Лыжню попаданке!

Ещё, я прочитала про эльфов и дриад. Они тоже хранили нейтралитет, если только кто-то не посягал на их леса. Здесь жили люди, но, как уточняла хроника – маги. И как я впишусь сюда? Почему-то стало тоскливо. Сейчас все расы жили мирно между собой. Смешанные браки не возбранялись, потому что полукровок почти не появлялось, разве что при магическом сбое.

Я захлопнула книгу и уставилась на окно. Как мне тут выжить? Обычному человеку с прагматичным складом ума. И такая тоска на меня нашла, что пришлось сильно растереть лицо и даже пару раз дать себе пощёчину. Я обещала себе, что приму всё, что мне дадут. Всё. Главное, что я живу. И тут… я увидела, что стена напротив вся покрылась тонкой коркой инея.

Сначала я застыла в шоке от увиденного. Мороз? Смешно. В доме тепло, почти жарко. Даже если бы с улицы просочился холод, он полз бы от дверей и окон, а не материализовался на стене напротив. Я смотрела именно туда. И стена... покрылась инеем.

Я сделала шаг, потом ещё один. Кончиками пальцев дотронулась до шершавой ледяной корочки. Холод обжёг кожу – настоящий, ни капли не воображаемый. Я дёрнула руку назад, и от нелепости ситуации меня вдруг прорвало на нервный, сдавленный смешок. Навариса дома нет, а значит… это сделала я. Как? Это уже другой вопрос. Надо срочно поговорить с драконом, мало ли я ему тут весь дом заморожу. Пора бы ему уже и явиться. Желудок ведь я так и не успокоила. Сейчас я готова была съесть любую бурду.

Снаружи послышались тяжёлые, уверенные шаги, хруст снега и глухой шлепок – явно звук брошенной на землю крупной туши. Скрипнула дверь, впуская морозный воздух и Навариса. Он смахнул снег с плеч, наполняя дом запахом леса.

– Еда доставлена, – хмыкнул он и довольно улыбнулся. Прошёл на кухню, выбрал длинный разделочный нож и, подмигнув, ушёл обратно на улицу.

Я продолжала стоять, словно заворожённая. Именно сейчас я увидела в нём красивого мужчину: длинные белые волосы были туго стянуты в высокий хвост, открывая строгие, но гармоничные черты, в которых угадывалась хищная, звериная грация. Его лёгкая, явно не предназначенная для такого мороза куртка, настолько плотно облегала торс, что не оставляла сомнений в мощи его плеч и рук. Высокие сапоги по колено подчёркивали сильные и крепкие ноги. Всё в нём дышало дикой, первозданной силой, и казалось, короткая охота вернула ему часть самого себя.

Бежать на помощь я не спешила. Есть мясо – это одно, но вот его разделывать – это совершенно другое. Поэтому, я присела обратно на диван, вновь и вновь возвращаясь мыслями к его образу. К этому новому, ожившему Наварису. И с удивлением ловила себя на мысли, что мне в нём всё нравится. Правда, абсолютно всё.

Вскоре Наварис вернулся, неся несколько аккуратных отрубов мяса. Он прошёл на кухню, и я, собравшись с духом, последовала за ним.

– Объясняй мне всё, пожалуйста. Хочу тоже быть полезной. Я хорошо готовлю, только не поняла, как работает эта плита, – проговорила я, следя за его действиями.

– Я пользуюсь артефактами. Вот так, – он провёл рукой над странной печью, сложенной из тёмного камня с мерцающими прожилками. Камень отозвался тусклым свечением, и я почувствовала исходящий от него ровный жар. Затем достал кастрюлю, налил воды, обмыл мясо и тогда уже поставил её на уже горячую поверхность. – Вода тоже подаётся с помощью магии. Во дворе есть колодец. Вот посуда, вот специи... Всё просто. Раз в год я перезаряжаю артефакты, мне хватает.

– А как? У тебя есть общение с миром? Я не нашла ничего, чтобы напоминало наш телефон или радио.

– Тоже переговорный артефакт. Ко мне прилетает старый друг. Он же привозит необходимые мне вещи. Иногда выбираюсь в соседний город. Правда, это далеко и шумно.

– То есть, ты не шутил, когда говорил, что живёшь здесь один? – я в лёгком шоке смотрела на необыкновенного мужчину.

– Да. Меня всё устраивает.

Я погрустнела. Лично мне такой образ жизни может понравиться ну разве что на неделю, а то и меньше.

– Наварис... а я, а у меня получилось что-то странное, – решила перевести я тему.

– Что случилось? – забеспокоился Наварис.

– Да. Пойдём, покажу. – Я молча указала пальцем на стену. Следы инея уже почти растаяли, но причудливые разводы и лужицы воды на полу говорили сами за себя.

Он подошёл ближе, внимательно посмотрел на стену, потом на меня. В его глазах вспыхнул живой, неподдельный интерес. Он медленно провёл пальцем по мокрому пятну, а потом его взгляд снова нашёл мой.

– Это... я, – прошептала я, чувствуя, как краснею. – Я просто сидела и думала, а оно... само.

Уголок его рта дрогнул, а в глазах заплясали те самые искорки, что я видела после охоты.

– Дыхание дракона... Оно не просто спасло тебя. Оно что-то в тебе разбудило. – Он сделал паузу, – придётся учиться контролировать дар.

– Я не против. Это опасно? Ты ведь тоже пулялся льдом?

И тут я увидела, как у дракона вытянулось лицо, а потом он резко согнулся, и дом наполнился его оглушительным, раскатистым хохотом.

Когда он успокоился, то взглянул на меня с искренним интересом.

– Я – ледяной дракон. Снег и лёд – моя стихия. Были. И я в совершенстве владел ледяной магией, поэтому мне очень комфортно жить в Заснеженном лесу. Это мой дом. И да, я пулялся льдом.

– Здесь никогда не бывает лета? – от чего-то заикаясь, уточнила я, холодея от страшной догадки.

– Бывает. Снег оседает, обнажая землю, и неделю-другую стоит оттепель. Воздух теплеет. Ты, наверное, вчера уже почувствовала её приближение. Но всё не так, как на драконьем континенте.

А мы не на нём?

10.

Я совсем погрустнела. Нет, жить без лета я не смогу. Я зиму скорее терплю, пережидаю, пока она пройдёт, а потом безумно радуюсь каждому солнечному дню.

– А этот твой друг, он скоро прилетит? – не глядя на Навариса, спросила я.

– Скоро, – голос дракона дрогнул. Потом он резко развернулся и ушёл на кухню. Я посеменила за ним.

– А как в вашем мире относятся к таким, как я, пришедшим из других миров? – снова стала закидывать вопросами.

– До тебя я ни разу о таком не слышал.

Ничего себе! Значит, я первая попаданка.

Запах еды сводил с ума.

– Чем я могу помочь?

– Очисти овощи, – Наварис пододвинул мне миску с корнеплодами. Они походили на наш картофель, и я быстренько справилась с задачей.

Пока варилось мясо, я продолжала забрасывать дракона вопросами. Он отвечал подробно и очень обстоятельно.

Так я узнала, что мою дальнейшую жизнь будет решать император после того, как я попаду к нему на аудиенцию. Я мгновенно замотала головой. Нет, не хочу. От правителей нужно держаться подальше.

– А можно меня не показывать? Я отправлюсь в империю людей. Там затеряюсь, и никто обо мне не узнает, – зачастила я.

– Уже не получится. Император уже в курсе. Когда ты упала мне в руки, я не знал, что делать. Связался с дворцовым лекарем, объяснил ситуацию. Он-то и руководил всем лечебным процессом. Естественно, он обо всём доложил правителю.

– Почему же меня не забрали во дворец сразу?

– Никто не захотел беспокоиться о непонятной человечке. Твоя судьба никого не интересовала. Но раз ты выжила – это поменяло всё дело. Тебя нужно изучить. Понять, несут твои знания угрозу этому миру, или, наоборот – дадут возможность развития. – И в этот миг я увидела в его глазах того, кого когда-то звали главой тайного сыска. Да, он говорил прямо, не юля, но от этой правды хотелось выть.

Если честно, даже есть перехотелось. Мозгами я всё понимала: я чужая, но осознавать это оказалось почему-то больно. Особенно ранили слова и тон Навариса. То сеть, наше совместное проживание ничего для него ничего не значат? А чего я ждала? Он ведь тоже меня не знает. В общем-то, он прав, но как с этим смириться?

– Какой он, император? – решила всё же спросить, сглатывая горечь.

– Сильный, волевой, справедливый, – ответил Наварис, немного задумавшись, – я уверен, он предложит тебе решение, которое устроит обоих.

– Надеюсь, – тихо ответила я. Раз выбора нет, придётся смириться, но как же сложно не управлять своей жизнью. Там, на Земле, я об этом даже не задумывалась. Жила, влюблялась, рожала детей, работала, но всегда решения принимала сама, потом вместе с мужем. И даже не понимала, какое счастье имею. Свободу выбора.

Я пыталась держать себя в руках, но получалось плохо. Когда, наконец блюдо стояло на столе, я накинулась на него и умела всё без остатка. Поела бы ещё, но понимала, что нельзя.

– Я хочу прогуляться, – сказала я после того, как помыла посуду. Дракон поднял свои брови, но я добавила, – одна.

Нашла костюм, лыжные ботинки, куртку мне выдал Наварис. Именно сейчас захотелось поработать палками, чтобы голова перестала хоть на секундочку думать. Вынести чехарду мыслей стало просто невозможно.

Лыжи стояли, аккуратно прислонённые к стене дома. Вышла за калитку, вставила ноги в крепления и, оттолкнувшись, поехала в сторону леса. Воздух скорее холодил разгорячённое лицо, чем обжигал. Всё отчётливее чувствовалось приближение весны. В лес я не поехала, решила двигаться вдоль кромки. Снег оседал под лыжами, глухо шуршал, поддаваясь натиску полозьев. Тяжело, зато мозг прочищается.

Наварис вышел меня проводить, но что он по всему этому думал, я не поняла, да и не хотела разбираться, если честно. Надоело думать, хотелось передышки. Что я там себе говорила – главное, что жива, а с остальным справлюсь.

Наверное, я впервые получила наслаждение от езды. А всё почему? Потому что рядом никого не было. Исчез страх выглядеть нелепо или глупо. Как могу, так и еду. Да, временами я натыкалась на кочки под сугробами, объезжала кусты, но всё равно, получала удовольствие. Остановилась, собираясь развернуться. В теле уже чувствовалась усталость, но тут я услышала нежный, едва уловимый перезвон. Словно кто-то водил мокрым пальцем по краю тысячи хрустальных бокалов. Звук лился отовсюду и ниоткуда сразу, рождаясь в самой воздушной дымке, что стелилась меж деревьями. Я замерла, затаив дыхание, и звон наполнил голову, смывая остатки тревожных мыслей. Он был похож на музыку тающего льда.

Повинуясь необъяснимому импульсу, я свернула влево и направилась к скальному выступу, что тёмным мысом вдавался в лесную чащу. Лыжи мягко врезались в нетронутый снег, оставляя за собой ровный, уверенный след, пока не упёрлись в камень. С каждым метром хрустальный перезвон становился отчётливее, а в воздухе запахло тёплым камнем и влажным мхом. Пришлось оставить лыжи, и двинуться уже пешком. Мышцы ломило от нагрузки, но я упрямо пробиралась к непонятному зову. Деревья здесь буквально врастали корнями в камень, а между двумя исполинскими соснами, склонившимися друг к другу, зиял тёмный провал, окутанный дымкой. Дыхание перехватило. Я стояла на пороге подземного царства.

Из глубины грота, окутанная клубящимся паром, вытекала неширокая речка. Она струилась по гладкому, отполированному веками каменному ложу, чтобы тут же, на морозе, растечься по мшистым камням и снова уйти под снежные наносы. Но мой взгляд притягивало не это.

Внутри, под низким сводом, лежало озерцо. Абсолютно чёрная, словно расплавленный обсидиан, вода поглощала свет, и лишь у самого берега, на изгибах дна, проступали всполохи бирюзы. От неё поднимался густой, обволакивающий пар, в котором играли и переливались сотни серебристо-голубых бликов – будто в самой толще воды плавали и кружились светлячки-призраки.

Тихий, убаюкивающий плеск отдавался под сводами эхом, и каждый всплеск, каждая лопающаяся на поверхности пузырьковая жемчужина рождала тот самый хрустальный перезвон, что и привёл меня сюда. Воздух гудел от тишины и пах тёплым камнем, влажным мхом и чем-то древним, первозданным – запахом самой земли.

Это место дышало покоем и древней, неторопливой магией. И оно манило.

Я спустилась в чашу и подошла к краю озера. Его пологий склон так и умолял погрузиться вглубь, ощутить невероятное наслаждение. Опустила руку в воду – и сразу тихо застонала от приятной истомы. Вода оказалась на удивление горячей, на грани комфорта, и её пузырьки, игравшие на коже, напомнили мне шампанское – неожиданный намёк на роскошь в этом диком месте.

Мысли понеслись с космической скоростью, выбирая все за и против.

Что, если это опасно? Но… Наварис сказал, что друг прилетит скоро, и, возможно, я больше никогда не смогу посетить это место, поэтому… была ни была.

Этого довода оказалось достаточно. Сделав глубокий вдох, я разделась, ёжась от колючего воздуха и постепенно ощупывая дно, я опустилась на пологий каменный выступ. Присела. Вода доходила мне до груди. Гладкое, отполированная стена уверенно упиралась в спину. Чёрная гладь поглощала тело, и лишь у самого берега, на мелководье, вода светлела, обнажая плиту с причудливыми разводами, подобие малахита. Я откинулась на каменную спинку, позволив воде окутать плечи. Горячие струи ласкали кожу, смывая напряжение каждой мышцы. Пар касался лица влажным, тёплым шёпотом, а над поверхностью торчали только голова и кончики пальцев, водившие по воде и запускавшие в плавание серебристые пузырьки.

11.

От удовольствия прикрыла глаза. Я часто бывала в банях. Вот и сейчас, если отрешиться от ситуации, казалось, что я нахожусь в джакузи.

Мысли никуда не делись, но теперь они выстраивались рядами, будто мои любимые цифры. Раз ничего с этой ситуацией сделать не могу, придётся подстраиваться, но у меня мало информации, зато есть огромный шкаф с книгами и один редкостный дракон.

Фантазия тут же подкинула образ беловолосого красавца в одежде, облепившей тело как перчатка. Красив, благороден и одинок. Только ничего со своим отшельничеством он делать не собирается. Его всё устраивает. Я просто не смогу так жить, даже если решусь с ним остаться, а значит… путь мне в столицу. А там, глядишь и прорвёмся. Только с магией надо что-то делать.

Тряхнула головой и решила всё-таки выбираться. Если смогу, то обязательно буду приходить сюда каждый день, пока не уеду, – решила для себя.

Тело, нагретое в термальном источнике, закололо иголочками. Я быстро сделала несколько движений в стиле «а ля зарядка», и забралась обратно в свою одежду.

Путь к дому оказался быстрым. Ехала по своим следам, что значительно облегчило передвижение. В какой-то момент испугалась, что снова потеряю лыжню, но вот она миленькая, всё время стоит перед глазами. Да и не удалялась я никуда от кромки леса, но всё равно рвано выдохнула, когда над снежной равниной показалась крыша.

– Всё хорошо? – спросил Наварис.

– Да. Тебе нужна моя помощь?

– Нет. Но я предложил бы тебе поужинать.

– Да. Обязательно. Сильно проголодалась, – я старалась говорить с ним вежливо, без тени старого тепла. Я не хочу привязываться. Зачем нужно делать ещё больнее и себе, и ему? – И у меня есть просьба. Ты не мог бы мне подобрать книги для ознакомления с миром? Всё, что посчитаешь нужным.

Наварис долго вглядывался в моё лицо, а потом кивнул.

– Хорошо. Смотрю, прогулка пошла тебе на пользу. Ты успокоилась.

– Нет, но понимаю, что ничего изменить не могу. Поэтому буду обустраиваться в этом мире. Возможно, правитель мной не заинтересуется, и я смогу перебраться в государство людей. Ты не знаешь, сколько у меня времени?

– Нет. Я слишком часто использовал артефакт. Он разрядился. Так что визит Сайрана будет сюрпризом.

Дальше мои дни понеслись по одному сценарию: с утра мы готовили еду на весь день, потом я шла на прогулку, купалась в источнике, а затем читала книги. Что непонятно, спрашивала у Навариса, и когда я уже вадилась с ног, мы выходили на улицу, и он учил меня пользоваться магией. Он ждал вечера, чтобы «моя сила не натворила дел». Как оказалось, так же учат и адептов в академии: сначала выматывают физически, только потом разрешают практиковать магию. Оказалось, что видов магии великое множество. Мне вот достался один из сложных. Не все любят холод.

Первые два дня я только и могла, что сделать на поверхности наст, но потом у меня получилось скрутить снег в маленький снежок. Через неделю у нас во дворе закончился снег, а вдоль моей лыжни стояли знакомые всем снеговики.

А ещё, я тренировалась сама. Там, в гроте. Исследовав дно и убедившись в безопасности, я плавала без страха и вскоре заметила: здесь магия поддаётся куда легче. Именно там я и поняла, что вода – это тоже лёд. Кто ж этого не знает, но я почему-то думала, что могу работать лишь со снегом. Только вот в один из дней, когда я лежала в чаше и лениво водила рукой, повторяя пасы, вода булькнула и от поверхности оторвался жидкий отросток. Он закружился в воздухе, стал серебристой каплей, а потом плюхнулся обратно. Я даже подскочила с места, а потом повторила свои действия уже целенаправленно.

С той поры я разделила тренировки: дома – со снегом и льдом, в купели – с водой. А на обратном пути, заряженная энергией, с наслаждением стряхивала снег с верхушек сосен и радовалась своим успехам, словно ребёнок.

С Наварисом всё стало и проще, и сложнее. Мы общались, как и раньше. Но, приняв однажды решение, я шла к своей цели. Старалась не провоцировать его, ведь, живя в одном доме, мы постоянно пересекались. От массажа я категорически отказалась. Теперь, когда я всё чувствовала, это стало бесконечной пыткой. А вид дракона в одних домашних штанах с распущенными волосами был для меня настоящим испытанием на прочность. Я научилась направлять взгляд куда-то в район его уха и мысленно повторять таблицу умножения, пока желание протянуть руку и проверить, действительно ли его волосы такие шелковистые, а кубики на его прессе настоящие, не становилось нестерпимым.

Я много уже знала об империи, чуть-чуть разобралась в иерархии. Даже изучила, как приветствуют правителя, но тревога постоянно звенела тонким колокольчиком.

Именно в один из таких вечеров, когда я играла, замораживая воду в кружке и размораживая её так, чтобы кружка не пострадала, снаружи послышался нарастающий свист ветра и тяжёлый удар о землю.

– Сайран, – с лёгкой досадой произнёс Наварис.

Дверь распахнулась, впустив струю влажного воздуха, который тут же зашипел, сталкиваясь с сухим жаром, исходящим от гостя. На пороге стоял дракон. Если Наварис был воплощением зимней ночи, то этот – пылающим закатом.

Его волосы, коротко остриженные, напоминали шкуру рыжего барса – тёмно-медные с прожилками золота. Всё в нём выглядело подтянуто, чётко и собрано: квадратный подбородок, жёсткая линия бровей, пронзительные глаза цвета расплавленной меди. Даже его дорожный плащ сидел безупречно. От него исходило почти осязаемое тепло, словно от раскалённой печи, и пахло дымом, кожей и чужой, пыльной дорогой.

Он одним взглядом, быстрым и оценивающим, окинул комнату, задержался на мне, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Меня анализировали, определяя уровень угрозы.

– Наварис, – голос гостя оказался низким и ровным, без намёка на приветливую нотку. – Полагаю, это и есть твой... неожиданный сюрприз.

– Это Инесса. Инесса, это Сайран. Мой… назовём это назойливым другом.

– Назойливый друг, – Сайран повторил с лёгкой усмешкой, подходя ближе. – Тот, кто раз в год проверяет, не замёрз ли ты окончательно в своей берлоге. А теперь ещё и занимается твоими… гостями. – Он остановился в двух шагах, изучая меня так, будто я редкий, не совсем понятный экспонат. – Откуда ты её выкопал, Наварис? В снегу нашёл?

– Можно сказать и так, – Наварис, наконец, отложил книгу. – Она не отсюда.

– Не отсюда? – Сайран приподнял густые рыжие брови. – Из долин Альверии? С Солёных Берегов?

– Дальше.

Понимание мелькнуло в глазах Сайрана, и его насмешливый тон сменился настороженным интересом.

– Насколько дальше?

– Насколько это возможно, – тихо сказал Наварис.

Сайран медленно обошёл меня вокруг, и я почувствовала себя бабочкой, приколотой к булавке.

– Красивая, – чувственно протянул он, – и зачем ты отдаёшь её этому напыщенному Низару? Он же сломает девочку. Оставил бы себе и жили б долго и счастливо. Ничего страшного, что она не драконица. Тебе ведь с ней не драконят рожать.

Я во все глаза смотрела на Сайрана. Я почти не заметила, что он говорил обо мне при мне, просто… он говорил нашими земными фразами. Вернее, очень похожими, но всё же. Могло ли такое быть, что…

– Думаю, что я не вправе решать, что делать дальше Инессе.

– Опять летишь против ветра? Пустая твоя чешуя, ну-ну, – разозлился гость, – ладно, вижу, что ты принял решение и от него не отступаешь. Как скажешь. Твоя жизнь. Я думал, что заберу вас двоих. Место главы всё ещё ждёт тебя.

Взгляд Навариса задержался на мне, потом скользнул мимо, уходя вдаль, за окно, туда, где зубчатые пики сосен разрывали линию горизонта.

– Дворец... с его шепотками за спиной и ядом в бокалах – не для меня. – Он повернулся, ясно давая понять, что разговор окончен.

12.

Скулы свело от обиды. Почему я на него злюсь? Каждый ведь выбирает свой путь сам. Просто… мне казалось, что раз дракон появился после долгого отсутствия и спас меня, у Навариса должен проявиться ко мне интерес. Размечталась. Горько усмехнулась.

– Зато для неё самое место! – язвительно рыкнул Сайран. – Ладно, если есть что перекусить, я бы не отказался. Выдвигаемся завтра утром. Клан чёрных активизировался, боюсь я, что могут караулить. Знают, что я к тебе летаю иногда. Поэтому, отправляемся чуть свет. Вещей много? – обернулся он уже ко мне.

Я развела руками. Всё что на мне, да ещё лыжи. С собой-то я их во дворец не потащу точно.

– Как ты с ним тут с ума не сошла? – поцокал языком Сайран и прошёл на кухню.

Там загремела посуда и послышался довольный возглас рыжика:

– Наконец-то нормальная еда, а то от твоей пареной репы меня всё время тошнило.

Я снова напряглась, услышав знакомое словосочетание. Как бы узнать? Только спрашивать опасно. Эх. Мы с Наварисом договорились, что я расскажу правителю всю правду и лишь затем он решит, говорить об этом кому-нибудь или нет. Поэтому молча ушла к себе.

Всю ночь я ворочалась в ожидании утра. Как мы полетим? Увижу ли я дракона? Как долго продлится полёт?

Едва поднялись солнца, я тоже вскочила.

– Так не терпится во дворец? – почему-то неодобрительно хмыкнул Сайран.

– Нет. Но ожидание выматывает. Очень переживаю за своё будущее, поэтому плохо спала.

– Не волнуйся. Всё будет хорошо. Во дворце я пригляжу за тобой первое время, пока буду рядом.

– Спасибо, – благодарно выдохнула я. Именно поддержки мне сейчас и не хватало. А рыжик выглядел спокойным, надёжным и большим. За ним можно спрятаться.

Мы позавтракали. Я замялась. Как прощаться с Наварисом? Потом плюнула на условности. Обняла его крепко и поцеловала в щёку.

– Спасибо тебе за всё. Лыжи оставляю тебе в подарок. Может, если ты будешь не против и Сайран согласится, я прилечу к тебе в гости?

Надо было видеть ошарашенное лицо Навариса. Похоже, я всё-таки выбила его из равновесия, потому что он кивнул совсем неуверенно.

– А как мы полетим? Мы сможем общаться в воздухе? Я не знаю, а вдруг я боюсь высоты… – затараторила я, смущаясь горячего взгляда Навариса.

– Я кое-что приготовил. Извини, но на спине дракона может лететь лишь его истинная пара, – Сайран усмехнулся, – и говорить у нас не получится.

Ничего себе. Это я про истинную. Тут оказывается такие есть.

– Ты что, собираешься нести её в капсуле? Это же опасно! – вскричал Наварис.

Сайран усмехнулся. Он достал из складок плаща гладкий шар, похожий на матовый хрусталь.

– Капсула. Безопасно, быстро и никаких неудобств.

Я сглотнула, с недоверием глядя на сферу. «Капсула» звучало как-то слишком уж по-футуристически для мира драконов и магии.

– Мне страшно. Подо мной даже пола не будет? – я сглотнула появившийся ком.

Наварис скрылся в доме. Затем принёс мне покрывало и небольшой нож.

– Это тебя успокоит? – он почему-то раздражался всё больше и больше. Да, вот такая я проблемная. Мне действительно страшно. Зачем-то забрала вещи.

Сфера пришла в движение, и я оказалась внутри.

Сайран отошёл на несколько шагов, и его фигура начала расплываться в мареве исходящего от него жара. Воздух поплыл, как над раскалёнными камнями в зной. Пахнуло гарью, расплавленным металлом и древней, неумолимой силой. Послышался низкочастотный гул, от которого зазвенело в ушах и задрожала земля под ногами.