Телохранитель. Спасти ее...

Оборачиваюсь, когда в кухню входит Людмила. Причитая, достает из шкафа прибор для измерения давления. Садится за стол и застегивает манжет на руке.

- Тебе плохо? – спрашиваю, присаживаясь рядом.

- Все в порядке, просто перенервничала. Как подумаю, … как подумаю…

Помогаю Людмиле принять лекарство и провожаю в ее комнату. Возвращаюсь в гостиную, забираюсь с ногами на диван и открываю ленту соцсетей. Читаю новые посты, отмечаю сердечком фотографии бывших одноклассников.

Глаза после бессонной ночи начинают слипаться, отключив телефон, проваливаюсь в сон. Просыпаюсь от громких голосов в холле. Слышу знакомые голоса – родители приехали.

Поднимаюсь с дивана и иду на шум.

- Детка! – восклицает мама, увидев меня.

Обнимает меня, заключив мое лицо в ладони, пристально рассматривает. Папа и Егор проходят мимо нас и направляются в сторону рабочего кабинета.

- Пойдем… - мама кладет руку мне на плечо и ведет за мужчинами.

Что происходит?

- Сегодня ночью самолёт, – произносит папа, усаживаясь в свое кресло. В тот момент, когда мы появляемся на пороге.

Я не понимаю, к кому он обращается. Они улетают?

- Собери вещи, дочка, вы с мамой летите на остров.

- Вдвоем?..

- Нет... Еще Алиса с Викторией, Егор и группа охраны.

Пол под ногами начинает раскачиваться. В комнате неожиданно становится душно, хватаю воздух ртом и не могу сделать полноценного вдоха.

Слишком много событий произошло в моей размеренной жизни за последние дни. А еще я жутко переживаю за папу. Боюсь, что с ним здесь может случиться, что-то непоправимое.

Не хочу лететь на остров и оставлять его одного. К тому же не испытываю никакого желания жить с НИМ под одной крышей, даже если мы будем там не одни.

Глава 9

Ксения.

- Все так серьёзно? – переспрашиваю, округлив глаза.

- А ты, ещё не поняла? – строго спрашивает отец. – Собирайтесь, у вас ещё есть время.

Сказав это, папа уводит Егора в свой кабинет. Мы остаемся с мамой вдвоем.

- Мама, что происходит? Почему мы не можем остаться?

- Милая так надо…

Мама уходит дать распоряжения Людмиле. Я плетусь на кухню выпить воды. Потом она зовет меня в свою комнату, помочь собрать ее чемодан. Мама немного бледная и взволнованная. Выглядит уставшей. Может действительно этот отпуск пойдет нам на пользу?

Сев на кровати родителей, открываю в телефоне новостную ленту и, не вникая в подробности, пролистываю картинки. Родительница, рассматривая вещи, перекладывает их из стороны в сторону, некоторые убирает в чемодан.

- Мама, а откуда взялся Егор? Его же не было раньше в охране? – решаюсь задать волнующий меня вопрос.

- Он племянник Кравцова Романа Алексеевича, папиного зама. Помнишь он приходил к нам в начале весны с женой?

- Да… помню. Но, как он оказался у нас в доме?

- Роман предложил его кандидатуру, когда папа искал тебе телохранителя. Сказал надежный парень, - стоя ко мне спиной и рассматривая вешалки с платьями рассказывает мама.

- Ясно, - решаю дальше не уточнять, хотя мне совсем ничего не ясно.

Всё равно не понимаю, как племянник такого человека может быть замешан в криминале. Он же явно работает на бандитов. Иначе, как он мог оказаться в том ангаре, где держали меня?

Мама продолжает разбирать вещи, а я решаю проверить, как идут приготовления моих. Спускаюсь к Алине в прачечную, которая расположена в подвале. Почти все мои вещи чистые, за исключением тех, которые придется выбросить после взрыва.

Поднимаюсь в сою комнату, собираю из ванной косметику. Хорошо, что дверь была закрыта и, она не пострадала. Уложив все свои вещи, принимаю душ в комнате родителей. Надеваю джинсы и топ, сушу волосы. Спустившись в гостиную с чемоданом и сумкой, устраиваюсь на диване. Жду дальнейших указаний.

Ближе к десяти вечера мы с мамой занимаем места на заднем сидении бронированного автомобиля. Впереди сидят водитель и Егор. Оба собраны и напряжены. О чем-то тихо переговариваются. Ещё два автомобиля сопровождения следуют вместе с нами, один едет впереди, другой сзади.

Как только выезжаем за территорию дома, телефон Егора начинает звонить. Он берет трубку и всю дорогу до аэропорта с кем-то разговаривает. Я зачем-то рассматриваю его коротко стриженный затылок, густую щетину на лице. Все те же часы на левом запястье. И улавливаю слабый аромат его парфюма. Пахнет, как в тот день, когда он спас меня.

В аэропорт прибываем, за несколько минут до взлета. Мамина сестра и её дочь Виктория уже заняли свои места. Занимаю место возле иллюминатора и вставляю наушники. Егор садится напротив меня, рядом с ним Константин, парень из охраны. Они тихо разговаривают, а я рассматриваю светящееся огнями здание аэропорта.

Самолет стремительно набирает скорость и мягко отрывается от земли. Прикрываю глаза и тут же засыпаю.

Садимся в аэропорту Дубая рано утром. Покинув самолет, направляемся к припаркованным рядом с посадочной полосой машинам. Вика постоянно, трется рядом с Егором и меня это почему-то задевает. Егор открывает ей заднюю дверь, помогая забраться внутрь. Сам садится за руль. В это время Константин помогает сесть в машину мне. Мама с сестрой Алисой едут в другой машине.

Не желая общаться с сестрой, отворачиваюсь к окну. Вике 20 лет. Красивая высокая блондинка. Учится в институте и меняет парней, чаще, чем я свой маникюр. Её мать Алиса разведена, имеет постоянного женатого любовника. В общем, та ещё семейка. С нами они едут за компанию, чтобы не было скучно.

Виллу на берегу Персидского залива отец купил для отдыха с семьей, но все вместе мы ездили сюда только один раз. В основном мы отдыхаем здесь с мамой и её подругами, реже с ее сестрой, как сейчас.

Большой просторный дом в два этажа и прилегающая к нему терраса. С огромными панорамными окнами от пола до потолка, просторной гостиной и кухней, а также большим количеством гостевых комнат.

Для охраны и домашнего персонала, на территории виллы, расположен дом, где они проживают, во время нашего пребывания на острове.

Открываю дверь в свою спальню и делаю шаг внутрь. Светлая и просторная, с видом на залив. И это единственная комната в доме, имеющая собственный балкон. С которого по утрам и вечерам могу долго любоваться красотами этого места из окна.

Завязав волосы в пучок, ополаскиваю тело в душе прохладной водой. Надеваю тонкую тунику и зашториваю окна. Ложусь на мягкую белоснежную кровать и тут же засыпаю.

Просыпаюсь от громкого хохота на веранде, расположенной под моими окнами. Отодвинув шторы, выхожу на балкон. Мама и Алиса расположились на берегу залива на шезлонгах. Рядом с ними небольшой столик с прохладительными напитками и огромный белый зонт.

Опускаю голову вниз и вижу, мило болтающих Егора и Викторию. Придвинувшись к моему телохранителю слишком близко, она что-то рассказывает ему почти на ухо и при этом громко смеется. Во рту разливается привкус горечи. Мне должно быть все равно. Но я стою и смотрю на них, как дура. Со мной же он вообще не разговаривает, только смотрит ледяным нечитаемым взглядом. И это его «пошла вон» больно режет по сердцу.

Неожиданно Егор подается вперед и поднимает голову вверх. Наши взгляды встречаются на миг. От чего мое лицо словно ошпаренное, заливается краской. Отпрыгиваю назад и прячусь в комнате. Прикладываю ладони к горящим щекам. Мне ужасно стыдно, подумает еще, что я подглядывала за ними. Падаю на кровать лицом вниз и закрываю голову подушкой. Какой стыд!

Отсидеться в спальне все равно не получится, поэтому переодевшись в шорты и топ на тонких лямках, спускаюсь вниз. Иду на кухню, осматриваясь по сторонам. В доме пусто. Открываю холодильник, достаю сыр и ветчину, красиво укладывая сверху листик салата. Наливаю в высокий стакан апельсиновый сок, сажусь на стул и откусываю кусочек. Активирую экран телефона и захожу на свою страницу в соцсетях.

Ощущая на себе чей-то взгляд, поднимаю голову и натыкаюсь на высокую фигуру Егора. Стоя в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку и сложив руки на груди, он наблюдает за мной. Сердце, дернувшись, подпрыгивает к горлу. С трудом проглатываю кусочек бутерброда.

- Что?! – выплевываю слишком резко. – Можешь идти охранять мою сестру, ей явно это нужнее. Мне вообще твои услуги не сдались.

Он заламывает бровь, смотрит с усмешкой. Похоже его это веселит?

- Ты можешь хоть иногда, не плеваться ядом? – говорит спокойно, делая шаг в мою сторону.

- Да пошёл ты! – соскакиваю с места и проходя мимо, специально задевают его плечом.

Он хватает меня за локоть и разворачивает лицом к себе. Похоже, я перегнула. Замираю на месте.

- Ты че такая борзая? Тебя родители, совсем не воспитывали? – поговаривает тихо, приблизив свое лицо слишком близко к моему уху. Кожа на моей спине покрывается мурашками.

- Руки убери от меня!.. – цежу сквозь зубы. - Иди, лапай Викторию.

Пальцы на моем локте сжимаются сильнее. Он смотрит холодным взглядом бирюзовых глаз, а его губы чуть заметно улыбаются. Боже, зачем я это сейчас сказала? Еще подумает, что я ревную.

Дернув рукой, вырываюсь из захвата. Быстрым шагом выхожу из кухни.

- Козёл… – произношу себе под нос, и перехожу на бег.

Глава 10

Егор.

Лететь на остров с семейством президента вообще не входило в мои планы. Я рассчитывал охранять девчонку на территории страны. Ночью после взрыва мы долго общались с Дмитрием Анатольевичем по телефону. Он рассказал, что ему угрожают. Расправиться обещают не только с ним, но и с дочкой. Но покидать страну он наотрез отказался. Лишь попросил позаботиться о безопасности Ксении.

Громов требует разрешение на проезд фур из стран ближнего зарубежья, через территорию страны. И одному Богу известно, что будут перевозить на этих фурах.

Еще при первой нашей встрече с президентом я рассказал о том, что работал на Громова, и что участвовал в похищении Ксении. Дмитрию Анатольевичу это естественно не понравилось, но дочку свою он все же мне доверил. Я умолчал только о том, что помог сбежать ей и об обстоятельствах, предшествующих этому. Пусть мысленно благодарит щуплого чувака, на сером корыте.

Сегодня во время долгого ночного разговора, он поделился со мной последней наработанной спецслужбами информацией. Оказалось, что Громов просто пешка и за ним стоят более серьёзные люди, но выйти на них пока не получается. Дмитрий Анатольевич считает, что мне тоже грозит опасность. Но пока Громов уверен, что взорвал меня, я на время могу выдохнуть. И сейчас отсидеться на острове, кажется не плохой идеей.

Лариса Николаевна, как и её дочь даже не представляют, что могут не увидеть больше своего мужа и отца. Он не хочет их расстраивать, все подробности этого дела знаю лишь я и Роман Алексеевич и следователь естественно.

Но в ночь, когда в комнату девчонки влетел дрон, он попал в аварию и теперь находится в реанимации. Случайность? Не думаю.

Взрыв был лишь показательным выступлением. Дальше будет только хуже. Все это понимают. Поэтому лучшим вариантом будет сейчас отсидеться на острове. Но и здесь рано или поздно нас вычислят.

Я должен защитить девчонку. Спасти ее и ее семью. Потому что я один знаю Грома, и его кухню изнутри. Несколько лет работы с ним не прошли даром.

Как я и вся служба безопасности, дежурившая в ту ночь, про@бали дрон, понять не могу. Камеры видео наблюдения были включены, когда я просматривал файлы, присланные мне для ознакомления Кравцовым. Я должен был его увидеть!

Сердце ушло в пятки, когда услышал душераздирающий визг со второго этажа. Тут же подорвался с места и бросился туда. Ксюха молодец, сообразила убежать из комнаты. Ее конечно же не убило бы. Взрывное устройство было слабой силы, но осколками зацепило точно, плюс ко всему она могла получить ожог.

Перед мысленным взором всплывает картинка, как она перепуганная до смерти смотрела на меня огромными глазищами, в которых, плескался страх вперемешку с мольбой о помощи.

После устранения последствий взрыва, и долгого разговора с президентом я вернулся в свою комнату. Направляясь к светящимся мониторам, застыл посередине, уловив тонкий сладковатый аромат. Девчонка спала на моей постели, в моей толстовке, свернувшись калачиком. Устроившись в компьютерном кресле, наблюдал за ней, пока не вырубился.

Здесь на острове Ксюху словно подменили. Она ощетинилась и стала брызгать ядом. Девчонка и в Москве пыталась показать зубки, но мне казалось, что у меня получилось поставить ее на место в прошлый раз.

Раздав указания парням из охраны, проверяю камеры и переодевшись в легкие брюки и футболку, выхожу на пляж. Территория дома полностью огорожена, на каждом углу камеры. Парни прочесывают местность раз в два часа. Но я все равно стараюсь не спускать глаз со своей подопечной.

Устроившись на шезлонге в тени деревьев, делает вид, что не замечает меня. Но красные пятна на ее щеках и груди выдают ее с головой. Она смущается и сильно нервничает, постоянно ерзая аппетитной попкой по гладкому лежаку.

Вечером девушки ужинают, пьют вино и весело хохочут. Я и Костик сидим на веранде и обсуждаем дела. На улице стемнело, влажный теплый воздух ласкает кожу. Давно не был на море, даже по работе.

Ближе к десяти дамы расходятся по комнатам, кроме одной. Ксения выходит на веранду, осматривается. Увидев нас тушуется и мнется на месте в нерешительности. Ей, что-то нужно, но я делаю вид, что не замечаю.

Напрягаюсь, когда рецепторов касается чуть сладковатый запах ее волос. Девчонка медленно подходит, заламывая пальцы на руках. В легком белом сарафане до колен, выглядит сногсшибательно. Останавливается напротив меня, тяжело вздыхая.

- Можно тебя? – шелестит ласковым голосом, ловя мой взгляд.

Костян поднимается и уходит, я продолжаю молча ее рассматривать.

- Я погулять хотела…- говорит уже громче, - можно?

- Гуляй. Территория под присмотром, никто не запрещает, – говорю с напускным безразличием.

- Я хочу на набережную. Там… красиво и… весело.

- Здесь, тоже красиво... – указываю подбородком в сторону пляжа.

- Пф-ф, - фыркнув и взмахнув копной распущенных волос, девчонка идет догонять Костю.

- Константин, вы же сможете меня проводить?.. – кричит Костику в спину.

Она не может выйти с территории виллы без меня и, другие охранники не могут меня заменить. Поэтому я уже заранее знаю, что ответит ей Костя.

- Не положено, Ксения Дмитриевна. Простите, инструкция, – говорит охранник, пожимая плечами.

Мелкая разворачивается, но не в сторону дома. Задрав подбородок, идёт через сад к калитке, ведущей на выход с территории. Все двери и ворота заперты, ключи только у меня.

Настырная зараза! Медленно поднимаюсь и иду за ней. Девчонка подходит к двери, хватается за ручку, и судорожно тянет ее на себя, но та не поддаётся.

- Открой! Я хочу выйти, – поворачивается в мою сторону, уперев руки в бока.

Подхожу к ней так близко, что ее грудь слегка касается моей и наклоняю голову. От нее пахнет вином и мятной жвачкой.

- Ты, бухая, что ли? – подкалываю нарочно.

- Не твоё дело! Ты мне не отец, – огрызается, задрав голову вверх и впиваясь в меня взглядом.

Смелая, значит, стала с бокала вина?

Хватаю её за предплечье, вдавливаю в себя. Давлю взглядом, который она с достоинством выдерживает. А потом говорю тихо, прямо ей в губы:

- Тебя вообще воспитывали?.. Ты можешь с людьми нормально разговаривать? Или корона съедет?

Но козу, похоже не так просто пронять. Девчонка начинает вырываться.

- Я сейчас закричу! – взвизгивает, - а потом скажу маме, что ты под юбку ко мне залезть хотел, – выплевывает мне в лицо.

Я ах@еваю.

- Отпусти! Немедленно! – не унимается.

Мелкая охренела в край. Кажется, президентская чета совсем не занимается воспитанием своего чада.

Убираю от неё руки и развожу в стороны.

- Вперед… - говорю, разворачиваясь в сторону дома.

- Егор… – топает ногой, как маленький ребенок, даже смешно становится. – Прости…

Не обращая внимания, иду по тропинке заросшей зеленью.

- Пожалуйста… - тянет жалобно, я оборачиваюсь. - Давай погуляем. Я не хочу сидеть в своей комнате, мне надоело затворничество, – складывает розочкой пухлые губы. Детский сад, бл@дь. Понимаю, что прогибаюсь, но иду открывать калитку.

Идем по широкой пустой дороге. По обеим сторонам которой растут красивые, высокие деревья. На улице светло, как днем от яркого освещения фонарей и полной луны.

Сейчас я поступаю не по инструкции. Мы ушли из дома одни, не предупредив никого, со мной нет оружия. Если с девчонкой, что-то случится я труп.

- Здесь давай пройдем, – указывает на небольшую узкую улицу. – Там будет выход на набережную к заливу.

- Ты уверена?

- Да-а, - тянет она. – Я здесь все знаю...

- Ну, пошли, – соглашаюсь, пропуская ее вперед.

Идем до набережной в полной тишине, около часа. Только пение цикад и шуршание гравия под ногами разбавляет наше молчание.

Выйдя из джунглей, через которые меня повела Ксюша, неожиданно оказываемся на пристани, с мерно покачивающимися белоснежными яхтами. Ночные рестораны и уютные кафе, с открытыми террасами, расположены вблизи песчаного пляжа.

Ксения направляется в кафе с мороженым. На улице глубокая ночь, но остров живет полной жизнью. Кругом снует народ. Компании молодежи, парочки и просто одинокие люди заходят в рестораны, сидят в кафе.

- Здесь очень вкусное мороженое… – Зайдем?

- Зайдем.

Покупаем два сливочных рожка и возвращаемся к набережной. Садимся на лавку с видом на залив. Мороженое и правда вкусное, но разговор не клеится. Она либо боится меня, либо смущается. А скорее всего и то и другое.

- У тебя в Москве есть парень? – заглядываю в карие глаза.

Я знаю ответы почти на все свои вопросы, связанные с жизнью девчонки, но отказать себе в удовольствии подразнить ее не могу.

- Зачем тебе? – отвечает вопросом на вопрос. В глазах мелькает испуг и, она их быстро опускает.

- Интересно…

- Есть… И он набьет тебе морду… Понятно? – произносит как-то неуверенно, продолжая хрустеть вафельным стаканчиком.

- Даже так?

- Да, так.

- Целовалась с ним? - не унимаюсь я.

- Отвали, понял!.. Пошли домой я нагулялась, – подскакивает с места и убегает.

- Значит, не целовалась… - догоняю и бросаю в спину.

- Тебе нравиться издеваться надо мной? – резко остановившись, смотрит в глаза.

Не чего не отвечаю, потому что да, нравиться ее подкалывать, нравится смотреть, как она злится и не может ничего сделать. Цепляю ее взгляд своим и держу, как на привязи. Девчонка не выдерживает первой, развернувшись на пятках, уходит вперед.

- Хочешь поцелую? – шепчу на ухо, возле тяжелой железной двери нашей виллы.

Смотрит на меня, приоткрыв рот и заливается краской по самые уши. От одной мысли о сладких губах, в паху тяжелеет.

Пробегает кончиком языка по нижней губе и толкнув дверь от себя, скрывается в густой растительности. Улыбаясь самому себе, иду на осмотр территории. Потом долго курю на террасе, рассматривая звездное небо.

Она маленькая… Но не думать о ней, я не могу.

Глава 11

Ксения.

Дни на острове длятся долго и однообразно. Купание в заливе, отдых на лежаках, обеды и ужины. И так по кругу. За семь дней, что мы здесь находимся, я два раза поссорилась с Викой. Она постоянно цепляет меня или клеит Егора. Последнее раздражает больше всего, но предъявить ей ничего не могу. Он мне никто.

Мама и тетя перестали обращать на нас внимание и занимаются только собой. Наняли приходящего фитнес-тренера и массажиста, несколько раз приходил косметолог.

- Может экскурсию организуем, – предлагаю за завтраком.

- Если это не опасно, то можно, – отзывается мама, – но надо с Егором согласовать. Папа его за главного оставил.

- Если Егор будет нашим провожатым я согласна, – пищит Вика, хлопая в ладоши.

- Я поговорю с ним сегодня, – отзывается мама, не обращая внимания на племянницу.

Ополоснув руки под краном и поблагодарив за завтрак, ухожу на пляж. Как же меня достали блядские выходки сестры. Она только в трусы к нему еще не залезла. А может и залезла. Блин, как же она меня бесит. Ей двадцать лет, а уже пробу ставить негде. С шестнадцати лет ходит по клубам и как-то хвастала, что девственности лишилась там же.

Искупавшись, ложусь в тени на лежак. За эти дни я хорошо загорела, кожа стала бронзовая, но плечи, скорее всего, будут облазить. У меня смуглая кожа, загар ложится ровно и быстро, но у всего есть предел.

После обеда собираемся на прогулку на яхте. Я верещу от восторга, обожаю папину яхту. Белоснежная красавица стоит на причале, недалеко от нашей виллы. Мы редко выходили на ней в залив, но каждый раз был незабываемым. А еще отец научил меня ей управлять. Это оказалось совсем не сложно.

Надеваю белый комбинезон с шортами и черный укороченный топ. Волосы собираю в высокий пучок, в сумку бросаю купальник и крем для загара. Надеваю солнцезащитные очки и выхожу на улицу.

Огромная яхта плавно скользит по волнам. Теплый морской ветер ласкает кожу и треплет волосы. Мама с сестрой расположились на лежаках, пьют шампанское, заедая его диковинными фруктами. Несколько парней их охраны, тоже поехали с нами, но их нигде не видно.

Взяв кусочек манго с маминой тарелки, медленно иду вдоль борта, любуясь проплывающими мимо красотами. Закинув в рот сочный фрукт, перевожу взгляд на корму. Сердце, больно дернувшись в груди, замирает. Там, облокотившись бедрами, на железный поручень, стоит Егор и весело болтает с Викой. Кожу лица ошпаривает горячим паром, когда она тянется ладошкой к его щеке и легко прикасается к ней. Воздух застревает в легких и мне становится больно дышать.

Развернувшись, убегаю в другую сторону. Мне неприятно видеть их вдвоем, мило общающимися. Со мной он грубый и отстраненный. А еще не могу понять, почему так реагирую, когда вижу их вместе. Я же не могу его ревновать? С чего бы? Бред!

Яхта останавливается в живописной лагуне. Чистейшая голубая вода так и манит искупаться. Мама и тетя Алиса спускаются по ступенькам на корме, прыгнув в прозрачную воду, уплывают к каменистому берегу.

Я спускаюсь в каюту, переодеваюсь в купальник и поправляю волосы. Поднимаюсь на палубу и тут же напарываюсь на холодный взгляд Егора. Стоя в нескольких метрах от меня и сложив руки на груди, сканирует меня взглядом. Тело покрывается испариной, щеки теплеют. С трудом скрывая смущение, поворачиваюсь спиной к нему и сделав два шага, прыгаю бомбочкой в прохладную воду.

Плыву от яхты в сторону берега, здесь совсем не далеко. Мама с Алисой уже вышли на берег и сидят на огромных камнях. Доплываю до мели и встаю на ноги. Зачем-то оборачиваюсь. Егор наблюдает за нами с палубы, надев на глаза солнцезащитные очки. Вика, ожидаемо трется рядом с ним, призывно выпячивая грудь. Меня начинает мутить.

Не к месту вспоминаю, как несколько дней назад видела его вечером, купающимся в заливе. Он вышел из воды, капли стекали по его мускулистой груди и крепким рукам. Он вытерся белоснежным полотенцем и ушел к себе в комнату. Я наблюдала за этим сидя на балконе своей комнаты и кажется даже не дышала, пока он не скрылся из вида.

Отдохнув немного на диком пляже, втроем доплываем до яхты. Егор помогает подняться маме и Алисе. Я от помощи отказываюсь. Вика плавала рядом с яхтой и, сейчас завернувшись в полотенце, зовет Егора спуститься в каюту. Настроение падает до нулевых отметок, я хочу домой. Мне не понравилась прогулка и уже точно ничего не понравится на этом отдыхе. Я ненавижу свою двоюродную сестру и телохранителя тоже.

Добираемся до пирса за полчаса. Мама и тетя уходят первыми, за ними охрана. Вика виснет на Егоре и весело ему, что-то рассказывает. Он ее внимательно слушает, я остаюсь стоять на палубе яхты одна. Про меня, кажется, забывают.