова пополз прочь.

— Убедительно, — заметил Реми.

— Заткнись.

Лут опустил руку на подлокотник. Тень немедленно рванулась прочь, но успела преодолеть лишь несколько метров, прежде чем пространство сжалось и вернуло её обратно.

— Значит, желание есть.

— Или инстинкт.

— Проверим.

Тени под троном поднялись и окружили чужой сгусток, не касаясь его. Лут закрыл глаза и попытался сделать то, что с собственной Тенью давно не требовало даже мысли.

Подчинить.

Сгусток сжался. Его поверхность на мгновение разгладилась, затем вытянулась неровным отростком и задрожала. Лут попытался придать ему форму пера. Почти получилось, но чужая Тень резко перекосилась, разрушила навязанную форму и снова метнулась в сторону.

Лут открыл глаза.

— Сопротивляется.

— Ты удивлён?

— Моему контролю?

— Она не твоя.

Лут вернул сгусток и усилил давление. Тень подчинилась рывками, но её сопротивление стало отчётливее. Не сила — её почти не осталось. Скорее постоянное нежелание делать то, чего от неё требовали.

— Покажи, что ты такое.

Ничего.

— Ты умеешь копировать. Скопируй меня.

Тень попыталась отдалиться.

— Бесполезно, — произнёс Лут.

— Она слишком слабая. И, судя по всему, не умеет говорить.

— Я заметил.

Он протянул к сгустку палец. Тень мгновенно шарахнулась. Лут замер и повторил движение. Та же реакция.

— Боится?

Реми подошёл ближе.

— Возможно.

— Меня или моих Теней?

— Для неё это может быть одно и то же.

Лут убрал окружавшие сгусток Тени. Пленник сразу успокоился. Не перестал искать путь к отступлению, но судорожная дрожь исчезла.

— Вот это уже интереснее.

— Твой контроль действует.

— На остаток существа, которое едва способно двигаться.

— Но действует.

Лут снова заставил его вытянуться. Получилось нечто кривое и совершенно не похожее на перо.

Реми оценил результат.

— Красиво.

Лут молча повернул к нему голову.

— Молчу.

Навязанная форма распалась. Сгусток тут же пополз прочь, но Лут вернул его одним движением пальца.

— Она меня ненавидит.

— Уже основа для отношений.

— Оставим её здесь. Пусть восстанавливается. Возможно, когда станет сильнее, от неё будет больше пользы.

— Или она начнёт лучше сопротивляться.

Лут слегка усмехнулся.

— Тоже польза.

Маленькая Тень снова осторожно двинулась прочь. На этот раз Лут не стал сразу возвращать её, лишь наблюдал.

Впервые с момента падения на эту планету раздражение на его лице уступило место интересу.

Проводник вернулся через несколько часов.

Лут так и не появился. Врата оставались открытыми, за ними виднелась часть его мира, но хозяин не поинтересовался, чем закончился первый день. Орн несколько раз посмотрел туда, затем махнул рукой.

Проводник остановился у входа и что-то сказал.

Эйнар повернулся к Орну.

— Попробуй сам.

— Я знаю четыре слова.

— Уже пять.

— Какое пятое?

— «Пойдём».

Орн посмотрел на терпеливо ожидавшего мужчину.

— Пойдём, — произнёс он на местном.

Проводник кивнул.

— Видел?

— Потрясающе. К вечеру сможешь попросить воды.

— Я уже могу.

— Тогда попроси.

Орн задумался.

— Пойдём.

Антар первым вышел из комнаты.

— Безнадёжен.

На этот раз проводник вывел их не к старшим, а на широкий переход, соединявший несколько уровней.

Город жил.

Во время первого прохода Орн почти ничего не мог рассмотреть. Теперь наложенная Лутом Тьма позволяла видеть, и город перестал быть набором звуков.

По переходам двигались люди. Одни несли металлические контейнеры, другие толкали низкие платформы, почти беззвучно скользившие над камнем. В стенах проходили толстые металлические полосы, местами расходившиеся целыми сетями и исчезавшие в породе.

Орн указал на одну из них.

— Это что?

Проводник ответил.

— Я услышал много знакомых звуков и не понял ни одного слова.

— Энергетическая линия, — перевёл Эйнар.

— Электричество?

После уточнения проводник объяснил подробнее.

— Не только. Энергия, связь и часть навигационной сети.

Антар коснулся стены рядом с полосой.

— Всё в одном?

— Почти. Основные линии разделены. Если повреждается одна часть города, остальные продолжают работать.

Орн посмотрел на Антара.

— Тебе он отвечает нормально.

— Я его понимаю.

— Ненавижу вас обоих.

Они двинулись дальше. Постепенно Орн начал замечать, что на стенах почти не было обозначений, рассчитанных на зрение. Вместо них камень покрывали борозды, металлические вставки и небольшие пластины.

На развилке проводник свернул, ещё не приблизившись к ней.

— Откуда он знает, куда идти? — спросил Орн.

Эйнар перевёл, но мужчина не понял вопроса. Тогда Орн указал на него, развилку и закрыл глаза.

Проводник постучал ногой по полу, затем показал на стену.

— Он чувствует город, — объяснил Эйнар. — Движение по камню, механизмы и линии в стенах. Чем ближе к центру, тем больше ориентиров.

Орн посмотрел под ноги.

— Значит, чувствует всех вокруг?

— Не настолько точно. Нас — хорошо.

— Почему?

Проводник указал на Орна.

Эйнар усмехнулся.

— Ты тяжёлый.

— Очень смешно.

— Это перевод.

Проводник впервые едва заметно улыбнулся.

— Вот сволочь. Этого слова я ещё не знаю, а он уже надо мной издевается.

Следующей остановкой стало большое помещение, разделённое каменными перегородками. Перед каждым из нескольких десятков местных лежала широкая чёрная плита, покрытая рядами выступов и тонких линий.

Ни экранов, ни света.

Орн подошёл к ближайшей.

— Это что?

Проводник медленно произнёс слово. Орн повторил.

— Неправильно, — сказал Эйнар.

— Я впервые его услышал.

— Всё равно неправильно.

Проводник повторил. С третьей попытки Орн произнёс почти верно.

— И что это?

— Вычислительная машина.

Орн посмотрел на плиту.

— Где изображение?

После перевода проводник замолчал.

— Кажется, он не понимает вопрос, — заметил Эйнар.

Орн указал на поверхность.

— Информация. Где?

Проводник подошёл к свободному месту и положил ладонь на плиту. Выступы сместились, по металлу прошла дрожь, внутри несколько раз щёлкнуло.

— Он открыл сведения о нашем прибытии, — перевёл Антар.

Орн посмотрел на него.

— Ты это понял?

— Нет. Он сказал.

— Уже легче.

Проводник жестом подозвал Орна. Тот осторожно приблизился.

— Если меня ударит током...

— Лут расстроится, — сказал Эйнар.

— Сомневаюсь.

Орн положил ладонь на плиту. Под пальцами ощущалась слабая вибрация. Несколько точек поднялись, другие исчезли.

— И это всё?

— Нет. Ты просто не чувствуешь остального.

— Чего?

Проводник коснулся полосы у края плиты.

— Полей, — сказал Антар.

— Магнитных и электрических изменений, — после уточнения добавил Эйнар. — Для местных они часть информации.

Орн убрал руку.

— То есть я смотрю на их вычислитель и вижу кусок металла. А он?

Проводник сам подобрал знакомое Орну слово:

— Много.

— Это я понял.

Мужчина улыбнулся уже открыто.

У выхода их ждали несколько местных — не стража, а обычные жители. Они рассматривали чужаков без особой скрытности.

После короткого разговора с проводником взгляды переместились на Антара, затем кто-то указал на Орна.

— Что им нужно?

— Хотят знать, правда ли ты превращаешься в животное.

— В волка.

— Они не знают, что такое волк.

Орн задумался.

— Большое животное.

После перевода последовал новый вопрос.

— Насколько большое?

— Почти пять метров в холке.

Несколько человек отступили.

— Зачем уточнил? — спросил Эйнар.

— Они спросили.

Из-за взрослых выглянул ребёнок и быстро произнёс несколько слов.

Эйнар рассмеялся.

— Он хочет посмотреть.

— Нет.

— Спрашивает почему.

— Здесь тесно.

Ребёнок указал вверх.

— Теперь предлагает выйти наружу.

Орн посмотрел на него.

— Мне начинает нравиться этот мелкий.

Мать быстро оттащила ребёнка назад.

Дальше лежали жилые уровни. Дома здесь не имели привычных дверей: входы оставались открытыми, а внутри помещения разделяли только низкие каменные перегородки. В обществе, где положение окружающих чувствовалось через камень и поля, скрытно приблизиться к чужому жилищу было почти невозможно.

Орн посмотрел на десятки открытых проходов.

— Удобно. А если чужой?

Проводник указал на металлическую полосу возле входа.

Орн понял лишь последнее слово.

— Умрёт?

— Получит разряд, — поправил Эйнар.

— Жаль.

Орн уже сам добавил на местном:

— Шутка.

Проводник задумался.

— Плохая.

Эйнар хмыкнул.

— Даже не начинай, — предупредил Орн.

У одного из домов в камень были вмонтированы три металлические пластины разного размера.

— Семья? — после объяснения спросил Орн.

— Да.

— Живые?

Проводник покачал головой.

— Умершие члены семьи, — перевёл Эйнар.

— Могилы?

— Нет. Память.

Каждая пластина сохраняла особый рисунок вибраций умершего. Не изображение и не высеченное имя, а то, как человек ощущался для местного восприятия при жизни. Родные могли прикоснуться к металлу, пропустить через него слабый импульс и вновь почувствовать знакомый отклик.

Орн долго смотрел на пластины.

— Хорошая традиция.

Проводник понял без перевода.

Лишь через несколько переходов Эйнар заметил, что Антара рядом нет.

— Что? — спросил Орн.

— Ничего.

Проводник продолжал идти, не проявляя беспокойства.

Вскоре Антар снова оказался рядом. Не подошёл и не догнал — просто в какой-то момент опять шёл вместе со всеми.

Эйнар посмотрел на него.